Глава 19
Лесса
В мое сознание ворвался назойливый рингтон телефона. Что за... Не хочу вставать. Нет и еще раз нет! И вообще, это не мой телефон звонит... Что? Рядом со мной кто-то зашевелился, а через пару мгновений раздалось хриплое со сна и недовольное:
— Что?
Мозг очень быстро возвращался к реальности, и я, выкопавшись из одеяла, высунула голову наружу, чтобы узреть рядом сонного и взлохмаченного Алеса. Он сосредоточенно кого-то слушал с выражением крайнего недовольства на помятом лице. Правда, в следующую секунду оно сначала стало непонимающим, а потом...
— Твою мать!
Телефон отправился в полет, Алес соскочил с кровати, попутно отбрасывая одеяло, и умчался в гардеробную. Уже оттуда ничего не понимающей мне донеслось:
— Малявка, мы проспали фестиваль! Десять минут тебе на сборы!
Чт...
— Блин! — зашипела я и, повторив его действия, убежала сразу в ванну, чтобы, быстро плеснув себе в лицо водой, вылететь в собственной комнате, попутно обтираясь. На раздумья из разряда «что надеть» времени не осталось, так что в рюкзак отправился комплект формы, кроссы, уже привычная косметичка, а я, нацепив первые попавшиеся брюки и футболку, пулей вымелась из квартиры.
К счастью, вышли мы вовремя и вскоре неслись по шоссе в сторону академии.
Пока я пыталась накраситься хоть как-то, что было в принципе невозможно, ибо сегодня Алес мог уделать даже пилотов главных автомобильных гонок, изверг набрал чей-то номер и, вставив в ухо гарнитуру, нетерпеливо ждал ответа. Судя по отрывистым фразам, дождался, правда, во-первых, мне ничего было непонятно, а, во-вторых, контур губ не получался! В конце концов психанув, я просто стерла все, решив, что и так сойдет. И вообще, кто красится на спортивный фестиваль?..
А в академии было шумно. Уф, я даже как-то отвыкла от такого шквала звуков. И, пожалуй, такого количества людей здесь еще не видела. А может, это потому, что из занятий в нашем крыле у обычных групп бывает только физкультура и только раз в неделю? Не без помощи Алеса прорвавшись к нашим раздевалкам, я проскользнула внутрь и с облегчением закрыла за собой дверь. Здороваться принципиально не стала. Зачем? Эти курицы все равно уже считают, что скинули меня вниз рейтингов...
— Группа С-С-1, на выход!
Когда от двери раздался звонкий голос, я, изо всех сил сдерживая вопль в стиле: «Да как?!», на всех парах метнулась к шкафчику и вскоре уже завязывала шнурки. Потом поняла, что некоторые еще не вышли, неспеша выпрямилась и, поправив кофту, направилась следом за остальными. Хм, и кто это? Мы что, сами не сможем до арены дойти? Я окинула скептическим взглядом длинноногую блондинку, шедшую впереди нашего неровного строя и хмыкнула. Эта хотя бы не в ультра-мини. Угу, в микро-топике, подчеркнувшем чуть ли не нулевую грудь, а заодно открывшем и узкую линию талии, обхваченную черным ремнем брюк, и плечи. Класс. Вообще, как они планировали проконтролировать такую толпу социально опасных подростков? Если уж второй курс участвует в этом непонятном действе, то первый и подавно! Они действительно надеются, что эта пафосная... девушка их, да и нас, в случае чего, удержит? В одиночку? Алесу в этом вопросе я доверяю явно больше ...
— А, Сиан, спасибо! — раздался знакомый, хоть и запыхавшийся голос, и, с удивлением посмотрев в сторону... Ну вот, помяни черта.
— Алес! — радостно пропела блондинка и даже попыталась броситься на шею непонятно из какого закоулка появившегося Алеса. Правда, в последний момент передумала. Он натянуто улыбнулся, и, перекинувшись с ней парой фраз, они продолжили путь. Ну и мы следом... М-да. Блондинка постоянно норовила качнуться в сторону Алеса, но постоянно же себя одергивала. Притом улыбалась ему так, что... Она вдруг с тихим смехом повернулась, и я наконец ее узнала. Это же она была тогда на церемонии вручения! Пролезла в своем мини через всех мужиков и торжественно плюхнулась Алесу на колени... Но это не главное! Самое непонятное в данный момент происходило в моей голове! Мой окончательно свихнувшийся мозг не только начал продумывать пути «устранения» этой девушки, но и подбивал меня узнать, что там происходит. Нельзя же убивать без мотива или причины, придется как-то объяснять это дисциплинарщикам... С подозрением присматриваясь к этой парочке, я попыталась подойти поближе, но поняла, что из задов строя к ним не пробиться. Попытка напрячь слух тоже не помогла. Вот же... Это ведь она его девушка? Которая дура... Если она спец, то я не удивлена, почему она встречалась с таким садистом!.. Мой взгляд скользнул по пустым креплениям для ножа, и я чуть глаза не закатила. То есть она знала, что не сможет взять оружие, но все равно нацепила микро-топик? Теперь я понимаю, почему Алес сказал, что она дура... А Джинни? Я озадаченно перевела взгляд на подчеркнутую черной обтягивающей футболкой мужскую спину. Блондинка, может, и дура, но это как-то некрасиво?.. Тьфу, о чем я, он даже во Фларене половину женской части команды заставил по стенкам от восторга сползать. Бабник фигов...
И тут проснулся разум. Удивленно нахмурившись, я поймала за хвост ускользающую мысль: «А с чего вдруг меня вообще интересует, что там происходит?..» Ответа не нашлось, так что я тряхнула головой и, выбросив из нее все лишние мысли, посмотрела по сторонам. Мы шли по коридору, соединяющему наш корпус с обычным. А что, дешево и сердито: вместо того чтобы делать отдельный переход, просто запихнуть его вместо прохода между двумя аренами: с одной стороны наша, в кои-то веки с открытой дверью, с другой — простая, самый обыкновенный спортзал, проще говоря. И, к моему удивлению, да и не только моему, Алес открыл дверь именно на вторую арену. Я окончательно потеряла связь с реальностью. Что за фигня тут происходит?
