Глава 12
Роберт
Дождавшись ночи, как можно тише пробираемся в дом матери девочек. Заходя в квартиру, я чувствую жуткий смрад, запах просто сшибает с ног, видимо после того, как девочки перебрались ко мне, их мать со своим уродом впали в глубокую наркотическую кому, остаëтся только надеяться, что их мать ещё жива и нам удастся привести еë в чувство, это самый лëгкий способ подтвердить, то, что я и так уже знаю. Но Лине нужно это подтверждение и это понятно, не просто поверить в то, что я ей рассказал, я бы и сам не поверил, это не похоже на реальную жизнь, это скорее из разряда фантастических книг, и для человека, который большую часть жизни жил пусть не простой, но человеческой жизнью, сложно это принять, как данность.
Радует то, что в квартире нет посторонних людей, это облегчает нашу задачу.
Юльку мы завели к Нику, который иногда, как оказалось, уже помогал Лине присматривать за сестрой, правда с ним девочка совершенно другая, она молчаливая и ведёт себя, так, как и должен себя вести трëхлетний ребëнок.
В самой большой комнате на диване лежат два тела, запах стоит такой, что кажется, что мы опоздали на несколько дней, если не недель, но приглядевшись получше, я замечаю, что на шее матери девочек слабо но бьëтся пульс, а вот еë дрожайший супруг, видимо избавил нас от необходимости выпроваживать его.
Лина тихо подходит к дивану, девушка побелела и сейчас больше напоминает привидение, она легко касается шеи своей матери, пытаясь нащупать пульс и с облегчением выдыхает, когда понимает, что та жива. Затем она подходит к телу отчима и для меня становится сюрпризом, когда она произносит:
- Они оба живы. Что нам с ними делать?
Я на секунду задумался. Но на самом деле, верный вариант здесь только один:
- Ты займëшься матерью, а я по- забочусь о еë кавалере. Меня не будет некоторое время. Ты справишься?
- Я справлюсь. Но что ты собираешься с ним делать? - Девушка хмурится, в еë глазах плещется тревога, я знаю, она не хочет расставаться, я тоже, но вариантов не много, мы не можем оставить еë отчима рядом, он слишком опасен, я должен убрать его, как можно дальше от моих девочек.
- Подарю ему новую жизнь. Подальше отсюда.
- Хорошо, будь осторожен...пожалуйста. - Лина обняла меня за талию и прижалась лицом к моей груди. И моë сердце моментально отреагировало на близость любимой, забившись в десять раз сильнее. Я никак не могу привыкнуть, что эта потрясающая девушка моя, что я могу обнять еë, когда захочу, что она всегда рядом, всегда со мной. Я привык быть один, одиночество никогда не было мне в тягость, оно всегда было моим другом. Я никогда не искал компании, мне не нужны были люди. Но за очень короткий срок, Лина стала моим миром, еë тепло, еë присутствие рядом, стало моим наркотиком, и я легко могу погибнуть от ломки если еë отнимут у меня. И сейчас мне не легко отпустить её даже на несколько часов. Я целую девушку в макушку, глубоко вдыхая еë удивительный запах.
- Не волнуйся, милая, я скоро. - Мне удаëтся отпустить девушку из своих объятий. Подойдя к кровати, я взваливаю на плечи эту огромную тушу. Он похудел, с того момента, как я видел его последний раз, но он всë равно огромный. С трудом я затаскиваю его на заднее сиденье внедорожника, предварительно убедившись, что все камеры близлежащих домов временно выведены из строя, мне ни к чему лишние свидетельства.
Мой план прост, увести его как можно дальше, и сделать так, чтобы он никогда не вернулся. Я еду, не останавливаясь несколько часов, дорожные камеры не видят мою машину, для них она тень, поэтому я гоню на максимальной скорости. Пока не доезжаю до маленькой, неприметной деревушки, единственная ценность которой заключается в железнодорожной станции, на которой перераспределяют товарные составы. К этому моменту, здоровый придурок начинает проявлять признаки жизни, сознание начинает проясняться. Этого я и ждал, теперь легче тащить его к составу, перекинув одну руку через плечо, ногами он, худо-бедно передвигает сам. Забравшись в вагон, я сажаю его так, чтобы мы могли видеть друг друга. Колян тяжело дышит, к его общему смраду добавляется ещё и новый, когда его тошнит прямо на его джинсы. Он кашляет, стараясь сфокусировать на мне взгляд:
- Кто ты?
- Друг, - Это слово я выплëвываю, потому что так надо. - Посмотри мне в глаза. Ты же знаешь, что я твой друг.
Придурок фокусирует на мне взгляд и мгновенно попадает под моë влияние, это всё, чего я добивался:
- Тебя зовут Эдик, больше ты ничего не вспомнишь, ты забудешь свою прежнюю жизнь навсегда, еë не было, даже во сне ты не будешь еë вспоминать, когда очнëшься, ты сейчас заснëшь, когда очнëшься, проедешь на этом поезде ещё день и ночь, а потом сойдëшь в ближайшей маленькой деревушке, в город не суйся, там опасно, ни полицию не нарывайся, они ищут тебя. Ты совершал страшные преступления, но теперь одумался и больше ты никогда никого не обидишь. Живи тихо, как мышь и тогда ты будешь в безопасности. А теперь ты можешь поспать.
