33
И Сехун дар речи теряет.. Сердце выпрыгивает из груди и оглушает его звуком громкого удара об плитку в ванной.
Нервно облизывает губы.
— Ты же хотел встретится в пятницу, да?
Он даже успел забыть..
— Да. — хрипло.
— Ну, вот..
И губы Сехуна резко вырезаются в её, забирая возможность что-то договорить. Слова сейчас не нужны.
Они мешают.
И довольный стон вырывается с его груди, который растворяется несвязным мычанием в жарком и влажном поцелуе. Его руки тянутся к её спине, хаотично оглаживает и прижимает к себе ещё сильнее.
— Сехун..о-остано.. вись...подожди..
До конца противится, но он не слышит, толко ощущает, как она дрожит. Как же она дрожит. И его самого трясет, и Сехун уже не помнит, как руки поднимают её и несут в спальню, не разрывая поцелуя.
Её кожа покрывается мурашками, когда она ощущает прохладу простынь. Но жар его тела всё перекрывает.
О на секунду разрывает поцелуй, но только для того чтобы снять с неё футболку. И дрожащими руками проводит по тонкой талии.
С её утончённых пухлых губ слетает стон и Сехун застывает, ведь в жизни(в прямом смысле этого слова) не видел такой искренности. Никогда не было ничего столь интимного ни с одной. Только с ней.
Он не знает, когда начал думать о Лисе так много, что сейчас всё происходящее кажется очередной фантазией из его головы.. Руки шарят по бедрам, спускаются к коленям и делают тот же путь, но уже обратно..и это только для того, чтобы убедится, что это не сон и не очередная грёбаная иллюзия.
И губы снова целуют её, потому что О не в силах устоять искушению. Такому сладкому, а главное самому желанному..
Одежда летит в разные стороны, одеяло и подушки тоже. Разгоряченные, до предела тела, не замечают ничего ровным счётом.. и их вниманием поглощают чувства и ощущения от которых голова кругом.
Всё вокруг расплывчатое и перед глазами чётко видно только её лицо, и эти большие глаза в которых и следа блядской похоти нет..
— С-се.. Сехун.. — тяжело. Слова ей даются тяжело, потому что рассудок отключен и всем правит только чувство возбуждения. Жаркого такого возбуждения..
— Да..Лиса..расслабься, просто расслабься.. — шепчет лихорадочно, бессвязно. — Хорошо? Тебе хорошо, Лиса? Скажи, да, скажи... черт просто скажи..
Наполняет её собой и она выгибается дугой, и отвечает заветное «да» с громким стоном на пару.
— Господи.. Лиса, Лиса..
Почему-то сейчас нет ничего возбуждающего, чем её имя, проговоренное вслух..
И всё происходит словно в тумане. Касания обжигающие, заставляют дрожать и кусать губы до крови. Перемалывать их зубами и высушивать горячими вздохами, тяжело вырывающими из груди, каждый раз когда он проводит губами по ребрам.
Движения внутри неё плавные. Голова покоится на её плече и он рычит вперемешку со сдавленным стоном прямо ей на ухо, прикусывая чувствительную мочку.
— Лиса...
И всё то прежнее ожидание меркнет перед этим моментом. Ведь оно того стоило. Стоило, чтобы потом вот так касаться к ней, чувствовать, как она сжимает его плечи, царапая кожу почти до крови.
Она жмурит глаза и мотает головой. Лицо красное, горячее и Лиса чувствует, как тает..медленно и постепенно..
Его руки сжимают её бедра и она громко стонет, не сдерживаясь. А Сехун улыбается и губы сами находят её. Впивается в нежные уста резко, чувствуя как сладкий вкус перемешивается с металическим... Его? Её? Неважно..
Лиса чувствует всю пряность топленого шоколада, что остается приятным жгучим осадком на языке.
Но познание всей его горечи прийдет совсем скоро...
А пока Лиса выгибает спину до хруста в позвонках и зарывается в темных, взлохмаченных волосах О. Близость пьянит до потери разума. А алкоголь вперемешку с той самой близостью создают гремучую смесь и Чон теряет себя вовсе. Плавясь под обжигающими поцелуями и медленными движениями