•Traces of passion•
«Следы страсти»
Characters: Дейдара Тсукури, Шисуи Учиха, Хидан Мацураси, Какаши Хатаке
Pov: вы занялись любовью, и на утро остались доказательства.
》═══════~◈~═══════《
Кокетливо напоминаю о тгк korreiniswriting , где обновления происходят быстрее и чаще, а также присутствует эксклюзивный контент.💬 Приятного чтения.
》═══════~◈~═══════《
Дейдара Тсукури
Шторы не были достаточно плотны, чтобы полностью перекрыть теплый свет, исходящий от входящего в зенит солнца.
Вы не спешите открывать глаза, нежась щекой об мягкость набитой пухом подушки, но в скором времени ленивое томление сменяется желанием подняться, – выпить воды или умыться, – которому Вы подчиняетесь без особого сопротивления.
Ваши движения медленные и неспешные, когда Вы принимаете сидячее положение, бросая взгляд на спящую фигуру рядом, – на его спину; а шаги тихие и осторожные, когда Вы покидаете нагретую постель и выходите из спальни, краем уха улавливая шуршание тканей, доносящееся от еще не до конца проснувшегося парня.
Пол прохладный под босыми ногами, когда Вы шагаете в сторону ванной комнаты. Включаете свет, пару минут бездумно разглядываете свое отражение в зеркале над раковиной, пускаете воду, – температурой немногим теплее комнатной, – и, набрав ее в ладони, теряете связь с окружающим миром на неопределенное время. Но шаги за дверью и глухой звон стекла на кухне возвращают Вас в реальность, и Вы ополаскиваете лицо, закрепляя эффект.
Через секунду случайно дёргаете кистью и задеваете стоящий на краю тюбик с пастой, что довольно звонко ударяется о кафель.
Вы проводите ладонью по лицу, смахивая лишнюю влагу, и опускаете взгляд вниз, но цепляется он не только за белый тюбик, но и за розовые, местами переходящие в амарантовый следы на обнаженной коже женских бедер, уходящие неровной дорожкой на внутренние их части; капли воды стекают по подбородку и падают на кафель и домашнюю футболку, которая поначалу Вам не принадлежала.
Вы в легком замешательстве забываете про текущую воду, упавшую пасту, и ставите ногу на бортик ванны, приподнимая край футболки, чтобы увеличь площадь обзора: картина-абстракция из засосов, явно местами смешанных с россыпью легких укусов. И только на Вашем языке начинает вертеться не столько вызванное смущением, сколько возмущением имя виновника, как его профиль, обрамленный светлыми прядями, появляется в дверном проеме.
Вы сталкиваетесь взглядами, и его вид более чем беспечен с этими слегка растрепанными волосами, словно их уже успели немного причесать. Топлес, с краем стакана у губ, он невозмутимо скользит взглядом с Вашего не самого довольного лица к бедрам.
Долго не разглядывает: только заметив следы, он самодовольно усмехается и беззаботно ретируется, допивая воду.
— Ни грамма совести в этих глазах я не увидела, — с коротким хмыканьем произносите Вы достаточно громко, чтобы быть точно уверенной, что Вас услышали.
— Я в твоих прошлой ночью тоже не наблюдал, мм, — лениво доносится со стороны кухни, и Вы закатываете глаза, возвращая вторую ногу обратно на землю, и поднимаете забытый тюбик, заодно выключая воду.
—...Ты не в той позе находился, чтобы глаза мои рассматривать. — Говорите Вы скорее от простого желания сострить, нежели высказать претензию, когда проходите через порог кухни.
Дейдара, что, опершись об край столешницы, наливал воду из кувшина, только заслышав Ваш ответ, моментально поднял свой взгляд на Вас, а на губах, чьи уголки все также были слегка подняты, отобразилось желание парировать, сказать что-то самоуверенное, отчего Вы либо остро усмехнетесь, либо влепите ему по его светлой голове.
— Нет, — резко пресекаете Вы, укорительно указав на него пальцем, — молчи, бестия. — И он молчит, театрально подняв руки в знак капитуляции, а затем протягивает стакан воды – жест перемирия.
Вы приняли его с недоверчивым взглядом, но не успели сделать и глотка, как он уже обвил рукой вашу талию, по-кошачьи уткнувшись носом в шею.
— Не верю, что ты сожалеешь об этом, — фыркнули вы, но отстраняться не стали.
— Не сожалею, — пробормотал он, а его дыхание щекотливо коснулось Вашей кожи. — Просто взимаю компенсацию за пробуждение в одиночестве, мм.
》═══════~◈~═══════《
Шисуи Учиха
Мягкие ткани ласкают Ваше полуобнаженное тело, нежным хлопком обволакивая кожу под ними. Одеяло укрывает все, кроме Вашей головы и растрепанных волос, словно ночь только началась, а Вы — совсем не двигались. Преследуя желание ухватиться за уходящий сон, Вы не двигаетесь, не открываете глаз, пока обрывки просмотренного ранее нелепого сна все же не растворяются в памяти, оставляя лишь разрозненные секундные фрагменты.
