Краткий экскурс по самоуничтожению

Сразу говорю, в тексте могут быть ошибки фактического характера, так автор ни разу не был на судах и единственным гайдом для него является старый сериал по НТВ "Суд присяжных"

Название главы - строчка из песни Кукла - Elya Chavez (посыл песни не имеет ничего общего с сюжетом)

Приятного прочтения!

__________________

— Узи, выйдешь ли ты за меня? — рабочая вырывает свою руку и с шоком смотрит в золотого цвета глаза друга. Казалось, что ещё чуть-чуть и её ядро выскочит из корпуса. Она всё также неотрывно смотрит на демонтажника, ощущая, как с каждой секундой всё сильнее горит её дисплей.

— Что прости?.. — Узи переспрашивает, думая, что ей лишь послышалось… Почему он так внезапно?.. Или это из-за букета?

— Узи… — он делает шаг вперёд, между ними лишь букет невесты… Эн большим пальцем огладил небольшую ладошку рабочей, смотря на обладательницу столь нежно, столь сильно горели его глаза… — Выходи за меня замуж!

И в этот же миг ядро девушки пропускает очередной удар и она с ужасом понимает, что хочет кинуться ему на шею, обнять как можно сильнее, поцеловать и прокричать на всю округу слова согласия. Но вместо этого Узи лишь уткнулась лицом в цветы. «Не забывай о здравом смысле…» — повторяла она себе раз за разом, пытаясь взять свои чувства под контроль.

Она поднимает взгляд с цветов лишь на секунду, встречаясь с его. Небольшой румянец тронет его дисплей, на губах расцветёт неловкая улыбка. Узи уже видела подобный жест раньше… Она опускает взгляд в землю, вырывая из его хватки свою руку. Часть воспоминаний, когда она была ещё «Лили», вновь и вновь заставляли её разрываться на две части. Узи надеялась, что после редактирования памяти это прекратится. Но ничего не изменилось… Она всё также путалась в своих собственных чувствах… Она потерялась в личностях двух дронов, что имели лишь две-три точки соприкосновения. Да, её настоящее имя — Узи, но те три года явно оставили свой след в её характере и поведении, сделав её более сдержанной.

Она уж точно не та Узи, что была прежде, а он — не тот Эн.

Но даже это не смогло успокоить бушующий внутри рабочей ураган. Она не могла отказать его полными надежды глазам, как и согласиться… Пяти дней, чтобы узнать друг друга вновь, катастрофически мало…

— Узи?.. — горячий воздух покинул его разгорячённое тело, между ними стало ещё меньше места. Эн опустил руку работяги, после чего притянул к себе плотнее, всё также заглядывая в душу через фиалковые глаза. Между ними лишь пару миллиметров, работяга чувствовала жар исходящий от демонтажника. Глаза в глаза. И между ними лишь букет белых роз с небесного цвета незабудками. Узи молчала. Эн молчал. Оба ждали чего-то со стороны другого.

Очередной горячий вздох Эна задержался на губах рабочей. Лишь одно движение — и между ними исчезнет и это минимальное расстояние. Воображение Дорман уже вовсю рисовало картины, как демонтажник проводит рукой по её щеке, потом слегка целует её в губы. Не настойчиво, словно проверяя реакцию. А она сама стоит, не зная, куда себя деть. Эн, хмыкнув, вновь припадает к чуть приоткрытым губам. Узи прикрывает глаза, отдаваясь новому чувству всецело. Неумело она отвечает на поцелуй. У двух дронов внутри неё были несколько точек соприкосновения и одна из них — чувства к демонтажнику напротив.

— Простите, что прерываю, но… — раздаётся со стороны знакомый голос, от чего «парочка» отскочила друг от друга на приличное расстояние, возвращаясь в реальность. — разве не с минуту на минуту начнётся заседание?

— Да-да! Мы уже идём! — быстро отреагировала Узи, всё сильнее прижимая к себе букет и скрывая за ним свой румяный дисплей. Рядом с ними оказывается новоиспечённая парочка в лице Нэнси и Лорина. Именно Нэнси привлекла их внимание. И вот спустя какое-то время тишины и бездействия Узи сначала еле плетётся в сторону здания суда, но вскоре наращивает темп и в конечном счёте убегает.

— Что это с ней? — спрашивает Лорин, ожидая, что ему пояснят всю ситуацию. Но ни от Эна, ни от своей девушки он ответа не дождался. Лишь получил небольшой толчок в бок от Нэнси. — Ау! За что?

— Читай атмосферу! — лишь чуть возмущённо прошептала она, вновь двинувшись в сторону нужного им здания.

***

Все уже сидят в зале, ожидая появления преступника и самого судьи. И вот вводят Уолта… Умоляющий взгляд был направлен на жену, не ясно было, на что он только надеялся. Изменить её показания? В её изумрудных глазах читалось болезненное безразличие ко всей ситуации. Даже к мужу, по которому вчера роняла слёзы.

— Зачем? — тихо спросит она у него, пока его провели рядом. Она не ждёт честного ответа, всё против него.

— Я не виновен! Верь мне, Дори! — он пытается вырваться из хватки полицейского, но не может. Пытается заставить верить в это её? Это сработало бы, если б он сказал это дня три назад, а то и раньше. До того, как из его мастерской вынесли три трупа рабочих… До того, как экспертиза доказала, что в потайном помещении удерживали и пытали двух подростков. До того, как она узнала о том, что он вносил правки в память всех дронов базы 9 по своему желанию.

Он был посажен в коробку из металлических прутьев. Уолт берётся за две такие и пытается воззвать к жалости к нему… От этого всем в помещении становится жутко неудобно и противно. Его признали вменяемым, так что судить будут по всей строгости.

— Прошу всех встать, суд идёт! — объявил консультант, оторвавшись от всей бумажной волокиты на своём столе.

Во главу стола взошёл рабочий в чёрной мантии и с серебристыми волосами. Стукнул листами о стол и садясь, говорит: «Здравствуйте, прошу садится». Он переворачивает страницу и начинает зачитывать суть сего заседания.

— Продолжается рассмотрение уголовного дела по обвинению Уолта Картнела в совершении убийства Эдварда Вебстера, Мэри и Алекса Умизоты, в нанесении особо тяжких ранений в отношении Нэнси Базыки и Лорина Умизоты и… Подмене дронов. Доложите, все ли участники процесса явились?

— Да, все свидетели явились и ожидают в зале.

— Хорошо. Устанавливается личность подсудимого. Подсудимый, встаньте, пожалуйста. Назовите себя.

— Уолт Картнел ХХ10 года создания.

— Чем занимались до взятия под стражу.

— Главный механик в мастерской между 2 и 3 дверьми.

— Потерпевшими в процессе выступают… — вся эта пустая болтовня для протокола уже сильно вымотала Узи, и та зевнула. Немного прогнувшись назад, та взглянула на спокойного Эна, что внимательно слушал судью, но вот он немного отвлекается и замечает на себе взгляд фиалковых диодов, улыбается ей лучезарно и даже тихонечко машет ей рукой. Она отворачивается.

Букет, что ей подарили часом ранее, лежал на стуле рядом, чем привлекал особое внимание со стороны других свидетелей. Хорошо, что только никто её ещё не спросил о нём…

— Встаньте, подсудимый, — Уолт вновь встал, — Вам понятна суть предъявленного обвинения?

— Да, ваша честь.

— Вы виновным себя признаёте?

— Нет, ваша честь.

