сквозь ненависть к тебе

Утро буднего дня всегда было временем, когда тысячи, если не миллионы людей, проклинали его, пытаясь поставить этот момент на паузу и спокойно заснуть в своей мягкой и тёплой постели. Жаль, что жизнь нельзя поставить на паузу, поэтому приходится вставать с кровати, идти на нелюбимую работу или в школу и решать проблемы, которые легли на твои и так измученные плечи.
Вот и сейчас Кисаки не хочет просыпаться и вставать. И хотя раньше это не было какой-то проблемой — он понимал, что каждый новый день приближает тебя к будущему, а значит, его надо сделать как можно лучше. Но сейчас... казалось бы, он бы и под дулом пистолета не вылез из-под одеяла. Сейчас он ужасно нервничал, зная, что произойдёт в будущем. На его плечах страшная ответственность — избежать смертей, которые когда-то он сам и вызвал. Да, в прошлом ему пришлось их спасти, и все имели своё счастливое будущее. Ну, почти все. Но сейчас всё по-другому — Такемичи также путешественник во времени, поэтому нужно оградить его от опасности.

Открыв глаза, первое, что Кисаки увидел, — это довольно знакомый белый потолок. В последний раз он наведывался домой три или четыре года назад, перед тем как он сгорел. Поэтому он мог видеть этот потолок лишь в "будничных" снах, когда видел своё детство.

Жить в старой квартире было сложнее, чем казалось. То, что ты так любил и берег, нет в прошлом, а то, от чего ты избавился и успел забыть, теперь давит на мозги с новой силой. Когда Кисаки жил с Такемичи, у него сильно изменились привычки. Да что тут говорить, если его аккуратная, простая с белыми стенами комната раздражала его ещё больше. Вздохнув, прося у Бога новых нервов, Кисаки начал разбирать свои вещи. Одежда, учебники и посуда летели в разные стороны, создавая, по словам сегодняшних родителей, свалку, в которой невозможно находиться. Едва собравшись, Кисаки бросил взгляд и с мыслью "приду — приберу" направился в школу.

И вот уже сидя в месте, которое назвали адом, блондин думает о плане. Его утро сегодня не удалось, но это не должно испортить уже целый день. Скрежет мела по доске и бормотание учителя были как фоновая музыка, которая всегда играла в доме Кисаки и Такемичи.

Мичи... Только одно его упоминание заставляло сердце выскакивать из груди, а воздух застревал в горле. Кисаки закрывал глаза, будто это могло помочь скрыть ту бурю чувств, которая поднималась внутри. Блондин любил до безумия, до боли в груди, до головокружения. Любил его больше, чем жизнь.

Но каждый раз, когда память возвращала его к тому несчастному случаю, пальцы начинали дрожать, как будто он снова держал в руках холодное, хрупкое тело своего возлюбленного. Блондин не смог сохранить своего солнышка, его свет исчез из-за него. Так какое он имел право все ещё так тепло думать о нём? Какое право он имел вспоминать его голос, его улыбку, его глаза, полные надежды? Эта любовь обжигала его изнутри, не давая забыть, не отпуская.

Вздохнув, Кисаки начал обдумывать план. Вспомнив недавнюю ситуацию, а именно присоединение Баджи к Вальхале, он начал перебирать варианты...

~~~

— Майки, я ухожу из Тосвы, — голос прозвучал спокойно, но за этой тишиной скрывалась решимость, которую было невозможно игнорировать.

Баджи стоял перед всеми, не пряча лица, не избегая взглядов. Его длинные чёрные волосы спадали на плечи, а в тёмных глазах не было и намёка на шутливость, которая обычно сопровождала его слова. Он улыбнулся, обнажая острые клыки, но эта улыбка была чужой — безжалостной к ним и даже к самому себе.

Наступила тишина. Воздух, казалось, застыл от непонимания и напряжения.

— Что ты несёшь, Баджи? — тихо, мрачно откликнулся Майки, и его голос, хотя и казался спокойным, был лишён привычной лёгкости.

Кисаки, стоявший в стороне, внимательно следил за ним, оценивая, взвешивая каждое его движение. Но Баджи, по мнению гения, не дал бы ему ни единого шанса понять больше, чем нужно, если бы тот не был из будущего и не знал бы ситуации. Его шаги были лёгкими, уверенными — будто он давно принял это решение.

За его спиной оставались друзья. Оставался Майки, чей голос звучал резко, но без настоящей злости, скорее это был отчаяние. Оставался Чифую, чей расширенный взгляд кричал о чём-то большем, чем просто удивление.

Баджи не остановился. Его фигура медленно исчезала вдали, растворяясь в холодном воздухе, оставляя после себя угнетающую тишину.

