рубиновый сердце

— Вот это представление! — рассмеялся Роджер, хлопнув Белоуса по плечу. — У тебя в команде настоящая жемчужина!
Оден, сияя от гордости, скрестил руки на груди:
— Ха! Я же говорил, что она талантлива!
— Гурарара! — Белоус громко рассмеялся. — Ну, теперь мне не о чем беспокоиться. Если кто-то посмеет тронуть мою дочь, она сама с ними разберётся!
Я склонила голову, принимая похвалу, но тут передо мной появился Шанкс. Его лицо было всё ещё красным, но он пытался выглядеть непринуждённо.
— Это было… круто, — пробормотал он, почесав затылок. — Ты танцуешь, как настоящая воительница.
— Ну да, да, но зачем так стараться? — ворчливо добавил Багги, скрестив руки. — Как будто тебе нужно кого-то впечатлять!
— Ох, заткнись, Багги, — проворчал Шанкс, толкнув его локтем.
Но, конечно, этим всё не закончилось. Вдруг один за другим ко мне начали подходить пираты Роджера и Белоуса, протягивая мне разные безделушки, украшения и даже редкие камни.
— Это тебе, девочка, от меня. — Роджер сунул мне какой-то драгоценный камень.
— Хах, носи с гордостью! — усмехнулся один из пиратов Белоуса, протягивая мне красивый браслет.
— Мы должны что-то подарить, раз ты подарила нам такие редкие травы! — объявил Крокус.
Я не знала, как реагировать, но попыталась отказаться:
— Нет, правда, не стоит! Я просто хотела помочь…
— Ну уж нет, девочка! — перебил меня Роджер. — Ты теперь часть нашей истории, а в истории пираты всегда обмениваются подарками!
Я растерянно посмотрела на Одена и Белоуса, но они только смеялись, явно наслаждаясь ситуацией.
— Гурарара! — Белоус похлопал меня по плечу. — Привыкай, дочь! У пиратов доброе сердце!
Я вздохнула, но на губах у меня появилась лёгкая улыбка.
Шум веселья вдруг показался мне далёким и приглушённым. Всё вокруг казалось таким тёплым, дружелюбным… но в груди что-то сжалось.
Я провела рукой по украшениям, что мне подарили, и вдруг перед глазами вспыхнул образ — Эмилия.
Её мягкий голос. Тёплая улыбка. Её добрые, заботливые руки, что всегда бережно укладывали мои волосы.
Я вспомнила, как она когда-то плела для меня венок из полевых цветов. Как ласково поправляла мне прядь за ухо, говоря:
"Тебе так идёт, Роз. Ты настоящая принцесса."
Тёплая капля скатилась по моей щеке.
Я сжала кулаки, пытаясь сдержать этот внезапный поток эмоций.
"Нет, нельзя… Я не могу…"
Но слёзы предательски продолжили литься.
Шанкс, который всё это время стоял рядом, заметил это первым.
— Эй… Розен?
Его голос был полон тревоги.
Я быстро отвернулась, но к тому моменту все уже заметили. Шум затих.
— Что случилось, малышка? — мягко спросил Белоус, его голос впервые за этот вечер стал серьёзным.
Я хотела ответить… но голос застрял в горле.
— Эй-эй, что-то не так? — обеспокоенно спросил Оден, подойдя ближе.
Шанкс растерянно потянулся ко мне, но не знал, что сказать.
Даже Багги, который обычно только и делал, что ворчал, выглядел смущённым.
Рейли, наблюдая за мной, нахмурился, но в его взгляде читалось понимание.
— …Ты вспомнила кого-то, да?
Я судорожно вдохнула, не зная, как объяснить эту внезапную боль.
Я… так долго сдерживала это.
Так долго убеждала себя, что мне не больно.
Но сейчас, среди этих тёплых людей, в этом шумном, но таком уютном хаосе… я вдруг почувствовала, насколько сильно я скучаю.
Белоус молча опустился передо мной на одно колено, его огромные ладони аккуратно взяли мои дрожащие руки. Я чувствовала тепло его кожи, его силу — такую надёжную, непоколебимую, словно сама земля под ногами.
— Розен… — его голос был мягким, но твёрдым.
Я стиснула губы, стараясь сдержать слёзы, но они продолжали течь по щекам.
— Я… я просто… — голос дрожал, а сердце сжималось от воспоминаний.
— Всё в порядке, — спокойно сказал он. — Иногда боль нужно отпустить.
Я всхлипнула, чувствуя, как его пальцы слегка сжимают мои руки — не давая утонуть в грусти, напоминая, что я не одна.
Белоус ещё раз погладил меня по спине, затем осторожно отстранился, всматриваясь в моё лицо.