— Присаживайтесь… — Уолт вернулся на своё место, продолжая буравить взглядом Дорис и сидящую рядом Узи. Жену его проняла дрожь, вновь слёзы на глазах. Она не верит ни во что. Она не знает, чему она должна верить… Узи приобнимет свою приёмную мать, насильно отведя её взгляд от дрона-рабочего за решёткой. Смотрит на него с угрозой, показывая тем самым, что он не имеет над ней власти. Ни сейчас, ни в будущем… — Заслушаем потерпевших…

***

Все были заслушаны, до конца заседания оставалось совсем ничего. Последней была вызвана к трибуне Узи…

— Узи Дорман ХХ42 г.с. Как ранее говорил Эн, в тот день на нас напал демонтажник новой модели. Я старалась защитить своего друга, за что и поплатилась особо тяжкими ранениями. То был мой последний раз, кода я в сознании была более чем пять минут. Вновь я проснулась уже на кушетке на базе 9, рядом стоял этот дрон и один из погибших. Я точно слышала, что он говорил о своей дочери и жене, которая его не простит. Далее пустота. — Дорман замолчала, вспоминая своё следующее пробуждение, — Следующее пробуждение было последним с моим побитым модулем памяти. Уолт попробовал заблокировать или переписать мои воспоминания, но этого не получилось. Тогда я позвала на помощь… И очнулась уже пустой куклой с новым именем — Лили.

— Поясните, как вы поняли, что подмену устроил именно ваш отец, когда вы были ещё Лили?

— Я просто бродила по дому в поисках информации о Сверхвычислителе. Он тогда впервые проявился и меня впопыхах заперли в комнате. Тот тайник я нашла совершенно случайно. Там я его самого вскоре и встретила, благо успела спрятаться… Он что-то обсуждал на повышенных тонах по рации, но с кем он вёл столь «задушевную» беседу, я не знаю. После того, как он скрылся через другой вход я по-быстрому вернулась домой.

— Ваша честь, прошу учесть!.. — двери в зал резко открываются и в них показывается рабочая среднего роста. Её яркие кораллово-красные волосы немного приподнялись вверх от напряжения, фиалковые глаза-диоды быстро осмотрели всех присутствующих, останавливаясь на Узи.

— Ебала я вас и вашу честь! — вслед за дроном-рабочим зашла ещё одна девушка, намного выше каждого из присутствующих рабочих. Короткие волосы цвета молочного шоколада падали водопадами на правое плечо, с левой части пряди были заплетены в косички, показывая всем присутствующим два довольно-таки глубоких шрама, словно от когтей. Военная форма с оборкой и поясом цвета мандаринов, в руках катана угрожающе поблескивала. По погонам на плечах сразу стало понятно, почему их пропустили. Перед ними — командир старшего звания. За ней показалась тень, что по размерам даже не входила в дверь.

— Я их адвокат! — достаточно сильно наклонившись вперёд, в помещение вошёл демонтажник. Тоже в военном мундире и с похожими погонами на плечах. Его длинные серебристые волосы были завязаны в тугой высокий хвост, что делало его ещё выше. Голос его звучал устало и обречённо. Он знал, что может сейчас произойти…

И вот все трое оказались в зале суда, вокруг тишина. Дорис, сидящая на скамье обвинения на правах потерпевшей, тут же узнала пришедших. В уголках её изумрудных глаз показались цифровые слёзы, которые она поспешила стереть. Племянницу мужа она узнала тотчас же, хоть с их последнего созвона и прошло довольно много времени. Мираж прошла мимо трибуны и направилась к коробке из металлических прутьев, игнорируя просьбы судьи вернуться на место.

— А я ведь тебя предупреждала… — немного растягивая слова пропела Мираж, со страшной улыбкой приближаясь к своему дяде. Лезвие катаны угрожающе сверкнуло, обвиняемый по нескольким статьям вжался в скамью под ним.

— Чёрт! — демонтажник перепрыгивает перегородку и резко заламывает беснующую девушку, закидывая её на плечо. — Извините, как только до нас дошла информация о заведении уголовного дела на Уолта Картнела, она сама не своя. — он развернулся и прошёл на места, тихо прошептав девушке на плече, — Прости, принцесса, побить его ты сможешь попозже.

— А ну пусти меня! — девушка на его плече извивалась словно змея, била демонтажника по спине, пытаясь высвободиться из плена чужих рук. Но тот, как назло, не поддавался. И вот её посадили на одно из пустых мест в конце аудитории, демонтажник присел рядом, не выпуская свою спутницу из рук. «Мало ли что она может вытворить… Так безопаснее будет для всего помещения» — с такими мыслями он лишь сильнее прижал к себе свою начальницу.

Тем временем меньшая из вновь прибывших стремительно приближалась к стоявшей у трибуны Узи. Та смотрела на Дорман крайне враждебно, сжимая руки в кулаки до скрипа. В её фиалковых глазах горела ненависть к рабочей, что стояла у трибуны.

— Ты! — голос рабочей с коралловыми волосами сквозил болью и ненавистью. Она стояла уже за спиной Узи, что ожидала дальнейшие действия. Рабочая с ярко-красными волосами была ненамного больше Дорман, что позволило ей возвышаться над фиолетовой. — Ты явно была в сговоре с моим отцом, фальшивка! Тебе место там же — за решёткой! Думаешь ты не при делах, если…

Раздалось ритмичное постукивание молотком и обвинения со стороны неизвестной прекратились.

— Дорман, присаживайтесь. А вы, пожалуй, представьтесь и разъясните свою точку зрения. — отложив молоток в сторону, судья с серьёзным взглядом уставился на фигуру, что не значилась в списках присутствующих на заседании.

— Я Лили Картнел. Настоящая Лили Картнел! — заявила та, вставая на место Узи у трибуны. Она была более чем уверена в своих словах, что было видно в её непоколебимом взгляде. — И девушка, что была до меня, умышленно взяла это имя. Она должна сидеть за решёткой так же, как и мой отец.

— Картнел, придержите ложные обвинения. Если вы всё же хотите принять участие в деле, то настоятельно рекомендую вам успокоиться. — сетует прокурор, поднимаясь со своего места. — Исходя из предоставленных доказательств, Узи Дорман не могла быть в сговоре с Уолтом Картнелом.

— Откуда вам это точно известно?! Она могла всё подделать! — Лили ударила руками по трибуне, явно не соглашаясь с невиновностью Узи.

— Тишина в зале! — стук молотка вновь раздался по помещению. — Есть ли вопросы к пострадавшей?

— Со стороны обвинения есть вопрос. Мисс Картнел, что случилось в тот день, когда вы сбежали из дома? Что сподвигло вас на идти на верную смерть?

— За пару дней до всей этой истории мои родители довольно серьёзно поругались. Уже точно и не скажу причину… Мама взяла меня за руку и повела к тёте Мэри, но мы не дошли до её дома. По пути нам встретился дядя Эд. Я его тогда не знала, да и мама не рассказывала… Для меня он тогда был незнакомцем, но мама встретила его со слезами на глазах. Они разговорились и тогда я впервые познакомилась с одним из своих дядюшек. Он предложил переночевать вместе с ним в номере, поговорить за чашкой чая. Возвращаться не хотелось, поэтому согласились. Отец об этом прознал на следующий же день, я видела его озлобленное лицо в холе в тот день. И вот дяде Эду нужно было уезжать, предложил съездить к нему в гости. Решили ехать с ним, так как его отпуск закончился бы неделей после его приезда. Да и познакомиться с его семьёй было бы замечательно, наконец-то наладить контакт. — Лили замолчала, грустно усмехнувшись. — Только вот этому было не суждено сбыться. Мама поделилась этим с подругой и разговор этот слышал отец. В тот вечер мы хотели помириться и рассказать ему обо всем, только… Когда я вернулась, двери были отворены, на полу были брызги масла. Я прошла по следу, думая, что отец мог серьёзно пораниться и ему нужна будет моя помощь. Так я и нашла потайную комнату, отца и… растерзанный дядя Эд. В руках подсудимого были два длинных клинка, с которых текло масло. Для меня всё сразу встало на свои места. Отец, поддавшись ревности, расправился с «конкурентом». Это привело меня в ужас, я стояла позади него, не смея и шагу сделать. А так как я ранее бежала, боясь за здоровье своего родителя, мои шаги были слышны по всей комнате. И он обернулся на мой испуганный возглас, это был монстр, а не мой отец… Он двинулся на меня, всё крепче сжимая клинки. Его взгляд был холодным, так что я выкрикнула то, что это был старший брат мамы и… Просто сбежала. Я не хотела возвращаться к нему, боясь, что следующей висеть буду я. Ночь провела на улице, тогда и пришла мне та дурная идея о поиске помощи у демонтажников, утром сходила в школу и собрала желающих пойти со мной… А дальше вы и сами знаете.