~~~

Итак, первый вариант: убедить Ханму в неэффективности плана, попутно изменив его, выставить Баджи "шпионом" Токийской свастики, чтобы он вернулся в Тосву, тем самым избежать битвы и провести "психологическую сессию" между Майки и Кадзуторой. Да, это очень наивный и глупый вариант, начиная с пункта о Ханме, но Кисаки решил оставить его и попробовать реализовать.

Второй вариант был более реалистичным: ничего не говорить Ханме (он просто его не послушает), в битве не дать Кадзуторе ранить Баджи и в конце помирить Майки и Ханемию. Он решил использовать этот вариант, если первый не сработает.

Ну а третий, на самый крайний случай — пустить всё на самотёк.

Кисаки бы так и сидел в своих мыслях, если бы не звонок, сообщающий о конце уроков. Сложив всё в портфель, блондин вышел из помещения. Собравшись с духом и посмотрев на небо, он вышел за ворота.

Шагая назад из школы, Кисаки пошёл по тёмным переулкам, зная, кто его там ждёт.

—Какая встреча, Кисаки, — Ханма сзади обнял его одной рукой, как змея, подкрадывающаяся к жертве. Дым от сигареты окутывал, дурманя разум. — Ты пришёл ко мне, потому что соскучился?~

—Вовсе нет, болван! — попытался вырваться из объятий блондин. — Я пришёл, чтобы обсудить план.

И вот наступил момент, когда Кисаки впервые за долгое время так нервничал и боялся. Его прежняя уверенность, как дым, развеялась на ветру. Да, в будущем он был членом мафии и не простым, а одним из её верхушек. Его хладнокровие, которое, казалось, текло по его венам, вдруг исчезло, когда дело касалось брюнета. Да, сейчас он снова блондин, снова наивный дурачок, который пытается спасти друзей, но для Кисаки это был сильный духом человек, который всегда шел к своей цели. Вдохнув полные лёгкие, он продолжил:

—Я думаю, что это бессмысленно. Кадзутора ни за что не поверит в эту чепуху.

Как бы парень не пытался выглядеть спокойно и серьёзно, что у него неплохо получалось, Ханму было не провести.

—Не нервничай, Кисаки, всё будет хорошо. Ты же у нас гений, ха-ха, — засмеялся Ханма, выдыхая дым изо рта. Другой рукой он погладил блондина по голове, смеясь.

Ага, значит план №2, — подумал парень, разочаровываясь, хотя знал, что так и будет.

—Хорошо, — вздохнул Тетта. — Надеюсь, битва пройдет успешно.
Он потер глаза, пытаясь сосредоточиться на ситуации.

—Да конечно, пройдёт, Кадзутора тупой как пробка, он не поймёт, кто враг, а кто друг.

Ханма решил провести Кисаки домой, попутно рассказывая про каких-то бездомных котов и какое-то неизвестное блондину ТВ-шоу с девочками-волшебницами. Вы спросите, как это связано с бандами и планом? Совсем никак. Ханма просто рассказывал о том, что ему было интересно, иногда наблюдая за Кисаки. Хотя раньше Тетта был готов сделать всё, чтобы заткнуть Шуджи, сейчас же он с скрытым интересом, сдерживая свои впечатления от рассказа, в котором накопилось много вопросов, внимательно слушал.

