Подарок небес

*Прошло четыре месяца*

Солнце мягко скользило по водам Босфора, окрашивая их в золотистый цвет. По реке медленно двигались десятки кораблей — торговые суда из разных уголков мира. Одни везли дорогие ткани и пряности, другие — фрукты, украшения и вино. Были и те, чьи трюмы скрывали живой товар — рабов, привезённых из далёких земель.
Для кого-то Босфор был символом богатства и величия Османской империи.
Для других — безмолвным свидетелем человеческих трагедий. Сколько тайн, крови и тел хранили его холодные воды — не знал никто. Вдалеке, возвышаясь над городом, сиял дворец Топкапы.
На одном из его просторных балконов за утренним столом сидели две женщины.
Одна — величественная и мудрая Валиде Султан.
Другая — юная фаворитка падишаха, которую теперь весь дворец называл не иначе как Алия Султан. За эти четыре месяца изменилось многое.
Когда-то девушки в гареме смотрели на неё с любопытством. Теперь — с осторожностью.
Одни завидовали ей. Другие пытались заслужить её расположение. Третьи — боялись. Ведь Алия стала женщиной, рядом с которой султан проводил почти каждую ночь. А в Османском дворце это значило больше любых слов.
На Алие было нежно-розовое платье, расшитое серебряными нитями. Её волосы украшала тонкая диадема с жемчугом — подарок Махмуда. На шее блестело дорогое колье, которое султан привёз ей после последнего совета дивана. Теперь подарки приходили в её покои почти ежедневно. И это ещё сильнее раздражало гарем.

— Алия, — спокойно начала Валиде Султан, отпивая немного шербета, — ты уже давно во дворце. Почти каждый день проводишь в покоях моего сына.
Алия опустила взгляд. Даже спустя месяцы она всё ещё немного смущалась подобных разговоров.
— Многие слуги уже называют тебя Алия Султан, — продолжила Валиде. — Но ты должна понимать: женщину делают султаншей не любовь и не украшения.
Госпожа внимательно посмотрела на девушку.
— А ребёнок.
Сердце Алии тревожно сжалось. Эти слова болезненно отзывались внутри неё последние недели. Она прекрасно знала: во дворце женщина без детей всегда остаётся уязвимой. Неважно, насколько сильно её любит султан.
— Я понимаю, госпожа, — тихо ответила девушка. — Иншаллах, Аллах услышит мои молитвы.
Валиде внимательно наблюдала за Алией. И ей нравилось, что девушка не возгордилась. Даже сейчас. Хотя за эти месяцы Махмуд буквально осыпал её вниманием.
Он: отказался от других женщин, почти не покидал её покоев, советовался с ней, и впервые за долгие годы выглядел по-настоящему счастливым.
Весь дворец это видел. И именно поэтому напряжение росло с каждым днём.
— Иншаллах, — спокойно произнесла Валиде. — Сегодня после пятничной молитвы я собираюсь посетить свой вакф и раздать милостыню беднякам.
На губах женщины появилась лёгкая улыбка.
— Не хочешь поехать со мной?
Глаза Алии удивлённо расширились.
— Если вы позволите, госпожа...
— Конечно позволю, дитя, — Валиде мягко улыбнулась. — Ты слишком долго сидишь взаперти. Иногда дворец начинает душить даже самых сильных людей.
Алия едва заметно улыбнулась. За эти месяцы Валиде действительно стала относиться к ней теплее. Не как к временной фаворитке. А как к женщине, которая по-настоящему важна для её сына. Но внезапно возле входа послышались шаги.
— Валиде Султан, — служанка склонилась в поклоне. — Прибыла Гёзде Султан.
Улыбка тут же исчезла с лица Алии. Даже Валиде заметно изменилась в лице. Несколько секунд госпожа молчала.
— Пусть войдёт.
Алия тут же хотела подняться со своего места, но Валиде остановила её лёгким движением руки.
— Останься.
Через мгновение на балкон вошла Гёзде Султан.
На ней было дорогое тёмно-синее платье, расшитое золотом. Волосы были уложены в сложную причёску, украшенную драгоценной диадемой. Но лицо женщины выглядело уставшим. Слишком бледным. А глаза... В них больше не было того огня, который Алия увидела в день их первой встречи. Потому что за последние месяцы Гёзде потеряла самое главное. Внимание султана. Махмуд больше не приходил к ней. Не интересовался ею. Не проводил времени с их сыном так часто, как раньше.
Теперь весь его мир крутился вокруг другой женщины. Вокруг Алии.

Гёзде медленно подошла ближе и присела в поклоне.
