Глава 42
Утро началось на том же самом полу с головной боли и откровенного нежелания вставать. Где-то очень далеко от нас разрывались сразу два будильника, создавая адскую какофонию, но... Кого бы это еще волновало.
— Доброе утро...
— У тебя нет с собой пистолета? — даже не думая открывать глаза, хрипло спросила я. Меня погладили по спине, подтянули плед повыше...
— Если ты хочешь выстрелить себе в голову, то от Валеона тебя смерть не спасет... — сонно пробормотал Алес, а я с тихим стоном попыталась закопаться в плед поглубже. Алес понимающе положил ладонь мне на голову, прикрывая ухо, и обронил:
— От твоего отца, впрочем, тоже.
— От них ничего не спасет, но ты не мог бы прострелить эти идиотские телефоны..?
В ответ он промычал что-то отрицательное, потом хмыкнул, на секунду воцарилась тишина...
— Почему мы на полу? — он машинально погладил меня по волосам и сонно вздохнул. Бессовестно растекшись по его груди, я бездумно буркнула:
— Мы упали.
— А полотенце далеко?
Тут я все же разлепила глаза, приподняла голову и, окинув взглядом пространство, честно ответила:
— Валяется по дороге к ванной.
— Тогда пошли.
— В ванную? — я легла обратно, удобно пристроив голову у Алеса на груди, — Не пойду, мне лень вставать, и у меня болит голова...
Он шумно вздохнул... и, подхватив меня на руки, встал. Я страдальчески застонала, откидывая голову назад, но тут же пожалела об этом и ткнулась лбом в крепкое мужское плечо. Сейчас помру...
— Душ, — безапелляционно заявил Алес и, смягчившись, усмехнулся, — А потом подумаем, что с твоей головой делать.
Неси меня лошадка, неси. Поморщившись, я послушно обмякла, позволяя унести себя в душ.
Впрочем, позже пришлось собраться: Валеон был до противного бодр, Карина и Неро выглядели явно помято, да и мой вид стилистов не порадовал, так что Алес, решив принять на себя весь гнев Валеона, волшебным образом достал кофе и участливо выслушал все, что фотограф хотел о нас сказать. Зато потом фотографии делались почти в идеальной тишине, прерываемой едкими комментариями от Валеона и... да, от Алеса.
— Нет, ты прекратишь или как?! — все же не выдержав, возмутилась я, отталкивая ручку чемодана и разворачиваясь к этой белобрысой ехидне. Мы как раз ожидали посадки, но Алес все не успокаивался, продолжая припоминать «глубоко запойных дряхлых престарелых свиней, налакавшихся дешевого портвейна и нацепивших занавеску из арсенала покойной бабушки». Учитывая, что после этих слов Валеон под вопль ужаса со стороны стилиста абсолютно бесцеремонно и безжалостно разодрал длинный шлейф Карины, при этом сорвав с нее платье, ведь конструкция была единой, да еще и добавил отдельную тираду насчет ее заплывших красных глаз и распухших ног... В общем, Алес впечатлился и продолжал меня подкалывать. Потому что следующая тирада от Валеона была уже в мою сторону.
— Неа, будет тебе уроком, — ехидно ухмыльнулась эта белобрысая пакость, — Чтобы прекращала пить, алкоголичка малолетняя.
— Во-первых, мне завтра восемнадцать, а во-вторых, я не алкоголичка! — окончательно взбесившись, зашипела я, но Алес только заинтересованно вскинул бровь.
— Правда? В прошлый раз ты хлестала вино из горла, в этот я, конечно, точно не скажу литраж, но... — он многозначительно посмотрел на меня, — Лесса, ты шла такими зигзагами...
Убью сволочь! Издав непонятный взбешенный вопль, я ударила Алеса по груди и, подхватив чемодан, направилась на другой конец зала ожидания. Сзади весело засмеялись, но не забыли грозно крикнуть:
— А ну стоять!
— Иди к черту!
— Ты его споила, так что стой на месте!
Да чтоб тебя! И думаете, на этом история кончилась? Если бы! Стоило войти в квартиру, как мне с самой милой и доброй улыбкой заявили:
— Двадцать беговых кругов, пятьдесят по препятствиям и, да, пока не выбьешь минимум девять мишеней из снайперки и хотя бы восемь в движении, никакого сна, моя дорогая и обожаемая куколка.
Поэтому, когда я без сил рухнула на кровать, Алеса хотелось буквально убить. И утром, логично, мое желание не исчезло, потому что все тело болело. Но... Тут уже внеслись свои коррективы.
Что-то щекотное коснулось носа, потом щеки... Хм, а пахнет вкусно. Немного выкопавшись из одеяла, я потянула носом воздух... Вкусно. Я осторожно приоткрыла глаза, чтобы увидеть рядом с собой пышную кремовую розу. Мысль о смертоубийстве одного белобрысого садиста тут же улетучилась, а я сонно улыбнулась.
— Доброе утро, — поприветствовал лежащий рядом Алес, который, собственно, и щекотал меня цветком. Фыркнув, я перевернулась на живот... Ай. Мышцы противно заныли, так что я со страдальческим стоном потянулась...
— Можно мы никуда не пойдем?
— Ты превращаешься в интроверта? Я эту фразу от тебя последнее время слышу все чаще, — подозрительно уточнил Алес, пока я пыталась закопаться в подушки, — Алекс сказал, что уже там, да и Себастьян, судя по всему, скоро подъедет.
— Угу...
В повисшей тишине я снова закопалась в одеяло, сладко потянулась... И наткнувшись взглядом на розу, не выдержала и улыбнулась.
— Так и знал. Просыпайся, — Алес хмыкнул и, наклонившись, мурлыкнул:
— Если поторопишься в душ, я успею сделать тебе массаж...
Его рука недвусмысленно прошлась по моей ноге и легла на ягодицу, слегка сжав. Уже собравшись отбить его шутку, я не удержалась и блаженно застонала... Когда его пальцы попали прямо на болящую мышцу. Алес понимающе улыбнулся и, легко размяв мне ногу, качнул головой в сторону ванной.
— Давай, малыш. Чем дольше ты думаешь, тем меньше у нас времени на тот массаж, о котором ты первым делом подумала, — Алес совсем ехидно ухмыльнулся, но, чмокнув мою демонстративно скривившуюся мордашку, встал и вышел из комнаты, оставляя меня довольно хихикать над моей розочкой. Я дотянулась до нее, чтобы еще раз понюхать... У меня есть цветочек. А еще я наконец-то доеду до нашего дома, где есть Клэр и, наверняка, булочки. Боже мой, булочки! Мысль о них заставила буквально подскочить и со скоростью света собраться. Правда, когда я, уже реанимированная руками Алеса и одетая, все же выползла на кухню, стало понятно, что роза у меня не одна: на столике в гостиной благоухал пышный букет, а на столе уже стоял торт... О хвала всему, не розовый!
— Какой динозавр сдох в лесу, что торты перестали пугать меня розовым цветом? — смеясь, спросила я, когда Алес вышел из кабинета. На меня снисходительно посмотрели и, не отводя взгляда, с выражением крайней серьезности воткнули в белый крем... Две. Розовых. Свечки. Моя улыбка плавно сползла с лица.
— А я так надеялась...
— С днем рождения, малыш, — Алес лучезарно улыбнулся, зажигая свечи в виде циферок, и подтолкнул торт ближе ко мне. Тьфу, ехидна белобрысая. Покачав от отчаяния головой, я посмотрела на торт... Потом на Алеса... Чего я хочу? Мое прошлое желание осуществилось очень специфично, хотя не скажу, что недовольна. Хм... Ладно, пусть в этом году несчастные розовые свечи поспособствуют моей мечте!
Изо всех сил дунув, я выслушала аплодисменты в свою честь, шутовски поклонилась и, подцепив пальцем кремовую розочку, заявила:
— Все, долг выполнен, поехали!