Проводив Кисаки домой, Ханма помахал ему на прощание, начиная курить уже третью сигарету. Как только дверь дома Тетты захлопнулась, "бог смерти" резко изменился в лице.

—Что же ты задумал, Кисаки... — отходя от дома и вдыхая полные лёгкие никотина. — Хотя, пока это весело и интересно, я готов в это играть))

Последние дни Кисаки чувствовал себя подавленно. Мысли были как комната — свалка, на которой было невозможно что-то найти. И как Кисаки не перебирав, не ища, когда он находил эту вещь, она явно не стоила того времени и нервов.
И вот, Тетта сидел на ступеньках, наклонившись вперёд, его локти упирались в колени, а пальцы бездумно сжимали собственные ладони. Кто бы мог подумать, что быть путешественником во времени не так легко, как кажется. Привыкание к старому образу жизни, расчёт времени и места действия, школа, и до полного счастья у тебя ещё и пубертат. Мир вокруг казался размытым, а усталость гнётом давила тяжёлым грузом, а мысли застряли в бесконечном круге. Последние несколько дней были просто ужасными — сон превратился в редкую роскошь, здоровье давало сбои, а личная жизнь… ну, будто её вообще не существовало. Справиться с этим и не иметь проблем — ещё та задачка. Теперь блондин ещё больше сочувствовал брюнету. Так хочется его обнять и поцеловать, хотя… теперь Ханагаки приходит в сны Тетты чаще, чем он мог предположить.

— Эй, с тобой всё в порядке?

Подняв глаза, парень увидел мальчишку со светлыми, волнистыми волосами золотистого оттенка, которые были слегка растрёпаны, что делало его похожим на солнце, но его большие, выразительные и небесно-голубые глаза придавали ему мягкости и доброжелательный вид.

— Мичи… — шёпотом, словно увидел чудо, произнёс Тетта.

— Кисаки, это ты? — будто проигнорировав милое прозвище, спросил Такемичи. — У тебя всё хорошо? Тебе помочь?

— Н-нет, всё в порядке, я просто...

Грмммм.

Вот знаете, что меня всегда раздражало в романтических фильмах? Когда герои мило разговаривают, и в один момент у кого-то урчит живот. Это должно считаться милым, но выглядит жутко неловко. Точно так же думает Кисаки, который сейчас готов провалиться сквозь землю.

— Хах, похоже, ты голодный, — улыбнулся Такемичи, протягивая руку. — Может, пойдём поедим?

Сначала Тетта хотел отмахнуться, но вместо этого молча вздохнул. Наверное, сейчас у него и правда не было ни сил, ни желания спорить. Поправляя очки, парень даже не заметил, как его взяли за руку и повели за ворота школы. От этого жеста Кисаки застыл, когда их ладони соприкоснулись.

— Не волнуйся, я заплачу, — улыбаясь, парень взглянул на парня в очках, который был краснее помидора. То ли из-за ситуации с урчанием живота, то ли из-за того, что Такемичи впервые за долгое время держал его за руку — Ханагаки об этом не узнает.

Небольшая раменная, затерянная среди узких улочек Токио, излучала уют и простоту. Её деревянные вывески с немного потёртой каллиграфией слегка покачивались под вечерним ветерком, а через узкие окна пробивался тёплый свет. Над входом висели норэн — короткие полотняные занавеси с надписями, которые мягко колыхались каждый раз, когда кто-то заходил внутрь.

Внутри пространство было тесным, но удивительно уютным. Вдоль длинной стойки из тёмного дерева выстроились высокие табуреты, а за ней суетился пожилой владелец — сосредоточенный, но доброжелательный мужчина с закатанными рукавами и быстрыми движениями. Его руки почти без остановки работали: погружали лапшу в кипящую воду, разливали густой бульон по глубоким мискам, аккуратно выкладывали начинку.

Стены были покрыты деревянными панелями, а над столиками висели пожелтевшие фотографии заведения разных лет — здесь уже не одно десятилетие кормили гостей горячим, сытным раменом.

Зайдя туда и заказав рамен, герои сели ждать.