— Заходим и выстраиваемся по полосам на полу возле мисс Ларени, — звонко объявила девушка, отходя в сторону от прохода. По нашей группе пронесся удивленный шепоток, никто не двинулся с места, а кто-то даже недовольно фыркнул. Едва донесшийся возмущенный возглас, оборвало ледяное «тишина» в исполнении Алеса. У меня аж по позвоночнику прохладная змейка проскользнула, от этих ноток в его голосе... Мурашки по телу, видимо, тоже от этого. И сердце дрогнуло, следом за коленками... Зато в коридоре мгновенно воцарилась гробовая, читай испуганная, тишина. Кто-то даже поперхнулся.
— Сегодня на вас орать запрещено, как и давать при случае под зад особо умным, но лично мне плевать, не хотите — загоню пинками, — все так же безапелляционно продолжил Алес и тонко улыбнулся, заставляя моих одногруппников благоговейно взирать на него. Ну, кроме меня. А что я... А у меня иммунитет, похоже, вырабатывается! Со мной на тренировках так каждый день разговаривают...
— Дисциплину спецгрупп будут оценивать, кто обосрется — получит отработку у Айве. А дальше — ваши проблемы.
Несчастные одногруппники, зашуганные вымораживающим взглядом черных глаз, окончательно затихли, боясь даже вздохнуть. Впрочем, именно этого наш великий и ужасный Алес, похоже, и добивался. Он довольно хмыкнул и, отойдя от двери, вопросительно поднял бровь. Вопросов, как ни странно, больше не возникло...
В такой же идеальной тишине, мы зашли на площадку с идеально-гладким паркетом и разметкой для баскетбола. Везет им, наверняка ничего страшнее удара баскетбольным мячом по лицу здесь не случалось. Да и наш спортзал больше на гладиаторскую арену похож, особенно сектор для рукопашки и холодного... В момент, когда я проходила мимо Алеса, меня внезапно отловили и, привычно водрузив руку мне на плечо, оставили возле него. Кхм. Резко затормозив, я прямо-таки почувствовала убийственный взгляд со стороны блондинки... Хорошо хоть она отошла к другой группе, с ее стороны это даже лучше расписки о неприкосновенности! Я невольно зыркнула в ее сторону, чувствуя, как от странного недовольства зачесались пальцы.
— Мне кажется, твоя девушка ревнует, — все же осмелилась я сказать, когда Алес, вместе со мной, естественно, встал в начале строя. Вообще, должна признать, выглядело это забавно: вот стоят обычные группы со своими преподами, гомонят, вертятся в разные стороны, а рядом в абсолютной тишине, идеально построенные и с каменными лицами — спецы. Красота-а... Потому что никто не хочет на обработку к Айве. И это я еще молчу про мастеров, которых приставили к каждой группе. На них девушки из ближайших, да и не только, групп уже активно пускали слюни. М-да, еще немного и затопят академию. На что тут смотреть? На гору мышц и тестостерона? Алес лучше выглядит на этом фоне... Я скривилась, поняв, что не одна я так думаю, и девчонки из обычной группы неподалеку уже достали телефоны и начали фоткать. Интересно, а так можно?.. Кто увидит, что сам Лексан Сейрей преподает в академии, — не поверит. Особенно когда узнает нашу официальную специальность... Будто услышав мои мысли, к девушкам подошел кто-то из организаторов и попросил сдать телефоны. Я удивленно хлопнула ресницами. Даже так?..
— М? — рассеянно отозвался Алес, отвлекаясь от осмотра арены, — А-а... Мы расстались.
— Одумалась...
Клянусь! Оно слетело с губ раньше, чем я поняла, что он сказал! Машинально! Я вообще на девчонок смотрела!.. Правда, ему-то это не объяснить...
— Ну ты... — смерив меня угрожающим взглядом, процедил Алес, — Страх потеряла, а, куколка?
— Нет.
Желание сложить лапки и хлопнуть глазками подавила с трудом, но вовремя. Потом и вовсе повернулась к табло и пустующему столу жюри, игнорируя прожигающий меня взгляд черных глаз. Хотя... его обладатель сегодня очень настойчиво лезет в мои мысли!
— Кстати, — оборачиваясь обратно к нему, начала я, — А что ты тут делаешь?
— Что-что... — недовольно поморщился он и отвернулся, — Работаю.
Все, что я успела, — вопросительно вскинуть брови, потому что в следующий момент над ареной грянуло торжественное «Та-дам».
— Чуть не оглох... — вполголоса выдал Алес, на секунду сжимая мое плечо, когда я вздрогнула. Согласна...
— Сегодня вас всех ждет насыщенный и интересный день! — возвестил с трибуны ректор, — От лица руководства академии я рад открывать первый в этих стенах спортивный фестиваль!
Аплодисменты. Я скептично скривилась. Мне кажется, или это продолжение нашей с Алесом вчерашней дискуссии о маньяке и киллере? Он продолжал говорить что-то очень воодушевляющее, но мы потеряли интерес. Все эти организационные моменты нам уже рассказывали... Завершив все пожеланием удачи, он вежливо улыбнулся и спустился с трибуны под бодрые крики студентов. Мы молча похлопали. А никто не говорил, будет нам что-то за вопли или нет, вдруг к Айве отправят... Третьекурсники оказались смелее: с их стороны кто-то громко свистнул.
— Ребята, — привычно мило улыбаясь начала мисс Ларени, хотя в наступившем шуме ее мягкий голос было почти не слышно, — Сейчас я раздам вам маршрутные листы: вы разбиты по командам, каждая из которых будет проходить те или иные выбранные вами секции. К каждой группе приставлен мастер, кто именно — указано в листах.
Она перехватила поудобнее стопку бумаги, бросила неуверенный взгляд на Алеса, видимо, в надежде на помощь, но... Он вообще не смотрел на преподавательницу, занятый чтением чего-то в телефоне. Д-джентльмен... Остальные мастера и подавно не шелохнулись, и, поняв, что они со своих позиций сдвигаться не собираются, мисс Ларени принялась раздавать листы сама. Получив на руки бумажку, я первым делом посмотрела, кто же сопровождает мою команду... Алес и Саймон. Ну да, логично. При уровне мухлежа Алеса, было бы удивительно увидеть кого-то другого. А что за Саймон? И где он? Я окинула быстрым взглядом пространство вокруг нашей группы, чтобы увидеть сразу нескольких крепких мужчин на галерке. М-м...
