3
Ким Намджуну посчастливилось стать отпрыском владельца сети отелей. Он не был хорошим мальчиком в школе, в университете имел лишь парочку друзей, но обладал исключительной сообразительностью и высоким IQ.
Школьные друзья слишком скучные, а в университете и вовсе тюфяки, поэтому Намджун никогда не считал их друзьями и не считал нужным быть ближе простого бытового разговора за кружкой пива.
Уже значительно позже, когда он с трудом соглашался на просьбы отца съездить в какой-нибудь город и открыть отель, Намджун встретил Чон Чонгука. Этот парень покорил его своей целеустремлённостью.
В тот вечер Намджун стал случайным свидетелем короткого делового разговора, в котором участвовал Чон. Этот парень с такой лёгкостью лишил собеседника всех возможных аргументов отказа в сделке, что Ким почувствовал что-то вроде искреннего восхищения и сильного желания познакомиться с этим невероятным человеком.
— Я не люблю сладкое, и запах сладкого мне так же кажется невыносимым. Может, поэтому я люблю проводить время с бетами. Лёгкий шлейф химического аромата, естественный запах и симпатичное личико — это мой идеал, Чонгук, — Намджун и не думал, что кому-то посчастливится узнать насколько он привередлив, впервые кто-то становится носителем его личного секрета. Кима это ничуть не пугает, потому что за полгода знакомства с Чон Чонгуком он понимает, что этот человек умеет хранить секреты и не страдает излишней болтливостью.
Намджун хорошо помнил тот день, когда Чонгук, стоя у широкого окна его огромной пустой квартиры и разглядывая панораму ночного Сеула, после очередного глотка терпкого джина выдал гениальную идею «я могу устроить тебя в своей компании». В тот день Намджун лишь сказал, что ему всё надоело, а его друг без лишних пустых слов предложил ему выход из мучившего его положения.
Следуя за Чонгуком по широким коридорам высокого офисного здания, Намджун увидел выходящего из уборной парня. Он выглядел молодо и невинно даже. Очень красив, точно знающий себе цену, если обратить внимание на уверенную походку и высокомерно вздёрнутый подбородок — этот парень так выделялся среди всех, что Намджун просто не мог смотреть куда-либо ещё. Брендовый костюм, кажется Армани не иначе — любовь к европейскому стилю на лицо. Тонкий аромат мужской туалетной воды и ничего кроме. Намджун определил сразу — бета. Так получилось, что с первого же дня работы в крупном холдинге Намджун решил любой ценой получить понравившегося ему парня, и ему было глубоко плевать, что Ким Тэхён заместитель директора, и к тому же сын президента Кима.
Лёгкие ухаживания и частое присутствие в кабинете спесивого парнишки ослабили желание именно получить, ему нравилось видеть, как на щёчках появляется умилительный румянец, пухлые губки расходятся для выговора каких-либо замечаний, а милые пальчики сжимаются в кулачки. Смотреть на это было более приятно, чем думать о возможном сексе. Но заигрывать Намджун не забывал, ведь лицезреть смущение на симпатичном личике ещё приятнее.
— Я заметил, что ты излишне внимателен к нашему замдиректора, — замечает Чонгук, вызвав Намджуна к себе для месячного отчёта. Намджун не видит под маской безразличия какой-либо эмоции, которая намекала бы на недовольство или иные чувства.
— Всё просто, Гукки, он бета, и я хочу его, — безапелляционно заявляет Ким, делая очередной глоток чуть тёплого кофе. Больше Чонгук не возвращался к этому вопросу, и тема Тэхёна и вовсе пропала из их бесед, тогда как раньше то и дело цепляла за язык.
Теперь, думая о том, что произошло несколько минут назад в кабинете Тэхёна, Намджун понимает всё. Если Тэхён действительно омега, то бесцветный. Если Чонгук тогда хотел его остановить от ухаживаний за Кимом, то из ревности.