— Так-то лучше, — он улыбнулся, а потом, словно играючи, с лёгкостью поднял меня на руки, будто я ничего не весила. — Ну, как тебе, малышка? Стала лучше
Я моргнула, а затем, наконец, смогла улыбнуться по-настоящему.
— Да… Теперь — да.
Солнечные лучи пробивались сквозь паруса корабля, но утренний бриз казался более напряжённым, чем обычно. Белоус сидел, скрестив руки, его лицо выражало недовольство. Его команда понимала — что-то явно его тревожило.
Розен осторожно подошла ближе, заметив, как отец выглядел задумчивым и слегка раздражённым.
— Отец, что-то случилось? — тихо спросила она, приподняв голову, чтобы заглянуть ему в глаза.
Белоус нахмурился, но, увидев дочь, немного расслабился.
— Да, случилось. Этот наглый Роджер просит отдать ему Одена… на один год.
Розен замерла.
— На год? Оден-сан сам хочет уйти?
Белоус вздохнул и кивнул:
— Да… Он сам просит меня отпустить его.
Розен задумалась, а затем нерешительно спросила:
— Это потому, что он умеет читать понеглифы, да?
Белоус внимательно посмотрел на неё, чуть прищурив глаза.
— Ты быстро схватываешь, малышка… Да, Роджеру это нужно. Но дело не только в этом. Этот чёртов Роджер заманил моего брата мечтой. Ты же знаешь Одена — упрямый, любознательный…
Он помолчал, но вдруг прищурился сильнее.
— Подожди… А откуда ты это знаешь?
Розен на мгновение напряглась, но затем спокойно ответила:
— Я слышала отрывки из вашего разговора… И… Оден-сан как-то показывал мне знаки. Я тоже их понимаю.
Белоус резко наклонился вперёд, его глаза вспыхнули.
— Стой… Ты тоже можешь их читать?
Розен кивнула.
Белоус нахмурился, скрестив руки на груди, его взгляд стал ещё более суровым.
— Роз… Ты серьёзно? Ты понимаешь, что говоришь?
Я спокойно кивнула.
— Да Отец, вы же знаете… Я ведьма. У нас есть свой древний язык, и он похож на тот, что высечен на понеглифах. Я не могу читать их полностью, но болшинство из  фрагментов я знаю и могу читать
Белоус тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу.
— Гурарара… Ну и дела. Одена Роджер хочет забрать, потому что он может читать эти камни… А если бы он знал про тебя?
Он резко посмотрел на меня.
— Ты никому этого не говорила?
— Только вам, отец, — твёрдо сказала я.
Белоус ещё раз глубоко вздохнул.
— Хорошо. Пусть это останется между нами. Роджеру я не доверяю, а если он узнает, что ты тоже можешь разбирать панеглифы… Кто знает, что у него в голове?
Я кивнула, а Белоус немного расслабился, но всё же его недовольство не исчезло.
— Так что теперь?
Белоус вновь задумался, глядя вдаль, туда, где стоял корабль Роджера.
— Теперь… остаётся лишь принять выбор Одена.
В этот момент к ним подошёл Оден, широко улыбаясь.
— Белоус! Так значит, ты решил меня отпустить?
— Гурарарара! Да кто сказал, что я тебя отпускаю? — ухмыльнулся Белоус, но его голос был наполнен тёплой заботой.
Оден почесал затылок, бросая взгляд на Розен.
— Ты не против, малышка?
Розен посмотрела на него, затем спокойно ответила:
— Я думаю, что если это ваш путь… то вам стоит его пройти. Но будьте осторожны.
Оден рассмеялся, но затем его взгляд стал серьёзнее.
— Я вернусь, Розен. А пока меня не будет… тренируйся. Хорошо тренируйся. Тогда ты станешь ещё сильнее.
С этими словами он протянул ей свёрток, завёрнутый в белую ткань.
— Это тебе, — сказал он, наблюдая за её реакцией.
Розен осторожно развязала узел и развернула ткань, раскрывая меч.
Его одноручное лезвие отличалось необычной, плавно изгибающейся формой, словно застывшее в вихре движения. Металл был белоснежным с лёгким серебряным отблеском, будто впитал лунный свет. Острие меча казалось хрупким, но было невероятно прочным, способным рассекать воздух с лёгкостью танцующей ленты.
Рукоять меча была покрыта белой кожей, перевитой тонкими нитями, напоминающими сплетённые нити судьбы. На её конце покоилась серебряная бабочка с вытянутыми крыльями, будто замершая в вечном полёте. Длинная белая лента, прикреплённая к эфесу, слегка развевалась на ветру, а при каждом движении клинка бабочка словно оживала, придавая оружию магическую грацию.
Розен смотрела на меч, затаив дыхание.
