XVIII
12.02.1997
Теодор сидел на краю кровати и смотрел на карты в руках, затем перевёл взгляд на прикроватный столик, который был передвинут и теперь стоял между кроватями Забини и Нотта. На нём красовался козырный король, а в руках друга — одна карта.
— Ты опять проиграл, Тео, — с насмешкой подметил Блейз. — Пора уже признать, что я лучше играю в карты.
— Тебе просто везёт. Либо ты заколдовал колоду.
— Или же я просто гениальный игрок.
— Ага, как же, — Теодор собрал всё со стола и начал перетасовывать.
Блейз взял новые карты и довольно улыбнулся.
— Может, это просто ты так тасуешь.
— Да, конечно.
— Кстати, ты что-нибудь придумал для Мишель на 14 февраля?
— Как раз вчера думал над этим. Не знаю, что такое можно устроить, — Теодор был явно рад тому, что друг решил перевести тему, так как эти подколы его уже начинали бесить. — А что ты будешь делать Джинни?
— Наверное, куни, — произнёс парень обыденным тоном. Впрочем, Нотт и не удивился. Он привык слушать об этом от друга.
— А что-то кроме этого?
— Всё по старинке. Цветы, подарок, секс и положительные эмоции.
— Как будто банально.
— Как будто всегда работает. Тем более, это наш первый День влюблённых. Так же как и ваш с Мишель. Но если тебе хочется без банальщины, то подари ей единорога, чтобы он ей глаз радовал.
— И вправду оригинально, Блейз. Но всё-таки не то, — задумчиво кривился Теодор. Хотелось чего-нибудь особенного, интересного для любимой, но без перебора.
— А что это за серебряная закладка в виде звезды у тебя тут? — спросил Забини, когда открыл дверцу тумбочки, на которой лежали карты. Тогда он и достал коробочку со стеклянной крышкой и с улыбкой посмотрел на друга.
— Положи на место. Аккуратно только.
— Вот тебе уже и подарок есть. Не обязательно на 14 февраля дарить своё хранилище в Гринготтсе.
Нотт сразу вспомнил Рождество. В голову хлынули воспоминания и те чувства, которые пробирали его в результате первой разлуки с Мишель. Когда они встретились после каникул и вместе вернулись в Хогвартс, он быстро забыл об этой маленькой вещи, что лежала у него возле кровати и ждала нужного часа.
— Было бы неплохо пригласить её на свидание. Но каким оно будет? Я не хочу этого обычного похода в самые сопливые места Хогсмида.
— Ну ладно, так уж и быть, можешь взять мою идею с куни и устроить ей свидание прямо здесь, на кровати. Мы с Драко так уж и быть погуляем где-то, — Блейз довольно хлопнул в ладоши. — Что ты на меня так смотришь? Классная идея. Правда, Драко?
— Безусловно, — ответил сонный блондин. Он уже долго пытался заснуть, но соседи ему не давали это сделать.
— Ну вот, видишь. Кирк там, наверное, уже мечтает о твоём языке в её трусах.
— Блять, Блейз! — По его резким движениям можно было понять, насколько он раздражён. — Я как-то не сильно хочу спешить.
— Вы уже сколько встречаетесь?
— Почти два месяца.
— Так быстро летит время, — удивлённо произнёс Забини, пока вглядывался в свои карты. — И как ты узнаешь, когда будет подходящий момент? Вы об этом разговариваете вообще?
— Ну... — парень сразу задумался. Они разговаривали об этом лишь раз, если ему не изменяет память, и тогда Мишель боялась, но вдруг что-нибудь поменялось. Нотт боялся давить на неё, вдруг подумает лишнего. Но она так манила, как запретный плод в райском саду. — Ты прав, нам стоит поговорить об этом.
— Запомни, друг мой, я всегда прав.
— Не перехваливай себя.
— Может, это ты меня недооцениваешь.
***
13.02.1997
Утро было холоднее по сравнению с прошлым. Теодор проспал завтрак из-за лишних партий в карты в три часа ночи, когда он пытался доказать Забини, что еще не забыл, как называются масти. Радовало хоть то, что первым уроком была история магии с нудным профессором-призраком, от чьих рассказов клонило в сон, даже если ты бодр.
Нотт зашел в полупустой кабинет с мыслью, что еще поспит, так, часика полтора. Он сел на последнюю парту и решил не ждать начала пары, а сразу лечь на руку, когда его позвала Мишель к себе за третью парту.
— Прости, я забыл, что ты любишь историю больше, чем здоровый сон, — произнес ей слизеринец, когда усаживался возле нее. Эта парта была компромиссом для пары.
— Здоровый сон — это ложиться вовремя. А ты во сколько лег?
— Не смотрел на время. Мишель в ответ хихикнула. Она так точно проснулась с хорошим настроением.
