['О дивный новый мир']

Публичная бета включена.
Они бежали долго — казалось целую вечность. Ки Хун задыхался, чувствуя, как у него колет в боку. Рюкзак тянул вниз, ружьё больно било по бедру, ноги заплетались. Мужчина был уверен: ещё немного — и он просто рухнет.

Когда супермаркет скрылся из виду, Ки Хун не выдержал. Он упал на колени и прохрипел:

— Ин Хо, постой… Я больше не могу…

Ки Хун с трудом вдохнул. Легкие горели, его душил кашель, а руки дрожали от стресса.

Он услышал, как Ин Хо идет к нему. Медленным и четким шагом.

— Как ты себя чувствуешь? — голос мужчины был мягким, почти заботливым.

Ки Хун слабо вытянул руку, поднял большой палец.

— Замечательно. Просто замечательно…

Ки Хун попытался улыбнуться, но что-то в тоне Ин Хо заставило его насторожиться.

Он поднял голову — и наткнулся на стальной взгляд.

Ин Хо был в бешенстве.

Лицо застыло в непроницаемой маске и только глаза выдавали его гнев — неистовый, до мурашек по коже. Он смотрел так, как будто был готов уничтожить Ки Хуна прямо на месте.

Ки Хун сглотнул.

— Что-то не так? — осторожно спросил он.

— Всё не так, Ки Хун, — Ин Хо говорил ровно, без единой эмоции, но в голосе звенел металл. — Я говорил тебе, что это была крайне хреновая идея?

Ин Хо стоял прямо перед ним — напряженный, будто струна, готовая лопнуть. Его дыхание было ровным, бесшумным, словно он не бежал только что.

— Ну? — резко бросил он. — Скажешь мне что-нибудь?

Ки Хун тяжело выдохнул, потёр лицо руками, пытаясь прийти в себя. Он поднялся на ноги, слегка покачиваясь.

— Я… я не думал, что так получится.

— Ага, — кивнул Ин Хо, ни на секунду не отводя от него взгляда. Его голос был безэмоциональным. Слишком спокойным. — А теперь скажи мне, Ки Хун, ты действительно такой тупой, или просто притворяешься?

Ки Хуна как будто окатило водой.

Ни в голосе, ни во взгляде Ин Хо не было насмешки или раздражения. Только что-то угрожающее, мрачное, таящееся под этой ледяной оболочкой.

Ки Хун нахмурился, посмотрев Ин Хо прямо в глаза.

— Не надо так со мной разговаривать.

Ин Хо усмехнулся, но его взгляд оставался холодным.

— Правда? — Все такой же равнодушный голос. Но в этом спокойствии чувствовалась едва сдерживаемая ярость. — А как мне с тобой разговаривать, Ки Хун? Как с человеком, который только что едва не сдох из-за собственной тупости?

Ки Хун сжал кулаки.

— Я делал то, что считал нужным!

— Нет, — Ин Хо шагнул ближе, и Ки Хун отшатнулся. — Ты делал то, что тебе взбрело в голову. Потому что решил, что тебе надо.

— И ты даже не потрудился подумать, — он снова сделал шаг вперед, и Ки Хун почти физически ощутил накатывающее давление. — О последствиях. О рисках.

Ки Хун открыл рот, но не успел вымолвить ни слова.

— Думаешь, мне нравится, что я должен тащить твою грёбаную задницу через всю пустошь после того, как ты решил сыграть в героя?!

На последнем слове его голос стал едва слышным — и это было куда страшнее, чем если бы он закричал.

Грудь Ки Хуна вздымалась, в висках стучала кровь.

— Я не просил тебя меня спасать! — выплюнул он.

Ин Хо медленно выдохнул, будто стараясь удержать свою злость в себе. Его лицо по-прежнему оставалось бесстрастным. Он замолчал всего на мгновение, но для Ки Хуна этот миг показался вечностью — ужаснее, чем сама смерть. Словно перед бурей, когда воздух становится слишком тяжелым, слишком натянутым, а само ожидание давит сильнее, чем грядущий удар.

— Да. Не просил, — наконец процедил Ин Хо.

Он развернулся и быстро пошел вперед.

Ки Хун остался стоять, тяжело дыша, и глядя ему вслед. Досада и обида клокотали в груди, смешиваясь с горечью.

Потому что, чёрт возьми, Ин Хо снова был прав.