Алес вопросительно вскинул бровь, но я уже расплылась в предвкушающей улыбке и мечтательно протянула:
— Я хочу успеть съесть как можно больше булочек! Только платье захвачу и вперед.
Проследив за тем, как я соскакиваю со стула и убегаю обратно, Алес промычал что-то в согласие, и уже вслед мне донеслось:
— Никаких чемоданов! Там все есть!
Резко затормозив, я закатила глаза, но... Точно же. Зачем мне что-то брать, если там наверняка найдется и платье, и туфли? Весь мой гардероб сюда точно не перетащить, так что можно расслабиться. Поэтому, прихватив только косметичку, я быстренько выбежала обратно, чтобы застать Алеса с кофе и телефоном в руках.
— Что такого интересного ты там находишь? Я никак не пойму, как ты это делаешь, — на секунду прекратив мельтешить, я кинула сумку под стол и, усевшись на привычно высокий стул, оперлась локтями о столешницу.
— Работу, куколка, работу. Не все могут позволить себе лениться от тренировки до тренировки...
И все это не отрываясь от экрана. Фыркнув, я сложила руки на груди и смерила Алеса взглядом.
— И если думаешь, что завтра тренировки не будет, то ошибаешься. Вылет днем, так что утром ты как раз успеешь отбегать и по препятствиям, и с мишенями... — тут он поднял глаза и оценивающе меня осмотрев, задумчиво продолжил:
— Интересно, Алекс может сделать твою форму пожестче? Чтобы синяки не появлялись? Тогда рукопашка вообще не проблема...
А он может не включать режим мастера хотя бы сегодня? Молча подхватив рюкзак, я с каменным лицом направилась к выходу.
— Да ладно, я пошутил, — Алес хмыкнул, одним глотком допил кофе и вскоре меня догнал, — Какие мы нежные, а?
Молчу, жду. Пробуждения совести не наблюдается. Ах так? Ну и ладно. Демонстративно сложив руки на груди, я промолчала. И упорно молчала пока мы выезжали на трассу. Алес все пытался выпытать, какое из блюд Клэр мне нравится больше, какие булочки я люблю: с корицей или с вишней, но я продолжала его игнорировать, пока в какой-то момент в голову не пришла очень важная мысль. Мы ведь будем на виду у отца? И дедушки, а еще тети и целой толпы гостей, так что есть у меня один вопрос.
— Кстати, а мы расскажем о наших... Хм, отношениях? — стараясь говорить ровно, спросила я, но щеки все равно покраснели. Алес на секунду подвис.
— Ты хочешь?
Интересный вопрос. Я задумчиво посмотрела в окно. С одной стороны, стоило бы, с другой...
— Не уверена, — я нахмурилась и прикусила губу, — Не могу предсказать, как папа отреагирует. Ты, во-первых, все еще меня учишь, плюс разница в возрасте...
— Шесть лет — не так страшно, — Алес хмыкнул, — Если захочешь, то я с ним поговорю. Все претензии, в принципе, будут в мою сторону, так что сам и решу вопрос. Поэтому все зависит только от твоего желания.
Секунду помолчав, я все же отрицательно мотнула головой. Есть еще худшая проблема — дедушка...
— Пока я не могу предсказать его реакцию, лучше не стоит. Да и дедушка... — я не договорила, не придумав, как объяснить это Алесу, и в итоге просто помотала головой, — Может, позже...
— Не вопрос, — Алес снова улыбнулся и, дотянувшись, сжал мои пальцы. Не удержавшись, я улыбнулась в ответ и тихонько облегченно выдохнула. Ну, хотя бы это меня не будет беспокоить... Теперь я наконец расслабилась и в предвкушении улыбнулась. Я так давно не видела Клэр. И деду! Вот к нему у меня вообще отдельный разговор. Как возьму, как прижму, как возмущусь!.. Пусть дарит мне второй красивый стилет для симметрии к тому, что от Алеса. Хмыкнув, я покосилась на изверга и сжала его пальцы. Потом задумчиво прикусила губу и нахмурилась. Папа это ладно, он со мной редко видится, от него скрыть все проще простого, а вот деда... Всю жизнь проработав в ВАНУ и в академии в частности, он просекал любые мои секреты на раз. С возрастом я научилась скрываться, но иногда казалось, что он просто делает вид, что не знает об очередном побеге, после которого я ему не попалась. А если уж попадалась... Выходные у дедушки превращались не в отдых с лошадками и десертами, а в филиал академии на сорок восемь часов. Угу. С обязательными перерывами на трехразовое питание, полноценный сон и заветные пятнадцать минут, в которые деда был готов слушать мое нытье и позволял распинывать камушки и кусты у ворот, которые невозможно перелезть.
Поэтому сейчас я вдруг забеспокоилась и снова покосилась на Алеса. Да нет. Он же тоже понимает, что нельзя ничего афишировать. На съемках, да и на выставке он вел себя так, будто мы просто коллеги. За себя бы беспокоилась, Лесса, это ты краснеешь по любому поводу! Буду ходить и активно напоминать себе, что пока мы у папы, Алес просто мастер. Главное, не краснеть и не улыбаться на любое его слово, иначе деда... Мы как раз въезжали в ворота, когда я, посмотрев в окно, внезапно вздрогнула и вскрикнула:
— Ой, стой. Стой!
Резко затормозив, Алес бросил на меня непонимающий взгляд, но я уже отпустила его руку, выскочила из машины и с диким визгом помчалась к высокому мужчине в деловом костюме приятного шоколадного цвета и в окружении охраны.
— Деда! — с жутким радостным воплем, я подпрыгнула и с разбегу повисла у него на шее. Будь моя воля, и ногами обняла бы, но, увы, прыжок был так себе. Надо отдать ему должное: по инерции крутанувшись, он преспокойно меня поймал и теперь, удерживая за талию, гулко рассмеялся.
— Привет, солнце. Не упади.
— Деда, я соскучилась! — протянула я довольная собой и подергалась из стороны в сторону, не забыв притереться к надежному плечу макушкой. Ну наконец-то! Все же разомкнув руки, я спрыгнула на землю и, широко улыбаясь, посмотрела на дедушку... Он вообще стареет? Ростом примерно с Алеса, но с кучей мышц, с модной стрижкой: выбритые виски и длинный хвост, с волосами того же алого оттенка, как и у меня, за исключением седых прядей, и с прозрачными голубыми глазами. Иногда устрашает, но в детстве я с удовольствием плела ему косички. Хихикнув, едва мозг подкинул воспоминание, я снова обняла дедушку, с удивлением отмечая край татуировки, выглядывающий из-под ворота привычно идеальной черной рубашки, когда мою руку внезапно перехватили.
— Так... Это что? М? — он демонстративно поднял мое запястье и заглянул мне в глаза, — Алессандра, ты что себе позволяешь?
— А? — я непонимающе хлопнула ресницами, забыв свой вопрос про тату, когда он сомкнул на моем запястье пальцы и продемонстрировал эту композицию. А что не так?
— Ты ссохлась, девочка моя! Как можно довести себя до такого состояния? Ты вообще питаешься? А ну покажи мне человека, который тебя до этого довел? Алекс? — тут он опустил мою руку и на весь двор демонстративно взревел:
— Алекс, паршивец, а ну живо корми ребенка, почему она похожа на скелет!
Я не выдержала и фыркнув, рассмеялась. Боже, я уж думаю, что не так, а он...
— Деда! — рыдая от смеха, протянула я, — Я ем! И я не скелет!
— Тогда как ты мне это объяснишь? — он снова обличающе потряс моим запястьем. Как-как... Покосившись в сторону уже припарковавшегося и теперь направляющегося к нам Алеса, я наконец-то успокоилась и посмотрела на дедушку. Он у нас тоже киллер, так что уж должен бы знать! При таких тренировках ни о каком жире речи быть не может! Учитывая, что у меня еще и харды, из-за которых времени на еду в принципе иногда нет...