Пока парень пытался удобно устроиться на твердой, деревянной парте, девушка спокойно раскладывала свои вещи. Учебник, пергаменты и перо с чернилами устроились на свое место.
Теодор наблюдал за движениями руки Мишель, когда она выписывала тему с доски на пергамент.
— Как ты умудряешься просыпаться с таким чудесным настроением, еще и на историю? — спросил парень, зевая.
— Я легла рано, проснулась рано, поела, прогулялась по замку. Когда шла на урок, то знала, что увижу здесь тебя — всего недовольного этим расписанием и сонного. — Кирк ему ласково улыбнулась и нежно провела пальцами по предплечью.
Такой обычный жест, не слишком приметный, но Нотт в нём чувствовал нотку заботы.
— Тем более в замке так атмосферно, завтра ведь праздник.
— Да, я помню. По дороге сюда Пивз рассказал мне много стихов.
— Как мило, что он пропитался духом любви, — Мишель произнесла это и засмеялась.
Когда началась пара, Теодор поднял голову ради приличия и почти сразу уложил её на согнутую руку. Профессор Бинс не обратил на это внимания, так как студенты делали это постоянно, и приступил к обсуждению новой темы. Пока он снова вещал про очередные войны гоблинов или что-то наподобие этого, Тео лежал на своей "подушке" и внимательно следил за движениями Мишель. Ему нравилось улавливать каждый её вдох и выдох, смотреть, как лежат её волосы на спине и плечах, как сосредоточенно она слушает.
Казалось бы, в сентябре он просто сходил покурить на балкон, а в феврале уже думает над тем, как бы порадовать эту "занозу" в День Всех Влюблённых. Раньше парень не любил этот праздник. Все эти сопливые парочки его знатно бесили. Хоть Нотт и получал целый пакет валентинок, он не проявлял к ним особого внимания.
После скучной пары истории и энергичного зельеварения со Слизнортом, Мишель с Теодором направились в библиотеку делать домашнее задание. Следующее занятие должно было быть после обеда. Они уселись в самый дальний уголок, потому что не хотели лишних глаз. Кирк разложила свои книги и начала молча писать работу о том, "Как противостоять Империусу". Нотт недовольно приземлился возле девушки и решил писать то же самое. Ему это данное свободное время от уроков хотелось провести с большей пользой, чем переписывание каких-то бредней со своих старых пергаментов с лекций. Хоть Тео и знал, что это, в любом случае, полезные знания, но желания их получать в тот момент не было.
Он писал, но даже не понимал что. В его голове были мысли только о девушке, которая сидела рядом. Парень начал боковым зрением поглядывать на когтевранку. Его дико заводило, как она прикусывала губу, как пыталась сдуть непослушную прядь с лица. Нотт осторожно заправил её за ухо и повернулся к Кирк.
— Спасибо, Тео, — она обворожительно улыбнулась и быстро переключила свое внимание обратно на пергамент.
Слизеринец будто и не собирался возвращаться к урокам, лишь продолжал разглядывать лицо девушки, пока в голове проносились разные, не совсем правильные мысли.
«Какая же она... красивая, утонченная, и губы сладкие. Вот бы все в библиотеке услышали, насколько она ебануто хороша».
— Может, ты будешь писать реферат дальше?
— Не хочется. А я тебе мешаю?
— Нет... что ты, нет, — девушка немного замялась, но взгляд не увела. — Просто ты не успеешь дописать до обеда...
— Хватит быть такой правильной, как Грейнджер. Не успею, так не успею, — фыркнул Нотт, якобы недовольно, но тяжело было скрыть, как ему нравится этот разговор, как сопротивлялась девушка, делая уклон на учебу и ее важность.
— И к чему меня сравнивать с ней?
— А ты ревнуешь?
— Нет. Не ревную, — Мишель закатила глаза и легла на спинку стула. Её прядь опять упала ей на лицо из-за этого движения. Теодор опять помог когтевранке и сразу подсунулся к ее уху.
— Если хочешь, могу прямо здесь всем доказать, что мне нужна только ты. — Слизеринец ожидал, что девушка в смущении отвернется, но она только ухмыльнулась.
— И как же? Трахнешь меня на этом столе? — Теодор так и остался смотреть в глаза Мишель и периодически переводить взгляд на губы, которые были так близко.
— Если хочешь, конечно, могу, — он провел языком по деснам и хитро улыбнулся.
— Ох, Тео, милый. Я бы с удовольствием, — она посмотрела на него томным взглядом, и уголки рта чуть опустились, будто она была чем-то расстроена. — Было бы даже лучше на столе в Большом зале, пока все обедают. — Кирк провела рукой по его плечу и опускалась все ниже. Сначала поглаживание было на уровне локтя, потом перешло на ладонь, которая лежала на ноге, а затем и на нее. Мишель нежно поглаживала его бедро, переходила к внутренней части и в то же время смотрела ему в глаза и делала жалостное выражение лица.