Лишь когда у Вашего лица нежно, – едва касаясь, – прошлось тепло чужой кожи, Вы, движимые неосознанным любопытством, открываете глаза.
—...Шисуи, — больше шепот: полноценный звонкий голос пока не проснулся, – но произнести его имя хотелось сильно, и Вы сами не понимаете до конца почему; зато причину, по которой Ваши губы тронула мягкая улыбка, Вы понимаете прекрасно.
—Разбудил? — Его голос чуть громче Вашего, а во взгляде слабый отблеск вины, когда он продолжает начатое действие – все тем же нежным, но уже менее опасливым касанием он проводит большим пальцем по Вашей щеке, захватывая лежащую на лице прядь и убирая ее Вам за ухо.
—Знаешь же, что нет. — Прикрываете глаза, когда переворачиваетесь на спину, и вытягиваете руки, потягиваясь. — Ты не можешь...
Полуухмылка застывает на губах, когда Вы поворачиваете голову, а взгляд скользит вниз...
Глаза слегка расширяются не столько в удивлении, сколько в испуге, а через секунду после осознания по шее вверх, вплоть до щек и кончиков ушей, начинает ползти жар стыда и вины.
— Боже мой, Шисуи..! — Вы встрепенулись, удерживая одеяло у груди. Ваша ладонь замирает в воздухе, так и не коснувшись чужого тела, а после мгновенно прикрывает пылающее лицо, пока Вы медленно сползаете под одеяло. — Прости, пожалуйста! Я не...
«Хотела»? О, Вы хотели. Очень сильно хотели.
— Мне очень жаль, ты выглядишь ужасно... — Слетает с Ваших губ, прежде чем Вы окончательно исчезаете под одеялом с головой. Как неловко!
—Ужасно...? — А Шисуи лежит в искреннем недоумении от Вашей резкой перемены в поведении и настроении. Растерянность застыла что в выражении его лица, что в ладони, оставшейся висеть в воздухе.
Следующей его мыслью было изучить причину... Но так такового изучения не потребовалось: достаточно было просто опустить взгляд вниз, хотя бы на свою грудную клетку, испещренную следами Вашей пылкой страсти, что облачена в расцветающие красноватые следы, чтобы понять причину Вашей "паники".
—...Тебя будто палками забили, боже, прости. — Вы высовываетесь из-под одеяла ровно настолько, чтобы были видны глаза.
Шисуи смотрит на Вас пару секунд, а после смягчает взгляд и приподнимается – сначала на локте, а после принимает сидячее положение, вынуждая одеяло стремительно сползти вниз. Он наклоняется к Вам, его лицо нависает над Вашим, а мужские губы, искривленные в ласковой улыбке, с нежностью касаются женского лба, заставив Ваши веки дрогнуть.
— На мне раны сходят быстро, — Вы фыркаете на его слова, улавливая нотку абсурдности в происходящем, когда он отстраняется и смотрит Вам в глаза взглядом, полным чего-то схожего с утешением. — Так что не беспокойся... кошка... — Едва он договаривает свое шутливое обращение, как Вы спешно льнете к его губам своими, зарываясь пальцами в растрепанные черные пряди.
—...Все, тшш. Тихо. Прекращай... — Шепчете прямо в губы и смотрите сквозь пряди на лице с уязвимостью в глазах. —...Я и так на грани сгорания.
Он смеется – тихо, так, что звук будто звенит у Вас в груди, – и принимается осыпать Ваше лицо кроткими, почти целомудренными поцелуями, пока Вы продолжаете смущённо отводить взгляд.
》═══════~◈~═══════《
Хидан Мацураси
Как же все ломит.
Вы едва успеваете проснуться, а на Вашем лице уже недовольная гримаса, будто Вы съели лимон с посыпкой из соли.
Жарко, тяжело дышать. Вы мысленно возмущаетесь поганому утру ровно до тех пор, пока не опускаете взгляд вниз. С этой секунды Вы уже возмущаетесь на Хидана, потому что у этого чёрта нет совести и, видимо, своей части постели, раз он завалился всей своей нелегкой тушей на добрую половину Вашего и без того многострадального тела.
— ...Хидан, слезь с меня. — С Ваших губ слетает не то шипение, не то испустившийся дух, когда Ваши ладони одаривают мужские плечи, покрытые слегка темноватыми, но по большей части красными следами от Ваших зубов, крепким сжатием.
В ответ Вы получаете недовольное мычание прямо в шею и умеренное сжатие грубых пальцев на Вашей коже, что по ощущениям схоже с ожогом. — Твою мать..! — Вы морщитесь от неприятных ощущений, а ногти вонзаются в его плечи, отчего он мажет носом по Вашей шее и шумно выдыхает.
— Люблю, когда ты громкая... Но сейчас рановато, не находишь?.. — Небрежно бормочет он, и его ладонь медленно ползёт к краю подушки. Пальцы впиваются в мятое покрывало, когда он с ленцой приподнимается, нависая над Вашим обнаженным телом. — Чего ворчишь, красотка?