— Валиде Султан, — спокойно произнесла она. — Надеюсь, я не помешала вашему завтраку.
— Проходи, Гёзде, — ответила Валиде, указывая рукой на подушки рядом с собой.
Султанша села по левую сторону от госпожи. Лишь на мгновение её взгляд скользнул по Алие. Но даже этого короткого взгляда хватило, чтобы внутри девушки всё сжалось. В нём было слишком много холода. И слишком много боли.
— Как Шехзаде Искандер? — спросила Валиде, словно не замечая напряжения между женщинами.
Лицо Гёзде слегка смягчилось.
— Слава Аллаху, госпожа, он растёт здоровым. Уже начинает капризничать и совсем не хочет сидеть с няньками.
На губах Валиде появилась тёплая улыбка.
— Это хорошо. Значит, характером пошёл в отца.
Гёзде едва заметно усмехнулась. Но уже через секунду её взгляд вновь остановился на Алие. На её дорогом платье. Украшениях. Улыбке Валиде, обращённой к ней. Когда-то всё это принадлежало самой Гёзде. И именно это разрушало её изнутри.
— Ты давно не приводила ко мне детей, — продолжила Валиде. — Я соскучилась по Искандеру и маленькой Айсун.
— Я боялась отвлекать вас от дел, госпожа.
— Для моих внуков у меня всегда найдётся время, — мягко ответила Валиде.
На несколько секунд за столом повисла тишина. Алия чувствовала её особенно остро. Она ощущала: Гёзде с трудом сдерживает себя. Но внезапно тишину нарушил голос стражника за дверью:
— Султан Махмуд Хан!
Все женщины тут же поднялись со своих мест.
— Повелитель, — одновременно произнесли они, склоняя головы.
Через мгновение на балкон вошёл Махмуд.
В светлом кафтане, с золотой вышивкой на плечах, он выглядел величественно.
Но стоило его взгляду остановиться на Алие, как Гёзде медленно подошла ближе и присела в поклоне.
— Валиде Султан, — спокойно произнесла она. — Надеюсь, я не помешала вашему завтраку.
— Проходи, Гёзде, — ответила Валиде, указывая рукой на подушки рядом с собой.
Султанша села по левую сторону от госпожи. Лишь на мгновение её взгляд скользнул по Алие. Но даже этого короткого взгляда хватило, чтобы внутри девушки всё сжалось. В нём было слишком много холода. И слишком много боли.
— Как Шехзаде Искандер? — спросила Валиде, словно не замечая напряжения между женщинами.
Лицо Гёзде слегка смягчилось.
— Слава Аллаху, госпожа, он растёт здоровым. Уже начинает капризничать и совсем не хочет сидеть с няньками.
На губах Валиде появилась тёплая улыбка.
— Это хорошо. Значит, характером пошёл в отца.
Гёзде едва заметно усмехнулась. Но уже через секунду её взгляд вновь остановился на Алие. На её дорогом платье. Украшениях. Улыбке Валиде, обращённой к ней. Когда-то всё это принадлежало самой Гёзде. И именно это разрушало её изнутри.
— Ты давно не приводила ко мне детей, — продолжила Валиде. — Я соскучилась по Искандеру и маленькой Айсун.
— Я боялась отвлекать вас от дел, госпожа.
— Для моих внуков у меня всегда найдётся время, — мягко ответила Валиде.
На несколько секунд за столом повисла тишина.
Алия чувствовала её особенно остро.Она ощущала: Гёзде с трудом сдерживает себя.
Но внезапно тишину нарушил голос стражника за дверью:
— Султан Махмуд Хан!
Все женщины тут же поднялись со своих мест.
— Повелитель, — одновременно произнесли они, склоняя головы.
Через мгновение на балкон вошёл Махмуд.
В светлом кафтане, с золотой вышивкой на плечах, он выглядел величественно. Но стоило его взгляду остановиться на Алие, как лицо мужчины сразу смягчилось. И Гёзде это заметила. Как замечала каждый раз.
— Доброе утро, Валиде, — султан подошёл к матери, взял её руку и с уважением поцеловал.
— Да хранит Аллах тебя, сын мой.
Махмуд улыбнулся и только после этого перевёл взгляд на остальных женщин.
— Гёзде.
— Повелитель, — женщина склонила голову.
И только потом его взгляд остановился на Алие. Совсем иначе. Теплее. Будто кроме неё здесь больше никого не было.
— Алия.
На губах девушки появилась невольная улыбка.
— Повелитель.