— Алес, а кто наш второй сопровождающий?
Он поднял голову от телефона, заглянул в мой лист и, окинув взглядом галерку, ответил:
— Вон тот, с татушкой на шее.
Хм? Посмотрела на указанного...
— А мы выживем, если что?.. — себе под нос выдохнула я, узрев огромный... шкаф! Этот мужик даже больше чем наш дисциплинарщик! Сверху хмыкнули.
— Поверь, куколка, в случае чего я буду поопаснее, чем он, — с долей самодовольства сообщили мне. Ну конечно, Лесса, как же ты могла забыть, кто у нас тут садист номер один.
— А уж скромный какой, — съязвила я, складывая руки на груди и поворачиваясь к Алесу. Он иронично усмехнулся и вскинул бровь, повторяя мой маневр.
— А уж мстительный-то какой.
— Мстить маленьким детям? — я прищурилась, — У-у... Мастер, вы просто образец для подражания.
— Ты определись: взрослая или маленькая? Если второе, я куплю тебе соску, чтобы занять твой болтливый рот.
Мне лучезарно улыбнулись и с намеком подмигнули, едва я, задохнувшись возмущением... Покраснела. Алес весело фыркнул и, еще раз глянув в свой телефон, направился к «шкафу» с татуировкой. Меня, естественно, потащили следом. Пришлось экстренно брать себя в руки и выбрасывать из головы его недавние двусмысленные шутки о том, как бы занять мой рот... Решив, что пока ничего интересного не происходит, я достала из кармана брюк уже помятый лист с программой. Посмотрим, что тут у нас... Сборка и разборка автоматов, стрельба по мишеням, всякая беготня, и вернемся сюда на волейбол и теннис, самое легкое в начале. Прелесть. Правда, автоматы первыми... С другой стороны, лучше уж сразу отмучиться. Тем временем Алес уже успел обменяться приветствиями и перекинуться парой не очень понятных мне фраз со «шкафом»-Саймоном, и теперь повернулся к нашему ровному строю.
— Команда С8, выстроиться напротив меня!
Я скептично посмотрела на Алеса, на стоящего рядом Саймона... Честно, я бы скорее прислушалась к последнему: стоя рядом с ним, Алес сильно проигрывал, не столько по росту, сколько по комплекции. И, хотя мне эта картинка нравилась больше... Те, кто не знают, какой на самом деле садист скрывается за этой красивой внешностью, всерьез его не воспримут. На удивление, я осталась в своем мнении одинока. Те мои одногруппники, которым выпала та же программа, беспрекословно выстроились перед ним, даже и не думая начать обсуждать что-либо. А у меня, видимо, и правда иммунитет к Алесу... Хм, звучит-то как странно. Я мысленно фыркнула. О чем ты вообще рассуждаешь, Лесса? Тряхнув головой и выбросив из нее все лишние мысли, я обратила внимание на происходящее. Большая часть нашей группы уже разбилась по командам, и только пара человек еще не успели найти свое место в жизни. Присмотревшись, я поняла, что команды по большей части смешанные. Впрочем, логично... Думаю, так даже интересней. Я привстала на цыпочки, пытаясь рассмотреть, куда попали Виа и Джери, но...
— Куколка, моей компании мало? Прекрати вертеться, — усмехнулись где-то у меня над головой. Недовольно поджав губы, я посмотрела на Алеса, чтобы увидеть, как он, быстро пересчитав выстроившуюся перед нами группу, сверился с чем-то на экране телефона. Потом посмотрел на тех, кто по-прежнему оставался возле мисс Ларени и, ухмыльнувшись, объявил:
— Кто не успел — тот опоздал. За мной!
И к выходу направился! Э-э... Пару секунд я стояла на месте, а потом...
— Подожди, ты хочешь сказать, что не все собрались? — вполголоса спросила я, срываясь с места и подбегая к Алесу. Разве что на мгновение замешкалась, пробегая мимо «шкафа», но вскоре догнала нашего великого и ужасного.
— В точку, куколка, — хмыкнул он и потрепал меня по голове. Опять... Недовольно поморщившись, я вывернулась из-под его руки и требовательно на него посмотрела.
— Ну что, что? — протянул Алес в ответ на это и открыл дверь на нашу арену, — Я не собираюсь ждать, пока эти малявки наболтаются друг с другом.
— А если они не поймут, куда идти? — возмущенно всплеснула я руками, взывая к его преподавательской совести!..
— Значит, хреновые из них будут киллеры, — отрезал Алес и, быстро осмотревшись, направился на другую сторону зала. Мне оставалось только признать его правоту и пойти следом. Хотя, свинство это. Но и не поспоришь...
Мы пришли к выстроенным в два ряда столам, на которых... Ну вот.
— На столах автоматы, разойдитесь по одному, — безразлично бросил суровый дядька в черном, — Жду и включаю секундомер.
Угу. Я посмотрела на пушку передо мной, потом на очередного сурового дядьку, тоже передо мной, снова на автомат. Эх... Прощай моя мечта о маникюре. Я с тоской возвела очи к небу...
— Даю минуту на осмотр оружия, время пошло, — бросил... Ну, пусть будет куратор. Стоило ему это сказать, как все сразу же сосредоточились и, схватив в руки оружие, принялись его осматривать. Я глубоко вздохнула. Ну-с... поехали!