— Деда, а как ты себе это представляешь? — я снисходительно посмотрела на него, — У меня же тренировки целыми днями, какой, по-твоему, я должна быть?
— Тренировки? — его бровь изогнулась, — Кто у тебя мастер, я ему проведу беседу о твоей диете.
Ой. Вспомнив, о чем думала по дороге сюда, я... Сдержала нервную дрожь и, демонстративно закатив глаза, фыркнула.
— Диете из булочек? Тогда пошли, я собиралась совершить набег на кухню! — я снова рассмеялась и попыталась потянуть его к дому. Ага, сейчас. Такую скалу не сдвинуть.
— Вопрос открыт, — он, прищурившись, посмотрел на уже почти подошедшего Алеса, и я, обернувшись, поняла в чем дело. Хмыкнув, мысленно глубоко вздохнула и честно ответила:
— Лексан Сейрей.
— Сейрей? — дедушка вскинул бровь, нахмурился... И уже обращаясь к нему, спросил, — А позывной?
— Здравствуйте, — Алес дружелюбно улыбнулся и протянул руку, — Алес, очень приятно.
Они пожали руки, дедушка снова прищурился и вдруг выдал:
— Тебя же Эли готовила, да? — он дождался кивка Алеса и довольно хмыкнул, — Позор какой, и этот тощий. Спец должен быть с такой кучей мышц, чтобы от одного взгляда у жертвы сердце останавливалось.
Не успев даже ошарашенно замереть, я тихо начала сползать на землю от смеха, когда лицо Алеса вытянулось, а дедушка демонстративно приподнял его руку.
— Это, по-твоему, нормальная рука? Как у тебя оружие из руки не падает! И Лесса туда же, — он повернулся ко мне, и от его пронзительного взгляда голубых глаз стало не смешно, — Видел я записи последних вступительных-промежуточных, это что такое, а? Ты в драму собралась? Тогда брысь из академии, иди в театральный! Спец должен нож крепко держать, а ты его при любом случае из рук выкидываешь, — деда снова развернулся к Алесу и сложил руки на груди, — Ты куда смотришь? Совсем от рук отбились.
Лицо Алеса выражало крайнюю степень непонимания ситуации, в то время как я обиженно надулась и проныла:
— Деда!
— И слышать не желаю, — бескомпромиссно отрезал он, — Дети — всем на кухню, есть!
А, ну если так, то я не против. Обрадовавшись возникшему шансу смыться, я безропотно заткнулась и... Нет, эту возможность я упустить не могла. Сложив губки бантиком, я хлопнула ресничками и проворковала:
— А на ручки?
— Взрослая барышня, какие ручки? — насмешливо спросил он, вскидывая бровь, но я только улыбнулась шире, игнорируя заинтересованный взгляд Алеса.
— Ну деда!
— Ой, ладно, иди сюда, — сдавшись, меня подхватили на руки и под довольные писки понесли к дому, где по лестнице от входа уже спускался папа. Я гордо помахала ручкой, демонстрируя, что суровый деда уже подчинен.
— Себастьян, доброе утро... — тут папа увидел нашу композицию и фыркнул, — Детский сад, что одна, что второй. Все трое.
— Ты сам не лучше, — деда добродушно улыбнулся и, поднявшись по лестнице, опустил меня перед дверью, — Привет.
Где-то за спиной мужчины обменивались приветствиями, но я, уже не обращая на них внимания, помчалась на кухню, откуда доносились умопомрачительные ароматы.
— Боже мой, я в раю... — выдохнула я, когда, влетев в комнатку, увидела на столе несколько подносов, скромно прикрытых тряпочками. Сунув нос под первую, я обнаружила стройный ряд булочек с корицей, и, недолго думая, сцапала парочку. Потом откусила одну, заглянула под вторую тряпочку... Мои счастливые визги отдались эхом от плитки, и я цапнула с подноса румяный пирожок, от которого отчетливо пахло яблоком и чем-то еще. Под третью тряпочку заглянуть не успела: сзади раздалось строгое «кхе-кхе» и не менее строгое вкрадчивое:
— А руки ты помыла?
Промычав что-то очень радостное, я развернулась и попыталась обнять няню. Правда, руки у меня были заняты, так что затея не удалась, зато она обняла меня сама, окутывая запахом пряностей и свежей выпечки. Я блаженно закрыла глаза, утыкаясь носом в рукав ее любимой домашней блузы. Я дома...
— Здравствуй, мое солнышко, — Клэр явно улыбнулась и погладила меня по голове, — Кажется, ты немного подросла?.. — она вдруг ощупала мое плечо, замерла, отодвинула меня и, сделав страшные глаза, выдохнула:
— А почему такая тощая? Ну, Лекс, я предупреждала! Как он посмел тебя до такого довести?!
Клэр возмущенно покрутила меня на месте и тоже схватилась за пресловутое запястье. Они что, все сегодня будут мне это говорить? Да и не так чтобы сильно я похудела, как по мне, вообще не изменилась...
Как выяснилось, да, каждый решил это повторить. И деда по второму кругу, и Клэр по третьему. Даже папа в какой-то момент это признал. Пф... Лично я пропускала все их кудахтанье мимо ушей, больше увлеченная тем, какую булочку съесть следующей: с черникой или все же с корицей? В остальном мне и моим вкусностям никто не мешал. Алес прекрасно вписался в компанию и, после того, как Клэр и его отругала, мол, «отощал совсем мальчик», и посадила рядом со мной есть булки, включился в разговор отца и дедушки. Правда, темы для обсуждения были от меня далеки, но я все же вставила свои пять копеек, когда речь зашла о моей гипотетической свадьбе и да, о вечернем празднике. На что мгновенно получила снисходительное от деды:
— Милая, смотри какой пирожок с яблоком, твоя любимая начинка. А об остальном не думай, мы твою позицию уже услышали, никто никуда тебя... «продавать» не собирается.
Ну, пирожок и правда был вкусный. А папа явно с дедушкой мое «фи» обсудил, вон, меня уже цитируют. Поэтому я ограничилась грозным взглядом... В ответ на него, деда подсунул мне еще один пирожок и какую-то иностранную конфетку. Ириску. К которой у меня намертво прилипли зубы и минут пять он поглядывал на мои мучения, улыбаясь все шире. Я решила из вредности опять начать ныть и получила еще одну конфету в другой обертке. Еще более липкую ириску, которая скорее была карамелью. Поняв, что зубы слиплись намертво, я в ужасе повернулась к Алесу и вцепилась в рукав его рубашки. Он отвлекся от обсуждения каких-то там бирж и, еле сдержав смех, протянул мне чай.
— Солнце, опять не повезло? — будто удивленно сказал деда и снова полез в карман пиджака, — Хм... Я еще такую привез. Была пересадка в Эции, решил взять...
Бросив на него гневный взгляд, я с трудом разлепила зубы!.. Куски конфеты остались на них и, боясь закрыть рот, я вылетела из гостиной. Сзади тихо засмеялись, и раздалось задумчивое от Алеса:
— А можно марку этих конфет? Так много ненужных вопросов и воплей сразу исчезло...
— Это твоя работа — их слушать, — язвительно отбрил деда. Разозлившись на этих нахальных мужчин, я громко хлопнула дверью уборной. О черт. С тихим стоном я уперлась руками в раковину, поняв, что от негодования снова сжала зубы!.. Обратно в гостиную я вернулась пыхтя от обиды и стреляя в дедушку оскорбленными взглядами.
— Милая, тут Клэр еще с вишней принесла, хочешь?
Я с подозрением уставилась на кругленький румяный пирожок, потом осмотрела папу и Алеса, которые спокойно за этим наблюдали... Брала его с чувством подвоха, но да, он тоже оказался вкусным, и я расслабилась. Мужчины вернулись к разговору, и только деда, хмыкнув, наклонился ко мне с тихим:
— Третья конфета была шоколадной. Точно не хочешь?
