11 часть_приручение тигра_
Утро ноябрьского дня могло бы быть прекрасным, особенно когда знаешь, что спас человека, которым очень дорожат твои друзья. Но есть одно «но» - в гостиной внизу спит «тигр», способный в любой момент перегрызть глотку. Мичи еще никогда не был так счастлив тому, что проснулся утром. Возможно, только после первого перемещения в прошлое.
Спустившись вниз на цыпочках, чтобы, не дай бог, не навлечь на себя беду, он увидел большой кокон, завернутый в одеяло. Миссия первого этапа была выполнена - пробраться тихо, чтобы он не проснулся. Вздохнув, блондин направился на кухню, чтобы позавтракать. Поскольку сегодня был вторник, нужно было бежать в школу - вчерашний день, полный драм, точно не располагал к урокам. Снова вздохнув, он собрал портфель и быстро приготовил блины, добавляя ингредиенты на глаз.
Настал второй, самый трудный этап: разбудить Кадзутору. Он понимал - оставлять такого человека в доме было худшей из возможных идей. Поэтому Такемичи, который пока не собирался жить на улице, собрал волю в кулак и коснулся его плеча.
Все произошло слишком быстро. Стоило Кадзуторе почувствовать прикосновение, как он мгновенно очнулся.
- М-м, - сонно пробормотал он. Но как только он открыл глаза и увидел рядом чужое лицо, тело сработало рефлекторно. Он едва не отправил Мичи в нокаут. Такемичи успел уклониться, но сильный удар все же задел щеку, оставив жгучий след, который, возможно, скоро превратится в большой фиолетовый синяк.
- Ой, прости, Таке-тян, - прошептал Тора, шокированный собственным поступком, и начал подходить к блондину. - Я думал, это кто-то другой.
- Все хорошо, - Такемичи выставил перед собой ладонь, а другой рукой схватился за щеку. Было заметно, что он отходит назад, стараясь сохранить дистанцию. - Я сейчас просто приложу лед.
- Кстати, - вспомнив, зачем он его будил, Мичи продолжил, - завтрак на столе. Поешь и собирайся: мне пора в школу.
Кадзутора мгновенно переключился и улыбнулся, хотя было видно, что он всё еще чувствует вину за содеянное.
- Конечно, - сказал он, - нужно поспешить, иначе мы опоздаем на первый урок.
- Мы? А... точно, - пробормотал Такемичи, вспомнив, что Казу учится в третьем классе его школы.
Перевернув пакет со льдом на более холодную сторону, Такемичи направился в комнату, чтобы переодеться. Выходя, он увидел, что Тора уже ждет его у входной двери.
- Спасибо за завтрак, Таке-тян, - он улыбнулся еще шире, и в его глазах снова появился хитрый блеск. - То бенто, что лежало на столе, было ведь для меня? - Он слегка наклонился, чтобы заглянуть в эти голубые глаза.
- Что ж, да... можешь забрать его, - пробормотал Такемичи, смирившись с тем, что сегодня он снова останется без еды. Ну ничего, Аккун и Такуя будут достаточно любезны, чтобы поделиться с ним своей порцией. Ханагаки на это очень надеялся
...
- Ну, всё, удачи в школе! - Тора поднял руку и немного неуклюже помахал Мичи.
- А? Ты не идешь? - удивленно остановился Такемичи. Он не то чтобы горел желанием идти с Кадзуторой на уроки, но ожидал, что тот должен появиться, раз уж так спешил утром.
- Э, нет, - старший хмуро опустил взгляд, а затем демонстративно указал на свою одежду. - У меня же нет школьной формы. - Он кивнул на свою белую куртку, на которой до сих пор виднелся знакомый символ - ангел без головы, эмблема падшей «Вальгаллы».
- Ясно. Тогда бывай, Кадзутора.
Мичи уже собрался уходить, но вдруг почувствовал на себе ледяной взгляд. На мгновение ему показалось, что сердце остановилось.
- Нии-сан, - холодно произнес «тигр», глядя на него так, словно в любой момент мог разорвать в клочья.
От этого взгляда по коже пробежал мороз, и дело было явно не в прохладном осеннем воздухе. Такемичи искренне не понимал логики. Почему? Они ведь даже не родственники. Вот черт его дернул вчера рассказывать о своей семье.
- Х-хорошо... - хоть это и звучало странно, даже неестественно, Такемичи собрал остатки решимости и выговорил этот бред: - Нии-сан...
Тора мгновенно просиял. Ледяное выражение исчезло с его лица, сменившись широкой, почти детской, но всё еще немного безумной улыбкой. Это могло бы показаться милым, если бы для Такемичи вся ситуация не напоминала хоррор, в котором Тора явно был маньяком.
