Кастрюля любви: пророчество, огурцы и бабочки
05:57 утра. Кухня гостиницы. Юрий, который стоит перед кастрюлей, как Моисей у горящего куста. В кастрюле отражается его лицо, а голос в голове звучит как оперный бас.
Кастрюля-Бог – Юрий… ты избранный…
Юрий – Ооо… я знал… но кого мне любить, великий сосуд?
Кастрюля-Бог – Лия. Та, что кидается тапками и пахнет лавандой. Она – твоя судьба.
Юрий (с глазами безумца) – Так точно, о, Боже из посуды.
07:00. Комната Лии. Её сон нарушает… нет, не звонок. А тревожный шёпот под дверью.
Юрий – Лия… Лия, моя кудрявая ласточка… открой, я принёс тебе завтрак любви…
Дверь открывается. Юрий в тапках с зайчиками, на голове венок из кабачков, в руках – ЗАСОХШИЕ гладиолусы и баночка с огурцами.
Юрий – Я нашёл их у мусорки. Цветы… не огурцы. Огурцы я мариновал сам. Рецепт передался мне через сон от маршала Жукова.
Лия (с мёртвым лицом) – Я... это сон?..
Юрий – Это судьба! Кастрюля мне велела!
07:05. Кухня. На столе, где на нём, как в саркофаге, лежит Фаина. Руки скрещены, на груди – веник, на лице – покой.
Фаина – Я всё. Не могу видеть, как эта девка попадёт в лапы кастрюлеголового. Лучше уйти. Позовите батюшку. И милицию.И скорую.
Рядом сидит Григорий, который записывает происходящее в тетрадь с надписью “Мои шедевры”:
Григорий – Записываю: “Она лежала, как селёдка в рассоле жизни, и стонала — не от любви, а от бреда вселенского”… мм, гениально.
Тем временем на втором этаже...
Жанна выходит из комнаты, в стрингах и топике с блёстками, потягивается, как кошка:
Жанна – Ух, ночка была... таблеточка волшебная, как капля единорога!
Ярик выползает за ней в банданах, весь в перьях, в одной руке у него гитара, в другой – венчик для взбивания.
Ярик – Мы – бабочки. Я слышал, как луна мне шептала: “Играй, Ярик, играй, пока носки не заговорят”.
Они влетают в комнату Лии, кружатся в танце, наматываются в занавески.
Жанна – Лия! Лия, ты не понимаешь! Юрий – это всего лишь форма энергии. Мы – вибрация! Почувствуй наш пульс, мы ЛЕТИМ!
Лия – Жанна, ты почти голая, у тебя на голове таз.
Жанна – Это мой шлем бабочки. Психоделика требует защиты.
07:20. Возвращаемся к Юрию. Он разложил перед комнатой Лии “приданое”: старый патефон, черно-белую фотографию неизвестной женщины и журнал “Кулинария за 1968”.
Юрий – Вот моё богатство, Лия. Всё для тебя. Мы поженимся и уедем в Белгород. Там тихо. Там тракторы. Там — счастье.
Даня (сидя в углу, снимая всё на камеру) – Это материал года. Документалка “Безумие под одеялом: жизнь в коммуналке”.
Даня (в сторону Юрию) – Ну, я не хочу вмешиваться, но Лии... 22. Вам — 65. Вы в курсе, что разница лет почти как между динозаврами и айфоном?
Юрий – Любовь не знает возраста! Даже Ленин говорил... хотя неважно, он мне тоже снится.
На фоне всё это время Григорий кричит с балкона:
Григорий – “О, Лия, дева моя прелестная! Да будет свадьба на ковре из маргарина и воспоминаний!”
И тут начинается кульминация.
Фаина резко встаёт, хватает половник, подбегает к Дане, который продолжает снимать:
Фаина – Камеру убери, ТикТокер безбожный! Я тебя сейчас благословлю по макушке!
Погоня начинается. Фаина гоняется за Даней, Жанна танцует в стрингах, Ярик играет рок, Григорий цитирует Чехова, Юрий закидывает лепестками огурцов комнату Лии.
Лия (сидит на кровати, обняв подушку) – Я приехала отдыхать. Я. Приехала. Отдыхать.