И Ки Хун ненавидел это. Ненавидел, что оказался в дураках. Ненавидел это ощущение — когда кто-то смотрит на него так, как только что смотрел Ин Хо. С холодным презрением.

Ему хотелось закричать.

Хотелось бросить этому ублюдку в лицо всё, что накопилось.

А ещё…

Чёрт.

Та ситуация в кладовке.

Ки Хун стиснул зубы, рванул рюкзак и оружие с земли и почти бегом догнал Ин Хо. Встал перед ним, преградив ему путь и вынуждая остановиться.

— А ты сам? — Голос дрожал от злобы. — Ты задолбал вести себя так, будто ты один всё знаешь!

Ин Хо прищурился.

— Потому что так и есть, — от мороза в его голосе у Ки Хуна побежали мурашки по спине. — Ты ни хрена не понимаешь, ты — бесполезный балласт, который…

— Который ты чуть не поцеловал там, в кладовке!

Глаза Ин Хо вспыхнули.

Не удивлённо. Не растерянно.

Не гнев. Не бешенство.

Хуже.

— Повтори, что ты сказал? — низко протянул Ин Хо. Он смотрел на Ки Хуна, как хищник, который решал, стоит ли рвать добычу прямо сейчас или немного подождать.

Ки Хун почувствовал, как к горлу подкатывает ком, но уже не мог остановиться.

— Ты… ты чуть меня не поцеловал! — голос его сорвался, и от этого ему стало еще паршивей.

Ин Хо шагнул вперёд и крепко схватил его за ворот футболки, рывком притягивая к себе.

— Я не знаю, что ты там себе надумал, — тихо прошипел он. Их лица оказались так близко, что Ки Хун чувствовал каждое слово кожей. Пальцы Ин Хо сильнее сжали ткань, притягивая Ки Хуна почти вплотную — и тому пришлось ухватиться за его запястье, чтобы не потерять равновесие.

— Но если ты хочешь проверить свою догадку, — продолжил Ин Хо всё тем же едва слышным тоном, — ты просто попроси.

Ки Хун вздрогнул.

От ярости, от шока, от жара, что вспыхнул внутри после этих слов.

Он стиснул зубы, дыхание сбивалось.

— Отпусти меня, — выдохнул он.

— Ну же, Ки Хун, — Ин Хо наклонил голову, так что их губы оказались опасно близко. — Ты ведь так уверен, что знаешь, что я хотел сделать. Так проверь.

Не выдержав, Ки Хун с размаху заехал ему кулаком по лицу.

Резко, без раздумий, вложив в этот удар всю злость, всю обиду, всё напряжение последних часов.

Ин Хо отпрянул, отпустив его, но сразу же снова посмотрел на него, провокационно проведя языком по рассеченной губе.

И улыбнулся.

— Вот и славно, — сказал он, вытирая кровь тыльной стороной ладони, размазывая ее по нижней части лица. — Хоть где-то тебе хватает смелости не убегать.

А затем отвернулся и пошёл дальше, не оглядываясь.

Ки Хун остался стоять, дыша тяжело и прерывисто, чувствуя, как внутри что-то опасно дрожит.

Он растерянно оглядел место их стычки, разбросанные вещи, смятые листья под ногами. Всё казалось чужим, будто случившееся произошло не с ним, а с кем-то другим. Ин Хо уже ушёл далеко, его силуэт сливался с окружающим пейзажем, но он по-прежнему оставался в поле зрения Ки Хуна. Мужчина сжал зубы, подхватил рюкзак и сделал шаг вперёд.

Его подмывало развернуться и уйти. Бросить Ин Хо, идти своим путём, забыть этот диалог, этот ледяной взгляд, это чувство, которое жгло его изнутри. Но уйти было страшнее, чем остаться. Пустошь без Ин Хо — верная смерть, теперь он это понимал. Ки Хун мог сколько угодно пытаться доказать обратное, но факты говорили сами за себя: без него он не справится. Его навыки, его умение выживать были незаменимы.