— Что ты вытворяешь? — удивлённо спросил Нотт, хотя ещё улыбался. — Тебе так и не терпится увидеть меня без штанов? — Парень пытался смутить девушку этим, но она и бровью не повела. Он явно не ожидал такого от своей любимой, с которой до этого они просто совали языки в рот друг другу.
— Очень хочу. — Когтевранка продолжала водить рукой и направляла её выше, к паху. Глаза слизеринца еле заметно расширились, он тщательно пытался скрыть огонь, который разбушевался внутри от её прикосновений, но это плохо получалось. Руки подрагивали, а губы манили.
— Что ты делаешь, Мишель? Не думал, что ты на такое способна. — Теодор глубоко вдохнул и закрыл глаза всего на секунду.
— Ты думал, что я скромная девственница, которая стесняется слова «член»? — Теперь она нагло улыбалась ему в лицо и не останавливалась. — Хотя в последнее время я и казалась такой, но это была не я, поверь. Теперь ты познаешь всю красоту девушки, которую ты встретил на том балконе. — Кирк прошептала это на ухо парню и медленно отстранилась.
— Ты... ты ведь сама говорила, что ты неопытная и... неумелая в этих делах. — Нотт тяжело глотнул и не мог понять, что случилось с его девушкой.
«Всё-таки советы Джинни работают. Его так легко контролировать», — подумала Мишель.
Она вспоминала недавнюю ночёвку с подругой, на которой та показала ей какой-то магловский журнал с «советами для молодых дам», где подробно описывались ласки и секреты взрослой жизни. Потом Уизли немного рассказала историй из своего опыта и что лучше говорить. Кирк немного побаивалась, но когда дело дошло до этого, то слова сами приходили в голову. Ей было так легко играть с его ощущениями. Она то массировала энергичнее, то убавляла темп, из-за чего парень недовольно фыркал.
Он не понимал, почему даёт девушке это делать, ведь знал, что уже хочет продолжения, а в библиотеке, полной студентов, не очень хотелось этим заниматься. Парню отчаянно захотелось прочувствовать тот самый вкус губ когтевранки.
Вдруг Мишель убрала руку.
— Пиши реферат, Тео. Я больше не буду отвлекать. — Она отвернулась и принялась делать то же самое, что и посоветовала парню, будто ничего не произошло.
— Что?
«Блять. Завела и делает вид, что ее рука не была у меня возле ширинки.»
— Играешь со мной, Мишель? — недовольно спросил парень.
— Милый, тебе что не понравилось?
— Ты такая наивная. — Девушка лишь «жалостливо» подняла брови. — Ты думаешь, что будешь меня дразнить безнаказанно? — Нотт опустил руку девушке на бедро и сразу направил ее под юбку. Девушка немного напряглась, но сдаваться не хотела. Пыталась сделать вид, что он не лишает ее контроля над телом.
— Будешь мне дрочить, чтобы возместить то, что я не позволила тебе кончить в трусы от моей руки? — спросила Кирк, пока Нотт проводил пальцами по нижнему белью девушки.
— Да ты сама уже мокрая, — Теодор прошептал ей это возле губ.
Мишель отвернулась от парня обратно к пергаменту и взяла в руки перо. Кирк хотела доказать парню, что он не сможет выбить ее из колеи и продолжить переписывать информацию на лист, но когда пальцы Нотта отодвинули трусики и пробрались к клитору девушки, руки затряслись. Она пыталась унять эту дрожь и всё-таки заняться тем, чем планировала. Тео не отводил от нее взгляда и ловил каждую эмоцию. Его очень возбуждали старания девушки, что доказывал затвердевший член. Он благодарил всё святое за то, что место, где они сейчас занимались рукоблудством, не было популярным среди студентов, но всё же адреналин от того, что сюда в любой момент может прийти кто угодно, присутствовал.
— Тео... — Мишель сказала имя любимого на выдохе, пока писала какое-то слово.
— Что, милая? — Слизеринец явно был доволен собой.
Когда он просунул туда палец, она аж ахнула. Парень поднес его ко рту и облизал.
— Что ты творишь? — дыхание Кирк участилось. — Если нас кто-то увидит? — Теперь от былой смелости не осталось и следа.
— И не говори, что тебя это не заводит.
«Зачем я это начала?»
«Ну же, Кирк. Если начала, то нужно заканчивать.»
Она слегка раздраженно отвела взгляд.
— Ты такая вкусная, Мишель, — прошептал Теодор.
Лицо девушки залилось легким румянцем. Парень добился своего. Она недовольно попыталась писать что-то на пергаменте, когда Нотт снова принялся за старое.