— Этот меч…
— Его имя — Лунный клинок . Он создан не просто для боя, но для искусства битвы, — Оден улыбнулся. — Он требует от владельца не грубой силы, а лёгкости, точности и плавных движений. В твоих руках он станет не оружием, а частью твоего танца.
Розен осторожно провела пальцами по рукояти.
— Спасибо…
— Не стоит. Просто обещай, что научишься владеть им так, как подобает.
Она крепче сжала меч в руках и серьёзно кивнула.
— Обещаю.
Оден довольно кивнул, наблюдая, как Розен с трепетом держит меч.
— Вот и хорошо, малышка. Теперь я спокоен.
Он повернулся к Белоусу, который всё это время молча наблюдал за ними, скрестив руки на груди.
— Делай что хочешь, Оден. Я знаю, что не смогу тебя удержать, но знай — команда всегда будет твоим домом.
Оден улыбнулся.
— Благодарю тебя, Белоус.
Он уже собирался развернуться, когда вдруг услышал тихий голос Розен.
— Оден-сан…
Она шагнула вперёд, её красные глаза с малиновым оттенком светились решимостью.
— Я обязательно стану сильнее, пока вас не будет.
Оден рассмеялся и потрепал её по голове.
— Вот это настрой!
Пираты Белоуса окружили Одена, их лица отражали разные эмоции – кто-то смеялся, кто-то пытался скрыть грусть, а кто-то просто хлопал его по плечу.
— Оден, не смей там погибнуть раньше времени! — громко заявил один из членов команды.
— Да ладно вам! Я ведь не навсегда, всего на год! — рассмеялся Оден, закидывая руки за голову.
Из толпы вышла Изо, скрестив руки.
— Надеюсь, ты не растеряешь все свои деньги, пока будешь в другой команде, Оден-сама.
Оден только махнул рукой, ухмыляясь.
— Постараюсь!
Марко тоже шагнул вперёд, его взгляд был серьёзен.
— Не забудь, что здесь твой дом, Оден.
Белоус наблюдал за этим с лёгкой усмешкой, но в его глазах читалась гордость.
Когда команда Роджера уже собиралась отплывать, Розен молча смотрела на пиратах, чувствуя лёгкую грусть. Они были шумными, порой слишком назойливыми, но за это время стали ей… близкими.
Первым к ней подошёл Шанкс. Он почесал затылок, словно не зная, что сказать.
— Ну… это было весело, — усмехнулся он, но его голос был немного тише, чем обычно.
Розен на мгновение задумалась, а потом достала небольшой кулон.
— Это тебе.
Шанкс моргнул, глядя на вещицу. Кулон был аккуратным, в виде серебряного цветка с выгравированным узором ветра.
— Эй, зачем? — он нахмурился, но не взял его.
— Ты говорил, что тебе нравятся редкие вещи, — спокойно сказала Розен, протягивая кулон ещё ближе.
Шанкс замер, а затем, слегка покраснев, быстро взял подарок.
— Ну, раз так… Спасибо, — пробормотал он, цепляя его на шею.
Багги фыркнул:
— Ха! Теперь ты девчонка с побрякушкой!
— Ой, да иди ты! — вспыхнул Шанкс.
Но, кажется, эта идея что-то в нём задела. Он нахмурился, явно о чём-то размышляя, а затем вдруг принял решительное выражение.
— Ладно, раз все тут что-то дарят… — Он засунул руку в карман и начал что-то искать.
Я вопросительно посмотрела на него. Шанкс покопался в кармане и достал небольшую раковину, аккуратно переложив её в ладонь.
— Вот, держи, — он протянул её мне с лёгкой улыбкой. — Я нашёл её в одном далёком море. Говорят, если приложить к уху, можно услышать шум волн и загадать желание.
Я осторожно взяла раковину, проведя пальцами по её гладкой поверхности. Она была бледно-голубого цвета с узкими серебристыми прожилками, словно впитала в себя свет луны.
— Правда? — с любопытством спросила я, поднося её к уху.
Тихий шёпот прибоя разлился в сознании, будто сам океан заговорил со мной.
— Ну… — Шанкс почесал затылок, смущённо отводя взгляд. — Не знаю, правда это или нет, но я всегда верил, что такие вещи хранят память о море.
Я улыбнулась:
— Спасибо, Шанкс. Это особенный подарок.
Багги фыркнул, скрестив руки на груди:
— Эх, ну вот, теперь ты точно сдался! Подарки, ракушки… может, ещё влюбился?!
— Да пошёл ты! — вспыхнул Шанкс, покраснев, но я лишь тихо усмехнулась, прижимая раковину к груди.
Этот подарок я сохраню на долгие годы.
