#18
Двенадцать часов.
Двенадцать часов и тридцать три минуты.
Двенадцать часов и тридцать три минуты назад я похоронила свою мать.
"Я ненавижу тебя."
Я люблю тебя.
"Ты эгоистичная сука."
Ты самая лучшая мамочка.
"Твоя забота мне не нужна."
Ты мне так нужна, мама.
"Прощение нужно заслужить, ма-ма."
Мама, я простила тебя. Только ты, об этом уже не узнаешь.
Повторяю, это как мантру, с тех пор как меня привезли домой. Я закрылась у себя в комнате, никого не впускаю, сама не выхожу.
Лежу в кровати и смотрю в потолок. Слез больше нет. Сон никак не идёт. Сколько я уже не спала? День? А может быть и два? Или с тех пор, как узнала, что мама умерла?
Прикрываю глаза, в разуме проносится тот самый момент, когда узнала о потери матери.
Каждую субботу, мы с ребятами, собирались, теперь уже в квартире Кортни и Джеймса. Так как, практически все мои вещи находились теперь у Айзека. Мы все дружно сидели за столом и ужинали. Как один простой звонок, превратил обычный ужин, в самый кошмарный вечер.
Мой телефон зазвонил. На экране высветился номер клиники, в которой была мама. Они звонили мне каждую неделю и сообщали о ее успехах. Да и вообще рассказывали, чем она занимается, так как за весь курс реабилитации, я не разу не навестила ее.
Без задней мысли, я подняла трубку.
-Мисс Саттер, добрый вечер. Простите за столь поздний звонок.
-Все в порядке, - ответила с улыбкой. - Что-то срочное?
-Вам нужно будет, как можно скорее, приехать в клинику, - голос по ту сторону был нервный.
-Что? Почему? - встревожилась я.
- Нам очень жаль, мисс Саттер. Ваша мама умерла. Сердечный приступ. Нам было не под силу что-либо сделать. Все произошло настолько быстро...
После слов о смерти, мой разум отключился. Я ничего больше не слышала. Меня начало трясти, безумно жгло глаза. Горечь в горле не позволяла выдавить и слова. У меня кто-то выхватил телефон, кажется это была Кортни...
Я слышала голос Айзека, шум, гул и кучу непонятных вопросов, в свою сторону. Ответить я не могла, ведь даже не понимала, что они все хотели от меня. Единственное, что я хотела, это попасть к мамочке.
Открываю глаза. Тяжело вздыхаю, изо всех сил пытаюсь больше никогда не закрывать, чтобы не видеть этот ужас раз за разом.
Я боюсь засыпать. Уверенна, она придет ко мне во сне и будет мучать меня, как мучал отец. Я не смогу вынести этого.
Стуки в мою закрытую дверь прекратились около двух часов назад. Сначала, я слышала только голос Айзека, он прекратился, и ему на смену пришёл голос Кортни. Уже ее сменил Джеймс. Тишина, сейчас была одна лишь тишина. Я была очень благодарна Кортни и Джеймсу, ведь они занялись всей организацией похорон. Мое сознание находилось как в тумане, я никак не могла поверить, что её больше нет.
Я ненавижу себя. Ненавижу за то, как обращалась с ней. Ведь не одна я потеряла все. За то, что перестала называть ее "мамой". Я считала, что она больше не является матерью, ведь, когда мне нужна была ее поддержка, матери не было рядом. За то, что не навестила ее, ни единого раза в клинике. Пока она была там совершенно одна. Я наслаждалась жизнью. Проводила невероятные часы, дни с Айзеком. На тот момент, я и думать забыла о ней. Оставалась какая-то неделя и она вернулась бы домой. Но этого не будет. Теперь все в этой квартире будет напоминать о ней.
Резко сажусь на край кровати, прикрываю глаза. Комната вертится вокруг меня. Собираю все оставшиеся силы, встаю. Снимаю платье, бросаю на пол. Надеваю старые джинсы с футболкой. Беру ключи, деньги и телефон. Мне нужно уйти, так будет лучше. Подхожу к двери и прислушиваюсь. Эта тишина меня удовлетворяет. Открываю дверь и выглядываю, действительно никого нет. Затаив дыхание выхожу из комнаты, на носочках иду в коридор. Скольжу ногами в ботинки, хватаю куртку. Еще раз оглядываюсь, чтобы удостовериться не следит ли за мной кто-то. Стараюсь как можно тише открывать входную дверь и выхожу.
Выйдя на улицу сначала, не сразу понимаю куда мне идти, да и зачем вообще я вышла. Мой разум затуманен настолько, что мимо ушей проходит все. Шум ночного города превращается в один сплошной гул. Яркое мерцание вывесок давит на глаза. Просыпается желание закрыть их и не открывать.
Я сама не понимаю куда иду, ноги сами ведут меня в место, которое я старалась так отчаянно избегать. Останавливаюсь у здания, поднимаю голову, вывеска "FrenVill bar" не светится яркими огнями. Бар закрыт, это как раз то, что нужно. Обхожу здание к чёрному входу, одновременно достаю ключи из кармана. Просто идеальное преступление. Меня настигает разочарование: ещё кто-то есть в помещении, так как сигнализация отключена. Удастся ли мне прошмыгнуть незаметно?