Его взгляд ненадолго задерживается на Вашем недовольном лице, а после скользит вниз.
С его губ слетает довольный свист, и Вы мгновенно затыкаете ему рот ладонью, недовольно хмуря брови.
— В который раз убеждаюсь, что тебе надо зашить рот... Намертво. Меня будто избили розгами, а ведь это всего лишь ты, — Вы почти процедили это сквозь зубы, когда через секунду ощутили его язык, скользящий по поверхности Вашей ладони.
Вы мгновенно убираете ее, шлепая по мужскому плечу и вытирая слюну об кожу, а Хидан, пусть и недовольно прошипел от шлепка, зато очень довольно ухмыльнулся. Слишком довольно, мерзавец.
— Эй! Ночью ты не жаловалась!.. И что значит это твое «всего лишь ты»?! — Он делает обиженное лицо, но взгляд продолжает скользить по коже, и по нему Вы судите, есть ли на Вашем теле целое место; и что сказать, суждение выходило и продолжает выходить не самым утешающим. — А меня вот вполне устраивают твои коготки, даже если после них ощущения, будто мне всю ночь выдирали позвоночник.
— Заткнись, Хидан, ты просто мазохист, — ворчите Вы, ловким движением дергая за одеяло и заворачиваясь в него, как в кокон, тем самым отрезая парню обзор. — И не знаю, как насчет спины, но спереди ты выглядишь так, будто тебя всю ночь разбирали на органы.
— Эй! Холодно! — Он хмурится, и пытается вернуть одеяло в исходное положение, но Вы держитесь мёртвой хваткой, — И чья это вина, а? Получается, мы квиты!
— Да-да, — отмахиваетесь Вы, — раз проснулся – вали в душ. Оставь даму досыпать.
— Жестокая женщина!
》═══════~◈~═══════《
Какаши Хатаке
Вы уже некоторое время не спите. Лениво приоткрыв один глаз, Вы целенаправленно цепляетесь взглядом за настенные часы, где короткая стрелка догоняет двенадцатый час. Моргаете, хмуритесь, закрываете глаза и закутываетесь в одеяло поглубже, нежась в созданном тепле, пока запах чего-то аппетитного не касается Ваших ноздрей.
Вы пытаетесь игнорировать его, но, в конечном итоге, под звук урчания в животе сдаетесь. Вы резко выдыхаете через нос, признавая свое поражение, когда вылезаете из-под одеяла и принимаете сидячее положение. Теперь Вы достаточно проснулись, чтобы Ваш слух уловил глухой звон посуды, шорохи домашних тапочек по полу и неестественно тихий звук выдвигающихся и задвигающихся ящиков – он пытался быть тише.
Вы неспешно зарываетесь пальцами в свои волосы, слегка массируя кожу головы, а после проводите ими по прядям, как расческой, когда, стараясь не шуметь, открываете дверь из спальни и выходите в коридор.
Проходя мимо ванной, Вы улавливаете запах знакомого геля для душа, чья отдушка довольно сильно въелась как в память, так и в мужскую футболку на Вашем обнаженном теле. Задумавшись об этом, Вы поправляете сползший рукав.
Слуха касается звук шипящего масла, и Вы заворачиваете за угол, останавливаясь в дверном проеме.
Какаши.
Его волосы слегка влажные; не уложенные привычно наверх пряди тянутся вниз, чуть прикрывают заднюю часть шеи, на которой завязался небрежный бантик от фартука.
Вы слегка поджимаете губы, когда замечаете тянущиеся от лопаток до поясницы бледно-красные полосы на рельефной мужской спине и, стушевавшись, на мгновение отводите взгляд, прежде чем двинуться внутрь комнаты.
В момент, когда губы Какаши покидает едва слышное любопытное хмыкание, Ваши руки уже обвиваются вокруг его талии, а Вы утыкаетесь лбом между его лопаток.
— ...Доброе утро, — бормочете Вы, когда слегка смещаете лицо, теперь прижимаясь щекой к его горячей коже.
— Доброе, — он слегка кивает, оглядываясь через плечо, прежде чем до Вашего слуха донеслось легкое постукивание кухонной лопаткой по краю сковороды, глухой стук предмета об столешницу, а после – шелест полотенца, когда Какаши вытирал руки.
— Я вчера немного перестаралась, — тихо начали Вы, отстранившись, как только заметили попытку мужчины развернуться к Вам, — прости. — Вы неловко улыбаетесь, пока не замечаете расцветающие багровые следы на его шее прямо у кадыка, — ой...
Какаши, кажется, забавляет Ваше смущение, и его губы коснулась довольная полуулыбка. Однако через пару секунд он неторопливо махнул кистью руки пару раз со словами — Ничего страшного, — прежде чем приблизился к Вашему лицу своим, захватывая губы в нежном поцелуе.
Вы непроизвольно делаете шаг вперед, почти вжимаясь в мужское тело своим. Ваше колено касается его домашних штанов, а руки тянутся к шее, обнимая, пока вы лениво смакуете губы друг друга.