Ки Хун с тяжелым вздохом закинул вещи на плечи, подобрал свое ружье и поплелся вперед. Спустя пару кварталов он догнал Ин Хо, но держался чуть сбоку, на полшага позади, будто опасаясь приближаться. Ин Хо не обернулся, не сказал ему ни слова, но Ки Хун чувствовал, что тот его заметил. Они продолжали двигаться в тишине, и Ки Хуну от этого становилось только тяжелее.
laimonfresh.ch

Когда они вышли из города, ветер окреп, резкие порывы холодного воздуха пробирали до костей. Начал накрапывать мелкий дождь, делая и без того скверное положение еще хуже. Ки Хун поежился, но не сказал ни слова — жаловаться казалось бессмысленным. Ему даже не приходило в голову попросить остановиться. Казалось, если он заговорит, если с его губ случайно сорвется хоть одно неосторожное слово, Ин Хо без раздумий свернет ему шею. Тот молчал, но в каждом его шаге, в каждом резком движении сквозила угроза: не подходи.

Время тянулось мучительно долго. Они шли сквозь серый, вымерший пейзаж, и Ки Хун чувствовал, как мир вокруг замирает. Густой туман поднимался с земли, цепляясь за их ноги, оставляя сырость на одежде. Где-то вдалеке глухо завыл ветер, и Ки Хун невольно сжал пальцы на ремне ружья.

Постепенно начинало смеркаться.

— Здесь недалеко есть бункер, — внезапно произнес Ин Хо.

Ки Хун насторожился.

— Какой еще бункер?

Ин Хо бросил на него короткий взгляд, в котором читалось едва заметное раздражение.

— Старый бункер. Если он ещё не завален, мы сможем там переночевать.

Ки Хун нахмурился.

— Откуда ты вообще знаешь про него?

Ин Хо задержал на нём взгляд, словно решая, стоит ли отвечать, а затем равнодушно бросил:

— Просто знаю.

Ки Хун сжал губы. В этом "просто знаю" было что-то неуловимо тревожное.

Через несколько минут они вышли к небольшому холму, частично заросшему кустарником. У его подножия виднелся низкий, почти незаметный вход в бетонную конструкцию — массивная металлическая дверь, наполовину вросшая в землю, ржавая и покрытая следами времени. Ки Хун остановился, вглядываясь в нее с подозрением.

— Это и есть бункер? — пробормотал он.

Ин Хо не ответил, лишь подошёл ближе и, вытерев ладонь о штаны, потянул за тяжелую ручку. Ки Хун напрягся, готовый к тому, что изнутри может вырваться что угодно — крысы, трупный запах, что похуже…

Но дверь не поддалась.

Ин Хо дёрнул сильнее, затем уперся ногой в бетонный край и рывком попытался сдвинуть её с места. Безуспешно.

— Заперто? — Ки Хун подошёл ближе, внимательно разглядывая замок.

— Или заржавело намертво, — выдохнул Ин Хо, убрав руки. Он явно был недоволен.

— Так ты знал, что это убежище может оказаться бесполезным? — с обвинением спросил Ки Хун.

Ин Хо покосился на него и пожал плечами.

— У нас не было вариантов лучше.

Ки Хун вздохнул, разочарованно оглядывая закрытую дверь. Было уже темно, и оставаться на улице без укрытия было не самой радужной перспективой.

— Ладно, — проворчал он, — где разобьем лагерь?

— Там, — коротко ответил Ин Хо и кивнул на небольшую впадину неподалёку, где среди зарослей было хоть какое-то подобие защиты от ветра.

Они расположились в низине, наспех разведя костер, и, не мешкая, сразу приступая к ужину. Ки Хун ощущал, насколько он был вымотан: его тело болело, мышцы ног и рук потряхивало, а эмоциональное состояние оставляло желать лучшего.

Утолив голод, Ки Хун откинулся назад, позволяя теплу костра мягко разлиться по телу. С каждой минутой напряжение в мышцах отступало, веки наливались тяжестью, и он почти позволил себе расслабиться… но мысли, приглушенные монотоностью пути, снова начали наполнять его голову.

Он невольно посмотрел на Ин Хо.

Тот продолжал его игнорировать, лишь изредка, будто случайно, замечая, что Ки Хун по-прежнему рядом. Это не выглядело как показательная обида — скорее демонстрация скрытой злости, спрятанной под молчаливостью и замкнутостью. Его выдавали тяжелые взгляды, которые он бросал на Ки Хуна, резкие движения и тон — слишком спокойный и отрывистый для Ин Хо, которого Ки Хун уже успел немного узнать.

Мужчина отвёл взгляд и провел рукой по лицу.

