ℱ𝓇ℴ𝓂 𝒽𝒶𝓉ℯ 𝓉ℴ 𝓁ℴ𝓋ℯ ℴ𝓃ℯ 𝓈𝓉ℯ𝓅

Ты сидела на кухне с чашкой чая, когда вдруг услышала звонок в дверь. За ней оказался курьер с большим, ярким букетом: розы, лилии и нежные полевые цветы в гармоничной композиции. Бумага обёртки была дорогая, завязанная серебристой лентой. Без открытки. Только небольшая карточка с надписью от руки:
«Для самой красивой невесты. — Твой тайный поклонник»
Ты замерла, глядя на букет. Ни имени, ни намёков — ничего. Просто аромат цветов и сердце, которое почему-то внезапно забилось быстрее. Пока ты разглядывала карточку, за твоей спиной раздался знакомый, едва раздражённый голос:
— Это ещё что за цирк?..
Чан стоял, опершись плечом о косяк, с прищуром в глазах и сложенными на груди руками. Он явно уже всё увидел — и букет, и твоё удивлённое лицо. В его взгляде — ни капли веселья.
— Ну-ка, напомни мне… кто у нас тут в "фиктивном" браке, а получает букеты, как будто свободна?
Он подошёл ближе, взгляд всё ещё прикован к цветам, будто в них был скрыт какой-то подвох. Было понятно: он в бешенстве, но делает вид, что держит себя в руках.

— Чан,притормози у нас фиктивный брак,и я все ещё свободна.
Ты сжала карточку в пальцах, глядя то на букет, то на нахмуренного Чана. Его челюсть была напряжена, взгляд слишком долго задерживался на твоём лице, будто выискивал ложь, которой не было.
— Я что, по-твоему, сама себе заказала, чтобы тебя позлить? — фыркнула ты, отодвигая букет чуть в сторону. — Я сама в шоке, Чан. Не знаю, кто это, и знать не хочу.
Он сделал шаг ближе, а потом ещё один, теперь вы были почти вплотную. Ты чувствовала, как он смотрит — не просто с ревностью, а с каким-то непонятным внутренним кипением, как будто весь этот "фиктивный" фарс уже перестал быть для него игрой.
— Не знаешь? — тихо спросил он, почти прошептал. — А почему у меня внутри всё горит, а?
Он провёл пальцами по твоей щеке — нежно, но с такой сдерживаемой злостью, что у тебя перехватило дыхание.
— Может, пора напомнить кое-кому, что даже фиктивный муж имеет право не терпеть конкуренцию.
Он взял букет и резко поставил его в раковину. Цветы слегка качнулись. Вода брызнула на гранит столешницы.
— Цветы красивые, но ты у меня одна. Фиктивная или нет — раз ты моя, то пусть даже анонимы держатся подальше.
Он развернулся и вышел из кухни, оставив за собой только запах цветов и напряжённый воздух. А тебе почему-то было немного жарко… и не от злости

— Ревнивый псих — рявкнула ты.
Ты только успела перевести дух, как в дверь позвонили снова. На этот раз не курьер — почти цветочный фургон. Парень с трудом протиснулся в коридор, держа в руках огромный, роскошный букет. Розы, пионы, ирисы, лаванда... целое поле. И снова — карточка. Без подписи.
Ты стояла, раскрыв рот, когда Чан вышел из своей комнаты. Он замер. Молча. Его взгляд прошёлся по цветам, потом по тебе, потом обратно. Ты даже не успела ничего сказать, как он очень медленно подошёл к букету, взял карточку, прочитал — и засмеялся. Тихо. Сухо. Опасно.
— А теперь они, значит, пачками валят, да? — голос у него был до ужаса спокойный, слишком спокойный.
Он наклонился чуть ближе к тебе, глядя прямо в глаза.
— Ты уверена, что это не ты себе, а?
Ты закатила глаза: — Да с чего ты взял, что я вообще мечтаю тонуть в розах, как в мелодраме? Мне бы твои дурацкие контракты не редактировать ночью — уже подарок!
Он вздохнул. Поднял цветы… и пошёл. Мимо кухни. Мимо гостиной. Прямо в спальню. Твою. Туда, где ты спишь.
— Чан, не смей! — крикнула ты и рванула за ним.
— Если этот аноним хочет впечатлить тебя — пусть знает, где ты живёшь. И с кем.
Он поставил букет прямо у изголовья кровати.
— Пусть его цветы нюхают твои подушки. Пока я — нюхаю тебя.
Ты замерла, ошарашенная. Он развернулся и ушёл, оставив после себя аромат цветов и ещё более головокружительное ощущение... ревности. Настоящей

— Ты ревнивый псих это просто контракт тебе должно быть все равно на меня и на мою личную жизнь.
Чан резко остановился в коридоре. Ты даже не видела, как он так быстро вернулся. Он молча уставился на тебя, с прищуром, медленно подходя ближе. Чересчур близко.
— А ты… правда не понимаешь? — его голос был тихий, почти прошипевший. — Тебя кто-то добивается, присылает цветы, флиртует вслепую… и мне, получается, должно быть по фигу, потому что у нас контракт?
Он ухмыльнулся, но в этой ухмылке не было радости.
— Ну да. Брак фиктивный. Всё по бумажке. — Он шагнул ещё ближе, почти вплотную. — Тогда и первая ночь у нас по бумажке была, да?
Ты сглотнула. Его взгляд был острым, будто вгрызался в тебя.
— Ты правда думаешь, что если чувства не прописаны в контракте, их не может быть вообще? — Он ткнул пальцем в сторону спальни. — Так вот почему ты сбегаешь. Так легче. Так проще держать всё «фиктивным».
Он взял тебя за подбородок, аккуратно, но с напором, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.
— Я ревную, потому что вижу, как ты нравишься другим. И потому что ты — моя. Даже если ты сама ещё этого не признала.
Он отпустил тебя, чуть отстранившись. Его глаза по-прежнему горели, но голос стал тише.
— А если ты действительно ничего ко мне не чувствуешь — просто скажи. Только смотри в глаза, ладно?
Он стоял перед тобой, будто без брони. Ни маски заносчивого Чана, ни игривости, ни иронии. Только один вопрос. Один вызов. Один шаг, который ты либо оттолкнёшь… либо сделаешь сама.