— Я... не знал, что ты учишься в школе Мизо, — начал разговор Такемичи.

Вообще, эти дни у Ханагаки ушли на то, чтобы разобраться со всей ситуацией. Вспомнив все слова друзей, исследования Наото и взгляд Кисаки, Мичи пришёл к такому выводу — в будущем Тосва поссорится с гением, из-за чего начнутся все эти беды. Поэтому Такемичи решил подружиться с Теттой.

— Я недавно туда перевёлся, — беря палочки, ответил Кисаки. — Приятного аппетита.

— Спасибо, — улыбнулся синеглазый, начиная шумно есть рамен.

Такемичи ел быстро, изредка поднимая взгляд на Кисаки. Тот лишь медленно перемешивал лапшу, наблюдая за своим спутником. Ощущение было странным — столько дней без единого слова, без единого контакта, а сейчас Такемичи сидел перед ним, такой родной, такой… живой.

Закончив есть, Такемичи поднял взгляд на Кисаки.

— Если так и дальше пойдёт, то рано или поздно ты просто свалишься с ног, — буркнул Такемичи, отставляя пустую миску.

— Знаю.

— И ещё, если тебе понадобится помощь — обращайся, я помогу.

— Спасибо, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от миски.

Такемичи ничего не ответил, только улыбнулся и заказал ещё одну порцию.

Воздух был свежим, слегка прохладным, а лёгкий туман, окутывавший улицы, рассеивал свет фонарей, придавая городу почти призрачный вид. Где-то вдалеке глухо шумел транспорт, но здесь, на тихой улочке, было спокойно.

Кисаки шёл медленно, засунув руки в карманы, а Такемичи шагал рядом, слегка размахивая руками во время разговора. Он оживлённо рассказывал что-то — о всяких глупостях, о людях, которых они знали, о каких-то незначительных событиях последних дней. Кисаки молча слушал, пару раз кивнул, но внутри ему было приятно.

— И ты представляешь? Он реально нажал ту кнопку пожарной тревоги, — Такемичи рассмеялся, покачав головой. — Ну, закончилось это, конечно, не очень хорошо...

Кисаки хмыкнул, краем губ улыбнувшись.

— Он идиот, ты же знаешь.

— Ну, да… Но я же тоже не намного умнее, раз был там и смотрел, — пошутил Такемичи.

Кисаки слегка покачал головой, но не стал спорить. Вечерний город жил своей жизнью — мимо проходили одинокие прохожие, в витринах кафе виднелись люди, согревавшиеся за чашкой горячего напитка. Время от времени они видели таксиста, курившего у машины, или официанта, протиравшего столы на летней террасе.

Вдруг разговор зашёл о бандах, а именно о вступлении Баджи в «Вальхаллу».

Когда они дошли до дома Такемичи, тот остановился у входа и потер шею, словно немного нервничая.

— Ну, спасибо, что проводил.

Кисаки кивнул в знак согласия, хотя в глубине души не хотел с ним прощаться. Сомнение — рассказать или нет, предупредить его о будущем или промолчать — переполняло его. Вздохнув, блондин внезапно, прежде чем Такемичи успел что-то сказать, осторожно, почти несмело дотронулся до его запястья.

— Пообещай мне, что ты будешь осторожнее на битве.

Подняв глаза, Тетта увидел сапфирово-синие глаза, которые будто вспыхнули, а щёки парня приобрели лёгкий розовый оттенок.

— Хорошо, обещаю, — пробормотал Такемичи.

Ханагаки улыбнулся и, не отпуская его руку, ещё мгновение постоял рядом. А потом, наконец, разжал пальцы и ушёл внутрь.

Кисаки остался стоять, глядя, как в доме Такемичи загорается свет. И впервые за несколько дней ему не было так одиноко.

_________________________

Я жива💥🤯😎.
Боже, наконец-то я дописала эту главу (2200+ слов, хах). Надеюсь, вам понравилось, но мне бы хотелось услышать ваше мнение. Так что пишите комментарии, и до новых встреч!))

P.s. Автор обещает написать следующую главу как можно скорее.