приехал
Мне кажется, я не усну, особенно после спокойного пояснения водителя, записавшего паспортные данные – это на случай аварии, чтоб знали, кого опознавать. Но едва я втискиваюсь на узкое сиденье и кое-как пристраиваю ноги в тесном пространстве, я моментально отрубаюсь.
Глаза открываются лишь через несколько часов, когда за окном маршрутки мелькают серые привокзальные районы незнакомого города. Возможно, при других обстоятельствах я бы проявил больше любопытства, но сейчас меня интересует только кучка народа на остановке и позади всех тонкая фигурка в синей куртке, вытягивающая шею и пританцовывающая от нетерпения. Сердце заходится, как сумасшедшее. Господи, как же я соскучился!
Как назло, пассажиры выгружаются удивительно медленно, будто никто кроме меня не торопится. Согнувшись в три погибели, пытаюсь рассмотреть его сквозь притемненное стекло. Наконец выхожу... и чуть не падаю, делаю пару шагов назад, чтоб сохранить равновесие. Это он запрыгивает на меня и повисает, как обезьянка, обхватив руками и ногами, уткнувшись мне в шею холодным носом и горячими губами.
Я молчу, потому что в горле огромный колючий комок, от него щиплет в глазах и печет в груди. И он тоже молчит, только его сопение уж очень напоминает всхлипы, и мой воротник становится подозрительно мокрым.
Кругом люди, но никто не обращает на нас внимания, и только бабка, торгующая семечками, посматривает в нашу сторону с доброй улыбкой. Внезапно я решаюсь, целую его в макушку и шепчу, наплевав, что он терпеть не может, когда я его так называю: «Маленький мой, люблю тебя, люблю...»