Чонгук слишком скромный парень, чтобы довести такое дело до конца. Если бы речь шла о каком-нибудь ином омеге, которых малыш Гукки мог подцепить даже с закрытыми глазами, то с Ким Тэхёном история иная. Этого парня надо добиваться. Секс — легко, любовь — гуляй лесом.
Намджун улыбается в мониторы, где его послушные одноглазые подчиненные наблюдают за сотрудниками, посетителями и стенами этого офисного здания. Он смотрит на эти мониторы с привычкой, без какого-либо интереса, все его мысли о ситуации, которая произошла между его коллегами.
Целый день размышляя об отношениях этих двоих, у Намджуна возникло желание стать доброй феей. Тэхёна надо бы немного «размягчить», а вот Чонгука «распороть». Он должен быть открыт до такой степени, чтобы даже тараканы знали о его чувствах.
Именно поэтому он «плюёт» на чувства друга, который определённо не первый день испытывает к «папочкиной стерве» самые что ни на есть тёплые чувства, потому что уверен, что иначе никак. Хотя в тот гнусный момент, когда он, испытывая судьбу, решил всё же докопаться до истинного запаха Тэхёна, он так и не понял, каким образом Чонгук учуял в нём омегу. Но может, Тэхён сидит на сильных блокаторах, раз даже в течку умудряется скрывать свой аромат. Ему показалось это немного странным, но в сердце кольнуло. А что если Тэхён та омега, что предназначена ему самой природой? Он ничем не пахнет, ни единый раз за то время, что они знакомы чуткий нюх Намджуна был обманут. Возможно ли, что Ким Тэхён бесцветный омега? Возможно ли, что он тот омега, который должен быть рядом? Он не пахнет какой-нибудь противной сладостью, на запах он типичный бета. Тот самый «бета», который может подарить Намджуну семью. Но всё не могло измениться так кардинально. Он никогда не хотел встречаться с Тэхёном. Ему просто нравилось получать отказы и чувствовать его дрожь, когда он так близко. Ему нравилось доводить эту заносчивую стерву, но он всегда трепетно ждал, когда тот сдастся. Сегодня он допустил непоправимую ошибку.
Из-за воспоминаний о произошедшем его вновь окатывает холодным ливнем. Вцепившись в мышку, Намджун решает завершить работу, уйти, наконец, из офиса и бояться неправильного ответа от его «любимой беты». Именно бояться. Если Тэхён согласится, то Намджуну придётся испытывать на себе тягости свиданий, скорее всего, исключительно целомудренных, хотя Тэхён не был таким уж невинным. Если Ким скажет «нет», то Намджун получит настоящий укол по своей гордости. Он просто не может позволить отказа, когда за всю свою жизнь впервые был так искренен. Искренен?
Вести машину он не может, нервы слишком всклокочены, он чувствует себя морально избитым. Тэхён ушёл с работы почти сразу после их рандеву. Внешне он был прежним, но Намджуну, разглядывающему его в мониторах, хотелось верить, что внутри он так же напряжён, что в его симпатичной головке крутятся мысли относительно предложения Кима, и что он задумывается над его вопросом. Всерьёз задумывается.
— Намджун? Ты ещё здесь, — глухо доносится голос Чонгука, после чего он стучит по стеклу окна со стороны водителя. Намджун вздрагивает. Сейчас, он понимает, что возможно допустил всю эту канитель из-за того, что Чон Чонгук тот самый парень, который открыл ему тайну Тэхёна. А ещё, он тот самый парень, кто покусился на его «бету». Хотя, он тот самый парень, что влюблён в эту «бету», но слишком закрытый, чтобы это обсуждать.
— Всё хорошо? — Чон с беспокойством хмурится, разглядывая своего друга через прозрачную поверхность с минимальным процентом фиолетовой тонировки.