Гёзде медленно отвела взгляд. Каждое такое мгновение ранило её всё сильнее. Позже все вновь сели за стол. И, как всегда, Махмуд сел рядом с Алией. Не рядом с матерью своего шехзаде. Не рядом с женщиной, которую когда-то называл любимицей. А рядом с ней. И для Гёзде это было унижением хуже любых слов.
— Как ваше здоровье, Валиде? — спросил Махмуд.
— Слава Аллаху, всё хорошо. А как ваши дела?
— Сегодня диван был особенно тяжёлым, — мужчина устало усмехнулся. — Иногда мне кажется, что визири способны спорить бесконечно.
Валиде тихо улыбнулась. Но Алия заметила:
даже во время разговора с матерью султан продолжал держать её ладонь в своей. Незаметно для остальных поглаживая её пальцы. И это не укрылось от Гёзде. Султанша сидела неподвижно, сжимая край своего платья под столом. Когда-то точно так же Махмуд касался её руки. Когда-то смотрел на неё с такой же нежностью.
Но теперь всё изменилось.

— Повелитель, — спустя некоторое время заговорила Валиде, — после пятничной молитвы я собираюсь посетить свой вакф и раздать милостыню беднякам.
Махмуд поднял взгляд на мать.
— Да будет принят ваш садака, Валиде.
Женщина слегка улыбнулась.
— Я хочу взять с собой Алию. Девочка уже несколько месяцев почти не покидает дворец. Пусть немного развеется, увидит город.
На губах султана появилась едва заметная улыбка. Он посмотрел на Алию так, словно только сейчас понял, насколько она действительно устала от постоянных стен дворца.
— Конечно, матушка, — спокойно произнёс он. — Я распоряжусь насчёт охраны.
Алия благодарно улыбнулась.
— Спасибо, Повелитель.
Махмуд задержал взгляд на её лице чуть дольше, чем следовало. И Гёзде снова это заметила. Когда-то она сама была женщиной, рядом с которой Махмуд забывал обо всём. Теперь же она сидела здесь почти как чужая.
— В последнее время дворец только и говорит о вашей любимице, Повелитель, — неожиданно произнесла Гёзде.
За столом стало тише. Алия сразу напряглась. Но голос султанши звучал спокойно. Даже слишком спокойно.
Махмуд медленно перевёл взгляд на женщину.
— И что же говорят? — ровно спросил он.
Гёзде слегка улыбнулась.
— Что вы совсем потеряли покой рядом с Алией Султан.
Валиде незаметно нахмурилась. Она слишком хорошо знала этот тон. Опасный.
— Разве это плохо? — спокойно ответил Махмуд.
Гёзде на мгновение замолчала. А затем тихо произнесла: — Нет, Повелитель. Для женщины нет большей чести, чем любовь падишаха.
Слова прозвучали правильно. Но внутри них скрывалась боль. И Махмуд это почувствовал. Несколько секунд мужчина молча смотрел на Гёзде.
В его взгляде не было злости. Скорее усталость. Будто он понимал: своим счастьем причиняет ей боль. Но изменить уже ничего не мог. Или не хотел.
— Гёзде, — мягко произнесла Валиде, пытаясь разрядить напряжение, — Приведи ко мне вечером нашего Шехзаде и маленькую госпожу
Лицо женщины немного изменилось.
При упоминании сына в её глазах наконец появилось тепло.
— Хорошо госпожа, Айсун очень соскучилась по вам.
— Хорошо, — одобрительно кивнула Валиде.
Но даже во время разговора Гёзде чувствовала: Махмуд снова смотрит не на неё. На Алию. Всегда на Алию. И внутри неё медленно закипала ревность. Та самая ревность, которая с каждым днём становилась всё опаснее.
Внезапно Махмуд поднялся со своего места. Все женщины сразу хотели встать следом, но султан жестом остановил их.
— Оставайтесь.
Он посмотрел на мать.
— Валиде, с вашего позволения я хотел бы ненадолго забрать Алию.
В глазах Гёзде что-то дрогнуло. Даже сейчас. Даже здесь.
Он не мог оставить её рядом с другими женщинами.
Валиде спокойно улыбнулась.
— Конечно, сын мой.
Махмуд протянул руку Алие. Девушка осторожно вложила свою ладонь в его.
— Валиде Султан... Гёзде Султан... — Алия слегка склонила голову.
Гёзде ничего не ответила. Лишь молча смотрела, как султан уводит другую женщину. Женщину, ради которой забыл обо всех остальных.

Махмуд молча вёл Алию по длинным дворцовым коридорам. Служанки и аги тут же склоняли головы при появлении султана, но мужчина словно не замечал никого вокруг. Всё его внимание было приковано к девушке рядом. Алия же чувствовала странное напряжение. Слишком задумчивым был сегодня Махмуд. Слишком молчаливым.