Мишель резко вздохнула, но решила держать себя под контролем и дальше выводила буквы пером.
— Ты всем своим прошлым пассиям дрочил в библиотеке? — говорила она полушепотом.
— Нет. Только тем, кто пишет какую-то хуйню вместо того, чтобы поддаться и раздвинуть ноги.
— И много таких было? — не переставала заговаривать парня когтевранка. — На пальцах смогу посчитать?
— Хватит одного, — нежно прошептал Теодор и всунул его девушке внутрь. Он начал двигать им и смотреть на реакцию Кирк.
— Тео... — она прикрыла глаза и прикусила губу.
Казалось, что вот-вот заглянет кто-то из любопытных и увидит, насколько ей хорошо.
— Что такое, Мишель? Ты ведь не забыла, что я тоже люблю игры? А такие — ещё больше, — прошептал Нотт.
Девушка в ответ лишь тихо простонала, когда парень добавил ещё один палец.
— Что же ты перестала писать свой реферат?
— Сука.
Она старалась не смотреть на него, но чувствовала, как он оценивает каждый вздох. Пока внизу безжалостно пульсировало, Мишель до боли прикусывала губу. В библиотеке, где всегда продувал холодный ветер, стало очень жарко. Одной рукой Кирк черкала буквы, а второй закрывала рот, чтобы не закричать.
— Может, это тебе послужит уроком. Не нужно было меня дразнить, — продолжал Нотт.
Он безжалостно трахал её пальцами, пока она пыталась держаться.
«Хорошо, что не стоя, а то я бы уже упала».
Колени затряслись, когда парень высунул пальцы из влагалища и перешёл на набухший клитор. Девушка откинула голову назад и начала ёрзать по стулу, улавливая направление пальцев слизеринца. Ноги сами по себе то расходились, тем самым давая больше пространства, то обратно прижимались друг к другу, даря новые ощущения когтевранке.
— Тебе ведь нравилось играть со мной. Ты была такая дерзкая, а сейчас так растаяла под моими пальцами.
— Прод... продолжай.
Но Теодор перестал.
— Ты за мной повторяешь?
— Так интересно будет наблюдать за тобой на уроках и вспоминать твой вкус.
Он хотел убрать руку, но Мишель ухватилась за неё и не отпускала. Парень силой вырывать не стал.
— Не отпустишь?
Девушка отрицательно покачала головой. Она тяжело дышала и прижимала пальцы Нотта к себе.
— Хочешь кончить? В библиотеке? Я думал, для тебя это святое место.
Мишель начала водить его пальцами по своему клитору и снова откинула голову назад. Её рот был приоткрыт, но не было ни единого звука.
В голове проносились разные мысли. Она представила, как Теодор раздевает её, сажает на стол и трахает, только то, что они были в библиотеке, мешало ему так сделать. Но Кирк хотела большего, чем просто дрочка.
Нотт всё-таки решил закончить начатое и принялся ускорять темп. С каждой секундой Мишель была всё ближе к разрядке. Она уже была на грани и хотела громко застонать, когда Тео ласково прикрыл её рот рукой. Всё тело напряглось, коленки ещё больше затряслись, в голову ударила кровь, и через несколько секунд девушка ослабла. Она развалилась на стуле и прикрыла глаза. Нотт ещё раз нежно всунул пальцы в мокрое влагалище и вынул, тогда поднёс ко рту и принялся облизывать пальцы, словно это деликатес. Девушка посмотрела на него, взяла его руку в обе свои и принялась делать то же самое, но медленнее. Она нежно причмокивала и смотрела прямо в глаза парню, пока вылизывала свои выделения с его пальцев, чем вызывала у брюнета и восхищение, и удовольствие.
Спустя несколько минут Мишель привела себя в порядок и всё-таки села дописывать конспект.
— Так значит, пергамент — твой лучший друг. Вместо продолжения пишешь домашку.
— А твой лучший друг — дым, но я ведь ничего не говорю тебе об этом.
Теодора очень забавляло то, как Мишель пыталась сделать вид, что не прогибалась от его касаний пару минут назад. Лишь легкий румянец мог выдать их деятельность.
— Что ты будешь делать вечером? Опять в библиотеку пойдешь?
— А ты опять мне подрочишь?
— Могу и подрочить, — ответил Тео с ухмылкой. — Тебе ведь понравилось.
Девушка в ответ лишь закатила глаза.
— Вообще-то я договаривалась ночевать у Джинни.
— Может, поменяемся? Ты ко мне, а мы Блейза к Джинни отправим?
— Очень смешно.
— Я серьезно. Почему ты не приходишь ко мне на ночевку?