В этом я была относительно уверена. Несмотря на то, что это не экзамен, стоило постараться, ибо я спиной чуяла, как Алес стремится просверлить во мне взглядом дырку. Хотя, может мне показалось?.. В любом случае, я отбросила лишние мысли и сосредоточилась. Так. Магазин. Теперь предохранитель. Вышло слишком легко, но это мне на руку! Я самодовольно хмыкнула. Пенал. Шомпол. Крышка... Тихо зашипев, когда ноготь соскользнул и больно погнулся, я цыкнула. На чертовой крышке потеряла лишнее время... Отделять затвор от рамы одной рукой было рискованно, но я воспользовалась украденным у Алеса приемчиком и не удержалась от победного взгляда в его в сторону. Алес все еще копался в телефоне и даже этого не видел. Свинья. Вот и смысл тогда мне был выделываться... Машинально собрав все обратно, я вдруг замерла, когда поняла... Черт. Забыла вставить шомпол! Осознание пришло только тогда, когда пенал возвращался на нужное место, пришлось быстро исправлять ситуацию, а когда магазин встал в пазы, а автомат был положен на стол, я подняла глаза в ожидании результата. Куратор ничего не сказал, только отметил что-то у себя на планшетке. Глубоко вдохнув, я украдкой бросила взгляд на Алеса... Ну, что ж, убивать меня никто не стремится, черные глазищи не полыхают яростью. Наоборот, он поднял голову от телефона, изобразил подобие одобрительной улыбки уголком губ и даже кивнул. Я замерла. От появившегося внутри щекотного чувства мне захотелось улыбнуться в ответ, но я сдержалась и, смущенно покраснев, отвернулась обратно к куратору станции. Да и... Что за реакции? Надо обидеться на него за то, что не увидел моего крутого приема с затвором...
Первые три испытания прошли без лишних сложностей и позволили разогреться мозгу и телу. Лучших баллов я, конечно, набрать не смогла ни на одной, но Алес еще после моего расстроенного шипения в адрес ногтя просто независимо пожал плечами и состроил рожицу, будто говоря: «Бывает». Видимо, догадался, что мне больно, а дальше ничего особого не ждал. Ну да, что я могу выдать после освобождения? Жалкие попытки удержаться в списке лидеров. Но Алеса и это, кажется, устроило: он расслабился, а за стрельбу даже похвалил. Так что я тоже выдохнула и на трехногий забег пришла с затаенным чувством предвкушения. Видимо, под влиянием всеобщей атмосферы веселья, настрой нашей группы сдвинулся в положительную сторону: в середине, подальше от мастеров, то и дело раздавались сдавленные смешки и шепот. На первых рядах возле Алеса было потише, но уже не так, как в начале дня. Правда, меня это не коснулось, ведь где я была? Правильно, рядышком с великим и ужасным в роли подставки под его тяжеленную лапищу.
Забег проводился в обычном спортзале и здесь нас встретила незнакомая преподавательница, которая, быстро объяснив нам правила, начала раздавать ленточки. Кто бы знал, что столь простое действо может вызвать такой ажиотаж! Молчавшие до этого момента юные спецы мгновенно стали похожи на нормальных студентов: обменивались лентами, парами, если выбранная куратором им не нравилась, и спорили, если пара не соглашалась. Я задумчиво проводила взглядом преподавательницу, выдавшую очередную ленту. Она все ближе подходила к месту, где стояли мы с Алесом, ибо его наглейшество по-прежнему использовал мои плечи вместо подставки под свою длань, так что стоило задуматься: с кем же меня поставят? Мне-то все равно, могу с кем угодно бежать, но... Я вспомнила, какими взглядами меня встретили сегодня утром в раздевалке, и мысленно хмыкнула. Чую, тот, кто окажется со мной в паре устроит показательное «фи» с вероятностью в восемьдесят процентов. Почему так? Просто есть шанс, что мне попадется кто-нибудь не из моей группы. Он или она, конечно, тоже могут быть не очень довольны, но их недовольство будет исключительно внутри их головы. Так что этот вариант лучше. Наконец куратор подошла ко мне, и пришлось, тряхнув головой, посмотреть на нее. Но... Она протянула ленту паре девушек, возле меня, а потом...
— Та-ак, — добродушно улыбаясь, сказала она, слегка растягивая слова и выуживая из связки одну ленту, — Вы двое будете парой, связывайте ваши ноги.
Сбоку раздались смешки, а я, с небольшой заминкой поняв, что произошло, покосилась на Алеса. А вот он, похоже, вообще не в теме: с нечитаемым выражением подняв голову от телефона, посмотрел на куратора, потом на ленту и с космическим уровнем презрения в голосе произнес:
— Я препод, вообще-то...
Рука, протягивающая ленту, дрогнула, а сама женщина с удивлением хлопнув ресницами, покраснела и промямлила:
— Ой, извините, я думала...
Я еле слышно рассмеялась, проигнорировав так и ощущавшийся кожей недовольный взгляд. Женщина растерянно посмотрела на свою руку, потом на меня... Покосившись на Алеса, я снова хихикнула.
— Эй, а что, поучаствуй, — поддавшись внезапной совершенно глупой мысли, вполголоса сказала я, ехидно улыбаясь, — Так все точно увидят, что ты взрослый и из тебя песок сып...
— Еще слово, и ты труп, — тихо рыкнули над ухом, и мгновенно опустившаяся мне на затылок ладонь с силой вжала мою голову в плечи. Ох-хо! Какие мы нервные!
— Да, почему бы и нет? Многие преподаватели проходили испытание вместе с учениками... — мгновенно перестав смущаться, сказала куратор и снова улыбнулась.
— Вот-вот, это повысило бы твою карму и приблизило бы тебя к народу... — выворачиваясь из-под его руки, снова подала голос я. Ух-х... От зверского взгляда черных глаз, у меня аж сердце в пятки ушло, но даже это не остановило мою внутреннюю ехидну, так что, отскочив в сторону, я широко ухмыльнулась.
— И не мечтай.
Алес явно был против, что активно показывал всем своим видом. Ну-у... Вот вечно он так! А было бы забавно... Сама не понимаю, почему, но в мой мозг буквально втемяшилась мысль втянуть Алеса во все это. В конце концов, это весело и интересно, так что... Я показательно печально вздохнула и надулась. Потом посмотрела на Алеса, получила в ответ непреклонный взгляд и протянула:
— Ну во-от...
— Вы подумайте, а я пока раздам остальные ленты, — проявила тактичность куратор и двинулась дальше. Я проводила ее задумчивым взглядом и, повернувшись обратно к Алесу, продолжила с места, где остановилась:
— Неужели тебе меня не жалко? Они же меня терпеть не могут, как мне с ними бегать?
