3
На следующее утро парни проснулись, оделись и пошли на пары. Арсений как и пообещал, не выпил таблетки.
Пара длится уже 45 минут. Шастун сидит возле Попова, но тот постоянно меняет угол сидения за партой и в конечном итоге просится у преподавателя выйти, ибо ему не очень хорошо.
Препод согласился, но молча кивнул Антону, чтобы он пошёл за Арсением.
В коридоре Попов схватился за голову и заскулил, Антон подбежал сзади и ухватил его, ибо он начал падать, теряя сознание.
Арсений упал на колени Антона.
Антон нашёл в толстовке Арса телефон и набрал номер скорой, облокотил парня об стену, забежал в аудиторию, забрал вещи и сказал преподавателю, что Попов потерял сознание и они едут в больницу.
- Молодой человек, с вашим другом всё будет в порядке, повторяла уже в который раз медсестра на посту.
- Да, откуда вы знаете, прошло уже три часа, а он без сознания, под этими трубочками, приборами и в реанимации, Антон говорил спокойно, но внутри всё дрожало, он не хочет терять Арсения.
- Молодой человек, придите в себя, сядьте на диване не маячьте перед глазами подождите врача, сказала медсестра и ушла по своим делам.
Шастун сел на диван. Прикрыл глаза. Он понял, что если с Арсом что-то случится, он не сможет этого пережить. Парень начал во всем винить себя. Антон видел, как Попов постоянно пьёт какие-то таблетки, но он никогда не спрашивал, он привык, что с детства никто, никогда не интересовался его жизнью. Мать всегда говорила, что ненавидет людей, которые жалуются на свою жизнь, на проблемы. Антон понимал, что у Арсения нужно было это спрашивать и возможно бы, не было таких последствий.
Парень чувствовал, что по щекам катятся слёзы и ему хочется, чтобы это всё был всего лишь сон.
Шастун открыл глаза, перед ним стоял мужчина лет тридцати в белом халате.
- Простите, я тут задумался, затараторил парень, вытирая слезы.
- Ничего страшного, меня зовут Павел Алексеевич, я лечащий врач твоего друга. Расскажи, что ты знаешь о нем и представься.
- Антон Шастун, одногруппник Арсения и мы живём в одной комнате. Ну, на кануне этого всего я узнал, что он страдает мигренями с детства. Пьёт антидепрессанты вместе с обезболивающими, а, да, позавчера я ходил гулять, а когда вернулся, решил убрать и нашёл в мусорном ведре два лезвия и решил поговорить с Арсом, когда он проснётся. А потом узнал, что у него умерла мать, и он порезал себя. Вот чем он думал, я же не могу, не хочу его терять, а он, слёзы снова предательски начали капать.
- Антон, пошли ко мне в кабинет, всё равно здесь делать тебе нечего. Да ещё я и сегодня на дежурстве.
Антон поднялся и пошёл за врачом.
- Что будешь, спросил Павел, чай, кофе, может виски со льдом.
Шастун кивнул.
Добровольський налил себе и парню в стакан янтарную жидкость, добавил три кусочка льда, протянул Антону.
- Павел Алексеевич, что будет с Арсением, только скажите правду.
- Ну у него немного начался сдвиг по фазе, на это повлияла в первую очередь смерть матери, потом то, что с детства он был на таблетках, они очень сильно влияют на мозг. Сератониновый синдром, это как бы медленная смерть и без таблеток никак не справиться, а плюс у него ещё и мигрень, а ещё последствиями есть, маниакальная зависимость, крайняя перемена настроения, иногда, так как с Арсом, это ещё может быть стресс и вред самому себе.
- И что делать, Антон поднял голову и посмотрел на врача.
- Ну в первую очередь, ему нужно исключить все эти препараты как минимум на месяца два, если его состояние будет более менее стабильное, можно продолжить, только постепенно. А тебе, я бы посоветовал не оставлять его одного, а то мало ли. Сколько тебе лет?
- Мне 22 и Арсу тоже, мы учимся уже на магистратуре, чудом выбив у декана ту же комнату в которой жили все эти годы до окончания учёбы, а это будет в конце декабря. А дальше я не знаю.
- Антон, я думаю вы справитесь, хочешь я посоветую тебе квартиру, там условия конечно не как у новостройках но жить можно, тем более Карина Митрофановна, хорошая женщина, навещает своих квартирантов в конце каждой недели, имеет свой магазинчик фруктов, недалеко от самого дома, вы могли бы устроиться у неё работать, и деньги будут, и Арсений под присмотром.
- Спасибо. Павел Алексеевич, а он выйдет из комы, или как это называется? - Антон затаил дыхание.
- Временная. Да, думаю скоро, только подожди немного, мужчина поставил стакан на стол. Хочешь спать?
- Нет, я к нему хотел бы, увидеть, убедиться, что он живой, Антон снова вытер слезы.
- Хорошо, Павел подошёл к шкафу, достал оттуда медицинский халат, шапочку и бахилы. Одень и пойдём.
- Ну вот, мы пришли, Антон хотел открыть дверь в палату реанимации, но Павел его остановил. 10 минут, я подожду тебя там, указал пальцем на кушетку.
- Я быстро, сказал Антон и скрылся за дверью.
Приборы противно пищали, на мониторе были цифры, Антон понял, что это давление, пульс, трубочки разной длины, были подведены к Арсению, Антон невольно поморщился, осмотрелся в палате и подошёл к стене, взял стул и сел у кровати, положив руку на Арсову.
- Арс, я не знаю, слышишь ты меня или нет, но я хочу тебе сказать, что я испугался, мне в жизни никогда не было так страшно, я боюсь тебя потерять. Не знаю, заметил ли ты, но я со второго курса, начал волноваться за тебя. Эти таблетки, ты их пил как ненормальный. Мне жаль, что получилось всё именно так. Я говорил тебе, что ненавижу людей, которые жалуются на свою жизнь. Глупый. Мне нужно было, хотя бы раз задать тебе вопрос, хотя бы о том, как ты себя чувствуешь, что у тебя болит. Да мы общались, но никогда не касались тем, от которых нам больно, а ведь могли. Каждый из нас не прав, но мне, вытер слезу, мне не хватает тебя Арс. Твоих небесно голубых глаз, улыбки, да что я вру, мне не хватает тебя, всего, живого, красивого. Прости меня. Я обещаю, что когда ты очнешься, а это обязательно случится, я сделаю так, чтобы ты был счастлив рядом со мной. Я, таил в себе многое, и я боялся себе признаться в том, что ты мне нравишься. Я не хочу тебя отпускать, ведь я тебя очень сильно люблю, знай это.
Антон посмотрел на все такого же лежащего Арсения и встал со стула, отодвинул его к стене, вышел из реанимации и они пошли в кабинет Добровольського.
- Ну как ты, спросил Павел.
Антон : Хреново, это я виноват во всем, что происходит с ним.
Павел : Возможно. Но нет ты же не знал о нём ничего.
Антон : Потому что не спрашивал как он, хотя и видел, что ему хреново, дурацкий принцып «Никогда не лезь в чужую жизни, или тебе своих проблем мало?».
Павел : Антон, успойся. Арсений придёт в себя, с ним всё будет хорошо.
Антон : Павел Алексеевич, а если нет, что если он не очнется и я не смогу сказать ему то, что должен был сказать ещё два года назад.
Павел : Антон. Он. Очнется. Всё я пойду в ординаторскую, заполню карты больных, а ты ложись спать и думай о хорошем.
Добровольський ушёл. Шастун лёг на кожаный диван и сразу же уснул. Парень очень устал сегодня.