— Но ты ведь и не звал, — чуть недовольно искривилась Кирк. — А еще в твоем плане есть одно «но». Куда ты Малфоя денешь?
— Ну ты и пошлячка.
— Что?
— Я ведь не говорил, что мы будем заниматься сексом, — наигранно ответил Теодор.
— Так ты до свадьбы ни-ни?
— Нет, я лишь за тебя волнуюсь. Вдруг это у тебя такие принципы.
— Прости, Тео, — когтевранка показательно расстроилась. — Но я не дождалась тебя и нашей свадьбы.
— Так ты не...?
— Нет, — не дала договорить парню девушка.
Тем же вечером, как Мишель и говорила, она пошла к Джинни сразу после ужина. Гостиная Гриффиндора была забита студентами, и появление когтевранки никто не заметил. Когда они зашли в комнату, то сразу стало намного тише.
— Ну, рассказывай, — сразу с порога начала рыжая.
— Что рассказывать?
— Я ведь вижу по тебе, что что-то случилось, — Уизли была очень энергичной. — Неужели ты пользовалась советами?
— От тебя ничего не скроешь.
Джинни в ответ довольно зарычала слова «Да» и «наконец-то».
— Я вот только не знаю, что ему дарить на 14 февраля.
— Ты ещё не решила ничего?
— Ну... я сделала валентинку, из которой вылетают два белых голубя, но маленьких, бумажных.
— Что-то символичное?
— Да.
— Сделай ему символичный секс.
Мишель подняла в ответ брови и посмотрела на подругу так, будто это впервые она такое предлагает.
— Классно ты придумала.
— Перестань. Ты ведь сама говорила, что у тебя там овуляция скоро, как раз угомонишь свои желания.
— Когда я тебе это говорила?
— Пару дней назад, когда рассказывала о сне с полуголым Ноттом.
Кирк вспомнила его и сразу улыбнулась. Это было так хорошо, что не хотелось просыпаться.
— Зачем тебе дрочить на сон, если можно увидеть своими глазами, верна ли твоя фантазия.
— Кстати, говоря о дрочке...
— Та ну, — Джинни открыла рот в удивлении, ведь всё поняла.
— Он дрочил мне, — довольно начала Кирк. — Но угадай где.
— Неужели на уроке?
— Что? Нет! В библиотеке.
— Я вообще-то урок рандомно сказала. Но в библиотеке... вот это вы смелые.
***
14.02.1997
Мишель опять проснулась в чудесном настроении. В этот особенный день, который ранее для нее был просто февральским, обычным, девушка надела свою любимую кофту. Она носила ее редко, не хотела испортить. Когтевранка уложила волосы и нанесла чуть больше макияжа, чем обычно.
Когда пришла на завтрак, зал был полупустым, но за слизеринским столом уже сидел сонный парень, который пока что не замечал ее. Мишель заколдовала свою открытку и отправила Нотту. Когда она приземлилась возле его яичницы, он сразу нашел глазами девушку и тепло улыбнулся. При открытии из нее вылетели два миниатюрных голубя, которые сделали два круга вокруг головы брюнета, приземлились обратно на бумагу и превратились в сердце из ваты.
— Как мило, Тео. Почему ты мне такое не делаешь? — спросил Блейз у друга. — Меня это немного обижает, знаешь ли.
Казалось, что Нотту это совсем не бесило, не смущало. Он рад был держать в руке что-то, над чем постаралась его любовь, а подколы Забини просто смешили.
Слизеринец отправил ей ответную с подписью: «Буду ждать на нашем месте в 7».
Позже, после совместного урока, Мишель нашла в сумке валентинку со словами: «Л — легче было бы тебя игнорировать». Во время обеда какой-то первокурсник принес ей еще одно бумажное сердечко с подписью «Ю — юность — плохое оправдание для слабости». В библиотеке, в книге, было такое же, но со словами «Б — без тебя все слишком просто». Пока девушка шла в гостиную и слушала новую песню Пивза, к ней самолетиком прилетела записка: «Л — лучше тебя никого не видел».
Ближе к назначенному времени она поправила свой макияж, причёску и пошла на балкон. Возле двери висела последняя валентинка: «Ю — юная, упрямая, обожаемая».
Когда девушка зашла внутрь, заметила, что кое-что изменилось. Подоконник украшали свечи, было заметно теплее, посредине стояла ваза с белыми лилиями, которые были больше похожи на серебряные. Они переливались на свету. В углу стоял небольшой диванчик, а возле него Теодор, который стоял спиной и разглядывал заколдованные цветы.
— Тео, — прошептала девушка, чтобы заявить о своём присутствии.
— Мишель.
Когтевранка улыбалась и переводила взгляд с одного угла балкона на второй, пытаясь рассмотреть всё, что сделал её парень.
— Ты так красиво украсил это место, но как ты притащил сюда диван?