— Вы знали о подмене?

— Да. Три месяца спустя я заглядывала домой, только вот моё место уже было занято. Тогда я была слаба и постучаться в дверь не смогла…

— Вопросов больше нет, ваша честь. — Аллен вновь поправил бумаги на своём столе, пристально смотря на ничего не делающего адвоката подсудимого.

— Явилась же дрянь… — прошипел Уолт, наблюдая за тем, как его дочь присаживается на свободное место в первом ряду.

— Подсудимому предоставляется последнее слово.

— Меня беспочвенно обвиняют. Не я убийца и не я проводил подмену. Меня подставили. У меня всё, ваша честь. — спокойно отчеканил Уолт, явно думая, что у них нет никаких основательных доказательств.

— Есть ли дополнения у стороны защиты и обвинения к судебному процессу? — получив единогласное «Нет, ваша честь», судья вновь стукнул молотком и объявил, — В таком случае, судебное следствие по делу объявляется законченным. Суд переходит к прениям сторон. Слово для выступления в прениях предоставляется прокурору.

— Спасибо, ваша честь. — Аллен вышел из-за своего места и прошёл в середину зала. — Уважаемый суд, прошу заметить, состав преступления на лицо. Начиная с показаний свидетелей, заканчивая экспертизами. Итак, начнём с того, что о потайной комнате знал лишь Уолт, так как даже в первом заявлении от двадцать третьего января ХХ57 года погибший Алекс Умизота не смог указать на это место в своём доносе. После того обыска и пропал он с женой. Кроме того, экспертиза масла показала, что все три погибших совсем точно погибли в этом месте года три назад. Свежие же следы на лестнице, с другой стороны, больше похожи на волочение. Масло принадлежит двум подросткам, которые недавно попали в больницу с версией о падении с подобной лестницы… Не странно ли? Кроме того, не стоит опускать версию событий со стороны Лили. Её память не была подвержена правкам Уолта, так что на реальность вполне претендуют. В качестве доказательств передаю суду флеш-карту с памятью двух дронов, что были втянуты в историю с подменой, модули памяти погибших и заключения экспертиз. У меня всё, ваша честь.

— Слово для защиты подсудимого предоставляется адвокату Рональду Смиту. — очередной стук молотка ознаменовал предфинальную речь.

— Спасибо, ваша честь. — адвокатом Уолта выступал паренёк только выпустившийся из юридического, довольно обычный с виду. — Уважаемый суд, хочу указать на один факт, что никак не был затронут во время судебного следствия ни разу не прозвучало. Одно из доказательств может быть сфабриковано. А если быть конкретнее, то память дрона, болевшего ВДП. Об этом вирусе стало известно задолго до этого, но полноценного лечения пока не было. Эта зараза имеет доступ к воспоминаниям, и не раз уж были записаны случаи изменения их под действием неё. Так что флеш-карта не является правдоподобным доказательством. — на секунду Гилберт Аллен даже засомневался в победе, но сразу отбросил эти мысли. По крайней мере, по делу убийств и похищении подростков он выигрывал. — Так же во время судебного следствия было выявлено, что не только Уолт знал о тайной комнате. Я полагаю, что у вас, уважаемый суд, есть все основания для вынесения оправдательного вердикта. У меня всё, ваша честь.

— Суд удаляется для установления вердикта, — стук молотка и судья поднимается, скрываясь в совещательной комнате…

Тишина в зале длилась не очень долго. Мираж встала со своего места и вновь двинулась горой на обвиняемого. Эл старался её удержать, но в этот раз ему этого не удалось. Она прошла мимо первого ряда, после чего её поймала рабочая с винно-красными волосами и печальными изумрудными глазами.

— Мира?.. — её голос дрогнул, смотря на повзрослевшего дрона. — Это правда ты?

— Да, тётя. — ответила гибрид, вернув себе самообладание. Она подошла к дрону-рабочему и приобняла. Она не слышала её голос уже года четыре и сейчас была счастлива встретиться с Дорис. После же непродолжительных приветственных объятий к ним подошла Лили, с сомнением глядя на мать. — Лили большую часть времени была с нами, не стоит беспокоиться о её состоянии…

— Мам, я вернулась… — работяга с волосами цвета кораллов слегка улыбнулась, пытаясь скрыть тревогу за ней. Она чувствовала вину за произошедшее… Она боялась, что после всего от неё отвернётся и мать…

— Лили?.. — она немного щурилась, вглядываясь в черты лица работяги перед собой. Слёзы с новой силой хлынули из её глаз, и она со всей имеющейся после бессонной ночки силы прижала свою кровиночку поближе к себе. — Я так рада, что ты в порядке… Ты даже представить не можешь, как я волновалась! Боже, спасибо…

Узи тоже улыбалась, смотря на семейную идиллию. «Теперь я больше не нужна…» — от этой смыли было немного больно, но она счастлива тому, что всё налаживается…

— Я же говорил? — раздалось сзади и горячеватые руки опустились на плечи Дорман. Она знала, кто это мог быть, поэтому даже не оборачивается. Узи косится на свадебный букет, вновь вспоминая о предложении демонтажника. — Осталось дело за малым, дождаться приговора. Сомневаюсь, что его признают невиновным… Столько доказательств… Особенно память погибших, почему он не избавился от них раньше?

— Оставил в качестве трофея? — попыталась посмеяться Узи, попытавшись взъерошить волосы на макушке Эна. Демонтажник хихикнул на предположение подруги.

— Ты мне так и не ответила… — Эн легко провёл носом по её щеке, заставив её вздрогнуть от неожиданности, одной рукой чуть повернул её лицо к себе. Её дисплей тут же вспыхнул, не ожидая, что он вспомнит про это во время суда.

— Я… Я не могу так… — еле как выдавила из себя Узи. «Нет… Сейчас не время…» — думает она, вновь отворачиваясь от демонтажника. — Ты запутался, да и прошло много времени для меня. Ты изменился, я тебя почти не узнаю.

Эн вздохнул, опустил голову на плечо Дорман и сказал немного опечаленно: «Я готов ждать столько, сколько потребуется, Печенька… Ведь я…»

— А чем вы тут занимаетесь в уголочке? — внезапно к ним подошла Мира, внимательно смотря на странные обнимашки друзей, и усмехнулась, заприметив букет на соседнем стуле. Эн лишь приподнял голову, чтобы посмотреть на того, кто решил их прервать, тем временем Узи пыталась выбраться из хватки демонтажника. Гибрид лишь издевательски мурлыкнула, — А чей это букетик?

— Уж явно не твой! — вскрикнула рабочая, наконец-то сбросив с себя руки Эна.

— Это Эн ей подарил! — не думая, ответил сидящий рядом Лорин. — Я рад за вас!

— Нет, не он! Хватит выдумывать и уйдём с этой темы…

— Скажешь, ещё и предложение сделал? — кто-то усмехнулся.

— Я… — Узи резко развернулась и заткнула демонтажника руками.

— Только попробуй это сказать, придурок! — Узи чуть раздражённо шикнула на демонтажника. Только вот её реакция сказала всё за него.

— Прошу всех встать, суд идёт! — вновь объявил консультант, поднимаясь из-за своего рабочего места. Все вернулись на свои места, застыв в ожидании приговора. В этот же момент в помещение вошёл судья.