- Оки! Я заберу тебя после школы, бай-бай!
С этими словами он развернулся и скрылся за высокой школьной оградой.
Такемичи стоял, не в силах сдвинуться с места. Щека всё еще пульсировала от удара, но внутренняя неразбериха пугала сильнее.
«Что? Зачем ему меня забирать? И к чему это требование называть его "Нии-сан"? Он играет со мной? Или он просто ёбнулся?»
- Впрочем, ответа я всё равно не получу, - пробормотал он себе под нос.
В этот момент раздался резкий, громкий школьный звонок, прерывая его раздумья. Такемичи понял, что его ждет насущная проблема: он опаздывает на первый урок, которым, кажется, была история. С этими мыслями он сначала зашагал, а затем стремительно побежал к входу.
***
Утро Кисаки было далеко не таким хорошим, как у Такемичи. Вчера он видел, как Такемичи понес Кадзутору домой, но почему-то не придал этому значения. Однако ночью его начали пожирать вина и страх, что с блондином могло что-то случиться. Когда нервы были уже на пределе, Кисаки решил позвонить Такемичи, чтобы проверить, всё ли в порядке. После пятой попытки он был готов сорваться и немедленно бежать к нему.
Но внезапно трубку подняли. Не передать словами, насколько Кисаки был счастлив.
- Алло, Такемичи?! Ты как, всё в порядк-... - начал на нервах кричать Кисаки.
- Кисаки, это ты?.. В любом случае, Таке-тян спит, не ори так, - вместо «кролика» ответил «тигр». Сердце Тетты едва не остановилось, а голос тем временем продолжил: - Ты что-то хотел?
- Как он? Почему ты у него? - последний вопрос прозвучал так, будто если ответ окажется «неправильным», Кадзутору больше никто не найдет.
- А где еще мне быть, если не рядом младшим братиком?
- ...
Ладно, Кисаки проигнорировал то, как Ханемия впервые назвал Ханагаки ласковым «Таке-тян», хотя это уже было странно. Но «МЛАДШИЙ БРАТ»?! Какого черта? Они познакомились всего несколько часов назад, и их встреча выглядела как угодно, только не как воссоединение семьи! От такого заявления Кисаки просто застыл, пытаясь переварить информацию, которая никак не укладывалась в его гениальной голове.
Так как из трубки больше не доносилось ни звука, Кадзутора сбросил вызов. Что ж, теперь вторую половину ночи гению было над чем подумать и поразмыслить, где именно он просчитался.
***
Только Такемичи успел скинуть с плеча помятый портфель и сесть за парту, как учительница у доски пристально на него посмотрела.
- Господи, Ханагаки, что с твоей щекой? - спросила женщина, едва Такемичи выложил учебники.
- А-а... да так... Ударился, - пробормотал он, пытаясь спрятать лицо в воротнике, хотя понимал, что это бессмысленно. До этого он ловил на себе взгляды по всей школе, но списывал всё на обычную паранойю. Теперь же стало ясно, что это ему не казалось.
- Так, иди в медпункт. Я не могу на это смотреть, - отрезала она.
- Хорошо, - сказал Такемичи, поднимаясь. Он никогда не был против прогулять урок, особенно если учитель сам отпускал. В любом случае, это лучше, чем сидеть здесь и слушать её монотонный голос.
Дойдя до медпункта, он замялся у двери. Зачем заходить, если можно спрятаться в библиотеке и почитать манхву? Да, щека всё еще болела, но там ведь ничего серьезного... наверное. Ладно, он просто попросит пластырь и пойдет погуляет.
Зайдя внутрь, он увидел сорокалетнюю женщину, которая работала здесь всё то время, что Такемичи учился в школе. Никогда не думал, что будет ностальгировать по школьной медсестре, но его раздумья прервал её голос:
- Ох, батюшки! - женщина схватилась за сердце. - Что с тобой случилось, дитя?
- А? - переспросил Такемичи.
В этот момент он случайно повернул голову и увидел свое отражение в зеркале на стене. Он мгновенно понял, почему все на него так пялились и почему женщина была в таком шоке. Его правая щека, на которой Кадзутора оставил свое «приветствие», была не просто задета - она пугающе опухла. Яркая краснота припухлости контрастировала с его бледной, почти прозрачной кожей, создавая слишком драматичный и тревожный вид.
- Садись, - сказала женщина, похлопав по матрасу старой школьной кушетки. Сама медсестра, не теряя времени, отошла, чтобы подготовить холодный компресс и что-то обезболивающее.
В ту самую секунду, когда Такемичи садился, дверь со скрипом снова отворилась.