— Ага, то есть сделать из меня клоуна можно, а перешагнуть собственную гордость и пережить такие незначительные сложности нельзя? Твоя логика божественна, куколка, — ухмыльнулись мне в ответ. Вот же... Я возмущенно вспыхнула, но подобрать аргументы в свою защиту не смогла, поэтому, пару секунд обиженно посопев, применила самый подлый прием.
— Ну пожа-алуйста...
И глазки вверх, и ресничками «хлоп-хлоп», и даже губки надула. Его аж перекосило! Ну? Я мысленно изо всех сил удерживалась от смеха, пока Алес, недовольно покосившись по сторонам, шипел что-то из разряда «прекращай валять дурака, наглая малявка». Ага, спешу и падаю. Даже не подумав вернуть нормальное выражение своему лицу, я, вдобавок ко всему, сделала бровки домиком и просительно сложила лапки на груди.
— А у нас еще людей в группе нечетное количество... — не желая сдаваться, вполголоса выдала я свой последний аргумент. Между прочим, вполне правдивый: я еще на первой станции, когда мы вставали попарно за столы, заметила, что на крайнем столе один из автоматов остался невостребованным. Так что тут Алесу нечего возразить!
— Вот и не участвуй, у тебя же травма! — раздраженно прошипел он, складывая руки на груди и отворачиваясь. Свин. Позволив себе недовольно скривиться, я подошла к нему с другой стороны.
— Но ведь так не интересно! И вообще, я бы не выбирала эту станцию, если бы не хотела участвовать... А еще иначе мне мне не засчитают отработку.
На меня в очередной раз недовольно посмотрели, потом возвели очи к небу... И вдруг ухмыльнулись.
— Хм, окей, куколка, — повернувшись ко мне лицом, со странной интонацией заявил Алес, — Я поучаствую, если ты меня уговоришь.
Блин, а сейчас я чем занимаюсь? Удержавшись от недовольной гримасы, сложила руки на груди и, вскинув подбородок, саркастично спросила:
— Ну, и что же ты хочешь, о великий и ужасный?
— А есть, что предложить? — он привычно склонил голову к плечу и многозначительно улыбнулся. Я на секунду задумалась. Наверное, нечего... Не могу же всерьез предложить ему яду или книжку-руководство для преподавателей. Если он на что-то намекает, то его мысли до меня еще не дошли... Я хмыкнула и честно ответила:
— Нечего. Но, может, свершишь жест доброй воли? Карма, опять же...
— А, то есть ты просто предложила мне легально тебя облапать? Ты так щедра, аж тошно...
Причем тут... Я успела покраснеть от неожиданно возникшей мысли, когда...
— Вы решили?
Вовремя! Я, продолжая смотреть на Алеса, вопросительно вскинула брови и... Да! Мысленно торжествуя, я проследила, как он, изображая неземное страдание, конечно же, взял у куратора ленту и направился к линии старта.
— Учти, будешь мне должна, — снисходительно сказал он и бросил на меня очень многообещающий взгляд. А... На секунду сердце замерло, но я быстро взяла себя в руки. Он вечно так шутит, глупости! Я демонстративно фыркнула и, подойдя ближе, проследила, как Алес, обвязав мою правую ногу, связывает ее со своей левой. Тоже мне, должна я ему буду... Я задумчиво покусала губу. Нет, а...
— Что, например?
— Итак, на старт... — громко и очень весело объявила куратор, вставая у одного края линии. Пришлось временно прерваться и сосредоточиться. Честно, никогда не пробовала участвовать в таких забегах. Как вообще бегать с одной ногой?.. Пока я раздумывала, Алес положил руку мне на плечи, крепко прижав к себе. Что за... Я даже возмутиться не успела, как раздалось громкое «марш», и мне скомандовали:
— С левой.
На автомате, пусть и с небольшой заминкой, последовав указанию, я, сделав первый шаг, мгновенно поняла, что, несмотря на то, что меня удерживают за плечи, наше положение крайне шатко. Так что, отбросив все лишние, мозг, я сказала лишние, мысли, положила руку на талию Алесу и сама крепко к нему прижалась. Так-то лучше... Хотя, с какой стороны смотреть.
— Получается, если вас нечетное количество, то мне и на следующих парных секциях составлять тебе компанию? Хм, тогда твой долг будет... Внушительным! — в какой-то момент раздалось сверху. Самое подходящее время! Я тут пытаюсь не упасть и двигаться нормально, а он поговорить решил?
— Вот еще, — чуть запыхавшись, хмыкнула я, — Из парных у меня остался только волейбол и теннис, на которых я благополучно посижу на скамейке. Так что даже не мечтай.
Угу, раскатал губу. С твоей неуемной фантазией, свинтус, большой долг наживать невыгодно! Алес очень показательно страдающе хмыкнул.
— Жаль.
— Что?! — я не удержалась и возмущенно посмотрела в эти наглющие черные глаза. Почему ему там жаль, он что уже придумал? А за это я ему что должна?!..
— Эй, не вертись, неудобно же! — мгновенно среагировал их хозяин, второй рукой поворачивая мою голову обратно.
— Так, нет, в смысле тебе жаль? Ты что там себе придумал?
— О-о, так тебе интересно? — мурлыкнули сверху. Вот же! Голову даю на отсечение, что он там лыбится! По голосу слышу!
— Должна же я выяснить, чего можно от тебя ожидать!
Что вы думаете? Он только тихо рассмеялся и не ответил. Не ответил!
— Эй!
— Давай ускоряться, а то мне кажется, мы скоро окажемся в отстающих, — будто я не возмущалась, буднично сказал Алес и приобнял меня чуть крепче. Ах ты!..
— Не переводи тему!..
К моменту, как мы пришли к финишу я, во-первых, была готова применять пытки, а во-вторых, мечтала о ведре ледяной воды. Причем первое для Алеса, а второе для моего безумного мозга и просто раскаленных щек! Этот... Этот изверг мало того, что так и не сказал, что же я там ему должна, и почему ему жаль, так еще и облапал меня!.. Ну ладно, тут я преувеличиваю, он просто в какой-то момент переместил свою лапищу с моих плеч на талию, но мой мозг решил приукрасить этот момент! Хоть иди и устраивай себе трепанацию черепа! Операций по замене мозга еще не делают?! А жаль, я бы сменила!..