Мысли плавно потекли в другое русло.

Эпизод с кладовкой не выходил у него из головы, постоянно всплывая в памяти. Касания, дыхание, ощущение крепкого тела, прижимающего его к стене… Всё это было таким новым. Слишком реальным. Слишком захватывающим.

Почему он до сих пор думает об этом?

Черт.

Это не давало покоя. Мужчины ведь совсем не привлекали его. В колледже у него были эксперименты с парнями, но это было… просто баловство. Да, Ки Хуну нравилось, да, ему было хорошо, но он никогда всерьез не думал о том, чтобы построить с ними отношения. Да и кто в молодости не экспериментирует? А потом появилась Ын Джи, и на долгие годы Ки Хун забыл, что его вообще может привлекать кто-то, кроме нее.

Но Ин Хо…

Он снова взглянул на мужчину и вдруг представил, чем могла бы закончиться сцена в кладовке. Если бы Ин Хо сделал еще шаг вперед, загнал его в угол, наклонился ближе… Если бы их дыхание смешалось, а потом — горячие, требовательные губы, влажный поцелуй, пальцы, уверенно скользящие вниз по его спине, руки, прижимающие его ближе…

Ки Хун шумно выдохнул, словно пытаясь избавиться от наваждения, но внутри все сжалось в мучительном томлении.

Глупость.

Он мысленно отвесил себе оплеуху.

О чем ты вообще думаешь, Ки Хун? Полбеды, что Ин Хо — мужчина. Гораздо хуже, что он убийца. Беспринципный тип с крайне сомнительной моралью, который ни во что тебя не ставит.

Черт возьми, что с тобой не так?

Он снова глянул на Ин Хо.

Тот возился с рюкзаком, сосредоточенно копаясь внутри. Через несколько секунд он вытащил что-то небольшое, сжал это в ладони и поднял голову. Их взгляды встретились.

Ки Хун замер.

В глазах Ин Хо на мгновение мелькнуло странное выражение — нечто среднее между загнанностью и… Ки Хун мог поклясться, стыдом. Всего на секунду, прежде чем оно исчезло, сменившись привычной ледяной маской.

Это был один из тех вечеров, когда тот совершал свой странный ритуал. Ки Хун не знал, что именно он делает, но видел, как Ин Хо уходит один, с чем-то спрятанным в руке, и возвращается всегда таким же — отстраненным, но напряженным, будто внутри него было что-то, чему не находилось выхода.

— Я отойду, — коротко бросил мужчина. — Не вздумай никуда уходить, понял?

Ки Хун лишь кивнул, и тот растворился в темноте.

Рюкзак остался открытым.

Любопытство Ки Хуна вспыхнуло, словно спичка. Мужчина прищурился, вглядываясь в содержимое рюкзака. Одежда, припасы... Но что еще? Что-то, о чем Ин Хо не говорил? Что ему понадобилось прямо сейчас?

Мысль о том, что он мог бы просто заглянуть внутрь, засела в голове, пульсируя с каждым ударом сердца. Ки Хун едва удержался. Осторожно приподнялся, собираясь подойти ближе…

— Пытаешься снова сунуть нос не в свое дело?

Голос раздался неожиданно близко, заставляя его вздрогнуть.

Ин Хо вышел из тени так тихо, что Ки Хун даже не заметил его возвращения. В тусклом свете лицо мужчины выглядело застывшим, а его дыхание было чуть сбившимся, будто он только что бежал.

— Нет, просто... решил размять ноги, — отмахнулся Ки Хун, стараясь выглядеть равнодушным.

Ин Хо прищурился, уголки губ дернулись в усмешке.

— Ну-ну, — хмыкнул он, не сводя с него взгляда, и вернулся к своему рюкзаку.

Ки Хун прошелся взад-вперед по лагерю, делая вид, что ему действительно хотелось просто походить. Он размышлял.

Мысли о рюкзаке не давали ему покоя. Теперь, когда Ин Хо снова сидел возле костра, казалось, будто ничего и не произошло. Будто этот человек не исчезал в темноте с чем-то, что упорно скрывает. Будто не поймал Ки Хуна на попытках разузнать его тайны.
laimonfresh.ch

Что он прячет?

