8.
Когда я вернулся домой, мама к удивлению уже спала. Видимо, она так сильно переутомилась в ожидании меня и моих оправданий, что заснула прямо на диване. Ужасные взвизги животных доносились из экрана телевизора, и я с раздражением выключил его, укрыв женщину теплым пледом.
Завтра меня ждала двухчасовая лекция и допросы о лице, больше похожим на сливу. Ну, может, я немного преувеличил, но правый глаз выглядел точно как переспелая опухшая слива. Наступишь на нее, и она отвратительно растечется по всей земле, пока злая продавщица фруктов с ужасной родинкой на щеке не заворчит и не выгонит тебя из своего ничтожного магазинчика.
— Что у тебя с лицом? — тот самый ожидаемый вопрос от мамы в десять утра.
— А что с ним? — беззаботно спросил я, намазывая на тост вишневый джем.
— У тебя синяк на глазу и разбитая губа!
«А еще у меня отбиты легкие, ушиб головного мозга средней степени тяжести и дальтонизм, но синяки, которые я получаю из года в год намного важнее»
— Почему ты улыбаешься, Люк?!
—Я упал с лестницы. Было темно, — ответил я, положив столовый ножик, которым бы в данный момент хотел перерезать себе горло.
— Ты сам - то себя слышишь? Мне позвонить в школу?
— Каждый среднестатический подросток получал от школьных задир.
—Да, но не каждый год!
Я сделал последний глоток крепкого чая, накинул на себя серую толстовку и поплелся к выходу. Мама устало вздохнула и направилась за мной.
— Подожди меня.
— Я справлюсь, — быстро произнес я и захлопнул дверь перед ее носом. Даже на улице были слышны ее возмущенные выклики о моем скотском поведении, о том, что я не ценю все ее старания, которые она когда- либо сделала для меня, о моей безответственности и непослушании. В общем, я оказался самым ужасным ребенком на Земле. Но разве здесь есть моя вина? Разве женщин заставляют рожать нежеланных детей? Их заставляют делать из своих детей жертв неудачного брака, а потом делить их по частям? О да, старший ребенок мой, а младший твой и дело с концом! Затем начинается полный хаос. Родители «провального эксперимента» вдруг понимают, что они слишком много сделали для своих детей. Так почему же теперь не всунуть их обратно друг другу? Каждый считает, что он сделал все по максимуму и теперь черед своей бывшей половинки. Что чувствует в этот момент ребенок? Он чувствует себя продуктом быстрого приготовления из рук в руки. Его родителям насрать на внутренний мир ребенка. Все, что их волнует — это содержание своего спиногрыза. Больше никто не задумывается о таком термине как «семья».
В школе меня уже ждало тысячу насмешливых взглядов, ухмылок и комментариев полных едкой желчью.
—Вот эта слива! — восхищенно произнес Джерри, пока не получил недовольный взгляд от брата. — То есть, это Крейг?
— Нет, это синяк, — ответил я и раздался звонок. Сегодня я планирую избегать их обоих. Гораздо лучше было в одиночестве.
На первый урок Беркинс как всегда опаздывал. Даже Билли к этому времени уже сидела на своем месте и заставляла своего друга съесть мел.
— Извиня.. — суетливо зашел в класс мужчина, поставив на стол свой чемоданчик. — Хотя нет, не извиняюсь, потому что вы, засранцы, опаздываете все время. — Сегодня мы поговорим о женщинах. Нет, Майкл, не как о секс игрушке. Пожалей свою мать.
— О каких именно женщинах? — спросил кто-то с задних парт. Многие парни сразу же зашевелились и подняли свои хвосты, как кучка чертиков - развратников, варящихся в одном котле.
— О моей жене, которая предпочла Ченинга Татума, — иронически произнес Беркинс. — И так, что для вас представляет женщина в нашем черством обществе? Это самый идиотский вопрос для таких, как вы, но, тем не менее, постарайтесь пошевелить своими извилинами. – Крейг?
Парень замешкался, а потом ответил:
—Деньги. Когда нам приспичит, мы тащим их в постель. К примеру, чтобы уломать Билли Гувер потребуется много бабок.
— Заткнись, — закатила глаза девушка, сразу же отреагировав на его колкость.
От одного вида Крейга меня начинало воротить. Я старался не смотреть в его сторону, вспоминая, как он топил меня в унитазе.
— Женщина в нашем обществе — это вещь, — вырвалось из моих уст и все кинули на меня заинтересованные взгляды. Точнее на мою слегка измятую физиономию. — Ее можно бить, насиловать, унижать, бросить, растоптать ее чувства, и это мало кого волнует. Мы так часто ноем о своих трудных жизнях, хотя на самом деле труднее всего приходиться противоположному полу. Родиться женщиной уже испытание, потому что тебя, возможно, будут окружать полные мудаки, а ты слишком слабая, чтобы построить эту стену вокруг себя, которая не даст таким придуркам добраться до тебя. А говоря о «таких придурках» я имею в виду всех нас. Мы перестали быть защитой для женщин. Все, что нас волнует это: выпивка и деньги.
Девушки широко раскрыли глаза, и все это время меня внимательно слушали, пока наигранный приторный голос не прервал мою обычно несвязную речь:
— Как это трогательно, — защебетал Крейг и парни громко загоготали.
— Очень хорошо, Люк, а теперь заткните свои поганые рты! — закричал Беркинс, стукнув рукой по столу.
_______
в последнее время категорически не могу писать большие главы, поэтому решила уменьшить объем, чтобы выкладывать почаще.
Ditangie