Открываю широкую металлическую дверь, не успеваю сделать и шагу, как передо мной появляется Сьюзен.
- Ох, черт! - вскрикнула она. - Ты меня напугала.
- Не хотела, - равнодушно пожала плечами.
- Френсис сказал мне, мне так жаль. Прими мои соболезнования по поводу матери.
- Не стоит, Сьюзен, - говорю ей через плечо и прохожу мимо в помещение.
Свет уже выключен, но подсветка в баре даёт мне возможность выбрать себе друга на вечер. Вожу лениво глазами по бутылкам алкоголя, взгляд падает на водку. Хватаю полупустую бутылку, оборачиваюсь, в двух шагах от меня стоит Сьюзен.
- Что-то ещё? - спрашиваю её.
- Ты в порядке? Я понимаю, это глупый вопрос в данной ситуации, но...
- Со мной все хорошо, - перебиваю ее своей ложью. Должно пройти уйма времени, прежде чем моё имя и порядок можно будет вставлять в одно предложение.
- Может тебе нужна компания? - все не унималась она.
- Уходи, я хочу побыть одна.
Ее взгляд сканирует меня с ног до головы. Не смотря на мою просьбу, она не шевелиться.
- Уходи, Сьюзен, - вновь прошу её.
С бутылкой в руках подхожу к двери за которой скрывается лестница на второй этаж.
- Ладно, - говорит она, сдавшись моему напору.
- И ещё, - поворачиваюсь к ней боком, - ты меня здесь не видела.
Краем глаза замечаю, как она кивает головой и уходит. Поднимаюсь по ступенькам, каждый новый шаг даётся с большой трудностью. Крепко держусь за перила, чтобы не упасть. Уже около двери нараставший ком, лопает и по щекам текут соленые дорожки. Одно нахождение здесь вызвало у меня такую реакцию, что будет, когда я окажусь внутри? Все страхи станут явью, и я задохнусь в собственных рыданиях. Мне просто нужно войти, встретится лицом к лицу со всеми страхами. Со своим самым большим триггером.
Я должна это сделать, мне просто нужно уединение. Здесь, меня будут искать в самую последнюю очередь, в этом сомнений нет.
Верчу в руках ключ, не в силах настроиться, чтобы засунуть его в замочную скважину. В голове крутятся разные мысли. Что если после того кошмара, все осталось прежним? Что если это была плохая идея спрятаться тут? Куда я могла поехать ещё? К Айзеку? Вот уж нет. Не хочу выглядеть жалкой в его глазах. Хотя, сейчас он мне и нужен как никогда.
Хотелось бы уткнуться в его грудь и забыть о всех тревогах. Чтобы его руки гладили меня уже по отросшим волосам, а губы находили мои в поцелуи.
Мне просто нужно время и тогда, буду решать продолжать наши отношения или стоит убегать от него не оглядываясь.
Облокачиваюсь плечом о стену около двери. Трясущимися руками открываю бутылку с алкоголем и вливаю в себя несколько глотков. Сразу же, пока не потеряла настрой, вставляю ключ и открываю входную дверь. Прикрываю глаза и шагаю внутрь.
Медленно мои веки открываются, меня постигает шок. С входной двери сразу попадаю на кухню. Я прожила здесь всю сознательную жизнь. Хотя, мое сознание пыталось меня уберечь и стереть практически все воспоминания о том дне. Ясно вижу перед собой совершенно другую кухонную мебель. Если раньше она была бледно оливковая, сейчас же все в нежно голубом цвете. Эти шкафы теперь будут напоминать мне о глазах Айзека. Даже здесь, в этом кошмаре, мне не будет отдыха от его образа.
Захожу вглубь на ватных ногах. Замечаю не только другие шкафы, здесь абсолютно все новое, начиная от напольного покрытия заканчивая цветом стен. Это, по непонятным мне причинам, вызывает во мне улыбку. Улыбку сменяет истеричный хохот, который заполняет все помещение.
Страху больше не быть главным в моем сознании. Может ли этот замечательный ремонт помочь победить всё? Эта ночь поможет мне понять. Продолжаю подносить горлышко бутылки к губам, жадно глотая спиртное. Продвигаюсь дальше по коридору, рука тянется к дневной ручке. Открываю дверь и застываю на пороге в родительской спальне. Здесь же ничего не изменилось. Сквозь окна просвечивается свет ночного города, благодаря которому, мне удается рассмотреть все. Всё те же кровать и шкаф, на прикроватных тумбочках лампы. Ремонт обошел эту часть квартиры. Единственное, что изменилось здесь, за эти года, наверное, только появление большого слоя пыли на всех поверхностях.
Не закрывая дверь, прохожу дальше, держась свободной рукой об стену. В дверях своей бывшей комнаты делаю последние глотки из бутылки. Ставлю пустую емкость на пол и открываю дверь. Мне не нужен свет ночного города или же свет ламп чтобы понять где стоит кровать.
Это был, действительно, очень долгий день. Единственное, что мне сейчас нужно - это сон. Крепкий и очень долгий сон. С огромной надеждой на ночь без кошмаров, я проваливаюсь в небытие.