6 глава
Мы поднялись на третий этаж. Альберт открыл дверь ключом и пропустил меня вперёд.
Я зашёл и замер.
Квартира оказалась просторной, гораздо больше, чем я ожидал. Гостиная была совмещена с кухней - огромное светлое пространство с большими окнами, выходящими во двор. Светло-серые стены, тёмный ламинат, большой угловой диван, журнальный столик из стекла и металла. На кухне - тёмная столешница, высокие барные стулья, холодильник, заклеенный магнитами.
- Раздевайся, проходи, - сказал Альберт, снимая кроссовки. - Чувствуй себя как дома.
Я стянул свои старые кеды и поставил их аккуратно у порога. Паша уже прошёл в гостиную, бросил куртку на спинку дивана и потянулся.
- Нормально у тебя тут, - сказал он, оглядываясь.
- Спасибо, я сам обустраивал, - ответил Альберт без гордости, просто как факт.
Пока Паша и Альберт обсуждали какие-то свои дела, я отошёл в сторону и начал рассматривать коридор. Дверей было несколько - ванная, ещё одна комната, и в конце коридора - закрытая дверь.
- Можешь посмотреть, - сказал Альберт, заметив мой взгляд. - Там спальня и кабинет.
Я кивнул, чувствуя себя неловко, но любопытство пересилило.
Первой я открыл дверь в спальню.
Комната была в тёмных тонах. Стены выкрашены в глубокий тёмно-серый, почти чёрный цвет. Большая двуспальная кровать с тёмным постельным бельём стояла у дальней стены. На полу - пушистый чёрный ковёр, в который приятно утопала нога. Чёрные шторы были плотно задёрнуты, почти не пропуская свет, только узкая полоска солнца пробивалась через край.
По стенам висели плакаты. Я узнал Deftones, Radiohead, Slowdive, несколько других групп. На полках - странные безделушки: свечи в форме черепа, деревянная подставка для украшений в виде руки, старая фотография в рамке, стеклянный шар с чем-то тёмным внутри. В углу комнаты, у потолка, висела неоновая лента. Сейчас она была выключена.
- Альберт, тут круто, - сказал я тихо.
Он стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку.
- Спасибо, - ответил он. - Там дальше кабинет. Можешь глянуть.
Я вышел из спальни и открыл следующую дверь.
Комната оказалась меньше. Светлые стены, большие окна, отчего здесь было гораздо светлее. Посередине стоял простой диван, застеленный пледом. У стены - компьютерный стол с дорогим монитором и подсвечивающейся клавиатурой. На полках - пусто. Совсем пусто. Только голые полки.
- Это мой кабинет, - сказал Альберт. - Но я тут почти не сижу. Компьютер нужен по работе иногда.
Я кивнул.
- Нравится? - спросил Альберт.
- Да, - ответил я. - Здесь уютно.
Альберт чуть улыбнулся.
---
День тянулся медленно.
Паша с Альбертом обсуждали какие-то общие дела - Германию, работу, Пашины планы на возвращение. Я сидел на диване, сжимая кружку с чаем, и чувствовал себя лишним, но не страшно. Здесь, в этой квартире, даже когда я молчал, мне было спокойнее, чем дома.
Я всё время был рядом с Пашей. Пододвинулся ближе, почти касаясь плечом. Боялся, что он уйдёт, и я останусь один. Паша иногда обнимал меня за плечи - просто так, без повода. И каждый раз внутри становилось теплее.
- Ты чего такой тихий? - спросил Паша.
- Привыкаю, - ответил я.
- Всё будет хорошо, - сказал он.
---
После обеда Паша сказал, что ему нужно уехать на пару часов - встретиться со стврыми знакомыми.
- Ты останешься здесь? - спросил он.
У меня внутри всё сжалось. Я скучал по нему уже сейчас, хотя он ещё не ушёл. Он приехал всего на неделю, а я так долго ждал.
- Да, - ответил я, стараясь не показать, как дрожит голос.
- Я быстро, - пообещал Паша, потрепал меня по голове и вышел.