— Фух... — выдохнул Алес, останавливаясь за линией финиша и оттаскивая меня в сторонку. А-а, мне уже плевать. Делайте все, что хотите, мой мозг все равно живет своей жизнью. Щеки полыхали, сердце колотилось в груди, а по коже бежали мурашки. Даже волосы, кажется, пахли одеколоном Алеса, и от этого хотелось провалиться, потому что мозг продолжал подпихивать всякие картинки, начиная с моих рук на мужском плече и... А!
— Никогда бы не подумал, что это так сложно и неудобно, — недовольно пробормотал Алес, опускаясь на корточки и развязывая ленту, — Как нога? Не болит?
Я в этот момент всеми силами пыталась выгнать из головы совершенно неуместный ворох мыслей и радовалась, что из-за макияжа щеки не настолько красные, как могли бы быть. Так что на вопрос отреагировала непонимающим взглядом. Алес тоже на меня посмотрел.
— Нога, говорю, не болит?
— Что? Нет, конечно же, с чего вдруг? — я сделала невозмутимое лицо. Чего это он такой заботливый?.. Когда лента скользнула по моей ноге, я невольно вспомнила прошедшую ночь и... Как Алес коснулся пальцами моей лодыжки. Как его пальцы задели мое слегка покрасневшее от ремня запястье. Как они скользили по моей ноге выше... Я еле слышно смущенно вздохнула.
— Ну и прекрасно, — напоследок окинув внимательным взглядом мою лодыжку, сказал он. Потом выпрямился и, осмотрев пространство вокруг, небрежно кинул ленту в специальную коробку. Я же все это время неосознанно провожала его задумчивым взглядом. Правда, сеанс созерцания был прекращен одним ответным пристальным взглядом черных глаз, но... М-да. Что-то происходит с тобой, Лесса. Явно с ума сходишь... Тряхнув головой, я перевела взгляд на остальную группу. Последние пары уже пересекли финишную прямую, и теперь куратор, с улыбкой что-то вещая, подписывала протянутый Саймоном табель на планшетке. Алес по-прежнему стоял возле меня что-то печатая в телефоне, так что ребята, поняв, что обоим сопровождающим нет до них дела, относительно шумно обсуждали результаты забега. И, хотя на фоне гула, стоящего в зале, это «относительно шумно» терялось, Саймон на них все равно периодически недовольно поглядывал. Вот, не то что некоторые. Я покосилась в сторону Алеса. Этот садист сто процентов наорал бы на них, если бы не был увлечен чем-то на экране смартфона. Вот кстати, как он умудряется находить там что-то интересное в любое время суток? Я тоже так хочу... Наконец, куратор отдала планшет с табелем обратно Саймону и тот, собрав группу, повел нас дальше. Хм?
— Вы что, местами решили поменяться? — спросила я, когда мы пристроились в конце группы. До этого Алес шел впереди планеты всей, так что... Странно.
— Да, мы заранее договорились поменяться. А что, тебя что-то смущает? — он бросил на меня лукавый взгляд. Опять у него настроение поменялось? Иногда он хуже любой девушки! А еще говорят, наше настроение сложно понять...
— Нет...
Правда, судя по всему, мой ответ его не впечатлил: Алес только прищурился и усмехнулся. Я глубоко вздохнула, продолжая удерживать маску невозмутимости. Спокойствие, то-олько спокойствие...
— Кстати, судя по тому, как ты сегодня бегала, заниматься ты уже можешь. Вчерашняя тренировка дома, видимо, тоже прошла успешно?
— М-м... — я поймала его ехидный взгляд и нахмурилась. Он знает? Да не-ет... Вряд ли. Не обладает же он всевидящим оком? Бред какой. Решив, что знать о тысяче и одной остановке во время прохода полосы препятствий ему совсем не обязательно, ответила я максимально нейтрально и спокойно:
— Продуктивно.
— Да? То есть тренироваться ночью ты уже не против? Я так и знал, моя школа, — довольно ухмыльнулся он и потрепал меня по голове. Ах ты ж... Я отскочила от его загребущих лап подальше и, пронзив этого изверга возмущенным взглядом, поправила взъерошенные волосы. Потом подумала и проворчала:
— Нет, ну ты мне объясни, что тебя так привлекает в ночных тренировках?
— Интенсивность? Объем? Продуктивность?
Алес вскинул бровь и, двусмысленно ухмыльнувшись, привычно склонил голову к плечу. Проигнорировав подтекст, я фыркнула.
— По-моему, они только изнашивают организм. Серьезно, недосып и переутомление — это большая проблема!..
— Большая проблема, куколка, будет у тебя, когда ты провалишь промежуточные и окажешься в самой... В самом конце рейтинга, — парировал Алес, откровенно посмеиваясь над моими жалкими попытками отмазаться от ночного кошмара. Хм... я мысленно усмехнулась, поняв, как забавно это звучит. Мой ночной кошмар — тренировка под названием «ночной кошмар». Но мы не об этом. Мы о том, что эта свинка не верит в мои силы! Неужели, все и правда так печально? Сложив руки на груди, я обернулась к нему и, гордо вскинув подбородок, спросила:
— Почему ты не веришь, что я смогу удержаться на плаву?
— Хм... Действительно... — начал он, но тут мы подошли к следующей станции и пришлось временно прерваться. Блин, этот фестиваль перестает мне нравится, даже поговорить нормально нельзя... Но, как выяснилось, я ошиблась, потому что первое, что сделал Алес, — уселся на скамью возле судейского табло и похлопал по месту рядом с собой. Оу.
— Не будешь контролировать процесс? — с удивлением спросила я, опускаясь на скамейку. Меня наградили непонимающим взглядом и произнесли, как само собой разумеющееся:
— Естественно, нет, там же Сайтон. Так о чем я? Ах, да... — он прищурился и качнул головой, — Я, малыш, не «не верю», а реалист, который трезво оценивает твои шансы. Да что говорить, тебя вчерашняя практическая часть пар ничему не научила? По-моему, она должна была наглядно показать, что сейчас ты в полнейшем пролете.
