Глава 4.
Тяжёлое прерывистое дыхание, заглушаемое музыкой; вся одежда мокрая и липкая от пота, поэтому некоторое участники сняли с себя верхнюю одежду, а ноги отказывались ходить. Ноги - не руки, потому что они ещё были способны сделать пару движений, в отличие от нижних пар конечностей. Прошло четыре дня, и началось 21 апреля. Пасху ребята отпраздновали удачно - каждый без умолку говорил другому: "Христос Воскресе!", а другой отвечал: "Воистину воскресе", и, почему-то, взрывы хохота. Так как нельзя было ругаться в этот день, все упорно молчали и не произносили никакой мат. И никто из них не помыл голову, поэтому сегодня у них, помимо потного тела, была ещё и жирная голова.
Джонхан, вспомнив об этом, когда прошло, как минимум, уже 4 одной и той же песни на репите у Сынчоля, недовольно засопел. Он решил понаблюдать за Джошуа. Тот, в свою очередь, тоже смотрел на него. По улыбке Джона можно было сказать, что он приглашает Джоша подойти. Дело в том, что Джонхан сейчас развалился на полу в комнате для репетиций, и вполне мог устроить Джошуа где-то подле себя.
Или на себе.
Джош подошёл к старшему. Он чувствовал, что вот-вот что-то произойдёт, а потому немного возбудился. Джонхан усадил Джоша на себя.
Жалко, что в одежде.
Джошуа выдохнул прямо на старшего, с наслаждением закрыв глаза и нарочно ёрзая на нем. Джон ощутил сладкое дыхание младшего на своих губах. У Джошуа было мятное дыхание, к которому ещё что-то примешивалось... Скорее всего, это был какой-то фрукт. Точно, апельсин и мята.
Язык Джонхана медленно прошёлся по своим губам. При этом он глаз не мог оторвать от младшего, который, без стыда и совести, положил свою ладонь старшему на пах. Джошуа сжал то место, давая понять, что готов.
И давно был готов.
Хан улыбнулся. Теперь настала его очередь закрывать глаза от наслаждения и приятных ощущений, которые, как всегда думал Джонхан, ему может подарить только Джошуа.
Про остальных он даже не вспоминал за всё это время.
- Эй, вы чего там застряли? - Спросил Мингю раздражённо. - Хватит уже тискаться, бесите.
По тону Мингю нетрудно было догадаться, что наблюдал он за ними с самого начала взаимодействий Джиханов.
- Да ладно тебе, - удивился Вону. - Мне не жалко.
- А мне жалко, - огрызнулся Мин и отвернулся от сладкой парочки.
Вону пожал плечами. Сам он тоже наблюдал за этой сценой примерно столько же, сколько и Гю.
Брови Джошуа поползли вверх, глядя на Мина. Тот на него даже не смотрел, он, недовольный, смотрел на стенку.
- А в чем дело, Мин? Ты обижаешься, потому что мы мешаем твоему свиданию со стенкой? - Захохотал Джонхан. Джошуа заразился смехом. Некоторые подавили смешки (но не громкие, а то будет худо), а остальные продолжали стоять с каменными лицами, не меняя позы. Они лишь переводили глаза с одного на других.
Мингю вспыхнул.
- Неправда, лучше скажи, что у тебя с Джошуа, - огрызнулся он.
- Ну, я думаю, тут и так всё понятно, - хмыкнул Джошуа. - Как-то неохота объяснять натуралам.
Пара расхохоталась. Некоторые приглушённо захихикали. Но никто не услышал тяжёлого и усталого вздоха.
- Джонхан, Джошуа, хватит уже. - Сказал Сынчоль очень холодно, но к его тону примешивалась усталость и крупное недовольство, смешанное с раздражением. - Мингю, между прочим, ваш товарищ, вы не имеете права оскорблять его. Хотя бы делайте это не при мне.
- А, значит мы не в праве оскорблять его, а он в праве говорить, что его не устраивает, - фыркнул Джонхан. Скупс спокойно кивнул:
- Именно.
- Тогда пусть он жалуется тебе, а не нам, - закатил глаза Джошуа. - По мне, так будет правильнее.
- Иди, жалуйся своей мамочке, - хрюкнул Мингю.
- Хватит! - Рявкнул Скупс. В комнате для репетиций моментально сделалась тишина, как в гробнице.
Первые минуты никто не пошевелил ни языком, ни телом - все не двигались с места. Только Джошуа очень медленно убрал руку с паха Джонхана. А Хан вдруг выпалил Чолю:
- А почему ты никогда не снимаешь верх? Хоть бы и выглядел поприличнее, - усмехнулся Джонхан, косясь на его верхнюю одежду. Но Сынчоль в таких случаях кое-что не понимал.
Чем Джонхану не угодила его верхняя одежда?
- А почему бы тебе, Юн Джонхан, сейчас не пойти и не принять душ? Хоть бы и пах поприличнее, - ядовито сказал Мингю. Вону захихикал, а потом некоторые мемберы засмеялись. Джошуа вспыхнул.
- Говори за себя, воняешь будто бы канализацией, - огрызнулся он.
Джонхан хохотнул. Ему было неохота спорить с Мином или ещё с кем-нибудь, поэтому он просто снял Джоша с себя, а сам поднялся с пола.
- Как прикажите, ваше недовысочество, - поклонился Джонхан Мингю. Тот проигнорировал, он даже не посмотрел в сторону старшего. А тот, в свою очередь, ушёл принимать душ, хохоча где-то в коридоре.