Бросив на него обиженный взгляд, я секунду поколебалась и буркнула тихое «хочу». Деда мгновенно улыбнулся, выудил конфету из кармана и протянул мне. Я даже ощупала ее перед тем, как сунуть в рот... О, и правда шоколадная. Ну ладно...
— А еще я захватил тебе подарок из Юго-Восточных стран, посмотришь позже в холодильнике, — меня опять с улыбкой погладили по голове, и я с самым довольным видом кивнула. Подарок! Если в холодильнике, то вкусный! Деда напоследок взъерошил мне волосы на макушке и тоже вернулся к разговору. А я и не против. Последняя конфета оказалась самой вкусной...
Но когда на горизонте появилась модная красная легковушка в сопровождении черного внедорожника и, взвизгнув тормозами, остановилась у входа, идиллии пришел конец.
— Где моя прекрасная девочка? — пропела тетя, влетая в холл под стук каблучков. Я удивленно обернулась к двери... Атмосфера в гостиной, где мы сидели, тут же похолодела на несколько градусов, и я осторожно посмотрела сначала на папу, потом на дедушку. Алес тоже уловил смену настроения, поэтому в следующий миг мы встретились взглядами, и он вскинул бровь. Пожав плечами, я отложила очередной пирожок и, быстренько вытерев пальцы и губы, вскочила с кресла ровно в момент, как с грохотом распахнулась дверь.
— С днем рождения, мое солнце! — сверкая улыбкой и дорогущим браслетом на запястье, сказала тетя и тут же обняла меня. Тоже улыбнувшись, я довольно пискнула, обнимая ее в ответ. Она отстранилась, окинула меня придирчивым взглядом... Только не говори, что я исхудала! К счастью, фраза так и не прозвучала, зато взгляд зеленых глаз скользнул за мою спину.
— Привет, Алекс, Сейрей. Папа, — тетя кивнула и даже улыбнулась, а потом снова повернулась ко мне с заговорческим:
— Там внизу два моих самых талантливых стилиста. Будем делать из тебя конфетку на сегодняшний вечер!
Кажется, меня перекосило, потому что от дивана раздалась пара смешков, а Риа вопросительно приподняла брови. Тихонько вздохнув, я постаралась улыбнуться и найти плюсы... Правда, при мысли, что до приезда гостей осталось не так много времени, стало не так весело.
— К слову, об этом, — папа поднялся и прошел ко мне, — Лесса, ты же не притащила с собой платье?
— Не-а, меня Лексан отговорил... Признавайся, — я выплыла из мыслей и хмыкнула, уже ожидая услышать:
— У меня есть для тебя образ на сегодня.
Ну конечно. Ну как же иначе. Закатив глаза, я ехидно захихикала, вызывая недоуменное молчание у отца. Зато Алес меня прекрасно понял, и от дивана раздалось язвительное:
— Промо какой коллекции снимаем? Весенней? Летней? Лимитированная? Или коллекция ради одного платья?
С каменным лицом меня вытолкнули из комнаты, следом за мной сделали приглашающий жест в сторону Рианы, а когда мы обе оказались в коридоре сдержанно заявили:
— Солнце, в твоей комнате в гардеробной висит чехол. Туфли и все остальное — там. Мы сейчас подойдем... — после чего дверь угрожающе захлопнулась, а из-за нее послышался ну очень ехидный смех в исполнении Алеса, а потом и дедушки.
— Что ж... Не будем им мешать, — после секундной озадаченной паузы легкомысленно пропела Риа и резво утащила меня наверх. Соглашусь. Я в ужасе посмотрела на ее туфли на тонюсенькой шпильке и с угрожающе-красной подошвой и качнула головой. Как она умудряется в них бегать? С ума можно сойти...
— Так! — распахивая дверь в мою комнату, пропела Риа, — Надевай платье, я подожду тебя тут. Раз уж к нам заглянут мужчины, то стилистов я позже попрошу подняться... — она окинула меня взглядом и вдруг тепло улыбнувшись, порывисто обняла, проворковав:
— Боже, Лесса, как я по тебе соскучилась! Без тебя так одиноко ходить на маникюр! — я только успела хлопнуть ресницами, когда Риа отстранилась и обиженно надула блестящие губки, — Этот чертов сопляк украл мое солнце! И Алекс туда же... У тебя каникулы, а ты работаешь! Даже не дал тебе оправиться от... — она вдруг запнулась, виновато прикрыла рот ладонью... Я не сразу поняла, что произошло, но в следующий момент Риа понизила голос и, чуть крепче сжав мои руки, сочувствующе сказала:
— Ох, прости, я... Я просто до сих пор волнуюсь. На экзаменах вечно так, находится псих, который кого-нибудь прирежет, а ты... — идеальные брови изогнулись в страдающей гримасе, и Риа порывисто меня обняла, — Ты такая сильная! Даже несмотря на то, что ей тоже перерезали... — ее бормотание оборвалось тихим вздохом и виноватым:
— Это невозможно, — Риа резко отстранилась и, не дав сориентироваться, решительно посмотела на меня, — Давай я все же тебя заберу? Разгружу график как-нибудь, но справлюсь. Этот садист наверняка даже успокоить тебя нормально не смог, он понятия не имеет, что ты пережила! — она воинственно нахмурилась и тряхнула идеально уложенной волной русых волос, — Как он мог притащить тебя обратно на площадку после такого?! Это же психологическое насилие, да как он!..
Я наконец очнулась и, найдя в себе силы, сама перехватила ее ладони. Мгновенно перестав злиться, Риа удивленно посмотрела на меня... Сердце будто замедлилось, рухнув куда-то в желудок. Настроение просело, стоило ей напомнить о случившемся на экзаменах, но я сделала глубокий вдох и смогла выдавить улыбку. Лишнее напоминание о том, что девушке тоже перерезали горло... Заставило пальцы дрогнуть, но я знала: мне это больше не грозит. Да и... Сейчас меня больше напрягали ее слова в сторону Алеса. Если бы не он, я бы вообще на площадку не вернулась. Будь на его месте кто-то другой, меня бы не ловили по коридору, а просто вышвырнули из академии. И деда не успел бы это решить, да и как?.. И если бы на месте Алеса был кто-то другой, он бы не стал меня успокаивать посреди ночи. Именно он и смог это сделать...
Сказать все это Риа я не могла, но в зеленых глазах светился вопрос и... Еще раз глубоко вздохнув, я улыбнулась шире и тихо сказала:
— Я в порядке... И я тоже соскучилась, — игриво качнув ее руки, я бросила взгляд из-под ресниц, копируя ее обиженные интонации, — Вот ты шла на маникюр, а меня не позвала? А вдруг у меня было время?
— Ты... — Риа на секунду нахмурилась, но уже в следующую облегченно выдохнула, — Солнце, да все знали, что ты в это время была во Фларене! И я... — она мягко улыбнулась, — Я так рада, что ты про все это забыла и улыбаешься. Я горжусь тобой.
Засмеявшись, я отобрала руки и попыталась тихо смыться в гардеробную, чтобы Риа не устроила еще и сочувствующие слезы, лишний раз напоминая мне о произошедшем. Почему-то было подозрение, что ей настолько меня жалко, что она вполне может еще и Алесу начать высказывать, так что тему точно нужно было свернуть!.. Я почти добралась до кофра, когда сзади пораженно спросили:
— Неужели ты и правда в порядке? — Риа добежала до гардеробной и в радостном неверии посмотрела на меня, — Ты... совсем не боишься? Можно дарить тебе холодное оружие?
Меня твои расспросы уже напрягают больше, чем их причина. Не сдержавшись, я нервно рассмеялась и, посмотрев на Риа, со вздохом отозвалась:
— Слушай... У меня нет выбора! Приходится держать себя и ножи в руках, это же учебный процесс. Сама понимаешь, я не могу просто отказаться выходить на экзамен. Так что не волнуйся, я...
