#23
Совершенно не понимаю, как я попала в комнату. Потому что отчетливо помню, как рыдала на полу ванной. Так же, сколько сейчас времени или же кто находится в квартире.
Я уверена, что входная дверь была закрыта. У кого есть дубликат, без понятия. Лежу в постели и прислушиваюсь к шорохам за дверью моей спальни.
У меня имеются маленькие сомнения, но все же, уверена, что это Кортни. Ведь кто это может быть ещё? Только она, всегда рядом.
Начинаю мысленно перечислять всех своих родственников. Отец с матерью покоятся на муниципальном кладбище. Всяких бабушек и дедушек, у меня и в помине не было. Родители всегда говорили, что их не стало в очень короткий промежуток времени, ещё когда меня и в планах не было. Дальше значит, дядюшка. Который вмиг забыл о моем существовании стоило только Сьюзен открыть для него объятия.
Фыркаю в слух.
Ладно, я не могу винить его. Он заслуживает любви. Однозначно и определенно.
Хотелось бы продолжить свои мысленные перечисления, но на этом все. Родственники закончились. Опять недовольно фыркаю.
Мои мысленные разговоры с самой собой закончились равно в тот момент, когда в квартире наступила тишина.
Неужто таинственный гость ушел, так и не дождавшись меня. Впрочем это даже к лучшему. Я безумно хотела в туалет, но показываться и давать понять, что больше не сплю, я совершенно не хотела. Также было бы неплохо захватить спрятанную бутылку текилы. Сейчас отличная возможность все это провернуть.
Кто-бы это не был. У меня совсем нет желания разговаривать. Если быть точнее, не разговаривать, а выслушивать наставления Кортни. Я люблю ее, но иногда, она слишком беспокоится обо мне.
Все же было бы неплохо выбраться на кухню и посмотреть, что там осталось из еды. Как бы я не любила крепкие напитки, к сожалению, они не смогут заменить мне пищу. Мне нужно набраться сил и пополнить запасы слез. Было выплакано много, если быть точнее, наверное, все, что у меня имелось. Потому что, сейчас вспоминая тот ужас, который творился в ванной, глаза остаются сухими. Трудно представить, что я когда-то ещё смогу заплакать, вновь.
Собираю все свои силы и поднимаюсь с постели. Сразу же направляюсь в туалет. Как ведь удачно, что и далеко ходить не нужно. Дверь в уборную прямо напротив моей.
Сделав все свои дела, не смотря в зеркало мою руки и умываюсь. Я уже достаточно научена. Стоит только на мгновение остановить взгляд на свое отражение, как весь мир начинает рушится вокруг тебя.
Несмотря на свое все ещё паршивое состояние. Снова рыдать на полу ванной я не намерена. Может стоит напиться, включить музыку и плясать пока силы совсем не покинут меня?
И тут на меня снизошло озарение. Тишина. Но почему? На минуточку, квартира находится над баром. Звукоизоляция тут просто к черту. Так почему я не слышу музыку? Может сейчас раннее утро или уже слишком поздно, и он закрыт?
Осколки разбитого телефона лежат на столе в комнате, но какой прок от него? Только благодаря телефону, я могла хоть немного ориентироваться во времени. А сейчас и этой возможности у меня нет. Стоит хотя бы выглянуть в окно. Раз уж другого варианта нет.
Моя рука тянется к дверной ручке, но вдруг, шум возобновляется. Значит, я ошибалась. Кортни снова вернулась. Теперь нужно вернуться в свою комнату, и остаться незамеченной.
Выхожу из ванной с желанием всего одним глазком взглянуть на нее. Мне интересно чем она там занимается. По звукам похоже, что подруга ритмично что-то нарезает. Неужто готовит для меня? Вероятно, что, когда все будет готово, она все же придет будить меня. Тогда и смысла нет устраивать эти прятки. Лучше уж сейчас выслушать все, и не портить себе аппетит.