- Простите, - раздался знакомый голос, - у вас есть таблетка от головы?
- Кисаки? - Это был, пожалуй, последний человек, которого Такемичи ожидал увидеть в школьном медпункте.
- Мичи! - Будто забыв о головной боли, парень влетел в комнату и едва не бросился с объятиями. - Как ты? Всё в порядке?
Он неожиданно взял его за подбородок, чтобы развернуть лицо к свету и лучше рассмотреть травму. Его взгляд стал таким же, как и его глаза - стальным.
- Это он сделал?
Сердце Такемичи ушло в пятки. Он никогда не слышал, чтобы Кисаки говорил таким холодным, угрожающим тоном. Но еще сильнее его удивило то, что Кисаки вообще знал о его «ночном госте».
Эту драму прервала вернувшаяся медсестра:
- Так, что здесь происходит? Мальчик, тебе что-то нужно?
- Уже ничего, голова перестала болеть, - бросил он, хотя его бледный, паршивый вид твердил об обратном.
- Точно прошла? Если хочешь, можешь здесь немного полежать, - предложила она.
Тот лишь вздохнул и посмотрел на Такемичи:
- Возможно, немного. Пока ему накладывают компресс.
Как приятно слышать звонок с последнего урока. Эта легкая мелодия всегда была хеппи-эндом для замученных и уставших учеников, которые не теряли надежды выжить и снова увидеть родителей, друзей или любимых. Вот и сейчас «Пятерка Мизо» и Кисаки вышли из этого ада.
Родители Тетты были категорически против того, чтобы их сын учился в какой-то, по их словам, задрипанной школе вместо престижной, лучшей в Японии. Но когда они увидели, как их тихий, нелюдимый ребенок, который никогда не вписывался в социум, резко изменился из-за одного-единственного человека - они дали ему шанс.
Сначала новое место вызывало у него откровенное раздражение. Если в элитной школе его игнорировали, завидовали или втайне восхищались, то здесь каждый встречный подходил, здоровался, сыпал дурацкими вопросами. Даже на работе, когда он туда устроился, не было такого ажиотажа. Но лишь недавно он понял: это место делает его «живее».
Да и сейчас он бы никогда не подумал, что в компании «Пятерки Мизо» ему может быть комфортно. Да что там - он сам шутил и смеялся. Эта мысль пугала не меньше, чем нравилась.
- Господи, как ты мог забыть телефон? Мне звонила твоя мама, она уже решила, что ты умер! - жаловался Ямамото, пока Такемичи мгновенно краснел, опустив взгляд и неловко чеша затылок.
- Ну всё, посмеялись и хватит. Думаю, он это надолго запомнит, - улыбнулся Аккун, взъерошив волосы Ханагаки. - До завтра, - добавил он, бросив взгляд на Тетту.
- Ага, - ответил Тетта, стараясь выглядеть непринужденно. Если бы не гордость, он бы сейчас широко улыбнулся.
Но прежде чем компания окончательно разошлась, Ямамото вдруг замедлил шаг и прищурился. Перед ними, за воротами у дерева, стояла фигура, пристально наблюдавшая за ними.
- Такемичи, это разве не тот тип... - сказал Такуя, щелкая пальцами, словно перебирая имена. Но, к сожалению, в памяти ничего не всплыло.
- Кадзутора? - воскликнул Ямагиши, точь-в-точь как ребенок, который разбирается в теме и хочет это всем продемонстрировать.
«Бляха, он правда здесь». Такемичи побледнел, но чтобы Тора, упаси боже, не причинил вреда друзьям, он быстро взял себя в руки:
- Он должен был меня сегодня забрать, так что всё в порядке. - Сказав это, он помахал рукой и развернулся. - До завтра!
- Я пойду с тобой, - отрезал Тетта, ускоряя шаг, чтобы оказаться впереди Такемичи. - У меня к нему дело.
И, судя по всему, дело было далеко не из приятных. Это читалось без слов: вена на виске пульсировала, челюсти были сжаты, а всё лицо дышало гневом. В этот момент Такемичи не знал, кого он боится больше - Кадзутору или Кисаки.
________________________________________
Я снова жива🎉. Прошел целый год с момента написания первого фанфика и первой главы. И мне так понравилось, что я писала другие главы, фанфики и вообще, у меня столько идей, которые я еще не написала. Если бы не этот фанфик, не этот день, наверное, я бы никогда не начала писать. Поэтому я возвращаюсь с целью закончить этот фанфик и наконец закрыть этот гештальт (хотя я знаю, что после этого напишу много экст). Поэтому люблю и обнимаю до очень скорых встреч💋.
P.S: С днем рождения меня<3