— Если этот сопливый садист заставляет тебя работать с ножами через силу, я его придушу, пока есть возможность, — прошипела Риа и грозно топнула ножкой. Ее каблук утонул в мягком ковре, а я улыбнулась шире.
— Я в порядке, правда... — я наконец расстегнула кофр и вытащила сразу несколько вешалок, — И вообще, если ты раздраконишь Алеса, как мне потом с ним в одной квартире находиться? Он меня в ответ прибьет.
— Пусть только попробует, — насмешливо бросила она и, подойдя ближе, ахнула, — Какая прелесть! Справишься? Или...
— Справлюсь! — слишком поспешно отозвалась я, боясь... Что если Риа задержится еще немного, то ее сетования на мою боязнь крови пойдут по второму кругу. Она оттянула юбку ближайшего платья и, довольно цокнув языком, улыбнулась.
— Эх, вот Алекс, бывают же у него хорошие идеи... — ее улыбка на мгновение стала хищной, но в следующую секунду Риа повернулась и, звонко чмокнув меня в щечку, пропела:
— Тогда я в гостиной!
Мне оставалось только кивнуть и проследить, как за ней захлопнулась дверь. Выдохнув, я на секунду прикрыла глаза. Вот ведь... Риа за меня и мою фобию боялась больше всех остальных. Стоило чему-то произойти и в письмах появлялись целые страницы посвященные ее гордости за меня, а при личной встрече она точно так же долго меня обнимала, сетуя на ужасный случай. Каждый раз после этого приходилось переключать ее на что-то, лишь бы самой не скатиться в неприятные воспоминания. По ночам потом все равно кошмары снились... Тряхнув головой, я бодро улыбнулась своему отражению. Сегодня впервые за много лет я могла спокойно вздохнуть после такого разговора. И это... Это чертовски радовало. Думаю, я могу съесть еще одну булочку с корицей и даже не подавлюсь!..
В гостиной явно хлопнула дверь, и я, решительно вздохнув, поняла, что стоит поторопиться. Пока переодевалась, разбираясь в шнуровке, юбках и даже подъюбниках, в гостиной прибавилось народу, а разговоры начали напоминать воинственные пикировки которые было слышно даже через спальню. Видимо, все семейство в сборе...
Мой подростковый бунт был вполне логичным, если смотреть на совершенно лишних телохранителей, суперопекающую няню и отца-трудоголика. Если же посмотреть на семейную историю, то он был уже закономерным. Так сказать, наследственное. О восстании, устроенном мамой и тетей, я как-то услышала от деды, когда он очень неудачно вернулся из командировки прямо в день моего очередного бунта. Я наивно полагала, что он, как обычно, задержится, но, увы, меня отловили, когда я пробиралась через забор обратно на территорию академии. Но речь не обо мне и моем невезении. Тогда я узнала, что в ловле вот таких прогульщиц дедушке равных нет, ведь обе его дочери регулярно такое проворачивали. И чем старше, тем хуже: в школе прогуливали уроки, в академии — исчезали до утра и найти их было довольно сложно. Следующим пунктом пошли профессии. Обе выбрали совершенно неподходящие направления, и если мама спокойно работала моделью, отбив себе это право долгими скандалами, то тетя действовала дедушке на нервы своими начинаниями: магазин — провалился, кафе — провалилось, попытки работать на дедушку хотя бы менеджером или секретарем потерпели такой же крах. Это мне Клэр рассказала, когда я начала возмущаться, что деда допрашивает меня о планах на будущее... А вот бренд кое-как выкарабкался, что тоже дедушке было неприятно. Что странно. Этот момент мне до сих пор было сложно понять: то ли дедушке не нравилась конкуренция между тетей и моим отцом, то ли он в принципе был недоволен ее абсолютной независимостью, то ли его раздражало отсутствие личной жизни у тети... В общем, он все время был недоволен. Это Клэр мне пояснить не смогла.
А папа и тетя вообще песня отдельная в тридцати актах, начиная от втягивания мамы во всякие дела, и да, от той самой странной внутренней конкуренции, и заканчивая излишним вниманием Риа ко мне, мол, она мне потакает, балует и вообще портит меня своими похождениями. Как по мне, это уж явно лучше, чем игнор с его стороны! И не такие уж криминальные у нас были похождения, это все воля случая. Я заявила, что после разодранных в кровь коленок не собираюсь появляться у Айве, а она, немного подумав, ответила, что отменила встречу и с радостью прогуляется со мной по магазинам в поисках идеальных брюк, чтобы спрятать мои ссадины. Кто меня сдал — непонятно, но в момент, когда я почти перелезла забор, сзади раздался грозный окрик и, обернувшись, я увидела бугая из дисциплинарки. Пришлось ускоряться, а до ближайшей улицы, где меня и ждала Риа, бежать на всех парах. Кто ж знал, что тот бугай мало, что хорошо бегает, так еще и стукач? Сначала меня деда отчитал, потом папа, а теперь вот, все время припоминают нам с ней это. Пф. Будто это серьезное преступление...
Хмыкнув, я поправила платье, потом надела туфли и подошла посмотреть результат... О нет. Зеркало транслировало фарфоровую куклу в натуральную величину. Пышная юбка, рукавчики, кружавчики, бантики. И это мне еще прическу не сделали! Тут же припомнив недавнюю беседу с отцом... Кажется, я догадалась. Меня передернуло от отвращения, я уже собралась дотянуться до шнуровки, когда в дверь постучали. О нет!
— Солнышко, как дела? — раздался голосок Риа, — Подошло?
— Естественно, подошло! — донеслось безапелляционное от папы и тут же недовольное:
— Девочка катастрофически похудела, ты шил платье и даже не заметил?
Психанув, я дернула за шнурок в отчаянной надежде, что он распустится, но... Корсет затянулся еще сильнее, и я, прерывая их разговоры, нервно выдала:
— Господа, я в этом не пойду!
Повисла тишина, после чего дверь попытались открыть. Ни в коем случае! Вцепившись в ручку, я постаралась удержать ее, а когда тетя поняла, что открыть не получится, то перестала дергать. Переговоры вполголоса завершились тем, что через пару минут в дверь постучались снова.
— Лесса, тебе помочь?
Ага, Алеса послали, значит. Вот уж кому точно нельзя смотреть!
— Я в этом не пойду. Лучше переоденусь во что-то другое.
Снова повисла пауза, после которой Алес мягко сказал:
— Покажись хотя бы. Или все так плохо?
— Лесса, я очень старался, покажи, что получилось... — донеслось приглушенное от отца, и я... Ох.
Приоткрыв дверь, я покорно вышла в гостиную, где на столе нарисовался чай и какие-то документы, и страдающим изваянием застыла в дверях. В очередной ра воцарилась тишина. Алес обошел меня, сел обратно в кресло и молча осмотрел с ног до головы. Предсказываю: через три, два, один...
Не удержавшись, он все же засмеялся, стараясь прикрыть смех кашлем. Свинья. Белобрысая, беспардонная свинья! Пронзив его ненавидящим взглядом, я закатила глаза и возмущенно уставилась уже на отца. Он немного удивленно меня осматривал...
— По-моему, отлично получилось.
На папу посмотрели все, даже заглянувшая с тарелкой пирожных Клэр.
— Ой, Лесса, какая красавица, — она поставила блюдо и улыбнулась, — Настоящая куколка!
— Ага, прямо сейчас под стекло и на аукцион... — пробормотал Алес, подхватывая со стола чашку и отворачиваясь от меня. Да он ржет и не скрывает! Щеки вспыхнули от тотального позора, и я нервно выдохнула:
— Так, я это снимаю!
Метнувшись обратно в гардеробную, я с грохотом захлопнула дверь, пока в гостиной уже умирал от кашля Алес. Вот нет, чтобы поддержать свою девушку, как он вообще может?!..