Когда они вошли в султанские покои, мужчина отпустил её руку лишь тогда, когда двери закрылись за их спинами. Несколько секунд в комнате стояла тишина. Алия внимательно наблюдала за султаном.
Он медленно снял с плеч тяжёлую накидку, подошёл к окну, а затем повернулся к девушке.
— Алия, — наконец произнёс он. — У меня есть серьёзный разговор.
Сердце девушки тревожно сжалось. Все страхи, которые она так долго пыталась заглушить, вновь поднялись внутри. Она слишком хорошо знала: во дворце любовь может закончиться в любой момент. Особенно если женщина так и не подарила султану ребёнка. Алия почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Повелитель... — её голос дрогнул. — Что-то случилось?
Махмуд внимательно посмотрел на неё, но девушка уже не могла остановить собственные мысли.
— Я... я чем-то разочаровала вас? — тихо произнесла она. — Вы же не прогоните меня?..
Последние слова прозвучали почти шёпотом. На глазах девушки тут же выступили слёзы. Махмуд изменился в лице.
— Алия... — мужчина быстро подошёл к ней. — Что ты говоришь?
Он осторожно взял её лицо в ладони.
— Как ты могла вообще подумать об этом?
Девушка опустила взгляд.
— Во дворце всё меняется слишком быстро... Сегодня падишах любит одну женщину, а завтра забывает о ней.
В глазах Махмуда появилось что-то болезненное. Будто её слова ранили его.
— Посмотри на меня, — тихо произнёс он.
Алия медленно подняла глаза.
— Запомни одну вещь, — мужчина мягко вытер её слёзы большими пальцами. — Даже если весь мир однажды встанет против меня... я не откажусь от тебя.
Сердце девушки дрогнуло. Махмуд прижал её ближе к себе.
— Я пережил войны, предательства и смерть, Алия, — тихо продолжил он. — Но мысль о том, что однажды могу потерять тебя... пугает меня сильнее всего.
Девушка закрыла глаза, прижимаясь к мужчине. Рядом с ним все её страхи будто на мгновение исчезали. Махмуд осторожно поцеловал её в лоб. А затем чуть отстранился.
— Именно поэтому я хочу усилить твою охрану.
Алия удивлённо посмотрела на него.
— Во дворце слишком много глаз, — спокойно произнёс султан. — И не все смотрят на тебя с добром.
После этих слов внутри девушки снова появилась тревога. Махмуд заметил это.
— Не бойся, — мягко сказал он. — Пока я жив, никто не посмеет причинить тебе вред.
Он несколько секунд молчал, словно о чём-то размышляя.
— Так как Юсуф ага недавно женился и покинул дворец, место хранителя моих покоев теперь займёт другой человек.
— Кто? — тихо спросила Алия.
— Хадим ага. Отныне он будет сопровождать тебя везде, куда бы ты ни направилась.
— Хадим ага?.. — Алия удивлённо посмотрела на султана.
При этом имени внутри неё невольно дрогнуло прошлое. Именно этот человек когда-то привёз её во дворец. Из-за него её прежняя жизнь закончилась. Но странным образом рядом с Хадимом девушка больше не чувствовала того страха, что раньше. Скорее... необъяснимое спокойствие. Будто он никогда не позволил бы причинить ей зло.
— Да, — Махмуд внимательно наблюдал за её реакцией. — Хоть он и молод, Хадим один из лучших воинов дворца. И один из немногих людей, кому я доверяю полностью. Султан подошёл ближе.
— Алия, ты должна понять... сейчас речь идёт не только о тебе.
Его ладонь осторожно коснулась щеки девушки.
— Если с тобой что-то случится... я этого не переживу.
После этих слов сердце Алии болезненно сжалось. Она осторожно накрыла его руку своей.
— Хорошо, Повелитель, — тихо ответила девушка. — Как вам будет угодно.
На губах Махмуда появилась едва заметная улыбка.
Он снова притянул Алию к себе и коротко поцеловал её в волосы.
А затем резко произнёс: — Стража!
Двери покоев тут же открылись, и внутрь вошёл один из агов.
— Повелитель.
— Пригласите Хадима агу.
— Слушаюсь.
Стражник поклонился и быстро исчез за дверями. Пока они ждали, Алия заметила: Махмуд стал напряжённее. Будто его действительно тревожило что-то серьёзное. И это пугало девушку ещё сильнее. Через несколько минут двери вновь открылись.
