арбуз
- А знаешь, я бы мог сейчас прогнать серьезную философскую телегу об арбузе, как олицетворении человеческого общества... - заявляет он, сосредоточенно выковыривая черные лаковые семечки из сахарной арбузной мякоти. – Но я не буду этого делать.
- Это почему? – без особого энтузиазма интересуюсь я, сдувая с лица волосы. Одна рука у меня под головой, другой я держу его за ногу, будто боюсь, что он убежит. На самом деле мне просто нравится его касаться. Я валяюсь на верхней ступеньке крыльца, и мне откровенно лень двигаться.
- Нет у меня здесь благодарных слушателей! – патетически восклицает он и аккуратно кладет семечку на мой голый живот.
- Ай, - говорю я. – Щекотно.
- Потерпишь.
- Тогда рассказывай мне что-нибудь. Не хочешь свою философскую муть, можешь про то, чем кончился тот фильм, который мы не досмотрели.
- Не буду. Там потом смешно было, ты будешь ржать, вся красота обвалится...
Мне интересно, что за «красота» выкладывается на моем животе, но лень даже голову приподнять.
- Ладно, расскажи несмешное, - соглашаюсь я. – Мне скучно просто так лежать.
- А ты лежи не просто так, ты думай о вечном, - предлагает он с абсолютно непроницаемым выражением лица.
- Ботаник!
- Долбоеб!
Он засовывает мне в рот кусок сочной арбузной мякоти, и последнее слово опять остается за ним. Ну и пусть, мне лень возмущаться. Я поворачиваю голову и вижу отражение в старом, криво висящем зеркале. Наклонные столбы светящейся пыли, золотые солнечные квадраты на деревянном полу веранды, миска с грудой прозрачно-алых кусков арбуза, его загорелая спина с ожерельем позвонков и мой живот в пятне света. А на нем – выложенный арбузными семечками косорыленький «смайлик» с моим пупком в роли носа.