— Хм, Алекс, есть еще варианты? — донесся до меня голос дедушки, и папа с сомнением отозвался:
— Есть... Но этот был хорош.
— Лексан, хватит...
Полностью согласна! Искренне благодарно вздохнув, я понадеялась, что деда там еще и угрожающе посмотрел на Алеса, чтобы тот не ржал надо мной, и взяла вторую вешалку. Это платье оказалось таким, как я люблю: чуть ниже колена, струящееся, а главное, приятного голубого цвета. Так что теперь я выходила уже спокойнее, с удовольствием оглаживая пояс на талии и молочное кружево на вырезе. В этом хотя бы перед гостями не страшно стоять. С декором не перепутают... Да и восхищенный взгляд Алеса дал понять, что я сделала правильный выбор. Риа восторженно хлопнула в ладоши.
— Я зову стилистов! — пропела она, вылетая в коридор, и мы все посмотрели ей вслед. Никогда не пойму, как она бегает на этих шпильках...
— Мы будем ждать тебя внизу, — поднимаясь и забирая какие-то бумаги, сказал дедушка, и папа тоже встал. Окинув меня довольным взглядом, он кивнул и, поправив уголок кружева у плеча, с прищуром протянул:
— Я не знаю, что вам не понравилось в первом платье, но ты чудесно выглядишь в обоих. В этом ты просто... — он посмотрел мне в глаза и вдруг, немного грустно улыбнувшись, качнул головой, — Оно очень идет к твоим глазам.
Я непонимающе хлопнула ресницами, проследила, как они вышли... Клэр налила мне чай и поторопила:
— Если хочешь, попей сейчас, я тебе дам полотенце прикрыть платье. А то сейчас прибегут эти ребята с косметикой и все. Лекс, не стой, чай будешь? Или с Себастьяном пойдешь?
Алес в этот момент гипнотизировал меня, но, очнувшись, шагнул в сторону. Мне подарили теплую улыбку.
— Оно и правда очень подходит к глазам... — задумчиво обронил он, заставляя мое сердце сбиться с ритма, а щеки потеплеть, но Клэр разрушила всю трогательность момента требовательным:
— Иди-иди, сейчас сюда набьется эта шумная компания.
Мне вручили полотенце и чашку, а Алеса буквально вытолкнули за дверь. Я невольно расстроенно вздохнула и обиженно глянула на Клэр. Вот чего ты его торопила? Вдруг он сказал бы, что я красивая... Даже не заметив моего взгляда, няня усадила меня в кресло и, лично расстелив на моих коленях белоснежное полотенце, вручила в руку маленький пирожок.
— Ужин через четыре часа, а как только накрасят, опять будут шикать, что с помадой есть нельзя, — она покачала головой и, улыбнувшись, заправила мне волосы за ухо, — Что случилось, Лесса?
Ничего. Не буду же я правда объяснять, что хотела дослушать комплимент от Алеса. Огорченно откусив пирожок, я обиженно зажевала... Этот оказался с курицей. Вздохнув, я опустила руку на колени, предвкушая еще несколько часов в таком ритме, когда к Алесу и подойти-то особо будет нельзя, и совсем расстроилась. Мы и ночью не увидимся, только если утром... Вот и зачем тогда мне наряжаться?..
— Какая же ты у нас красавица, — улыбнулась Клэр и, вырывая меня из мыслей, заправила выбившуюся прядь к остальным. Я немного рассеянно подняла голову, пытаясь понять, о чем речь, и наткнулась на ее грустный взгляд. Эм. Тут я вспомнила, что и папа на меня так же посмотрел... Уже собравшись спросить, что со мной не так, я замерла, увидев, как Клэр довольно улыбнулась и, потрепав меня за щечку, проворковала:
— Вся в маму, — она вдруг тихо засмеялась, — На секунду я подумала, что к нам сама Элиен вышла, так вы похожи. Она тоже любила такие платья...
Удивленно вскинув брови, я опустила взгляд осматривая кружево на вырезе и простой облегающий корсет. Она тоже?.. Эта мысль была приятной, я невольно улыбнулась и, вытерев пальцы, отставила чашку. Потерплю немного, но зато не испачкаю... И зато теперь становится ясно, почему папа так посмотрел...
Мои мысли были прерваны открывшейся дверью и очередным шумным появлением тети. Клэр легко поморщилась, но забрала с моих колен полотенце и, оставшись в кресле, принялась с легким скепсисом наблюдать за Риа, следом за которой в гостиную вошел парень в моднючей рубашке и пара девчонок в форме какого-то салона. Класс. Нервно улыбнувшись, я встала и, покорно переместившись к зеркалу, попыталась расслабиться. В целом почти получилось. Особенно при мысли, что мне не придется идти в том кукольном платье, а значит и прическа, и макияж будут человеческими!..
— Ты будешь блистать, солнце, — мурлыкнула Риа, наклоняясь к моему плечу и заглядывая в зеркало, перед которым я сидела. Я улыбнулась, чувствуя как плавно поднимается настроение...
Через пару часов я готова была добровольно слиться с гардиной, когда увидела, сколько людей пришло. Знакомые отца, деда, вообще неопределимые персонажи: я даже не могу предположить, каким боком они тут очутились! Шумная толпа утомляла, и я снова чувствовала на себе бесконечные взгляды. А самое худшее — сбежать было нельзя! Или нет, хуже всего, что Алес куда-то смылся! Один раз я видела его недалеко от дедушки, а потом он просто испарился! А ведь в какой-то момент у меня мелькнула идея сбежать через летнюю террасу и уговорить Алеса втихаря уехать, пока все заняты разговорами... Все равно торжественный ужин уже прошел, и никто не заметит. Но изверг взял и пропал!.. Единственное, что продолжало меня утешать, — ко мне лично подходили далеко не все, а когда в дверях зала показалась очень знакомая рыжая макушка, я вовсе встрепенулась и удивленно вскинула брови. У меня глюки? Да нет, девушка с пушащимися рыжими кудряшками, перехваченными блестящей заколкой на затылке, действительно снова мелькнула в толпе. А как?..
— Стеша? — подойдя ближе, расплылась я в удивленной улыбке, а едва девушка недовольно обернулась, тихо взвизгнула и обняла ее. Невероятно!
— Я тебе клянусь, в следующий раз напишу тебе на лбу перманентным маркером: «Анастасия я, Анастасия!»
— Чисто физически Алька такое не выговорит, смирись... — засмеялся стоящий рядом парень, и я, на секунду ошарашенно вылупившись, переметнулась к нему, сжав в таких же объятиях.
— Тогда пусть выговаривает так, как может, но не сокращает! — Стеша возмущенно сложила руки на груди и прищурилась, но мою радость было не омрачить. Джозеф и Лиз здесь! Как? Вопрос на миллион, но мне глубоко наплевать, я наконец-то увидела своих друзей! Хотя...
— Ну, признавайся, сколько седых волос уже выдрала? — Джозеф демонстративно осмотрел мою голову, но я только фыркнула, и осмотрелась по сторонам. Если уж эти двое здесь, то и остальные «розы» должны найтись. Или нет? Интересно, кто занимался рассылкой приглашений, как они узнали о них? Это же... Вся наша цветочная компашка была студентами спецнаправления, да и если бы я притащила их в гости, Клэр быстро просекла бы, что это те самые ребята, с которыми мы загремели тогда в полицию. Дальше легко представить: вежливое выпроваживание и воспитательная беседа со мной. А тут...
— Не обольщайся, краситься под тебя в ближайшее время я не собираюсь, — я ухмыльнулась в ответ на его несмешную шутку и осмотрелась, — А где Кей и...
Идеально подведенная бровь Лиз изогнулась, а через секунду мне достался ее строгий взгляд и невесомый подзатыльник от Джозефа. Я состроила рожицу и надулась. Знаете ли, такое количество имен меня однажды доведет, а эта поднадоевшая конспирация окончательно добьет мою нежную психику!
