Бывший

Быстротечность времени совершенно не замечается за усиленной учебой. Все выпускники школы — на финишной прямой и усиленно готовятся к важному событию в их жизни. Совсем скоро для каждого из них все изменится. Кто-то поступит куда мечтал, кто-то захочет взять передышку после школы, кто-то останется в городе, так как денег на обучение в хорошем месте у родителей нет, кто-то останется по другим причинам, ну а кто-то уедет в другую страну, сверкая пятками. У каждого из этих взрослых детей своя судьба. Любые кардинальные изменения для подростков ощутимы и воспринимаются по-разному. У кого-то конец школы — «отстой», у кого-то —  «охреенеть! Скорей бы!», кому-то просто «плевать». Конкретно Лиса, конечно же, хочет скорей получить свидетельство, но особого энтузиазма в том, чтобы ехать в колледж как и хотела — в себе не замечает. Причина?

Несколько.
Но обо всем по порядку.

Прошло несколько недель с инцидента с Соен. Школа понесла огромные убытки, рейтинговые в том числе. На учащихся особым образом ситуация не повлияла, но каждый молча сделал свои выводы. Кто-то посчитал её смелой, кто-то — дурой, кому-то было плевать. С ней мало кто общался, поэтому подобное отношение не было удивлением. Единственным (кроме родителей девушки), на ком происходящее отпечаталось радикальным образом — оказался Чонгук. После того, что случилось он не появлялся в школе две недели. На связь не выходил ни с кем. Ходили слухи, что его родители, наконец приехавшие в город, звонили директору лично, с учетом этого времени и посещения Чоном занятий в принципе, было понятно, что поступить он никуда не сможет, что радикальным образом отпечаталось уже на Лалисе Манобан, которая лелеяла надежды на то, что в целом у них всё будет хорошо и они, если не поступят в один колледж, то хотя бы переедут в один и тот же город, но такими темпами, Чонгук может не сдать итоговые экзамены или попросту никуда не поступить и остаться в школе на ещё один год, а Лалиса не сможет этого сделать, даже если очень постарается.

Её оценки говорят сами за себя.

Вопрос о будущем Чонгука, кстати, первая причина, по которой Манобан «не так рада предстоящему поступлению, как хотелось бы».

К слову о них.

Прошло много времени с того дня, когда они смотрели друг другу в глаза так как смотрели: искренне, любовно, отчаянно. Месяц, если быть точнее. Тридцать один день с их последнего касания друг к другу. Добавить ещё пару минут и можно закрыть глаза и вспомнить то объятье, подарившее обоим огромную порцию кислорода. Чертова необходимость, без которой сейчас адски тяжело.

Она думала в период разлуки, что скучает за ним, но по-настоящему тоска по нему открылась даже не тогда, когда его не было, а сейчас, когда он грузной тучей ходит по школе, давит «привет» и отворачивается. Ничего себе не разрешает. Винит себя. Он по-прежнему разбит.

И это не меняется.
Лиса думала дать ему время, но оно закончилось, как и терпение.

Ей так плохо за него...
Ей так невыносимо без него.

В один момент Лиса не выдерживает и догоняет его уходящим со школы.

Он бледный и уставший. Сам на себя не похож.

«Никакой» — если бы Лису попросили описать его одним словом.

Глаза лишились былого блеска, весь его природный задор провалился в небытие.

Он осунулся.

На разговор явно не настроен, его не подкупить даже вниманием любви всей его жизни. Словно он стал «тяжелым» человеком, хотя не был таковым никогда. Он словно тащит неподъемные гири на цепях за собой.

— Эй... - шепчет она, её голос как эхо. Этот мертвый призрак не похож на её Чонгука. Она почти дотрагивается до рукава его ветровки, но в последний момент передумывает. В её глазах в этот момент читается все, что он так яро презирает: жалость, сострадание, тоска, вина... Крайнего уж точно не должно быть.

Последнее, что она должна делать — так это думать, что виновна в его состоянии.

Недостаточно была рядом, недостаточно поддержала, недостаточно помогла.
Недо... недо...

— Хэй... - вяло послышалось от него, как знак «стоп» для её мыслей. Он даже попытался усмехнуться, но вышло так вымученно, что у Манобан за какие-то жалкие пару секунд собрались слёзы в уголках глаз. Она черт возьми его теряет. Кажется, в первый раз в жизни так сильно и так стремительно.

Он здесь, но его нет.

— Ты что творишь? Где Чонгук? - мягко звучит от нее. У неё трясется губа и уже катится слеза, но она пытается улыбаться. У нее получается явно лучше чем у него.

Её взгляд красноречивей слов.
Ей даже не нужно говорить «люблю», чтобы он это чувствовал.