— Провозглашается приговор. Суд, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению Уолта Картнела в совершении преступлений… — все напряглись, ожидая заключения суда. Кого-то даже трясло. — установил: Картнел виновен в том, что 9 ноября ХХ56 года под видом разговора заманил Эдварда Вебстера в дом, где нанёс ему множество ножевых ранений, повлёкших смерть, ввиду ревности; в том, что 1 февраля ХХ57 года обманом завёл Мэри и Алекса Умизоты в тайную комнату, где и были нанесены около тридцати ударов клинками, также повлекшие смерть; 8 февраля ХХ60 года в похищении и насильственных действиях по отношению к Нэнси Базыки и Лорина Умизоты. По делу с подменой Картнел также признаётся виновным. Суд, исследуя материалы дела, допросили подсудимого, свидетелей и приходит к выводу, что действия Картнела содержат признаки состава преступления… — наказание ещё не было озвучено, но уже половина зала выдохнула спокойно. Они боялись, что если бы его оправдали, то он пошёл бы мстить. И первыми в этом списке были бы члены его семьи… Эн, чуть наклонившись вперёд, потрепал сидящую перед ним Узи по голове, ласково говоря, что она зря переживала. А судья всё продолжал зачитывать приговор… — На основании изложенного, руководствуясь уголовно-процессуальным кодексом, суд приговаривает Уолта Картнела признать виновным в совершении выше перечисленных преступлений и назначить наказание ввиде смертной казни. Приговор может быть обжалован в течение 10 суток со дня провозглашения. Прошу садиться…

Судья разъяснял своё решение, но это уже никому из присутствующих не было интересно. И вот заседание было окончено и все двинулись на выход, кроме Мираж и Лили. Они подошли к заключённому, смотря на него с превосходством.

— Как забавно, ты расстроен, ведь я живая… — Лили приблизилась к нему почти вплотную, резко встряхнув клетку. Хищная улыбка расцвела на лице рабочей… — А ты ведь говорил, что я никто. Что я ничего не смогу сделать… Как говорится, «Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним»… Так вот, я и есть тот «последний»!

— Ты пришла позлорадствовать над своим стариком? — его взгляд совершенно ничего не выражал, как и в тот самый день.

— Ты был им до того, что ты сотворил с дядей Эдом…

— Только посмотрите, дядя важнее родного отца… — цыкнул Уолт, отворачиваясь от дочери.

— Пытаешься давить на жалость? Ты бы также и со мной сделал, не сбеги я! — кричала она, немного приобняв себя. В уголках её фиалковых глаз скопились слёзы, что после моргания стекли вниз по дисплею. Она действительно любила его не меньше матери, но его слова и действия показали его настоящую натуру.

— Ты… Ты серьёзно считаешь, что я бы так поступил с собственной дочерью? За какого монстра ты меня держишь? — Уолт сел на скамью в клетке и потёр дисплей между бровями. — Я бы лишь убрал из ваших воспоминаний этого урода, и мы бы жили как раньше…

— Это ты так сейчас говоришь… Я видела, с каким взглядом ты смотрел на меня в тот день… «Чисткой» памяти я бы не отделалась. — Лили вновь отвернулась от родителя, подойдя к пылающей от ярости Мираж. Она поднимает руки вверх и чуть жалобно попросит, — На ручки…

Мира немного опешила от подобной просьбы, но всё же взяла сестрицу на руки, всё ещё злобно смотря на старшего.

— Я ещё вернусь и целым я тебя не отпущу… — загробным голосом сказала та, прижав Лили к себе поближе, и, развернувшись, зашагала мимо Эла на выход. Последние участники суда покинули зал заседания…

***

— Другая я, подожди! — Лили спустилась с рук своей старшей сестры и подбежала к своей «замене», схватив её за руку. Узи обернулась и немного хмуро посмотрела на беглянку. — Можем ли мы отойти и поговорить с глазу на глаз?

— Мне казалось, что ты успела всё мне высказать в зале суда… Но так уж и быть, веди… — Узи немного насторожилась, но шагнула навстречу красноволосой. Эн тут же схватил Дорман за руку, не желая отпускать. В прошлый раз для них всё закончилось плачевно… Узи понимала его чувства, поэтому немного ободряюще улыбнулась и отдала ему странный букет. Её взгляд так и говорил, что всё пройдёт иначе и нечего бояться. И он поверил вновь, отпустив…

— Я подо… — резкий удар в бок прервал его, а сердитый взгляд миссис Картнел не дал ему закончить.

— Мы подождём вас, девочки. Говорите сколько душе угодно! — с улыбкой отозвалась она, после чего Узи и Лили зашли за угол.

— Ну так и о чём же ты хотела поговорить? — спросила немного с иронией Узи, облокотившись на стену здания суда.

— Попросить прощения за произошедшее недавно. Я повела себя крайне некрасиво по отношению к тебе, обвинив во всём, за что мне очень жаль. — Лили скрестила руки за спиной и потупила взгляд в пол. Казалось, она и правда сожалеет. — Я шла на суд отца лишь с одним желанием — посадить его и ту девку, что заменила меня. Услышала через двери твои последние предложения в показаниях и словно с цепи слетела. Злость бурлила во мне, и я ей даже не противилась. Сказала то, что думала на тот момент. Сейчас же я немного поуспокоилась и поняла, что злилась я больше на себя. Я сбежала, позволив этому случиться. Хотя могла вернуться…

— Не переживай на этот счёт… Все ошибаются, — Узи прикрыла глаза, сложив руки на груди.

— Я видела через окно в зал, как весело вы смотрели кино… Это тогда так задело меня. Ты знаешь, что ты — это ты, но в то же время видишь себя через стекло в кругу своей семьи, что, казалось, никогда не ругается… Да и я тогда очень сильно обеспокоилась тем, что стало с мамой, которую я бросила наедине с убийцей… Но по итогу я вновь сбежала, обиженная на всё в этом бункере. Пошла искать других родственников мамы, семью дяди Эда, с которой мне так и не удалось увидеться. Всё рушилось от базы к базе. Кто-то знал Вебстеров, но не более чем одной старой особы, которая уже давно списана, кто-то что-то слышал, но при проверке оказывалось, что это не про семью Вебстеров, а совершенно другую. В любом случае, я смогла узнать, что мама с 15 лет воспитывалась дядей, а в 17 их базу выследили демонтажники… От того же дрона я узнала и про семью дяди Эда… Он проживал на базе 13, в печально известном городе-крепости Форк. Несчастье обрушилось незадолго до планируемого возращения дяди… Я хотела помочь в свои 15, а что делала ты? Веселилась в чужой семье, словно в собственной!

— Ты вновь меня обвиняешь… Но если тебе станет легче от этого, скажу… Я сирота. Матери лишилась на заре моего 11 дня создания, отца — перед 16. Да и к тому же, я не по своей воле вошла под твоим именем в твою семью. Так что просто успокойся уже… — Узи закатила глаза, смотря на через чур разговорчивого дрона перед собой.

— Я не знала, извини ещё раз.

— Это всё, что ты хотела мне сказать?

— Ну… Спасибо, что заботилась о моей маме… — по ней сразу было видно, что она хотела сказать что-то ещё, но никак не решалась.

— Так бы поступил каждый, так что давай закроем эту тему и вернёмся к нашим…

— Подожди! Я хотела сказать, что… хочу быть тебе другом. Можем ли мы после всего стать друзьями?..Какая-то мелодрама на уровне Хвоста феи XD

— Можем, если ты опять не начнёшь давить на жалость… — после этих слов Лили подбежала и обняла Дорман, от чего Узи было немного неловко. После нескольких минут объятий они всё же вернулись к остальной части компании.

***

До дома Картнелов все добирались двумя небольшими молчаливыми кучками. Вечерело… Первыми в дом шагнули Дорис, Узи и Эн, которому ещё предстояло одно слушание в виде обвиняемого. Он признавал свою вину и даже признавал озвученных всего лишь охранником приговор. Смерть для него была бы самым логичным наказанием… Он даже смирился с этим в камере. Но это было до! Сейчас он хотел жить! И он готов бороться за смягчённый приговор! Да, Узи сказала, что уже бояться ему нечего, но разве её слова могут иметь силу в данном замкнутом пространстве?