— Я даже не вспомню, когда разговаривала с вами, а не чатилась... — обиженно проворчала я, демонстративно потирая затылок, но ребята не впечатлились.
— Не ври, это все старческий склероз, — парень ехидно улыбнулся, — Джо вообще сопровождает бабушку, но сейчас пытается пристроить наш подарок в холле. Это, скажем, надолго.
— Такой большой?
Тихо хихикнув, я широко улыбнулась, глядя, как они развели руками, а потом снова обняла каждого. Лиз довольно улыбнулась... Я же вдруг поняла, что про двоих сказали, а еще одну сладкую парочку забыли.
— А Остин?
— Черт его знает, — Лиз опустила глаза, — Все в той же командировке, которую мы еще месяц назад обсуждали.
Ну, это я помню. Собственно, это было последнее, что я успела увидеть в чатах, потому что потом опять стало не до соцсетей. Месяц, даже больше, назад сладкая парочка из Милы и Кевина заявили, что умудрились отхватить два связанных задания в одном месте. Но вроде бы ничего такого, что могло бы занять столько времени, там не планировалось...
Болтая о всяких мелочах, мы плавно отошли к столикам с закусками, ожидая, пока вернется Кей. И, хотя я днем уже наелась булочек... Кто отказывается от пирожных? Тем более, это и мои методичные расспросы о жизни после выпуска отвлекали ребят от их вопросов ко мне. Я успела выведать, как они получают заказы и как держатся в рейтинге, и много ли вообще работы, прежде чем Лиз прищурилась
— Вот кстати, куда ты пропала — большой вопрос, — проигнорировав мою очередную попытку увильнуть, сказала она, — И я собираюсь... Тебя пытать!
— А...
— Солнышко, — внезапно пропели рядом, и мы втроем резко обернулись. О, Риа? Я удивленно хлопнула ресницами.
— Мисс Шали, — с секундной заминкой выдал Джозеф, пока я пыталась решить, как представить ребят. Правда, додумать мне не дали: обняли, на секунду окутав сладким облаком духов. Ух.
— Слышу, речь зашла о подарках? — Риа мило улыбнулась и, посмотрев на ребят, приподняла брови, — Это твои друзья? Так зачем мучаться и пристраивать, когда можно просто пойти и сразу забрать? Все равно потом кучу формального хлама придется просто выбросить, — она звонко рассмеялась и опять легко приобняла меня. Ее воздушная вуаль, зеленым облачком лежащая на плечах поверх тяжелого бархатного платья, тихонько зашуршала, щекоча мне щеку, и я невольно улыбнулась.
— Думаю, это сильно облегчит нам задачу, — теперь тактично улыбалась Лиз, а я хихикнула, позволяя тете еще раз меня обнять.
— Самая большая коробка, голубая, с серебристым бантом. Можешь посмотреть, — Риа вдруг заговорчески мне подмигнула. Ага...
— Тогда... — я вопросительно посмотела на ребят, — Спустимся? Лучше я и правда сразу его в комнату унесу.
Они переглянулись, оценивая мое предложение, Лиз пожала плечами и, тихо фыркнув, улыбнулась.
— Мы можем тебя подождать, все равно там Джозеф ошивается.
— Тогда сейчас вернусь, — я тоже тихо хмыкнула, — Заодно притащу сюда Джо.
Под секундным непонимающим взглядом тети ребята дружно усмехнулись, а я отставила бокал на ближайший столик и направилась к выходу, где, собственно, и складывались подарки. Быстренько проскользнув мимо гостей к дверям, я прошла к выходу... К сожалению, Кея в холле не оказалось, и я удивленно осмотрела пустой зал. Странно. Разминулись, что ли? Может, пока я пыталась не попасться никому из гостей на глаза, во избежание... Да, я до сих пор помнила, как меня чуть ли не за руку отловила какая-то женщина на выставке, и не хотела повторения.
Вздохнув, я осмотела множество коробок, покосилась на двери в зал... Ну, если мы разминулись, то сейчас ребята отправят Кея обратно, так что стоит его подождать. Я снова скользнула взглядом по коробкам. Внутри росло любопытство, и я не сдержалась. Значит, самая большая с серебряным бантом? Решив быстро посмотреть подарок от тети, я шустро обежала стол, отыскав нужную коробку, аккуратно вытащила ее и, присев на танкетку, осторожно развязала ленту. И что тут у нас? Прикусив губу, я провела пальцами по довольно опасному подарку: на черном бархате покоились два стилета разных размеров. Матовая рукоять того, что помельче, удобно легла в ладонь, и я взвесила его в руке, восторженно следя, как от идеального лезвия отражается свет. Ух! Покопавшись еще, отыскала кофр для хранения и ножны... Я с восторгом пискнула. Вообще супер! Конечно, сразу менять свой спрятанный под юбкой тонкий стилет не стала, да и не собиралась, но выпускать из рук новую маленькую блестящую прелесть тоже не хотелось. Задумчиво надувшись, я поболтала ногами, потом встала, прошлась по передней, слушая эхо от собственных каблуков и покручивая в руках стилет... М? Я выхватила боковым зрением что-то за окном и повернувшись... Ого! Стоящая недалеко от лестницы легковушка с сюрреалистично большим бантом на крыше, определенно вызывала интерес. Как и знакомая долговязая фигура рядом! Улыбнувшись, я без раздумий направилась к двери. За пару минут не замерзну, а этого интригана притащу обратно!
— Лесса? Куда это ты?
— Что? — я удивленно обернулась и увидела, как из бокового коридорчика выходит Клэр с кружкой в руках, — А... Я хотела посмотреть поближе.
Няня подошла ко мне, тоже выглянула в окно и улыбнулась.
— Балуют, — она покачала головой, — Ты только осторожнее, зимой не начинай, чтобы мне спокойнее было.
Рассмеявшись, я не удержалась и обняла Клэр. Она такая маленькая... Отодвинувшись, я неожиданно отметила, что ее привычно темные волосы уже почти наполовину поседели, и мысленно поразилась. Когда она успела так изменится?..
— Буду осторожной, — я снова невольно улыбнулась и уже взялась за ручку двери, когда Клэр вдруг шикнула. Смерив меня взглядом, как дурочку, она притянула меня обратно и возмутилась:
— И куда ты голая собралась? Платье тонюсенькое, простынешь на раз, да еще и в туфельках!
— Но...
Я состроила страдающую мордашку, и няня, покосившись в окно, сжалилась. Сокрушенно покачав головой, она отставила кружку, сняла свою толстую вязаную кофту и начала надевать ее на меня.
— Вот, в этой ты уж точно не замерзнешь. А то собралась! В туфельках и тоненькой тряпочке, совсем из ума выжила! Давай-давай, руку в рукав, вот...
Она застегнула все пуговички, подкатала немного длинные рукава и довольно улыбнулась.
— А ты? — я поежилась, когда шерсть кольнула плечи. Няня только отмахнулась:
— Ой, занесешь на кухню, мы там еще чай пьем. Ну или утром, главное на холоде долго не стой! — мне достался фирменный грозный взгляд, и я невольно хихикнула.
— Хорошо, — я, радостно улыбнувшись, открыла дверь и выскочила на улицу. Ох, действительно прохладно. Пробежавшись по лестнице, осторожно прошла по гравийной дорожке... Куда он делся? Я же только что видела... Озадаченно осмотрев парковку, я остановилась.
— Джереми?
Мне никто не ответил, да и в машине никого не было. Странно. Здесь-то мы точно разминуться не могли! Непонимающе нахмурившись, я по инерции подошла ближе...
— Кей, если ты сейчас выскочишь, я обижусь, — складывая руки на груди, проворчала я, — Сто лет не виделись, а ты меня пугать? Не смешно.