Маленькими шажками передвигаюсь по коридору. Для начала нужно проверить обстановку. Попытаться по ее поведению, узнать какое у нее настроение.
Коридор заканчивается, выглядываю из-за угла и перестаю дышать. Такое чувство, что в одно мгновение во всей квартире закончился кислород. Мои лёгкие опустели, а сердце забилось в разы быстрее.
Вот он. Стоит во всей своей красе, спиной ко мне. Помешивая что-то на плите.
Первое желание, накинутся на него с объятиями. Прижать к себе, целовать, а главное удостовериться, что он реален. Но это все затуманивает второе желание, которое наполнено злостью и не пониманием как он оказался здесь. Хочется устроить скандал и выгнать его к чертовой матери. Но для начала, посмотреть ему в глаза, попытаться понять, чем заняты его мысли.
Продолжаю стоять и смотреть на его спину из-за угла. Он что-то нарезает, помешивает и снова нарезает. Минуты кажутся вечность. Айзек даже не собирается поворачиваться.
Сглотнув, делаю неуверенный шаг. Выхожу из тени, ближе к обидчику. Не замечая меня, он продолжает готовку. Ещё один маленький шаг. Ещё один. Шагаю до тех пор, пока не останавливаюсь около стола. Всего в паре метров от него. Звуки от его готовки, заглушают мое нервное дыхание.
Хочу, чтобы он наконец обратил на меня свое внимание. Но не могу открыть рот и выдавить и слова.
- Нравится наблюдать? - его голос полностью заполняет меня до остатка.
Выдыхаю с невероятным облегчением. Как же я скучала по его голосу. Ответить не получается. Я открываю рот, а слова застревают в горле. Столько всего хочется рассказать ему. Хочется говорить с ним до изнеможения. И больше не отпускать.
Глядя на него, понимаю, что готова пережить ещё тысячу бессонных и мучительных ночей, даже если он вновь сделает мне больно. Только чтобы сейчас он был рядом, даже если это все окажется сном.
Он выключает плиту. Ещё некоторое время стоит спиной, оперевшись об столешницу. Неужели этот парень так же, как и я, не готов встретиться со мной взглядом? Ведь я точно знаю, что он увидит в моих глазах. А что мне ждать от него?
Всего один взмах ресниц и вот он уже повернулся ко мне. Его взгляд останавливается на моих ногах и поднимается вверх, пока не достигает цели. Глаза в глаза, и я готова простить ему абсолютно все. Что было и даже, что будет. Только чтобы его влюбленные глаза с ноткой боли, смотрели на меня вечно.
- Конфетка.
- Айзек, - наконец вырывается у меня.
Он осторожно делает маленькие шаги ко мне. Его движение плавные и аккуратные.
- Я приготовил нам ужин, - говорит Айзек всего в шаге от меня.
Когда он находится так блин ко мне, могу рассмотреть его более детальнее. Щеки покрыты легкой щетиной. Под глазами темные мешки, скорее всего от недосыпа. Губы сложены в прямую линию, без намека на улыбку. И глаза. Мои любимые глаза, цвета неба.
В голове крутится куча слов, но сказать не могу. Лишь хлопаю ресницами, с открытым ртом.
Айзек тянет свои руки к моим, наблюдая за моей реакцией. Боясь напугать меня. Наши пальцы переплетаются, и я закрываю глаза от блаженства, которое наполняет меня.
- Это не сон, - выдыхаю с облегчением, потому что могу чувствовать тепло его тела.
Не знаю, сколько прошло времени прежде чем он отпустил мои руки и мне пришлось открыть глаза.
- Садись, - рукой он указал на стул, который был недалеко от меня. - Нам нужно многое обсудить.
Стоило ему только сказать, я тут же повинуюсь. Не единого протеста не вырвалось из моего рта. Я сидела за столом и наблюдала за ним. Айзек впервые в этой квартире, а вел себя так, как будто, был здесь постоянным гостем. Он спокойно нашел посуду в шкафу. Не спеша начал накладывать еду в тарелки.