Намджун сжимает руль. Силы для поездки находятся быстрее, чем он отвечает на заданный вопрос ничего незначащей улыбкой и взмахом руки. Он резко трогается с места, пугая вовремя отскочившего в сторону Чонгука, и, скрипя шинами, выезжает с подземной парковки.
Ждать — самое трудное из всех возможностей Ким Намджуна, именно поэтому он как на пожар едет к дому вчерашнего беты, чтобы выяснить ответ на свой вопрос. Если ему скажут «да», он улыбнётся, пригвоздит этого парня к любой удобной поверхности и сделает то, что уже давно должен был сделать, а если Тэхёну хватит ума отказать, то тут полная тишь в голове. Намджуну никогда ещё не отказывали.
***
Придя домой Тэхён тут же повалился на диван в гостиной. Он остервенело развязывает галстук, чтобы дышать глубже. Его подташнивает, голову кружит, пробивает лёгкий озноб, а перед глазами муть. Если вспомнить, то его первая течка проходила так же. С тех пор он старался активнее провести первые два самых мучительных дня, а потом долёживать до полной свободы. Иногда ему всё же приходилось выходить на работу, чтобы не вызвать ненужных подозрений, но в этот раз его буквально замучили. В чём он лишний раз обвинил проклятого Чон Чонгука.
Слабость потихоньку начала отступать, когда дотошный домоуправляющий насильно накормил его бульоном с рисовой кашей.
Он только выходил из душа, когда к нему постучался слуга, извещая о нежданном госте. Тэхён медленно спускается со второго этажа в гостиную, и шокировано застывает в дверях.
Намджун сидит, закинув ногу на ногу, пиджак он перебросил через спинку мягкого бежевого дивана, чтобы показать хозяину, что он тут не на пять минут. Альфа улыбается, обнажая ямочки на щеках и смотрит на соблазнительно приоткрывшего губы Тэхёна. Он выглядит так аппетитно сейчас в этом вишнёвом махровом халатике, что Намджун, ведя своим маслянистым взглядом, жадно облизывает подсохшие губы и нервно сглатывает. Даже если бы Тэхён не был омегой, его шикарная внешность не позволит ему скучать в одиночестве. Он настоящая противоположность Чонгука, и это странное сравнение, всплывшее в одурманенном сознании мужчины, вызывает улыбку на его пухлых губах.
Намджун соскакивает с дивана и модельной походкой идёт к «статуе» Тэхёна. Он по привычке тянет носом, чтобы уловить лишь запах вишнёвого геля для душа и приторно-цитрусового от волос. Ким морщится и чуть пригибается к милому ушку.
— Прости, что без приглашения, но не в моих традициях долго ждать. Может, выпьем?
Тэхён теряется в своих ощущениях. Он чувствует силу в этом альфе, и она его пугает. Его пугает тот напор, с которым он его атакует вновь и вновь. А учитывая, что организм до сих пор измучен природными обстоятельствами, Тэхёна кидает в мелкую дрожь от лёгкого возбуждения, прокатывающегося по обнажённому телу, которое так приятно щекочет мягкая пушистая ткань.
Тэхён просит слуг принести вино в гостиную, позже за расторопной госпожой Ан плотно закрываются двери, и Намджун располагается в кресле напротив смущённого и взволнованного омеги, вцепившегося в бокал с красным полусладким, как за ту самую соломинку, которая призвана спасти.
Они проводят около часа в милой беседе на различные темы: путешествия, мечты, работа, в конце концов. Всё это время Тэхён старается заставить себя расслабиться, понимая, что язык начинает заплетаться из-за хмеля, а взгляд ещё труднее сфокусировать на улыбающемся лице Намджуна в тот самый момент, когда «мистер Безопасность» резко становится серьёзным и наклоняется ближе, почти нежно целуя в мягкие губы.
Возможно, это становится последней каплей для Тэхёна, потому что он обмякает в сильных руках и, словно бы, засыпает. Намджун уезжает из дома Тэхёна, только ранним утром.