Чон отзеркаливает улыбку на её попытку пошутить. Видит как ей плохо из-за него. От этого только хуже.

— Прости, он не в настроении. - он не отворачивается, ибо как можно лишать себя удовольствия смотреть на неё?

Она склоняет голову на бок, все же взяв его за руку и начинает бережно водить большим пальцем по коже его кисти.

— Что мне сделать для тебя? - Манобан захлопала ресницами. Не специально. Просто от влажности щиплет в глазах.

— Оставить одного. - тихо и уверенно в ответ. Он сам разберется.

САМ.

Наверное.

Она придвигается ближе.

О чем он?

— Ты был один слишком долго, посмотри к чему это привело? - легонько кивает подбородком на всего него. Лиса придвигается ещё ближе, она едва касается его губ своими. Не с целью поцеловать, с целью — дать ему почувствовать её «тепло». Почувствовать, что он кому-то нужен, что он не один.

Чонгук почти не поддается.

— Может так мне и надо.

— Чушь.

— Ты так не думаешь? - често спрашивает.

— Я не могу. - она смотрит прямо в глаза, «поверь, это невозможно». — Ты же мой любимый. - молл «дурак что ли, это же очевидно», она не поленилась вложить в эту фразу всю нежность, которую имела к этому человеку.

И этого было достаточно для того, чтобы он почувствовал себя чуть лучше.

— Если все это, только из-за жалости... - в миг меняется он в лице. Ему становится физически больно. А что, если это правда? Что, если она не хочет добивать лежачего? До инцидента с Соен между ними было что-то страшное и в тот момент казалось, что их дороги разойдутся навсегда, сейчас же, словно тучи наконец рассеялись, давая дорогу яркому солнцу, обещающему вечный свет.

— Нет. - отрезает она, мотая головой, она от волнения схватила его за полы куртки, будто пытаясь удержаться на месте. — Я призналась тебе тогда в коридоре до всего этого, разве не помнишь? А Хенджин?

— Прости... Я сам не знаю... - путается он.

— Чонгук, посмотри на меня. - она аккуратно поворачивает ладонью его лицо и заглядывает в глаза. — Ты не был ей ни парнем, ни другом. На её решение ты никак бы не повлиял. Это не твой выбор, не твоя вина, не твоя жизнь. И это все... - указывает на всего него. — Не ты. Тебе надо жить дальше. Обещай мне попробовать.

Она смотрит с надеждой во влажных глазах. Страшно за него как за себя и даже хуже.

Он не хочет ей ничего обещать. Никто не ожидал, что ситуация с Соен отпечатается на нем настолько глубоко. Даже он сам не мог предположить подобного.

Соен тоже об этом не думала.
Она вообще не думала.

— Ради меня, ну же... - умоляет. Знает как он её любит, и что не сможет отказать. — Я тебя очень люблю - ей тяжело не меньше. — Слышишь?

— Я тоже тебя. - прерывает. — Сильно. - все на что хватает сил. Он прикрывает глаза и сжимает челюсти, касаясь её губ своими, но не целуя.

Невесомым прикосновением он оставляет на ее губах легкое обещание «вернуться», что бы это не значило и чего бы ему это не стоило.

***

Следующий месяц поменял все кардинально, Чонгук выполнил обещание и действительно вернулся в прежнее состояние настолько, насколько было возможно. Он шутил, общался, флиртовал, был громким, уверенным и наглым. Чонгуком, в общем. Лиса словно вновь влюбилась.

Вместе они по-прежнему не были.
Никто не заводил об этом разговор.

Оба знали, что это неизбежно, но старались оттянуть момент, даже когда хотели обратного.

Почему?

Чонгук боялся торопиться.
Лиса выжидала.
Что было в голове у Чона понять не представлялось возможным, но из всего произошедшего было ясно, что он все еще пытался окончательно прийти в себя.

Их друзья же напротив — активно предавались любви, не имея и крупицы совести и двадцать четыре на семь они любились перед всеми.

Называли себя ЧиМ. Сделали даже парные браслеты с этой надписью.

Типо Чимин и Мина.

Хорошо, что не татуировки (господи боже!).

Радостно за них.
P.S. почти искренне.

Соен шла на поправку, об этом тоже знала вся школа.

Чонгук начал потихоньку подтягивать учебу, после слов директора о том, что ещё не поздно, «парень же смышленый» — прямая цитата. Чон даже оживился как-то от такой веры в его персону. Посещал все занятия, особенно дополнительные, занимался дома, в общем-то выполнял даже задания со звездочкой.

Лиса им гордилась.
Хена кстати тоже.