Эн не знал, чего ожидать от будущего. Именно по этой причине он хотел получить как можно больше счастливых воспоминаний с Узи. Да, она, возможно, оставит его, как только поймет, что последствия ВДП ему больше не страшны. Он желал быть рядом, сколько бы не отвело для них время судьба. Он даже сам не знал, почему ранее он так внезапно вспомнил о её списке желаний… Да и она вроде не против брака, но её грустное замечание о том, что Ви нет с ними и поэтому они не смогут провести данный процесс — немного да задело демонтажника. Для него она уже была не более чем пережитком прошлого, но для Узи ситуация иная. Насколько он мог судить, воспоминаний от имени Лили у неё сохранилось не очень много. Для неё весь тот ужас буквально был несколько дней назад.

— Так кто же подарил тебе этот букет? — внезапно начинает Дорис, рассматривая белоснежные лепестки цветов в руках у Дорман.

— По пути к зданию суда наткнулись на свадьбу. Нас посчитали милой парой и вот итог… Ничего такого, тётя Дорис…

— Что я тебе говорила о «тёте»?

— Но я думала, что…

— Перестала быть моей дочерью после того, как вернулась Лили? Вы обе — мои сокровища. Хотя думаю, я слишком легко привязываюсь, — она немного посмеялась, отведя взгляд. Она понимала, насколько глупо она сейчас звучала, но ничего с собой не могла сделать. Это всё была чистая правда. Вскоре она вновь посмотрела на фиолетовую и нежно улыбнулась ей. — Но я всё ещё не понимаю вашу реакцию на простую шутку…

— Так нас с тобой можно считать сёстрами! Почему ты молчала?! — воскликнула только что вошедшая в гостиную Ли, опираясь на спинку мятной софы, где и расположились Узи и Эн. Но по всей видимости назревающий диалог был важнее выяснения кто тут «брат-сват».

— Подумал, что это судьба и… — решил пояснить ситуацию со своей возможно будущей тёщей Эн, но был немного прерван внезапным недовольным восклицанием его имени. — И предложил ей выйти за меня.

— Так ты… — немного в шоке посматривая на парочку на мятной софе, Дорис сжала кулаки, борясь с желанием выставить демонтажника за дверь.

— Так ты согласилась, сестричка? — немного с издёвкой произнесла Лили, встав прямо между рабочей и демонтажником.

— Нет! — воскликнула Узи, немного даже подскочив на месте. — Это уже слишком!

— Но это дело времени, — хихикнул демонтажник, кладя свою ладонь поверх её.

— Прекрати Эн! — Узи пихнёт его, высвобождая свою вторую руку, и вскочит с дивана. Её терпение уже на пределе. Если он продолжит, то спокойно вся эта ситуация точно не разрешится. — Я же сказала нет!

— Может тогда не стоило давать мне хотя бы надежду ещё там, у церкви? — Эн тоже поднимается со своего места, постепенно повышая голос на рабочую. Они не ругались с того самого дня, когда он был сильно покалечен одним из древних моделей демонтажников. — Не стоило говорить столь двусмысленно на перерыве!

— Это мои-то слова можно трактовать по-разному?! Не ты ли мне постоянно врал о своём состоянии, хотя прекрасно видел, что я переживаю! Не ты ли говорил, что о многом мне ещё не поведал, когда начал прощаться?! — Узи вскинула руками, озлобленно глядя на демонтажника перед собой. «Ну почему, почему ты не понимаешь?!» — кричало её внутреннее «я». — И чёрт бы побрал меня выбрать маршрут через улицу с церковью! Чёрт бы побрал ту пару! Если бы не она — всё было в порядке!

— Всё то, что я хотел тебе тогда сказать — я сказал! Да, немного в шуточной манере, но я сделал это! Да и разве не ты была Лили три года?! Почему докопаться до правды ты решила лишь спустя три года?! — казалось, что ещё чуть-чуть и из его головы пойдёт дым. На ссору не без дольки интереса даже Мира с Элом обратили внимания, выглядывая из-за дверного косяка ведущего на кухню. Вот и посидели все вместе… — И раз уж мы тут друг друга критикуем, то ты сама начала мне недоговаривать! Я всегда старался быть честным!

— Да-да, конечно! Теперь я виновата! — Узи сделала уверенный шаг вперёд и со всей силы ударила демонтажника в грудь. Эн немного пошатнулся от неожиданности, но не более. Второй удар он уже перехватил. — Напомнить, что ты говорил о своих проблемах лишь Ви? Даже сейчас мы словно в молчанку играем! А Ви ты готов был всё и обо всём! Хотя она может и не была никогда заинтересована в их решении!

— С каких пор наш разговор перешёл к Ви? Да и не смей так говорить! Ты её совсем не знаешь!

— Да?.. А мне кажется, что ты сейчас просто выгораживаешь ту, что тебе не безразлична!

— Боже, ты сейчас серьёзно?! Я же уже говорил и не раз, к кому я был действительно «не безразличен»!.. Ты же вернула воспоминания Лили, так в чем проблема?

— У меня лишь часть, но даже так она имеет на меня большое влияние! — Узи сильнее сжала пальцы в кулак, в уголках фиалковых глаз показались небольшие слезинки, что были тотчас же стёрты работягой, — Я не знаю, как себя вести со всеми. Какой быть всю оставшуюся жизнь?

— Кем твоей душе угодно! Хватит метаться, раз уж на то пошло! — на пару минут между ними воцарилась тишина, каждый обдумывал сказанное. Оба были расстроены, но отступать никто не хотел. Хотя, немного успокоившись, Эн опустил руки Узи и сделал шаг назад. — Знаешь, я действительно готов ждать, даже если это займёт вечность…

Он разворачивается и направляется в предоставленную ему комнату. Его тяжёлые шаги раздаются по всему дому, разрывая повисшую тишину. У двери остановится, посмотрит на всех в комнате расстроенным взглядом, приоткроет дверь и только тогда продолжает говорить.

— Узи, ты могла бы не говорить так, словно реально размышляла по поводу моего предложения. Не стоило говорить, что главной проблемой были те три года, за которые я «изменился»… Могла бы сразу сказать, что не любишь меня так, как я тебя… — и дверь громко хлопнула… Последнее предложение словно засело в голове Дорман, она осела на пол. Она могла бы возразить, но на это не было ни сил, ни желания. Поэтому Узи продолжала сидеть посреди комнаты, немного подрагивая от постепенно накатывающего осознания, что было сказано ею и им. Но она явно не хотела признавать за собой вину, даже если весь разговор на повышенных тонах затеяла именно она.

Все разошлись по комнатам, давая возможность повздорившим побыть в одиночестве. Эн в гостевой развалился звёздочкой на кровати, направляя пустой взгляд в потолок. В голове такая же всепоглощающая пустота, что и перед носом. Настолько было темно без лампы, которую постоянно включала Узи. «Она вновь тебя оставит. Вновь бросит…» — услужливо вторил процессор. Он устал, хоть и с прошлого восстановления энергии прошло по большей мере часов 6, но только он закрывает глаза, пытаясь убежать от своих собственных мыслей, как перед ним предстаёт цикличный кошмар, преследовавший его первые месяцы после «отключения» Узи. Она шла куда-то вдаль, а он бежал вслед за ней, но сколько бы он ни пытался — он не мог настигнуть её. Он звал её, просил не уходить, но та «Узи» даже не повернётся в его сторону. И он вновь просыпается, упираясь взглядом в потолок…

Узи же через какое-то время переместилась на диван, поджав ноги к груди и опустив на колени голову, скрыла дисплей за шторкой из тёмно-фиолетовых волос. Ни печали, ни привычного раздражения… Просто опустошение. В ней словно была пробка, которая удерживала все эмоции внутри неё, но во время ссоры её вырвали и всё вытекло в мир, ничего не оставляя внутри Дорман. Она не испытывала даже облегчения от того, что она наконец-то призналась кому-то в своих внутренних метаниях. Просто темная пустота, в которую Узи всё сильнее погружалась с каждым днём всё сильнее. Она закрывает глаза, погружаясь в такой же пустой сон…

Через некоторое время Лили выходит из своей комнаты уже в своём привычном облике, чтобы не было путаницы. Лишь немного укоротила длину волос, теперь они были чуть ниже плеч. Дорис видимо отлучилась по делам в больницу, Миры и Эла тоже не было видно… Может тоже вышли прогуляться? В любом случае, это не суть важно. Она уже довольно долго нервировала напарника старшей сестры, так что пусть хоть сегодня расслабится.