— Почему из твоих уст это звучит так ужасно?.. — я демонстративно поежилась и перевела взгляд на площадку, где уже встали на позиции игроки, и разыгрывалось право первого мяча. Ни малейшего сожаления от того, что сижу на скамейке запасных, я не испытывала. Впрочем, как и интереса к игре. Потому что... Его странное обращение вызвало новый поток мурашек. Звучит странно, почему он вообще так меня назвал? Не куколка, а...
— Потому что это реальность, — буднично пожал плечом Алес и тоже посмотрел на площадку. Я надулась, мысленно невольно признавая его правоту. Но, кстати...
— Между прочим, не все так плохо.
— Да ну? — скептично отозвался Алес, даже не повернув головы. У-у... Свинтус. Я абсолютно серьезно кивнула и отозвалась:
— Ну да. Вчера я узнала большую часть приемов, которые ты мне показывал.
— А применить?
Не смогла... Я снова обиженно надулась под его снисходительным взглядом, хотя и понимала, что обиды тут бессмысленны. Да и Алес прекрасно понял все по моей моське.
— Не дуйся, все поправимо, — он невесомо коснулся костяшкой пальца кончика моего носа и приподнял уголок губ в улыбке, — На промежуточных в этот раз будет только стандартный блок из бега, полосы и боев, и испытание для пар киллер-опер. Никакого метания оружия, стрельбы, в том числе стрельбы из снайперок, не будет. Так что, нагоним. Главное, не ленись, — теперь он развеселился и даже подмигнул. Кхм... Я невольно улыбнулась в ответ, а потом... До меня окончательно дошел смысл сказанного, и, нахмурившись, я вкрадчиво спросила:
— Откуда ты это узнаешь? Разве информация о составе экзаменов выпускается в общий доступ?
— Ха, конечно нет, — Алес самодовольно усмехнулся, — Просто, я же говорил тебе про своего опера? Он рассказал мне об одной лазейке, которой я и воспользовался. У тебя всемогущий мастер, куколка.
Я посмотрела, как он картинно поиграл бровями, ухмыляясь во все тридцать два и закатила глаза. Показушник. Решив, что сейчас самое время перевести тему, я наконец решила спросить о том, что уже давно меня тревожило. И если в начале месяца это было не столь значимо, то теперь, когда нога уже в полном порядке... В общем, придя к выводу, что Алес уж точно знает хоть что-то я заискивающе протянула:
— Кстати, скоро начнется подготовка к показу папиной коллекции?
— Что? С чего вдруг ты про это заговорила? — он непонимающе нахмурился и, немного отодвинувшись, с подозрением на меня посмотрел, — И где мои овации? Я тебе тайну века раскрыл, забочусь о тебе, а ты?
— Тоже мне, дело под грифом секретно.... — я скептично фыркнула и закатила глаза, — Так что? Папа на мои звонки не отвечал, да и не отвечает до сих пор, все документы идут через тебя, но ты мне тоже ничего не присылал. И, вот еще, почему сразу не сказал, что все перенесли? Скрываешь от меня такие важные вещи? Тебе не стыдно?
— А как ты узнала? — он непонимающе поднял бровь и криво ухмыльнулся, — И вообще, что значит «тебе не стыдно»?
Серьезно? Я наградила его скептичным взглядом и, сложив руки на груди, вскинула бровь, ожидая ответа на свой вопрос. Он переводит тему еще топорнее чем я! Черные глаза на секунду прищурились... после чего Алес вдруг вполне спокойно начал отвечать:
— Признаю, ты права. Было много дел и новых сообщений, так что письмо от Алекса улетело вниз, извини. Говоря о показе, его перенесли на середину декабря. Это прямо перед промежуточными и всеми мероприятиями с ними связанными, так что придется постараться успеть все и сразу. Подготовка у нас начнется в ноябре, но... Времени и так мало, а с ней будет и того меньше, так что я понятия не имею, как впихнуть в сутки это самое «все и сразу». Может, стоит начинать утренние тренировки на час раньше?
Он задумчиво потер подбородок и недовольно поджал губы. Что на час раньше?!
— Если ты сделаешь тренировку на час раньше, то на сон-то мне сколько останется?! Я ж помру, имей совесть! — не выдержав, взорвалась я. Совсем оборзел, садюга противная! Алес же на моих словах вскинул бровь, встретив мой спич крайне удивленным взглядом, а потом... Еле слышно расхохотался!
— Ладно уж, Кай, не кричи, справимся как-нибудь... — улыбнулся он и потрепал меня по голове, — И все-таки, как ты узнала?
— Как-как... — отпихивая руку, которая уже раз в третий за день кощунственно портит мне прическу, мрачно пробормотала я, — Знакомая рассказала! Давай, выкладывай, что еще ты от меня скрыл?
— М-м... Честно?
Он еще спрашивает?! Внутри меня рванул маленький ядерный завод под названием мозг, и я, окончательно закипев, вперила в Алеса самый зверский взгляд из своего арсенала.
— Да.
И стали в голос побольше. Хотя, наверное, все-таки вышло не очень, потому что улыбаться эта белобрысая пакость не прекратила.
— Ну ладно, — он беззаботно пожал плечами, — Семнадцатого числа мы должны быть на выставке Шери, а еще ты должна была месяц назад просмотреть досье претендентов на роль гипотетического мужа. А, еще давно хотел тебе напомнить: в душевых академии установлены тепловизоры, так что в следующий раз лучше взломай замок на двери, твое перелезание через нее выглядело действительно опасно. Что еще? — Алес ехидно ухмыльнулся, — Ах, да... Почему ты свою тетю называешь просто «знакомой»? Это звучит реально странно. Ну и напоследок, что бы такого шокирующего тебе сказать... — на секунду черные глаза опасно прищурились, меня осмотрели с ног до головы... — Точно, — Алес подался вперед, приближая свое лицо к моему, — Я придумал отменное наказание в случае твоего провала, куколка. Мне понравится, тебе... Тоже понравится. Ты, я и кое-что еще... Думаю, на этом минутку откровений можно закончить.