Я остался один на один с Альбертом.
Сидел на диване, сжимая руки в коленях, и смотрел на закрытую дверь.
- Он скоро вернётся, - сказал Альберт.
Я поднял голову. Он стоял у кухонной стойки, крутил кружку с кофе.
- Знаю, - ответил я. - Просто...
- Ты скучаешь по нему, - закончил за меня Альберт.
Я кивнул.
- Это нормально, - сказал он. - Он твой брат.
- Иди сюда, - кивнул он на место у стойки. - Расскажешь, какую музыку слушаешь.
Я сел на высокий барный стул. Альберт стоял напротив, опираясь локтями о столешницу. Татуировка паука на шее при дневном свете казалась не страшной, а просто частью его.
- Ну? - спросил он.
Я начал перечислять группы. Те, что спасали по ночам. Те, что заглушали всё вокруг. Альберт кивал, иногда переспрашивал, иногда говорил: «Это знаю, давай дальше».
- Deftones слушаешь? - спросил Альберт.
- Конечно, - ответил я. - «Change» - одна из любимых.
- Хорошая, - кивнул он. - А «Be Quiet and Drive»?
Я замолчал. Эта песня всегда была чем-то большим, чем просто музыка.
- Слушаю, - сказал я тихо. - И... я её понимаю.
Альберт поднял бровь, ожидая продолжения.
- Там же текст про то, как хочется всё бросить и просто уехать, - сказал я, глядя в кружку. - Неважно куда. Главное - подальше. Я слушал её ночами, когда не мог уснуть. Когда хотел просто исчезнуть. В ней я как будто нашёл себя. Будто кто-то другой чувствует то же самое.
Я замолчал, боясь, что сказал слишком много.
Альберт ничего не ответил сразу. Потом тихо сказал:
- Я тоже.
Я поднял глаза. Он смотрел на меня серьёзно.
- Тоже находил себя в ней, - добавил он.
Мы помолчали.
- Нравишься ты мне, - вдруг сказал Альберт.
Я замер.
- ...как человек, - добавил он. - Редко встречаются такие.
Я выдохнул.
- Спасибо, - сказал тихо.
---
Паша вернулся под вечер. Я услышал ключ в замке и сразу встал.
- Ты чего вскочил? - спросил он, улыбнувшись.
- Просто рад, что ты вернулся, - ответил я и обнял его. Коротко, но он не отстранился.
- Я тоже по тебе скучаю, - шепнул он. - Даже когда рядом.
Я быстро отвернулся, чтобы он не увидел слёз, и сел обратно к стойке.
- Всё нормально? - спросил Альберт тихо.
- Всё нормально, - ответил я. И впервые за долгое время это была правда.
---
Поздно вечером, когда Паша лёг спать, я остался в гостиной один.
Сидел на диване, обхватив колени, смотрел на тени от уличного фонаря.
- Не спится? - спросил Альберт, выходя из спальни в футболке и штанах, босиком.
- Думаю, - сказал я. - О Паше. О том, что он скоро уедет.
- Скучаешь уже? - спросил он, садясь в кресло напротив.
Я кивнул.
- Это пройдёт, - сказал он. - Ты привыкнешь. Он будет приезжать.
- Знаю, - ответил я. - Но он единственный, кто у меня есть.
Я сглотнул.
- Мама... её нет. Не в смысле умерла. Она просто не там. А отец...
Я не договорил.
Альберт встал, подошёл к дивану и сел рядом. Не близко, но достаточно, чтобы я чувствовал его присутствие.
- Теперь у тебя есть я, - сказал он просто.
Я поднял глаза. В полумраке его лицо было серьёзным, но не страшным.
- Друг, - добавил он. - Пока ты здесь, ты не один.
Я опустил голову, пряча лицо в коленях.
- Спасибо, - прошептал я.
- Не за что, - ответил Альберт.
Мы сидели долго. Молча. Я отвернувшись, чтобы он не видел слёз. Не от грусти. От того, что кто-то наконец сказал то, что я так долго хотел услышать.