И вот Лили подходит к дивану. Узи всё ещё спала, поджав к себе ноги. «И почему они её не положили поудобнее хотя бы, прежде чем уйти?» — вздохнув, подумала она. Картнел аккуратно расцепила руки другой сестры и, чуть придерживая её голову, положила на плоскость дивана. Подушку под голову положила, но вот единственный плед на его обычном месте не нашла. Матери он не зачем, в своей комнате я его не видела… Может в гостевой? Вполне возможный вариант!

Лили подбегает к небольшой комнатушке и, чуток постучавшись, вошла в кромешную тьму, озаряемую лишь светом её фиалковых глаз и лимонных индикаторов Эна… Он не спал и сразу заметил внезапного гостя. Секунда и комнату озаряет свет лампы. Эн уже сидел на кровати и с небольшим любопытством наблюдал за Лили, которая стала крутиться словно юла в поисках чего-то.

— Ты не видел плед? — спрашивает она, заглядывая под кровать. Разочарованно вздыхает и встаёт на ноги, пледа под кроватью нет…

— Подожди, Узи вроде убрала его наверх… — Эн прошёл к небольшому высокому шкафу и достал с верхней стенки искомый предмет.

— Ну и хорошо! Бери и пошли со мной! — воскликнула она и выскочила из гостевой. Секунду Эн потупил взгляд на дверь, за которой уже скрылась младшая Картнел. — Ты там скоро, черепаха?

Эн тут же выскочил из комнаты, Лили уже не было в небольшом коридоре. Во всем доме, кроме быстрых шагов Лили, стояла тишина. Эн вышел в гостиную, огляделся и никого не заметил. Даже шаги Ли перестали звучать по дому. Это немного насторожило демонтажника. Куда могла деться та активная рабочая, что вынудила его выйти за пределы комнаты? Хотя она гораздо лучше него ориентируется по данному зданию, проведя здесь если не всю свою жизнь, то большую её часть.

Он решается позвать её, но вслед его голосу даже эха не прозвучало. Словно он оказался в той самой пустоте, в которой он пытался нагнать постепенно отдаляющийся силуэт Узи. В итоге сдавшись, Эн обошёл диван и хотел уже сесть в рядом стоящее кресло, как заметил Узи, вновь скрутившуюся в калачик на софе. Он не думал, что она могла остаться в гостиной после их небольшой ссоры. Но такова была реальность. Узи чуть сильнее нахмурилась во сне, что-то невнятно прошипела и немного вздрогнула. Как и что-то внутри демонтажника. Он явно не мог долго злиться на неё, ведь начал сё это он. Если бы он вовремя бы замолчал, то не было бы так больно?

Демонтажник подошёл к Узи, накрыл её пледом, что просила достать Лили, и, лишь слегка задевая металлическую кожу рабочей, провёл рукой по тёмно-фиолетовым волосам. Девушка что-то помычала, черты её лица тут же расслабились. Узи всё ещё спала, но была куда спокойнее, чем пару мгновений ранее. Эн улыбнулся, повторив движение. Он не хотел, чтобы она просыпалась. Она явно начнёт опять ругаться с ним, а этого он хотел бы избежать.

— Любуешься моей сестрицей? — хихикнула Лили за его спиной, чем заставила парня вздрогнуть и быстро отскочить от спящей. Он чудом не вскрикнул, настолько это было неожиданно. — Ты чего такой зашуганный? Если продолжишь вести себя тихо — она не проснется.

— Прости, тебе же нужен был для чего-то плед, а я его отдал Узи… — немного отойдя от испуга, извинился Эн. — Если он тебе нужен, то я могу принести своё одеяло…

— Не стоит, я его искала как раз для этого… — Картнел поравнялась с Эном и взглянула на Узи. Улыбнулась, заметив, что Дорман лучше. Она немного выпрямилась, а на её лице играла лёгкая улыбка. Потом Ли взглянула на демонтажника, что немного отдалился от Узи, явно беспокоясь, что ненароком разбудит возлюбленную. В этот момент у неё в голове созрел план, как бы взбодрить своего спасителя. И вот, когда в голове сложилась картинка, она хватает Эна за руку и тянет к входной двери, — Пойдем прогуляемся!

***

Шумно. Многолюдно. Было слишком непривычно… Эн даже сам не знает, почему согласился на прогулку. На центральной площади он никогда не был, даже Узи водила его обходными путями. Теперь он, кажись, понял причину. Слишком много народу в одном месте даже в ночное время… Длинная аллея, усеянная резными лавочками и беседками, была прекрасным местом для прогулок. Посреди неё расположился неглубокий бассейн с несколькими фонтанными установками по всему периметру. Здесь было достаточно красиво и атмосферно как для простой прогулки с друзьями, так и возможных свиданий. Проходя вдоль этого бассейна, Эн замечал и тех и других. Теперь он хотел бы сходить сюда с Узи, не важно друзьями или чем-то большим… Искусственные листья на деревьях шелестели от проникаемого сквозь вентиляцию ветра. Славный звук…

Они шли молча, каждый в своём темпе. Лили шла довольно-таки быстро, словно кого-то искала, параллельно подмечая изменения в своём любимом месте. Эн же плёлся вслед за ней, разглядывая всё вокруг как маленький ребёнок, из-за чего он нередко отставал от своего «гида» на добрых метров десять.

И вот они уже обошли с одной стороны бассейн, переходя к противоположной. Встречающиеся на пути рабочие либо были увлечены своими компаньонами, что ничего не замечали вокруг, либо шептались и обходили демонтажника. Оно и ясно, он демонтажник, плюс еще и то нападение неделей ранее… В любом случае, вернёмся к прогулке. Противоположный край был заставлен всякими небольшими киосками. Начиная с каких-то мелочных услуг, заканчивая различными игровыми палатками. Соответственно и народа там будет ещё больше, хоть и большинство всё равно проводит время в глубине парка. Эн опять отстал, хоть и не так сильно. Оглядываясь по сторонам, он не замечает, что его спутница резко останавливается и стоит на месте некоторое время. Столкновение было неизбежно. Хоть и немного, но спасло то, что Эн шёл неспеша. Отделались лишь легким испугом. Это было не так уж и долго, так как Лили тут же вернулась разглядывать кучку дронов у самого фонтана, который в этот момент извергал струю воды к самой своей высокой отметке. Один из них напоминал Эну одного программиста, которого он хорошенько приложил об стенку днём ранее. Рядом с ним крутилась рабочая с приковывающими взгляд рыжими волосами. Именно на неё и был направлен испепеляющий взгляд Лили.

— Как думаешь, сколько они уже вместе? — её голос звучал уже не так радостно, она запиналась и было ясно, что что-то между ней и тем парнем было не чисто. Это не было его дело, и он просто помолчал.