Рейли усмехнулся, положив руку Розен на голову.
— Ну что, малышка, прощаемся и не давай себя в обиду хорошо — в его голосе не было печали, только тёплое дружелюбие.
Розен кивнула, не зная, что сказать.
— Не хмурься, — он протянул руку, растрепав её волосы. — В этом мире ещё много встреч.
Крокус кивнул:
— Береги себя И продолжай изучать травы, у тебя талант.
Роджер громко рассмеялся:
— Гурарара! Ты молодец, девчонка. Мир огромен — кто знает, может, мы ещё встретимся.
Розен молча кивнула, а Шанкс всё ещё вертел кулон в пальцах, будто запоминая его на ощупь.
Когда корабль начал отходить, он вдруг махнул ей рукой:
— Не забывай нас, ясно?
Розен крепче сжала в ладони воздух, где ещё недавно был кулон, и чуть заметно улыбнулась.
— Никогда, и не забываите заботится О токи сане и о их детей а то отец разозлится
Шанкс, всё ещё улыбаясь, махнул Розен рукой:
— До встречи, Роз!
— Ещё увидимся, ведьма! — крикнул Багги.
Розен смотрела, как корабль «Оро Джексон» медленно отходит от берега. Она крепче сжала в руках ракушку, которую Шанкс оставил ей, и тихо произнесла:
— Удачи вам.
  Прошёл уже несколько дней а Оден сидел на палубе, склонившись над панеглифами, вместе с Роджером и Рейли. Они внимательно изучали тексты, записывая переведённые символы.
— Чёрт… — Оден хмурился, глядя на сложный узор древних знаков. — Здесь какая-то странная фраза… будто не хватает связи между словами.
Роджер рассмеялся:
— Ну, мы не впервые с таким сталкиваемся! Разберёмся!
Рейли, потирая подбородок, задумчиво посмотрел на текст, а затем Оден неожиданно сказал:
— Если бы здесь была Розен, она бы точно помогла.
Наступила тишина. Роджер и Рейли переглянулись.
— Розен? — переспросил Роджер, приподняв бровь.
Оден кивнул, продолжая смотреть на панеглиф.
— Да… она иногда замечала такие детали, которые я даже не замечал, когда показывал ей записи.
Рейли усмехнулся:
— О-хо… любопытно. Так ты хочешь сказать, что эта девочка разбирается в расшифровке древних текстов?
— Я не знаю, как у неё это получается, — признался Оден, почесав затылок. — Она говорила, что язык панеглифов ей чем-то знаком. Будто она уже видела что-то подобное раньше…
Пираты Роджера начали перешёптываться.
— Эта девчонка не перестаёт удивлять, — ухмыльнулся Рейли.
Роджер фыркнул и, скрестив руки, усмехнулся:
— Хах, даже если так, Белоус ни за что бы не отдал её.
Оден только усмехнулся в ответ:
— Разумеется, не отдал бы. Он к ней слишком привязан.
Роджер задумчиво провёл пальцами по подбородку.
— Всё же интересно, откуда у неё такие знания…
Рейли усмехнулся, откидываясь назад:
— Да, и как это она успела изучить что-то настолько сложное в её возрасте?
Оден пожал плечами.
— Она ничего не рассказывала, просто говорила, что некоторые знаки ей знакомы. Будто где-то видела их раньше…
Роджер и Рейли переглянулись. Конечно, они знали, что панеглифы — это тайна, которую не так просто разгадать. Даже Оден, обладая талантом, потратил несколько дней , чтобы понять их смысл. А тут маленькая девочка, которая якобы что-то понимает…
— Ты сам её учил? — уточнил Роджер.
— Да нет, — Оден хмыкнул. — Я просто показывал ей записи, думал, что ей будет интересно. Она действительно заинтересовалась, но… иногда она понимала вещи, которые я сам не сразу замечал.
Рейли улыбнулся:
— Хо-хо, значит, у Белоуса растёт талант.
Роджер покачал головой, улыбаясь:
— Эх, если бы знал раньше забрал бы эту девочку
— Хах! — рассмеялся Оден. — Ты же знаешь, что Белоус ни за что не позволит!
— Да уж, — хмыкнул Роджер. — Он её охраняет так, словно это его собственная дочь.
Рейли задумчиво посмотрел на небо:
— Думаю, она для него действительно как дочь…
Оден кивнул, понимая, что Розен и правда стала частью семьи Белоуса. Хоть она и не была его родной кровью, он защищал её, как никто другой.
— Ладно, вернёмся к работе, — сказал Роджер, снова глядя на панеглиф. — Без Розен нам придётся разбираться самим.
Они рассмеялись и продолжили свою работу, но мысль о загадочной девочке ещё долго не покидала их головы.