Что-то важное — это очевидно. Ин Хо не был похож на человека, который бережет сентиментальные вещи. Значит, у него есть что-то, что действительно имеет значение. Оружие? Но он никогда не скрывал свое ружье. Патроны? Зачем тогда прятать? Что, если у Ин Хо есть что-то, что расскажет о нем больше, чем он сам? Ответы на вопросы, которые Ки Хун давно хотел задать.

Откуда он знал про заброшенный бункер? Почему ведет себя так, будто понимает, что их ждет впереди? Почему порой смотрит на Ки Хуна так, словно чего-то ждет? Почему продолжает идти вместе с ним, несмотря на их постоянные конфликты?

Ки Хуна подмывало спросить, что происходит, но он понимал, что не получит ответов.

Но если Ин Хо уснет…

Ки Хун сможет заглянуть в его рюкзак. Он сделает это быстро. Просто проверит и закроет обратно.

Эта мысль заставило сердце Ки Хуна биться быстрее от страха, нетерпения и желания докопаться до правды. Это был риск.

Но, черт возьми, он должен знать.

Когда они устроились на ночлег, Ки Хун долго ворочался, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Смотреть или не смотреть? Он перебирал в голове все странные моменты с Ин Хо, пытаясь сосредоточиться только на них, отгоняя мысли о другом — о неловкости, что иногда повисала между ними, о том, как его собственное тело реагировало, когда Ин Хо подходил слишком близко. Нет, не об этом. Сейчас важно другое.

Тайны. Их было слишком много.

Ин Хо что-то скрывал, и Ки Хун знал это с самого начала. Но каждый раз, когда он пытался подступиться к своему спутнику, тот уходил от ответа, и Ки Хун чувствовал, что если так будет продолжаться, он просто не выдержит.

А если Ин Хо все-таки увидит?

Ну и пусть. Он скажет, что искал запасы. Он выкрутится.

Утром, когда солнце только-только появилось в небе, Ки Хун осторожно приподнялся на локтях и вгляделся в фигуру Ин Хо. Тот крепко спал, устроившись головой на поваленном дереве, используя руку как подушку. Ки Хун на мгновение задержал взгляд, наблюдая за его расслабленным лицом. Без обычного напряжения, без насмешки на губах, без этого пронзительного взгляда он выглядел иначе. Ки Хун вдруг осознал, что разглядывает мужчину, и резко тряхнул головой, заставил себя вернуться к своему плану.

Он тихо встал и подошел к рюкзаку. Ки Хун колебался. Внутреннее ощущение опасности не отпускало его, но природное любопытство и упрямство толкало его к действиям. Он обернулся, убедился, что Ин Хо по-прежнему спит, и тихо, несмело расстегнул молнию.

Внутри, как и ожидалось, была еда, одежда, карта, привычные мелочи — зажигалка, счетчик, какая-то толстая веревка. Он осторожно запустил руку глубже, нащупывая что-то непривычное, пока пальцы не наткнулись на небольшую коробку. Ки Хун вытащил ее.

Деревянная, тяжелая. Что в ней?

Он почувствовал, как внутри все сжалось. Это было что-то личное, что-то, что Ин Хо хранил отдельно от остального и прятал от чужих глаз. В голове тут же вспыхнуло предупреждение — не лезь, ты еще пожалеешь. Но Ки Хун проигнорировал его и медленно открыл крышку.

Внутри, ровными рядами, лежали небольшие ампулы с какой-то прозрачной жидкостью. Рядом — странного вида прибор, похожий на ингалятор.

Ки Хун нахмурился. Лекарства? Ин Хо болен?

Это было бы логично, но что-то не складывалось. Зачем он тогда прятался?

Мужчина аккуратно подцепил одну из ампул пальцем, поднося ближе к лицу, разглядывая...

— Какого черта ты творишь?!

Яростный голос Ин Хо прозвучал так неожиданно, что Ки Хун вздрогнул, а коробка выскользнула у него из рук.

Словно в замедленной съемке он смотрел, как ампулы посыпались вниз, ударяясь о землю. Глухой стук, треск ломающегося стекла, жидкость, растекающаяся по песку.

Ки Хун задержал дыхание и медленно поднял голову.

Ин Хо нависал над ним, испепеляя его взглядом. В глазах мужчины бушевала ничем не прикрытая буря, грозившая снести все на своем пути.

И Ки Хун вдруг понял, что он сделал что-то действительно ужасное.
______________________________________

2937, слов