Его глаза, после моей команды сразу закрылись, и здоровый придурок впал в глубокий, гипнотический сон, который изменит его жизнь навсегда.
***
Лина
После ухода Роба, я не стала терять время зря, дома царил полный разгром, и моя комната не была исключением, в ней явно что-то искали, но вряд ли что-то нашли. Про мой тайник не знал никто и он был ни в этом доме, нужно быть сумасшедшей, чтобы хранить деньги в доме с двумя наркоманами. Но в моей комнате была надëжно спрятана аптечка, которую я собрала как раз на случай, если мне понадобится оказывать им первую помощь.
Промыв желудок, сделав несколько уколов и поставив капельницу, я занялась необходимыми гигиеническими процедурами. Посмотрев на мать, я не смогла найти в ней и следа той женщины, какой она когда-то была. Елена всегда была женщиной удивительной красоты и грации, она всегда тщательно следила за своим внешним видом, если бы она хотела, то могла бы с лëгкостью покорить все подиумы мира, но она не хотела, любовь к моему отцу поглотила все имеющиеся у неë амбиции, она растворилась в нём, стала частью его. Елена готова была на всë, ради счастья своего мужа: с готовностью участвовала в его экспериментах, рожала ему не своих детей, бежала с ним без оглядки, когда он приказал и с готовностью пряталась с ним от всего мира. У неë не было своей жизни, своих желаний, своих интересов. Еë, как отдельной личности не существовало. Вот почему она так легко и низко пала, когда исчез еë смысл жизни. Сейчас передо мной лежало практически безжизненное тело, от которого смердело, как от недельного мертвеца. Мои глаза слезились от запаха, пока я мыла и переодеваться женщину, которую всю жизнь считала матерью, а теперь не знала, кто она мне.
Постепенно еë пульс пришëл в норму, а дыхание выровнялось, к этому моменту, я сменила уже третью капельницу, жизнь Елены была уже вне опасности и теперь оставалось лишь ждать, когда она придëт в себя.
Я одновременно и ждала и боялась этого момента, который либо изменит все мои представления о себе, либо лишний раз подтвердит, что я никто, лишь ещё одна, никому не нужная девчонка без будущего.
Теперь, когда всё сделано, у меня есть время позвонить Нику и узнать, как там Юлька. К тому моменту,как я закончила, был уже полдень следующего дня, но любимый ещё не звонил, и я начинала волноваться. Руки чешутся набрать номер Роберта, но сейчас этого лучше не делать, если он до сих пор не позвонил сам, значит для этого есть причины. Набираю знакомый номер, друг отвечает после третьего гудка:
- Частный детский сад слушает.
- Как Юлька?
- Нуу, я ещё жив и даже могу говорить, значит всë в порядке.
- Я думала она с тобой не разговаривает.
- Ну, это да, зато она прекрасно ездит на мне верхом, убегает от меня в парке и так и норовит искупаться в фонтане. А ещё мы норовим погладить каждую встреченную кошечку и собачку и громко плачем, когда дядя Ник не разрешает нам этого сделать.
Я правда не хотела, но смех вырвался из меня сам собой. Сестрëнка сегодня решила немного похулиганить, ей почему-то очень нравилось проделывать такие шалости именно с Ником. Видимо друг обладал способностью пробуждать игровую сторону не только у взрослых девочек, но и у малышек.
- Она смеëтся. Считай, что один из твоих концертов я уже полностью отработал. Требую признать это за полноценную услугу.
- Хорошо, хорошо. - Пока Ник произносил последнюю фразу, он сам очень походил на капризного малыша, что насмешило меня ещё больше, и я уже смеялась во весь голос. - Ты прав, это полноценная услуга. Снимаю с тебя один долг. Ты сможешь оставить еë у себя до вечера, я понимаю, что о многом прошу, но у меня на самом деле не много вариантов.
- Да, без проблем, не переживай, я присмотрю за ней. Если что, возьму еë с собой в клуб.
- Я постараюсь успеть до твоего отъезда. И, спасибо тебе.
- Без проблем.
Когда Ник отключился, я проверила показатели, всë было стабильно. И так как, сидеть на месте я не могла, решила заняться уборкой.
Через пару часов я наконец услышала как в замке поворачивается ключ и побежала встречать своего парня, с разбега запрыгнув в его объятья. Он с лëкгостью поймал меня, и впился в мои губы с той же статью, с которой умирающий от жажды встретил бы бутылку воды. Его не было меньше двенадцати часов, но для меня, будто бы прошла вечность. Это и есть то чувство, которое моя мать питала к моему отцу? Мне тоже предстоит в нëм потеряться? Или я уже это сделала?
- Как ты, милая? Я скучал, как безумный.
- Всë хорошо, я тоже скучала, места себе не могла найти. Как всë прошло?
- По плану, надеюсь мы больше никогда не увидем этого придурка.
Я на секунду задумалась, стоит ли узнать, что Роберт сделал с Коляном, а потом поняла, что я не хочу знать, он жив и далеко отсюда, это всё, что меня касается, остальное, не могу дело.
- Лена ещё не очнулась, но я думаю, ждать осталось не долго.
- Я привëз с собой продукты, сейчас приготовлю что-нибудь, на скорую руку, думаю нам всем не помешало бы подкрепиться.
- Ты прав, пойдëм на кухню, я помогу тебе, вдвоëм быстрее управимся.