— Разве это важно сейчас? — он усмехнулся и подошёл к Кирк.
— Нет, но... ты так много всего сделал.
— Я просто люблю тебя, — слова брюнета будто застали девушку врасплох. Она покраснела и подошла впритык к нему.
— Раз ты решил делать сюрпризы, то я тоже захотела тебе что-нибудь преподнести.
— Не стоит. Мне хватит простого «и я тебя люблю», — хихикнул Нотт.
— Слишком скучно, нет? — Кирк потянула руку в карман и достала какое-то кольцо. — Знаешь, ты мне всегда напоминал моего дедушку. Вы очень похожи внешне и характером. Ты такой же упёртый, хитрый.
— Что ты пытаешься этим сказать, Мишель?
— Он был моим самым близким человеком. Когда дома были крики и вопли, я бежала к нему. Дедушка утешал меня, давал советы, — Когтевранка на секунду замялась. — Но когда мне было семь, он заболел и перед смертью подарил мне это, — она посмотрела на кольцо в ладони, затем подняла взгляд на брюнета и протянула ему.
— Оставь себе. Это ведь твоя память о нём.
— Память о нём будет у меня в голове.
Мишель взяла его ладонь, положила туда кольцо и закрыла с помощью своей.
— Зачем? — взгляд был серьёзным, а тон мягким.
— Это мой способ сказать «я тебя люблю» или «ты мне дорог».
— Это неожиданно, Мишель. Мы даже двух месяцев не повстречались, а ты делаешь такой подарок, — Нотт был явно шокирован. — Мне очень приятно.
— Знаешь, я никогда ещё не чувствовала себя такой живой, как с тобой, — Кирк поправила ему волосы и положила руку на щеку. — Даже если у нас вдруг ничего не получится, ты всё равно важен мне.
— У меня тоже есть тебе подарок.
— Я думала, это и есть подарок, — она провела рукой по воздуху, как бы указывая на декорации и «сюрприз».
— Это не основной, — парень помахал головой и достал из кармана коробочку со стеклянной крышкой.
— Это... великолепно! — Мишель провела рукой по закладке и широко улыбнулась.
— Будешь заниматься любимым делом и вспоминать о любимом.
Девушка положила подарок на подоконник и поцеловала парня. Руки рылись в волосах, а язык гулял.
Когда она отстранилась, то посмотрела на диван, который стоял за парнем и ждал своего часа.
— Я тут думала... в общем, у меня тоже есть основной подарок, — Мишель хитро улыбнулась и немного прикусила губу.
— И что же это? — парень начал догадываться, о чём говорит девушка, но боялся, что ошибается.
Кирк лишь потянулась за новым поцелуем. Она по-хозяйски исследовала рот Нотта, проводила языком под его губой, а после прикусывала её.
— Хочешь зацеловать меня до смерти? — прошептал ей в губы слизеринец.
— Как ты угадал? — заулыбалась девушка и снова потянулась к нему. Она обвила его шею руками и ступала всё ближе и ближе, так что парню пришлось шагать назад.
Спустя несколько шагов он упёрся икрами в диван, и Кирк, когда заметила это, легонько толкнула ладошкой в грудь, чтобы ему пришлось сесть. Теодор решил, что самому будет скучно, поэтому потянул девушку за собой, держа за талию. Мишель села на колени к нему лицом.
Тео улыбнулся когтевранке и притянул к себе обратно. Когда отстранился, начал поцелуями спускаться ниже, к шее. Затем покрывал её мокрыми поцелуями.
— Ты так ахуенно пахнешь.
Мишель в ответ лишь хихикнула и тяжело выдохнула. Язык Нотта на шее приносил огромное удовольствие. По телу бегали мурашки, руки зарывались в волосы парня, а в голове лишь пульсации, которые сводили с ума.
— Я надеюсь, ты не поставишь мне засосы? — на выдохе проговорила девушка.
— А почему бы и нет? — отвечал парень в перерывах между покусыванием нежной кожи любимой. — Пускай видят и знают, что ты занята.
— Я думаю... что все и так уже догадались. — Когтевранка потянулась рукой к палочке и прошептала заклинание, чтобы закрыть дверь.
— Боишься, что кто-то заметит отличницу в такой позе? — Он посмотрел на неё сквозь ресницы, а губы уже были недалеко от ключиц.
— Не хочу, чтобы нам мешали.
Парень ухмыльнулся и принялся покрывать короткими поцелуями её ключицы, спускаясь к зоне декольте. Как раз любимая кофточка когтевранки предоставляла прекрасный вид и возможность ласкать девушку. Его губы пробирались всё ближе к груди, а внизу что-то подсказывало, что ей это дико нравится. Она хочет большего.