Они с Манобан без пяти минут сестры. Этот факт больше не огорчал. Хена оказалась очень классной девчонкой, с охрененным чувством юмора. Как бы ни было тяжело признавать это, но в какой-то степени она помогла Чонгуку и Лисе и стала хорошим другом для обоих.

Также, эта малышка подружилась и с Хенджином и уже даже ходят слухи, что между ними что-то есть. Хорошо если так, Лисе больше всего на свете хотелось бы счастья для своей новоиспеченной подруги-сестры и нового бывшего.

«Новый бывший».

Отстой.

Даже непривычно как-то, ведь в этом году слово «бывший» ассоциировалось только с одним взбалмошным, наглым, грубияном-эгоистом, от пронзительного взгляда которого, хотелось исчезнуть с лица Земли к чертям собачьим.

Он ведь уже не бывший?

Бум.

Видимо Чонгук все же нашел в себе силы, чтобы прояснить этот момент.

— Манобан, может научишься пользоваться своими очаровательными глазами? - Чон усмехается и присаживается на корточки, чтобы собрать ее, разлетевшиеся от их столкновения по сторонам, книги.

Черт, где-то мы это уже видели.

— Иди куда шел. - смеется она, смотря на него сверху вниз и заправляя волосы за левое ухо. Ей чертовски идут её блестящие глаза.

— Я бы с радостью, но я только что разучился ходить. - возмущается Чон, выпрямляясь и подходя ближе.

— Да ну? - щурится она.

— От твоей красоты и не такое может произойти.

— Ничего себе! Сам Чон Чонгук мне такое говорит?! - паясничает, смеется. — Эго не будет ревновать?

Игры закончились, Манобан.

— Оно в отпуске. - чеканит. — Этот Чон Чонгук настолько одурел, что сейчас тебя при всех поцелует. - сексуально говорит в губы. Соблазняет.

Вау.

— Ему нужно разрешение?

— Просто решил по-джентельменски предупредить.

— Нихрена себе, джентельмен...

— Манобан, какая же ты...? - кривится. А чего собственно? Любит ведь любой.

— Ну? - вскидывает брови, молл рискни.

Стерв...!

— Вре-дна-я! - по слогам.

То-че-ка.*

— Муд...

Книги вновь падают, разбрасываясь пуще прежнего. Чонгук в одно мгновение подхватывает ее под бедра и целует так, как никогда прежде. Этот поцелуй настолько желанен, что будь здесь сейчас даже сам джин в лампе, они бы тут же отказались от всех шести желаний ради этого момента. Самое главное они уже получили — друг друга. Разве нужно им сейчас что-то ещё?

Явно увлекшись, он прижимает её к шкафчикам, под громкое улюлюканье всех любопытных и завистливых.

Пусть смотрят, здесь любовь.
Такая — редкость.

— Чон! Манобан! К директору, живо!

***

несколько недель спустя...

— Я дома! - кричит Лиса, на ходу снимая обувь. — Мам, в следующий раз может я схожу куда-то поближе, чем за тридевять земель и ради чего-то более важного, чем дурацкая руккола? - летит словно в пустоту. Лиса хватает пакет с ненавистной зеленью и идёт прямиком на кухню. — Мам? хмурится она, расслышав ещё один голос.

— Я думал там проще, нет? - звучит приглушенно из-за стола. Лиса заглядывает на кухню и видит необычную картину: Кора за столом, пьет кофе, Чонгук напротив, пьет чай. Оба непринужденно болтают, как старые друзья.

— Эм? Я вам не мешаю? - Лиса непонимающе таращится на обоих, кладя пакет с магазина на столешницу.

— Дочь! Мешаешь конечно, но заходи так уж и быть. - шутит Кора.

— Что ты тут делаешь? Когда ты успел прийти? - подходит она к нему и тут же получает свой приветственный поцелуй.

— Только что. - кидает невзначай Чон.

— О чем вы вообще здесь разговариваете?

— Кора рассказывала, какая примерно у тебя будет программа в том колледже, в который ты планируешь поступать.

— А... ну я могла сама тебе рассказать, если что.

— Плюс, я узнавал погоду, твоя мама говорит, что там бывает прохладновато. Куртку бы купить. - продолжает Чонгук, не обращая внимание на слова Лисы.

— Не нужно. Какая к черту куртка, Чонгук, у меня полный дом вещей? - не понимает она, чуть отстраняясь.

— Причем тут ты? - хмурится Чонгук как ни в чем не бывало. — Просто я подумал мне будет холодновато в той серой ветровке и...

Лиса не сразу поняла о чем речь и время замедлило свой ход. Он... что сейчас сказал?

— Стоп, что? - заторможенно шепчет одними губами. До нее начинает доходить.