Тишина... Нет, правда умудрились разминуться? Но как?! Ничего не понимаю... Шумно вздохнув, я сделала пару шагов назад и, пользуясь случаем, придирчиво осмотрела белую легковушку. Интересно, от кого тогда сие чудо? Папа или дедушка? Да и машинка... Симпатичная, но мой взгляд все равно скользнул к монстру Алеса, стоящему на другом конце парковки. По сравнению с ним эта малышка выглядит настоящим недоразумением. Хмыкнув, я обошла машину, посмотрела с другой стороны и сделала неутешительный вывод: модная, но низенькая. Что ж, ладно, может, я еще увижу плюсы. Или Алес. Снова посмеявшись над собственными мыслями, я вертанула в руке так и неубранный обратно в коробку новенький стилет, и шагнула обратно к дорожке. Можно меня похвалить, няня даже не заметила его, когда одевала меня в кофту. Либо сделала вид, что не заметила, хотя это маловероятно...
— Ах ты!.. — вырвалось у меня, когда от неосторожного шага, каблук скользнул на замерзшем гравии, и я пошатнулась. Тьфу ты. Поморшившись, я куда внимательнее уставилась под ноги и уже почти дошла до более устойчивой плитки, когда сзади раздался шорох гравия. Я хмыкнула.
— Так и знала! Курить вредно для!.. — резко дернувшись, я с ехидной улыбкой обернулась... чтобы увидеть двух мужчин в черном. Что? Я озадаченно замерла. Охрана? Расслабившись, я отвела руку с ножом чуть назад, скрывая его в складках юбки, и улыбнулась.
— Что-то случилось? Я думала, вы стоите у ворот.
Ну не мог же дедушка еще и патрулирование устроить? Хотя, с него станется. Мужчины в черном не ответили, а я, привыкая к еле разбавленной фонарями темноте, поняла, что это не охрана, не чьи-то телохранители и уж тем более не гости. Они... в масках? Неужели Алес такую проверку устроил? Идиотизм... Присмотревшись получше, я незаметно сделала шажочек назад, выуживая из-под юбки второй стилет. Оружия нет? Ремни с черными чехлами на поясах у мужчин намекали на обратное. Надо сваливать. Сейчас же.
— Можете не беспокоиться, все в порядке, — улыбнувшись, я открыто шагнула назад, — Если вам что-то требуется, обратитесь к дворецкому.
Угу, так он им и сдался. Коротко переглянувшись и так не произнеся ни звука, они бросились на меня. Сосредоточившись, я ушла от удара, от еще одного и ударила сама. Побег больше не вариант, поймают и перережут... Перехватив стилеты поудобнее, я все же сделала еще пару шагов назад, надеясь дойти до плитки, но ближайший мужчина снова рванулся вперед, и пришлось уклоняться. Ах ты пакость! Может, убивать мне нельзя по уставу, но ручонки я тебе подкорочу! Стиснув зубы, снова уклонилась, сжимая стилет крепче, и сама бросилась вперед. А? Рядом появился второй мужик и, потеряв равновесие, я качнулась на каблуках, отчего нож прошел вскользь, лишь разозлив противника. Черт. Отскочив, я поморщилась, когда каблук скользнул на каком-то камушке.
Что делать? Мой взгляд на секунду метнулся к окнам. Сюда выходит кухня, Клэр с остальными все еще пьют чай... Внутри медленно нарастала паника, а спиной я ощутила присутствие еще кого-то. Сосредоточься, Лесса! Внимательно следя за своими противниками, я продолжала уклоняться, уже не рискуя наносить удары и обдумывая, услышат ли меня, но мужчин было двое, и в какой-то момент я все же пропустила удар... Согнувшись и пытаясь вдохнуть, я из последних сил старалась уворачиваться от их рук. В конце концов, не выдержав и в очередной раз уклонившись, я сначала ударила одного, потом второго... Адреналин жаром прилил к голове, я резко выдохнула, а убедившись, что мужчины пытаются зажать раны и ненадолго отвлеклись, развернулась и помчалась к дому.
— Клэр! Ванесса!
Ну же, хоть кто-то же должен меня услышать! Туфли скользили на замерзшем гравии, но буквально несколько шагов, и я вбежала на выложенную плиткой дорожку, ускоряясь. Не помогло. Откуда-то сбоку выскочил очередной бугай, которого в темноте я совершенно не увидела, и попытался меня перехватить. Безрукий идиот!
Тихо вскрикнув, я проехалась коленями по дорожке, подскочила, но даже не успела сделать пары шагов, когда меня перехватили за шкирку, а после заломили руки. Паника хлестнула по нервам, и, рванувшись, я попыталась достать мужика стилетом. Безуспешно. С тихим звоном нож вывалился из руки, когда мне вывернули запястье. Черт!
— А! — я громко закричала, все же не оставляя попыток вырваться, извивалась всем телом, но меня перехватили поперек талии и скорость, с которой меня тянули, увеличилась. Нет! Я дернулась, надеясь задеть кого-то из них каблуком и вывернуться, но все было бесполезно. При первой же попытке снова закричать я получила рукавом с молнией по губам, когда мужчина промахнулся ладонью мимо моего лица. Второго шанса тоже не выпало: он все же зажал мне рот. Я снова задергалась, пытаясь выбраться. Ну пожалуйста, кто-нибудь! Целый дом людей, охраны, вы издеваетесь?! Сердце забилось пойманной птицей от злости и страха. Не хочу! Я снова дернулась, когда внезапно... Что это?
Боковое зрение выхватило кусочек черной машины и занесенный над моей шеей, блеснувший в свете фонаря... Шприц?! Теперь я дергалась в определенном направлении. С ума сошли?! Что бы там ни было, не хочу! Меня перехватили крепче, и я даже не обратила внимания на то, что теперь вполне могла бы закричать, кроме иглы меня не волновало ничего. Я отчаянно старалась увернуться, но... Одна против троих здоровенных мужиков, двоих из которых я уже успела достать ножом?!
— Нет! — сорванный крик сам вырвался из горла, когда острая игла жаляще проткнула тонкую кожу на шее. Вырываясь, я лишь усугубляла свое состояние!.. Жаль, до меня это дошло, только когда перед глазами все начало расплываться... Я еще пару раз дернулась, понимая, что тело больше меня не слушается. Неужели, это конец? Алес меня убьет...
Как меня грузили в машину, куда мы ехали и кто был вокруг, я не увидела. Только очнувшись, сквозь застилающий глаза туман смутно разглядела нескольких молчаливых мужчин, обивку машины... Хорошо, что не подвал. Сознание отключалось, не осталось сил даже на страх, но я почему-то с облегчением поняла, что мои руки не связаны, а к горлу не приставлен нож. Хотя, это все равно не поможет. Или... Нет. Тело по-прежнему не слушалось, и мне оставалось лишь дышать, надеясь, что я не выключусь и успею приподняться, чтобы посмотреть в окно. Во рту пересохло, а каждый вдох давался с большим трудом...
Сидящий рядом парень вдруг раскрыл ноутбук, и перед глазами окончательно все расплылось в одно белое пятно. Он с кем-то говорил по телефону, я готова была поклясться, что слышу его, но слова не распознавались. Вот же блин... И как теперь понять, куда меня везут? А мой телефон? Алес убьет меня... Нет... Он убьет их...
От кучи мыслей разболелась голова, я прикрыла глаза, надеясь, что станет легче, но мне не повезло. Зато парень, кажется, закончил разговаривать.
— Живая? — меня потормошили за плечо, но я поняла, что даже глаз открыть больше не могу, да и парня уже почти не слышу. Поэтому следующая его фраза превратилась для меня в бессвязное бормотание. Но не почувствовать, как мою голову прижали к моему же плечу, открывая шею, я не могла. По обессиленному телу пробежала горчая волна страха, отдаваясь холодом на кончиках пальцев. Опять?! Нет... Шею обожгло болью, и мир окончательно померк. А я ведь так старалась прийти в себя...