Мишель ласково убрала его лицо от своего тела и прикусила губу. Теодор выглядел шикарно. Он хитро смотрел на неё и ждал следующего шага, думал, что поцелует, но она взяла край кофты и потянула её вверх. Кирк кинула верхний слой одежды куда-то в сторону и посмотрела на парня, у которого в глазах читалось восхищение.
«Так она готовилась, видимо», — он осматривал красивый кружевной лифчик и боролся с желанием порвать его и осмотреть то, что под ним скрывалось.
Уже через мгновение Тео потянулся к груди девушки и начал обцеловывать её. Затем посасывать, покусывать и оставлять бордовые отметины.
— Тео...
— Прости, не смог удержаться.
Мишель ухмыльнулась и затаила дыхание, когда он отодвинул ткань бюстгальтера и облизал сосок.
— Ах... Тео...
Парень продолжал делать это и получать в благодарность тихие стоны когтевранки и так называемый массаж головы. Ему нравилось наблюдать за реакцией девушки: как она закатывает глаза, кусает губы, приоткрывает рот и довольно улыбается. Нотт менял один сосок на второй, пока одной рукой придерживал нижнее бельё, а другой гладил её поясницу.
— Мне кажется... что... джинсы лишние. — Говорить было тяжело, когда горячий слизеринец ласкал грудь, но Мишель старалась.
— Ты так думаешь? — улыбнулся парень и поднял бровь. Затем он расстегнул пуговицу и ширинку на штанах девушки, она встала на пол, стянула их и поспешила обратно.
Теперь перед парнем виднелся комплект красного кружевного белья, который немного просвечивался.
— Ты, когда шла сюда, уже знала, что будешь раздеваться у меня на коленях? — спросил парень, ложа руки ей на талию.
— Это был мой подарок.
Теодор посмеялся и низким голосом произнёс:
— Хороший подарок.
— Теперь сможешь дрочить не на сны.
— Ну как это, во снах ты была полностью голая, — хитро проговорил парень.
— Знаешь ли, ты в моих тоже, — прошептала девушка Нотту на ухо и прикусила мочку. Затем провела языком по шее и резко потянула его кофту вверх, откинув в сторону вместе с футболкой. Парень в ответ лишь томно выдохнул.
Теперь перед её глазами был торс слизеринца, который лишь ухмылялся и наблюдал за тем, как девушка пытается подобрать слова, чтобы описать то, как она хочет его.
Мишель провела руками по его груди и остановилась на прессе.
— Это лучше, чем во сне, — единственное, что она смогла выдавить из себя.
Кирк не смогла сдержаться от поцелуя и прижалась к парню, который облокотился об спинку дивана. Руки Нотта гуляли по спине девушки и опускались к заднице, сжимали её и оставляли следы от пальцев. Мишель обняла шею парня и приняла его язык во рту.
Девушка буквально горела от желания. Её бедра терлись об его, заставляя член в штанах твердеть, а мысли путаться. Всё-таки Мишель решила не терпеть и, не отрываясь от поцелуя, направила руки к брюкам парня. Она растегнула и отодвинула их, а затем — чёрные боксеры, освободив при этом член, — и посмотрела на него. Его размер был чуть больше среднего, но Мишель громко вздохнула.
«А он вместится во мне?» — подумала когтевранка.
— Что за вздох? — немного недовольно поинтересовался парень, будто его это чуть-чуть обидело.
— Просто... — пыталась оправдаться девушка, — у моего прошлого партнёра был поменьше, и давно, и я не знаю, что...
Тео лишь начал хихикать.
— Как-то вообще не смешно, — теперь уже недовольной была девушка.
— Прости, что убиваю желание этим смехом, — он посмотрел ей в глаза, — я буду нежным.
Теодор уже хотел положить её на диван, но Мишель прижала руками его плечи к спинке.
— Я хочу попробовать так.
— Ты ведь боялась, что не влезет.
Кирк вздохнула и прошептала:
— Знаешь, меня это даже возбуждает как-то, — она прикусила губу, а в голову ударил жар. — Ну, твой член.
Тео улыбнулся во все зубы, притянул её губы к своим и рукой начал спускать свою одежду.
— Стой! А презерватив есть?
Он поспешно достал нужную упаковку из кармана брюк и показал девушке. Она улыбнулась и взялась его распаковывать. Затем надела на член и провела рукой вверх-вниз. Непривычно было ощущать в руке половой орган парня, который недавно доставал её в библиотеке. Но если уже вспоминать про библиотеку, то недавно он там дрочил ей, так что такое времяпрепровождение было ожидаемым.
Тео помог когтевранке и отодвинул трусики в сторону, пока она садилась на него. Когда Мишель села на всю длину, то громко простонала.