— Никак не могу взять в толк, почему Дэрил так ко мне жесток… — одна слезинка скатилась с её цифровых глаз. Эн вздрогнул, вновь вернувшись мыслями к Узи. Проснулась ли она? Как себя чувствует?.. А Лили до скрипа сжимала кулаки, за одной слезой вырвалась вторая, за второй — град других. Было так больно даже просто наблюдать со стороны. Она ведь правда думала, что он её ждёт… — Я же вернулась…

Парень, за которым так пристально следила Лили, так же смотрел в их сторону, продолжая обнимать и целовать девушку рядом. Он чуть улыбнулся, видя страдания одной из его первых мимолётных увлечений. Лили не имела каких-то выдающихся черт, самая обычная девчонка из его класса, с которой он дружил с раннего детства из-за его частых ночёвок у кузена. Миловидная и легко привязывающаяся… Ему стоило лишь немного уделить ей внимания и вот они уже за ручку гуляют… Он знал её очень долго, но даже это не смогло ему предсказать того инцидента… Она приходила к нему вечером в тот день, ища временного ночлега. Дэрил даже помыслить не мог, что произошло что-то ужасное, а не очередная ссора со слишком опекающим её отцом. Хотя он даже если бы и хотел оставить её у себя, но дома уже была другая девушка — новый интерес. И он лишь с большим рвением впился в губы рыженькой.

Лили опустила руки и скрыла свой дисплей за винно-красными прядями чёлки, что были частично окрашены в коралловый. Она видела его взгляд… Такой же, как и в тот вечер… «Хочешь заставить меня ревновать? Ни в жизни! Я тебя поймала, придурок…» — с такими мыслями Лили с вызовом посмотрела на Эна секунду, потом осмотрелась на всякий случай. Эн не понял, что названная сестрица его возлюбленной задумала.

И вот она, кивнув самой себе, хватает его за лацкан на его плаще и резко тянет его на себя, целуя. Она тайком посматривала на Дэрила, но тот даже бровью не повёл… Тогда она углубила поцелуй. Эн пытался сопротивляться, временами отдаляясь, но «сестрица» притягивала его вновь. Он слишком поздно понял, что его втянули в какие-то разборки…

— Я ели тебя нашла, Эн! Я должна тебе кое-что ска… — раздалось из-за спины демонтажника, этот голос он мог узнать из тысячи… Узи… Он резко отталкивает Ли от себя. И довольно удачно. Она не упала, но отпрянула на добрых пару метров. — зать…

— Узи, это не то, о чём ты думаешь! — начинает оправдываться Эн, стоя на месте и всматриваясь в выражение лица Дорман. Она словно застыла с удивлённым выражением лица, даже шага не делает ни вперёд, ни назад. — Узи?

Эн делает шаг в её направлении, и та отмирает, меняется в лице. Теперь она тоже шагнула в его сторону, цифровые брови были сведены, почти образовывая «галочку». Теперь уже Эн отступал назад, она определённо была в бешенстве, и он уж точно не узнает пока, что Узи хотела ему сказать. Он всё пятится и пятится назад, а Узи вот-вот уже нагонит его. Эн усмехнулся, вспомнив, как три года назад в торговом центре также пятился от сердитой Дорман. Стало внутри тепло, и он останавливается, ожидая своей участи. Узи тотчас же оказалась совсем рядом, всё так же хмурясь… Секунда и та ухватывается за лацкан плаща и также тянет демонтажника вниз. Он многого ожидал… От затрещины из-за того, что ушёл, её не предупредив, до возможной пощёчины, если всё же у неё были чувства к нему… В чем он особенно сильно сомневался…

Какое-то время она просто сердито заглядывала в его совесть, ничего не делая. Злобно усмехается и лишь сильнее тянет вниз. И вот взгляд его золотых глаз на одном уровне с её фиалковыми, когда она наконец отпускает лацкан с одной стороны, чтобы запустить свою руку в его серебристые волосы, после чего наклоняет его ещё сильнее, опустив руку к шее… Резкий рывок, позволивший преодолеть то небольшое расстояние между ними, и демонтажник в нокауте. Он даже думать не мог, что она в данной ситуации сделает это… Он был готов и к очередному скандалу, и к тому, что она может спокойно попросить разъяснений, но никак не к поцелую… Его ядро участило пульсацию, на дисплее показались многочисленные палочки смущения золотистого цвета. Он понял, что очень сильно задел её, озвучив своё предположение о её чувствах…

— Он мой! — отстранившись так же резко, как и приблизившись, кричит Узи, хмуро смотря на Лили. Картнел всё также стояла рядом с полыми от шока глазами. Она явно не ожидала, что Узи может застать её не самый удачный план для мести. И почему до неё это только сейчас дошло? Она опустила взгляд на выложенный мозаикой дорожку вдоль фонтанов. Молчание затянулось, никто из присутствующих не хотел более и слова говорить, чтобы не начинать конфликт. И вот Узи пошла в сторону дома, всё также держа Эна одной рукой за лацкан. — Мы уходим! Сейчас же!

За всем этим со стороны наблюдали Мираж и Эл, что решили пройтись по столь популярному месту на всей базе 9. Сначала Мира просто заметила гуляющего в одиночестве Эна и только потом Лили, что была чуть впереди него, постоянно оглядывающейся по сторонам, словно искала кого-то. И это не очень радовало гибрида. Она чувствовала неладное и, когда те остановились около фонтана, поняла, в чем было дело. Когда они два года назад чуть не задавили Лили, что была изнемождена своими далекими походами, та рассказывала, что ночь перед побегом провела на улице, что приходила к своему возлюбленному просить ночлега, но тот даже не пригласил её пройти внутрь. Мира выслушивала помыслы младшей сестры и видела, как горят её глаза и губы растягиваются в нежной улыбке. Поэтому её совершенно потерянное выражение лица сразу поставило всё на свои места в голове гибрида. Её сестрицу возможно даже и не ждали, запросто приняв неофициальное предположение о её смерти в стенах склепа из рабочих.

Мираж не спешила подходить, ожидая дальнейших действий со стороны младшей Картнел. И дождалась… Только вот её план был заведомо провальный, и поэтому, когда Ли впутала во всю эту историю Эна, а на горизонте замаячила Узи, Мираж и Эл поспешили на помощь. Правда произошедшее позже даже их выбило немного из колеи событий.

— Узи, я не хотела… — начинает Лили, поспешив наверстать Дорман. Тогда же отмирают и старшие, подходя к ним довольно быстро. Мираж была готова достать уже из своих ножен катану, чтобы в случае чего припугнуть, если вдруг начнётся драка.

— Да? — Узи остановилась и вновь взглянула на свою «сестру». — Тогда объясни-ка мне, «дорогая сестрёнка», что это только что было? — Лили было открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла, так как знала, как всё выглядит. — Что? Нечего сказать?

— Я хотела заставить кое-кого ревновать… — Ли отвела взгляд туда, где пару мгновений назад сидела большая компашка с Дэрилом во главе. — Хотела уяснить хотя бы его чувства для себя… Всё же мама была права, он с самого детства был таким, а я не верила…

— Так тебе уже говорили о подобных делах твоего теперь уж точно бывшего? Так какого чёрта ты забыла с этим подонком?! — взорвалась подошедшая Мира, явно недовольная тем фактом, что младшая повелась на этого парня. — Разве кого-то получше не нашлось?!

Лили вздрогнула, посмотрев себе за спину, где уже стояли Мираж с убийственным взглядом и Эл, что придерживал её от того, чтобы не устроить шоу с Дэрилом в главной роли.

Узи лишь закатила глаза и, вновь дёрнув демонтажника за воротник, продолжила свой путь.

— Узи? — тихо подал голос Эн, не понимая, почему она продолжает молчать. Это конкретно напрягало его. Стоит ли извиниться за слова ранее и за то, что произошло сейчас? Или она не таит на него обиды за это? Всё же было трудно это определить, когда тебя тянут за плащ и почти ничего не видишь, кроме тёмно-серой шапки девушки.