Чонгук собирается с ней.

Его наглая улыбка — ответ.

— Не может быть! Ты поедешь со мной? Ты будешь учиться? - она подходит к нему и с надеждой смотрит в любимые глаза.

— Я подам документы в колледж в часе езды от твоего, если не поступлю — буду жить с тобой и попробуюсь на следующий год. Мы больше не расстанемся, Лиса.

Она ждала только подтверждения.

— Чонгук! - и накинулась на него. Чону пришлось встать, чтобы полноценно обнять свою девушку.

Свою девушку?
О да.

Кора, переполненная счастьем за детей сдерживает слёзы и решает тихонечко смыться и не мешать такому интимному моменту двух родных для неё людей. Да, «двух» и «родных», Чонгук ей давно как сын. Он всегда нравился Коре, несмотря ни на что. Просто в глубине души она чувствовала, что он тот самый для её дочери. Возможно, так и есть. У самой женщины жизнь тоже налаживается.

После смерти мужа она сосредоточилась на Лисе, позабыв на какое-то время о себе. Сейчас же все иначе: дочь выросла, скоро уедет учиться, а у неё самой появился Джисон. Теперь Кора будет заниматься своей личной жизнью.

— Ты ничего не сказал мне. - Лиса держит руками лицо Чонгука и лихорадочно целует глаза, нос, губы. — Почему ничего не сказал?

Она выглядит такой счастливой.

— Сюрприз. - он прижимается своим лбом к её.

Он тоже.

— Я все думала о том, как мы будем мучаться в разлуке. - она зарывается пальцами в его волосы.

— Да куда там. Мы ж теперь комплект: стерва и мудак. Нам же это... нельзя по отдельности. - хмыкает он, пожимая плечами.

— Вообще никак? - забавляется она, наслаждаясь этой близостью.

— Не, - мурлыкает. — Вообще никак.

Снова поцелуй.

— Лис... - пытается отстраниться от её губ Чонгук и у него нихрена не выходит. Он пробует снова через минуту. — Я хотел поговорить о нас. - все же отстраняется он, пытаясь настроить ее на диалог.

— Бла бла... - вздыхает она, не убирая руки от его лица.

— Это важно, пожалуйста.

— Сейчас?

— Сейчас. Слушай, я хочу, чтобы в этот раз все было по-другому. Все серьезно. Я очень тебя люблю. Я больше не готов тебя терять. Прости меня за всё, что я тебе сказал, за всю боль которую причинил, за то, что не пришел тогда и не спас наши отношения, а затем только и делал что все усугублял. мне правда жаль. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на всякую дурь, мне жаль каким именно способом мне пришлось это понять и жаль времени, которое это заняло. - выпаливает все как на духу. Между ними нет секретов.

— Хорошо. — Во-первых я тоже тебя люблю, во-вторых я тоже хочу перед тобой извиниться, за всё, ты знаешь... мы ведь так похожи. Словно зеркальное отражение. Мы причинили друг другу достаточно боли, нам же это и разгребать.

— Мы нужны друг другу.

— Ещё бы.

***

Несколько месяцев спустя...

— Тебя хочет каждый хрен в этом чертовом колледже. - ревнует Чонгук, встретив свою девушку в кампусе после занятий. Его ревность всегда приятна, это что-то необъяснимое, когда ты понимаешь, что ты есть только для одного человека. Никому больше из мужчин нельзя тебя касаться. И тебе это нравится. Тебя приводит это в восторг. Конечно это работает в обе стороны. Им по-прежнему тяжело в отношениях, иногда невозможно, но теперь все проблемы решаются разговорами.

Но для подколов тоже всегда найдется время.

— Эго ещё не рвется наружу от осознания что я только твоя? - задает она вопрос и видит как навстречу им идёт сексапильная брюнетка на шпильках, покачивающая бедрами и стреляющая глазками в одного занятого эгоиста. Лиса берет Чонгука за руку, а другой рукой поворачивает к себе его недовольное лицо и целует в губы. 

Чтобы всяким там девкам было все понятно.

Та, кстати недовольно цокает в ответ на это и проходит мимо.

— Сдерживаю его только ради тебя. - недовольно бурчит он, даже не заметив (к своему же счастью) ту брюнетку и не осознав, что Лиса только что «очертила свою территорию» для местных дивах.

— Здóрово быть мной. - ухмыляется она.

— Еще бы! От тебя без ума сам Чон Чонгук. - издевается он.

— Боже, ты невыносим! - смеется девушка. Кажется, она ещё никогда не была счастлива настолько...

— Хочешь снова стану бывшим?

— Нет!

Вот и всё! Всем спасибо. ♥️
Обнимаю!
До новых встреч)