— Блять... — не мог удержаться от комментария Нотт. В голове всё буквально взорвалось, когда пришло осознание, что он внутри Мишель Кирк. От возбуждения в глазах было туманно, и он вспомнил, что не наложил оглушительного заклинания.
Пока Тео шептал палочке, девушка пыталась прийти в себя и найти силы двигаться дальше на парне. Она уперлась в его плечи и начала подниматься и опускаться, добавляя при этом небольшое движение вперёд и назад. Когтевранка испытывала величайшее наслаждение от ощущения члена Нотта внутри себя, от этого движения, от мысли, что они настолько близки. Настолько близки.
Руки тянулись в пляс, а голос издавал громкие звуки удовольствия. Мишель чувствовала себя, как в раю. Она не могла понять, за какие достижения такая награда.
Теодор смотрел на девушку как на богиню. Целовал каждый уголок тела, в основном сладкую грудь и немного ниже. Как же ему хотелось запечатлеть этот момент в своей голове, так как Мишель выглядела божественно. Пока она прыгала на его члене, он думал о том, что не хочет больше видеть её в одежде, ведь это так бессмысленно.
«Зачем прятать такую красоту под тканью?»
Тео протянул руку ей за спину и расстегнул лифчик. За секунду он упал ему на грудь и висел на руках девушки. Она откинула его в сторону и пустила член немного глубже, из-за чего пустила громкий стон.
Слизеринца это ещё больше заводило — её звуки удовольствия. Он пытался тянуть время, но она была так шикарна, что хотелось кончить в тот же момент.
Парень положил руки на грудь девушки и немного сжал.
— Тео... — по коже прошёл холодок, но внутри горело, внизу горело, голова горела. — Ты... ах... — Он вернулся за старое, облизал сосок, легонько прикусил и оттянул, пока он не вылетел из рта. — Ты... сводишь с ума.
Эти слова давались ей с большим трудом. Хотя ноги устали, боли она почти не чувствовала. Лишь с трудом сдерживала крики.
Когда Нотт понял, что не может сдерживаться, он начал немного помогать Кирк и двигать своими бедрами в такт. Девушка откидывала голову от удовольствия и не замечала, как парень обкусывает себе губы.
Мгновение спустя член стал твердеть ещё больше, и девушка поняла, что парень достигает пика. Мишель начала двигаться ещё энергичнее и своим голосом доводила Нотта. Он кончил в презерватив и довольно простонал, пока когтевранка продолжала двигаться, пытаясь довести себя до оргазма. И Теодор, как настоящий джентльмен, берёт в руки её задницу и помогает любимой справиться с этим. Он двигает ею в своём направлении, и за счёт трения клитора девушка кончает, откидывает голову ещё больше назад и спустя мгновение обмякает в его руках и ложится ему на грудь, так и не вставая с члена.
— Я тебя люблю, — с отдышкой говорит Мишель.
— Я тебя, блять, обожаю, — Кирк пускает усталый смешок и после нескольких минут отдыха в мокрых объятиях встаёт и садится рядом, облокотившись на спинку дивана.
— Так откуда ты взял диван?
— Я ночью спер его с какого-то старого кабинета неподалёку.
Мишель посмотрела на парня и лишь посмеялась.
— Пусть будет тут, он очень удобный.
— Не уверен, что мы на все сто процентов испытали удобство этого дивана, но да, ты права.
Спустя какое-то неопределенное количество времени Мишель решила пособирать одежду с пола.
— Не нужно надевать эту глупую одежду, я хочу, чтобы ты всегда ходила так.
— Не мечтай, Тео.
— Хочу скорее закончить школу, купить нам дом, в котором ты будешь ходить голая и радовать мой глаз.
— Интересный ты, — ответила девушка, пока искала свой лифчик.
Теодор сидел в штанах и лишь наблюдал за Кирк, но помогать не хотел. Засмотрелся на её задницу, когда она опускалась за одеждой, и опомнился, когда ему в лицо прилетел бюстгальтер.
— Можно забрать себе? — спросил брюнет.
— И что ты будешь с ним делать? Носить?
— Он будет моим талисманом.
— Какой же ты пошлый, — произнесла Мишель и подошла к парню, который разглядывал её тело и складывал её бельё себе в карман брюк.
— Это ты заставляешь меня так вести себя.
— Да неужели? — Когтевранка присела рядом и погладила рукой его шею.
— Ты ведь не думаешь, что я не способен на второй раунд?
— Я и не сомневаюсь. Но сегодня я не способна, — она подарила ему короткий поцелуй и встала одеваться.
Когда уже одела свои джинсы, кинула парню его кофту с футболкой. Пока он стягивал их с лица, Мишель уже надела свою кофту, но была без лифчика, из-за чего из-под ткани виднелись два кружочка.
— Пойдем прогуляемся, а то я в последнее время только в библиотеке и сижу.