В покои вошёл высокий мужчина. Его шаги были спокойными и уверенными. Тёмные волосы были коротко подстрижены, густые брови придавали взгляду суровость, а карие глаза были опущены в пол. На Хадиме был дорогой тёмный кафтан, широкий пояс с кинжалом и чёрные кожаные сапоги. На руке поблёскивало массивное кольцо.
Он остановился в нескольких шагах от султана и склонился в поклоне.
— Повелитель... госпожа.
На мгновение Хадим поднял взгляд на Алию. И тут же отвёл его. Но этого короткого мгновения почему-то хватило, чтобы девушка почувствовала странное напряжение.
— Хадим ага, — спокойно произнёс Махмуд. — Думаю, вы уже знакомы с Алией.
На лице мужчины едва заметно дрогнули желваки.
— Наше знакомство было весьма... тяжёлым, — тихо ответил он.
После этих слов в комнате на секунду стало тихо.
Алия почувствовала, как внутри неприятно кольнуло воспоминание о прошлом. Но рядом с этим человеком она больше почему-то не ощущала ненависти. Хадим медленно опустил голову.
— Алия Султан... я прошу простить меня за всё, что вам пришлось пережить по моей вине.
Его голос был спокойным. Но в нём слишком ясно слышалось чувство вины.
— Отныне такого больше не повторится.
Алия внимательно смотрела на мужчину. И впервые заметила: он действительно говорит искренне.
— Всё в порядке, Хадим ага, — тихо произнесла девушка.
Махмуд перевёл взгляд на своего воина.
И голос султана сразу стал жёстче.
— Отныне жизнь моей госпожи доверена тебе.
Хадим медленно поднял голову.
— Думаю, ты понимаешь, что произойдёт, если с её головы упадёт хотя бы один волос.
— Конечно, Повелитель, — твёрдо ответил мужчина.
Он сделал шаг вперёд.
— Клянусь своей жизнью, что никто не причинит вреда моей госпоже.
На мгновение в комнате повисла тишина. Махмуд внимательно наблюдал за своим воином. А Хадим всё ещё стоял, опустив голову. И только сейчас Алия вдруг поняла: этот человек действительно готов умереть ради её защиты.
Махмуд несколько секунд молча смотрел на Хадима. А затем коротко кивнул.
— Хорошо. Сегодня Алия Султан вместе с моей Валиде отправится в город, — продолжил султан. — Ты будешь сопровождать их.
— Как прикажете, Повелитель.
— И ещё, — голос Махмуда стал холоднее. — С этого дня рядом с Алией всегда должно быть не меньше четырёх верных стражников. Днём и ночью.
Хадим сразу понял: султан действительно обеспокоен. И это было не просто проявлением любви. Махмуд чего-то опасался.
— Всё будет исполнено.
Султан медленно подошёл ближе к своему воину.
— Если с ней что-нибудь случится...
Он не договорил. Но в комнате и без того стало холодно. Хадим спокойно выдержал взгляд падишаха.
— Тогда я не заслуживаю жизни, Повелитель.
Ответ прозвучал твёрдо. Без страха. Махмуд ещё несколько секунд смотрел на него, а затем слегка кивнул.
— Можешь идти.
Хадим поклонился.
Но прежде чем выйти, он на мгновение вновь поднял взгляд на Алию. Совсем коротко. Будто хотел убедиться, что с ней действительно всё хорошо. А потом сразу отвернулся и исчез за дверями. Когда они остались одни, Алия медленно посмотрела на султана.
— Ты правда считаешь, что мне угрожает опасность?
Махмуд тяжело вздохнул.
Несколько секунд он молчал, словно размышляя, стоит ли говорить правду. А затем подошёл к окну.
За дворцовыми стенами шумел Стамбул. Жизнь продолжалась. Но внутри Топкапы всё было куда опаснее, чем казалось со стороны.
— Чем выше человек поднимается во дворце, тем больше появляется желающих столкнуть его вниз, — тихо произнёс султан.
Алия почувствовала, как внутри вновь появляется тревога.
— Ты думаешь... кто-то хочет причинить мне вред?
Махмуд медленно повернулся к девушке. В его взгляде появилась непривычная жёсткость. Не влюблённого мужчины. А падишаха.
— Я не думаю, Алия, — спокойно ответил он. — Я знаю.
После этих слов по спине девушки пробежал холод. Махмуд подошёл ближе и осторожно взял её за руки.
— Именно поэтому ты больше никогда не останешься одна.
Алия молча смотрела на него.
И впервые за всё время по-настоящему поняла: любовь султана была не только счастьем. Она была ещё и огромной опасностью.