Мои глаза бегло следили за каждым его движением. Ведь я понятия не имела сколько еще это будет продолжатся. Чем закончит этот разговор. Меня пугали мысли о том, что это может быть последняя наша встреча.
Закончив со всем, он сел напротив меня. Оторвав наконец свой взгляд от него, я посмотрела на стол. На моих губах появилась мимолетная улыбка.
- Прости, я силен только в этом, - пожимая плечами сказал он, указывая на пасту с грибами.
Между нами повисло неловкое молчание, кто в такой ситуации должен начинать говорить первый?
- Мне не стоило отпускать тебя, - от его голоса сердце забилось быстрее. - Я хотел дать тебе время осмыслить все. Но теперь, глядя на тебя, понимаю, что поступил неправильно. Не нужно было тебя отпускать, не на шаг.
Я потянулась к чашке, в которую он налил вино. Я не была готова к такому началу разговора.
- Сэм, прости меня. Хотя мои извинения не смогут отмотать время вспять.
Делаю вид, что продолжаю пить, хотя жидкость даже не касается моих губ.
- Есть ли малейшая вероятность того, что ты дашь нашим отношениям второй шанс?
От вопроса мне было не отвертеться. Для храбрости, все же делаю несколько глотков алкоголя, который обжигает горло.
- Да, - как я могла отказать ему?
Он выдохнул с облегчением. Взяв меня за руку, оставил слегка уловимый поцелуй на костяшках пальцев. Только я хотела, чтобы это были мои губы.
- Тогда, давай начнем все с начала, ладно? Никаких тайн и лжи, - киваю ему в ответ.
-Привет, меня зовут Айзек Джефферсон, - он одарил меня милой улыбкой. - У моей семьи бизнес в Англии. Сам я держу клуб в штатах. И у меня проблемы с доверием после бывшей сучки, которая растоптала меня. Я придумаю тебе странное прозвище, от которого, вскоре, ты будешь без ума, - он немного замялся, но сразу же продолжил, - и ещё один немало важный факт: я влюблюсь в тебя, по самые яйца, всего через несколько наших встреч.
- Привет, Айзек, - заговорила я спустя несколько минут, в которые обдумывала ответ. - Меня зовут Саманта Саттер, но я ненавижу, когда меня называют полным именем. Потому что, так меня называл отец, который покончил с собой у меня на глазах. Сначала он перерезал себе вены, а когда понял, что этого мало, - в горле стал ком, который мешал говорить, - выстрелил себе в голову из пистолета.
- Ох, чёрт, - вырвалось у парня. Несмотря на это, я продолжила свой рассказ:
- Я забыла добавить, что на этот момент была беременна. Но на следующий день, я потеряла и ребенка. Мой бывший парень псих, накачал меня таблетками. Так что, у меня тоже имеются проблемы с доверием. После этого у меня начались ночные кошмары. Моя мать впала в затяжную депрессию, из которой мне самой потребовалось немало усилий чтобы выбраться. Через несколько лет умерла и она. Мне безумно понравится твое придуманное прозвище. А ещё, я влюблюсь в тебя, вся без остатка.
Айзек перебил меня, вскакивая со стула. За доли секунды он был около меня. Упав на колени и схватив мое лицо в ладони, он начал расцеловывать меня. Губы, щеки, лоб. Не осталось не единого участка на коже, где бы не коснулись его губы. Я почувствовала, как из глаз полились слезы. Но теперь это были слезы освобождения, а не боли.
Я рассказала ему все, что так долго меня тревожило. После этого, мне действительно стало намного легче.
Несколько минут, мы тяжело дышали, упиравшись друг об друга лбами. Мои руки покоились на его плечах, а его на моей талии.
- Ты не собираешься уходить? - поинтересовалась у него. Ведь, я думала, что после моих признаний, он убежит даже не оглядываясь.
- Больше никогда, конфетка. Никогда, - прошептал в губы и прильнул ко мне за поцелуем, которого я так долго ждала.