ℱ𝓇ℴ𝓂 𝒽𝒶𝓉ℯ 𝓉ℴ 𝓁ℴ𝓋ℯ ℴ𝓃ℯ 𝓈𝓉ℯ𝓅

Ты стояла у окна, скрестив руки на груди, и наблюдала, как с машины выходят его родители — снова. В третий раз за месяц ТРЕТИЙ. Раз. За. Месяц.
Позади тебя послышался голос Чана — слишком бодрый для такой новости:
— Ну смотри, они всего на недельку! Или на две… Ну, максимум — три.
Ты резко повернулась, прищурившись:
— Ты издеваешься?
— А что? Они соскучились. Сказали, что у нас тут так уютно… домашне… — он наигранно потянулся и подошёл к тебе, положив руки на твою талию. — Ну и не забывай, мы же “счастливая” пара. Надо соответствовать, моя жена.
Ты оттолкнула его руки, но он лишь хмыкнул и поцеловал тебя в висок, прежде чем выбежать встречать родителей.
Ты стояла как вкопанная. Мало того, что фиктивный брак, так ещё и эта комедия превращалась в какой-то нескончаемый сериал… с перчинкой идиотизма. Но куда деваться? Ты втянулась. И, что хуже всего — где-то глубоко внутри тебе нравилось, как он к тебе прижимается, улыбается родителям, будто действительно гордится тобой…
Только б не показаться слабой. Только бы не сдаться первой.

Ты только присела на диван, чтобы перевести дух, как он уже уселся рядом. Притянул к себе за плечи, будто вы действительно — идеальная пара. Мама Чана стояла в дверях, улыбаясь, а он театрально поцеловал тебя в висок.
— Видишь, мама, она у меня самая нежная. Да, малышка?
Ты резко повернулась к нему, шепча сквозь зубы:
— Хочешь получить по башке — продолжай в том же духе.
Он только тихо хмыкнул и сильнее притянул тебя к себе:
— Ты так мила, когда злишься… прям моя.
— Не твоя. Мы временно женаты, ты забыл?
— Ну… временно — это понятие растяжимое, — он опять вскинул брови, и мама, не заметив подтекста, только счастливо вздохнула:
— Такие красивые... Любовь с первого взгляда, наверное, да?
Ты буквально закатила глаза. А Чан усмехнулся, склонился к тебе и прошептал на ухо:
— Пошли спать, жена. Надо же… соответствовать статусу.
— Я спать на диване.
— А ключ от гостевой я куда-то дел. Странно, да?
Ты зло посмотрела на него. Он знал, знал, как ты будешь реагировать, и ему это нравилось.
Ты прошипела:
— Если ты ещё раз при родителях полезешь целоваться — я разобью о твою голову первую вазу, которая попадется под руку.
Он чуть слышно рассмеялся, будто бы это комплимент. А потом снова вскинул голос:
— Ма, мы спать! Не шумите, а то малышку разбудите!
Ты стиснула зубы и пошла в комнату, Чан довольный шел за тобой, как хвост.
Игра продолжается.
                              ***
Утром мама чана вся сияющая, радостная — вдруг выдала за завтраком:
— Ну что, детки, а когда уже наши внуки будут?
Ты замерла на месте, а Чан, не моргнув глазом, с самым наглым лицом приобнял тебя за талию и, глядя прямо родителям в глаза, сказал:
— Мы работаем над этим, правда, малышка?
У тебя дыхание перехватило. Лицо твоё дернулось, но он сжал твою талию сильнее, будто подсказывая: "Играй". Ты через силу улыбнулась, скрипнув зубами:
— Конечно… "усердно работаем".
А внутри всё кипело. Он что, с ума сошёл? Он сам устроил этот фиктивный брак, сам назвал это игрой — а теперь не только страстно лезет обниматься, так ещё и родителей подгоняет в сторону "внуков"?
Мама его умилённо сложила руки на груди:
— Ай… как мило. Я ж говорила, что вы идеально подойдёте друг другу!
Ты не выдержала и, уже шепотом сквозь зубы, прямо в ухо Чану:
— Ещё одно слово про детей — и ты у меня будешь пить гранатовый сок с трубочки… в больнице.
Он снова довольно хмыкнул. Видимо, ему действительно доставляло удовольствие доводить тебя до точки кипения. Ты понимала — он играл. Но черт побери… слишком уверенно играл с огнём.
                            ***
Вечер,ты уже устала. Ужин подходил к концу, а Чан будто соревновался сам с собой — насколько далеко можно зайти в этом спектакле "идеальной семьи". Он постоянно касался тебя: то руку на твоё бедро положит, то волосы за ухо уберёт, то на шее поцелует — и всё это при родителях, которые сидели напротив и тихо таяли от "нежности" между вами.
Ты несколько раз сдерживалась, стискивая зубы и держа лицо, как у актрисы на премьере. Но когда Чан, не спросив, отрезал тебе кусочек мяса и аккуратно поднёс вилку к твоим губам, ты медленно посмотрела на него… а потом перевела взгляд на свекровь и выдавила:
— Вы знаете, а Чан у вас не только красивый и заботливый, но и настоящий… ты сделала паузу, сузив глаза на него… театрал.
Он хмыкнул, будто понял намёк, но и не подумал отступать. Мама его в ответ только заулыбалась:
— Да, он всегда был у нас романтиком… таким тёплым, настоящим мужчиной.
А он, зараза, вдруг снова притянул тебя ближе, обнял за плечи и прошептал тебе на ухо:
— Тепло тебе, милая?.. А то могу тебе ещё пододеяльце принести… из спальни.
Ты с силой наступила ему на ногу под столом. Он поморщился, но виду не подал, а родителям сказал:
— Вот видите, даже под столом у нас любовь бурлит… настоящая страсть!
Твоё лицо чуть не пошло пятнами. Ты встала из-за стола:
— Простите… мне срочно надо… в ванную… И, уже уходя, добавила сквозь зубы:
— А тебе, Чан, очень скоро срочно понадобится лёд. На всё.
Он усмехнулся, наблюдая, как ты уходишь, с довольной миной победителя. Его явно не пугали ни угрозы, ни твоя злость. Он наслаждался этим странным, запутанным браком больше, чем кто бы то ни было.