Я слышу сверчков... Пока мой мозг отчаянно пытался переварить полученную информацию, Алес очень внимательно следил за изменениями выражения моего лица. Видимо, забавное зрелище, потому что его ухмылка становилась все шире и шире!.. Так, стоп. Давайте обдумаем, ЧТО мы только что услышали.
— Тебе понравится?! Что за очередное извращенское наказание ты там придумал?!
— Тебя из всего сказанного только это волнует? — он сокрушенно покачал головой, полностью игнорируя мой взгляд. Да чтоб тебя! Нет, конечно!
— Из всего сказанного только это имеет последствия! Колись!
— Это моя фраза, — он нагло улыбнулся и, оперевшись руками о скамейку, откинулся назад, — И ничего я тебе не расскажу, мучайся неведением. В этом вся соль — в предвкушении...
— Что? Эй!..
Честно, в тот момент, пожалуй, именно эта совершенно пустая беседа мне и была нужна. После месяца тотального игнора прямо как глоток свежего воздуха: взбодрило и зарядило. Я даже весь оставшийся день проходила окрыленная. А как иначе? Мало того, что сама решила плотно заняться программой, так еще и Алес поможет. В его силах я уверена. Однако уже на следующее утро я готова была в очередной раз пожалеть о том, что вообще учусь на этом чертовом направлении! Потому что от «ночного кошмара» отвязаться так и не вышло! И, между прочим, этой тренировке вполне смело можно было давать такое звание: Алес гонял меня в хвост и в гриву, думала, помру от боли в ногах! И это я еще молчу про очередную порцию доверялок, благодаря которым синяков на моем теле стало в разы больше.
В общем... На следующий день теоретическую часть занятий я благополучно проспала, а уж когда вышла на арену после нее... Аж руки зачесались при виде до отвратительного бодрой рожи Алеса. Чтоб ему икалось... Он сидел прямо на полу и что-то делал на ноутбуке. Хотя, это не помешало ему заметить мое появление и сразу запустить в меня сетчатую сумку. Понимая, что возмущаться бесполезно, я, по инерции поймав ее, только вздохнула и удивленно осмотрела содержимое. Что тут? Наколенники, налокотники, маска... Шлем? Только не говорите мне, что это для доверялок...
— Ты же сказал, будем нагонять программу! — страдальчески возопила я. Алес, в этот момент распутывающий клубок проводов, остановился и тяжело вздохнул.
— Именно этим мы и займемся, — он, все же выпутав нужный провод, надел наушники и, снова подхватив ноутбук, начал что-то включать, — Поторопись, нам сегодня надо еще основные приемы отработать.
— Но...
— Еще слово и начнем с рукопашки, — не отрываясь от экрана компьютера, среагировал он на мою последнюю попытку отмазаться. Потом подумал и, уже угрожающе на меня посмотрев, протянул:
— Тебя что, давно по полу не валяли? А я знал, что ты мазохистка...
Свинья. Недовольно запыхтев, я резкими движениями раскрыла сумку, и, вытряхнув все на ближайшую скамейку, начала одеваться. Да что б тебе так жить, изверг белобрысый! Нет, я еще могу понять и принять смысл этих упражнений, но почему именно такой формат? Все, что делают мои одногруппники в контексте упражнений на доверие, — проходят упрощенные полосы препятствий. Может, есть что-то, чего я не вижу, но!.. Что делаю я? До этого меня гоняли по всей квартире, а теперь, похоже, будут гонять по спортзалу. Готова спорить на сто миллионов! Почему именно мне так не везет?.. Могли бы поговорить по душам... Тут мой мозг услужливо напомнил мне, что подобный эпизод уже присутствовал в нашей жизни. М-да. Рассказывать я бы ему ничего не стала, да и он сам вряд ли захотел бы выкладывать всю подноготную, все же профессия налагает определенные черты вроде замкнутости и подозрительности. Ну что за гадство! Я недовольно цыкнула и с размаху нацепила шлем. Ай... Это я зря... Тихонько зашипев от боли, просунула руку под него и потерла ушибленный затылок. Бесит-то как!
— Готова?
Все еще мысленно злясь, я недовольно глянула на Алеса и буркнула:
— Нет.
О, кого бы это еще волновало! Он кивнул и, будто издеваясь, преспокойно отозвался:
— Ну и отлично. Маску не забудь надеть.
Тьфу. Я скинула кофту на ту же скамейку и, встав напротив Алеса, надела повязку из плотной черной ткани. В ушах у меня были наушники, так что теперь я оказалась полностью отрезана от реального мира. Ну, только если осязание не считать. Да и то, учитывая защиту на ладонях, мои возможности в данной области оказались весьма ограничены.
— Ну, и что дальше? — не вытерпела я спустя минуты три, по моим ощущениям. Ответа не последовало... Опять издевается. Очередной тяжелый вздох в моем исполнении был прерван прозвучавшим из наушников:
— Так, слышишь меня? Скажи что-нибудь.
— Да, слышу. Что делать-то?
— Сразу предупреждаю, параллельно с тобой одну полосу проходит Виарион, так что, если столкнетесь, не пугайся и не дерись, — будничным тоном начал Алес. Я аж забыла, что злилась. Хм, так странно... Вроде бы уже не первый раз слышу его голос через наушники, но сегодня он какой-то... Сосредоточенный? Мозг мгновенно подкинул картинку абсолютно серьезного и спокойного Алеса, когда он показывал мне новые приемы во время домашних тренировок. Да-а... Такой мужчина может быть собранным... И голос в самый раз... Так, а ну брысь из моей головы! Досадливо скривившись, я выдохнула и прислушалась к тому, что вещала гарнитура голосом Алеса.
— Значит, ты видела упрощенные полосы? О подобном можешь не мечтать, слишком легко для тебя. Ваша сладкая парочка сразу будет на большой полосе работать, она раскидана по корпусу спецов. Сегодня пробный вариант, так что во времени тебя не ограничиваю, думай, сколько душе угодно, издеваться и обманывать тебя в мои планы сегодня также не входит, по этому поводу не парься. На этом все. Поворачивайся направо на девяносто градусов, и вперед.
Угу, вперед, как же... Сдержав весь поток нелицеприятностей, который крутился на кончике языка, я послушно повернулась и, получив довольное «молодец», пошла в указанном направлении. А что остается?