Только вот Узи до самого конца игнорировала демонтажника, пока они не дошли до бледно-жёлтого дома, в котором они и находились пару часов назад…

***

Дорис только вернулась с работы и начала готовить на внезапно расширившуюся семью. Но спокойствие её длилось недолго… Входная дверь ещё не была пройдена, но уже можно было слышать разражённый голос Узи. Было слышно, что отчитывала она Эна, периодически переходя к Лили. Бедная Дорис даже подскочила, когда за дверью в очередной раз зазвучали ругательства, а после них — глухой удар. Тут уже старшая забеспокоилась конкретно…

— Ничего не хочу слышать! Ты сегодня ко мне и на десять метров не подойдёшь! А хотя знаешь что? Я придумала ещё лучше! Сиди здесь! — выкрикнула она и двери захлопнулись в первый раз. Следом за разраженной Узи вошли Эл и Мира… Они постоянно бросали друг другу взгляды, перешёптываясь.

— Зачем ты это вообще сделала?! Ты же всё прекрасно знала! — приглушённые крики демонтажника доносились из-за двери, после чего Лили вошла внутрь, тоже хлопнув дверью. Семейка любителей хлопать дверью ХD<footnote/>

— Что-то случилось? — спрашивает у всех вошедших сразу Дорис, явно не ожидая такого возвращения младших.

— Да ничего такого! — раздражённо прикрикнула на неё Узи, — Спросите это у своей дорогой р-родной дочери!

Дорман поспешила скрыться в комнате, но Дорис не дала этого сделать.

— А ну-ка все собрались в гостиной! — не выдержала Дорис, указывая на мятные диваны. Ужин уже не особо волновал. Пора мирить всех, вторая ссора за день — не дело. Но никто и даже пальцем не пошевелил, поэтому мать взяла один из своих любимых тапков и устрашающе шлёпнула им по второй ладони. Все, кроме Узи и, соответственно, Эна, который был оставлен на крыльце, послушно сели на диваны. Хоть это и было давно, но тяжесть материнского тапка испытали на себе почти каждый из присутствующих. — Я. Сказала. Сесть! — голос разъярённой матери звучал словно из преисподней. Она замахивается и отвешивает своей приёмной дочери подзатыльник тем самым тапком. Узи вскрикивает и всё же повинуется приказу приемной матери, садясь на кресло, поглаживая место удара. Оно и правда чуть горело, что наводило бунтарку на рассуждения, с какой силы Дорис размахивает тапками. В итоге Узи просто пришла к выводу, что лучше её не злить, ведь кто знает, что в следующий раз попадётся под руку этой страшной женщине… — Так кто-нибудь мне объяснит, что случилось?!

— Да так, девчонки не поделили парня. — хохотнула Мираж, за что её ткнула в бок Лили, явно недовольная тем, как та исковеркала произошедшее. — Вай-вай-вай! Если не нравится мой рассказ, то сама этим занимайся!

— На самом деле… Мам, ты была права на счёт Дэрила… — Лили сцепила свои руки в замок и смотрела на него, так как было немного стыдно потому, что она не верила ей.

— Стоп! Так вы не поделили этого бабника?! — воскликнула родительница, явно готовая выдрать тому пару прядей волос. Этот баскетболист сразу ей не понравился!

— Фу! Нет! — воскликнула Дорман, после чего вновь отвернулась, явно не хотя продолжать разговор.

— Я верила, что он меня ждёт, а тут я застала его с новой подружкой… Я захотела заставить его ревновать, а тут я ещё и Эна вытащила прогуляться по главной площади… Короче говоря, я поцеловала её жениха. — по голосу Лили было сразу ясно, что она сожалеет о своем поступке.

— Жени… — Узи тихо повторила, чтобы воспротивиться такому статусу демонтажника за дверями, но договорить ей не дало накатившее смущение. Она даже не задумывалась, когда притянула его, чтобы поцеловать. Теперь, когда она сидит здесь и её названная сестра так зовёт Эна, она не может и слова против сказать! Как же это было смущающе, но все же она смогла найти в себе силы, чтобы опровергнуть предположение Лили, — Он не мой жених!

— Да-да… А покраснела ты из-за того, что в комнате жарко? — подстрекает её Лили, Узи вновь начинает все яро отрицать. Тем временем Мира подвинулась ближе к Элу и немного облокотилась на него, положив голову на его плечо.

— Эх, молодость… — сказали они одновременно, вспоминая, как и сами проходили подобный этап. Дорис немного опешила, ведь подобную фразу она когда-то говорила вместе с мужем на этих двоих… Позже на её лице возникла коварная улыбочка, не предвещавшая ничего хорошего…

— А когда уже и вы поженитесь? — Дорис было и вправду это интересно, ведь по мини-радиостанции, что она подарила племяшке своего мужа уже лет восемь газа, они не связывались более чем три года уже.

— Эл, дай-ка мне свою руку… — гибрид немного отстранилась от демонтажника лишь для того, чтобы поудобнее взяться за руки. Девушка подняла получившийся замок и свою левую руку. В лёгком свете лампы золотистые кольца заиграли по новому. — Боюсь тебя расстроить, но мы уже женаты.

— Что?.. И почему я об этом узнаю только сейчас?! — воскликнула Дорис, подскакивая к племяннице и её мужу. — Как давно?!

— Третья годовщина вот недавно была… — Мираж ещё раз улыбнулась, вернувшись под бок демонтажника.

— Ну тогда у меня другой вопрос к вам… — у Дорис вновь что-то щелкнуло в голове и она была готова поделиться этим с ними. — А когда вы уже пойдете за детьми? Могу ли я ждать в ближайшее время внуков?

— Тетя! — воскликнула возмущенная Мира. Уж чего-чего, а вопроса про детей она явно не ожидала.

— Ну я был бы не против иметь маленькую копию принцессы… — промурлыкал демонтажник, за что в то же мгновение огреб.

— Только. Попробуй. — процедила гибрид сквозь зубы.

— А вот и попробую. — он подмигнул Дорис и чуть приподнял Миру над диваном, собираясь уже вставать.

— Ах ты так! — воскликнула девушка, тут же вырвавшись из хватки Эла. Теперь уже демонтажника, потянув за само основание хвоста, потащила его к двери. И вот теперь в доме остались только девушки. Оба демонтажника были отправлены спать на коврика другой стороны двери. Мира похлопал в ладоши, словно смахивала с них пыль, — Что же, да прибудет девичник!

— Отличная идея! Кстати, Ли, ты ведь так и не рассказала, как проживала эти три года, да и как вы пересеклись с Мирой?

Вздохнув, младшая Картнел начала рассказ, пока Дорман отошла к домашнему телефону и набрала номер… послышались гудки и через пару секунд ответил весёлый женский голос.

— Анфиса Даббл у телефона, чем могу помочь?

— Да. Гамма все еще у вас?

— Нет, она улетела почти две недели назад… А вы кто, и зачем вам эта информация.

— Это я, Лили! — Узи немного повысила голос, чтобы стать звучать похоже на свою прошлую форму.

— Оу… прости, я должна была сразу понять. Сэнди пока здесь, но её скоро вызовут в главный штаб ОСД… так что если ты к ней то тебе стоит поторопиться.

— Да, хорошо. Спасибо. — И Узи положила трубку возвращаясь на диван, где уже расположились Лили и Мира, смотря какое-то аниме.

***

Восход… Девушка с лазурными волосами и глазами цвета малины созерцала небо, что начало окрашиваться в предрассветный орпнжевый это был своего рода каждодневный ритуал с того самого дня, как её парень вновь покинул её. Она смотрела на рассвет, думая о своем Битти, думая над своими возможностями… Она уже прошла много мест, но нигде не занимаются воссозданием ядер. И это её печалило…

— Гамма, нам пора двигаться дальше… — к ней подошла однорукая демонтажница по имени Мирта. Время шло, а им ещё долго добираться до северного штаба ОСД. Гамма кивнула и начала спуск вместе с Миртой, погрузившись в свои воспоминания о её команде…

_____________

Фух... Глава должна была быть чуть меньше и больше затрагивать историю Гаммы, но по итогу было решено перенести её арку на следующую главу.

Что я могу сказать ещё... Поздравляю всех с выходом 6 серии)

На этом у меня все, всем удачного времени суток😁

Арт к главе от соавтора😘