Глава 13
Роберт
Мать Лины начала проявлять первые признаки жизни, только ближе к вечеру. Мы успели покончить с уборкой и привести квартиру в нормальное состояние, не оставив и следа наркопритона, которым она была утром. Уезжая, на двери я сделал специальную пометку, знак для наркоманов, что квартира под наблюдением полиции и сюда лучше не соваться. За весь день здесь не было ни одного названного гостя, значит метка сработала как нельзя лучше,и мы могли не беспокоиться хотя бы об этом.
- Мама, - тихо позвола Лина. - Мама, ты слышишь меня?
- Ммм, Лина, чего ты так орëшь, мы же спим. - Женщина перевернулась на бок и потянула к себе руку с капельницей и видимо почувствовав, что что-то не так, наконец открыла глаза. - Что происходит? Что вы со мной делаете? Где Толик?
- Толик решил, что с него хватит и захотел начать новую жизнь, подальше отсюда. Его видимо очень напугало, что вы впали в кому, он подумал, что вы умерли и ушёл по-английски, не прощаясь. - Ей не следовало знать ничего, кроме этого, нужно дать ей понять, что она осталась одна, не напугав при этом. Нельзя, чтобы она замкнулась в себе. Нам нужно, чтобы она говорила с нами.
- Ты кто такой? Что ты делаешь в моëм доме?
- Я парень вашей дочери, меня зовут Роберт, приятно наконец познакомится с вами. - Я протянул руку для рукопожатия, но женщина отпрянула от неë, как от огня.
- Не подходи ко мне, убирайся из моего дома. Не трогай меня. - Женщина была явно очень напугана. Она отползла в самый дальний угол дивана, сжавшись в маленький комочек и смотря на меня, как на чудовище.
- Мама, Роберт не сделает тебе ничего плохого. Он всего лишь хочет помочь. - Лина растерянно смотрела на мать, явно не понимая, что с ней творится, а вот у меня, кажется появилась догадка.
- Мы с вами уже встречались, не так ли? Или не так, вы знаете меня, но я совершенно точно никогда вас не видел, я бы запомнил.
- Конечно, ты бы запомнил, - презрительно усмехнулась женщина, ты же машина, в теле человека, ты ничего не забываешь.
- О, как интересно, вы видимо знаете, кто я такой?
- Я всë знаю, - злобно выплюнула женщина, - ты рос у меня на глазах, до тех пор, пока тебя не услали, на моих глазах ты превратился в то, чем являешься сейчас. Это Лине ты можешь пудрят мозги, рассказывая про свою любовь, но я то знаю, что ты ничего не чувствуешь. Вы долго еë искали, сгубили моего мужа, ради этого, и конечно же именно ты должен был еë найти.
Я взглянул в глаза Лине, она видимо думала о том же, о чем и я: "мы не задали ни одного вопроса, а нам уже подтвердили все наши догадки".
- Так это правда, - тихо прошептала Лина, - Я и есть двухсотый.
- Ты знаешь? - Елена была явно удивлена. Она резко подалась в сторону Лины, как-будто хотела схватить девушку за ворот рубашки. - Как много тебе известно?
- Видимо, больше, чем тебе.
- То есть ты знаешь, что они охотятся на тебя и всё равно спуталась с этим? - женщина трясущимся пальцем указала на меня. - А ты знаешь, что он такое? Ты знаешь, что он самый опасный и безжалостный из всех созданных образцов?
- Они не образцы, это отвратительно, что их так называют. - Зло прошипела девушка. - Они люди! Да, пусть особенные, но люди. И если бы создатели относились к ним по-человечески, может быть результаты их исследований были бы совсем другими! И не смей так говорить про Роба, ты ничего о нём не знаешь! Откуда ты вообще так хорошо осведомлена, если вы с отцом сбежали от Создателей когда я родилась?
- Это не значит, что мы ничего не знали о них всë это время, Ваня всегда говорил, что выигрывает всегда тот, кто больше знает. Он всегда был в курсе всего, что там у них происходило. У Вани всегда были шпионы. Твой отец никогда не был простым учëным, его мозг всегда работал в разных направлениях. Он же был гением, никто не мог превзойти его.
- Видимо кто-то всë же превзошёл, раз его сейчас здесь нет. - Холодно сказал я, постаравшись вложить в голос как можно больше презрения. Мне нужно было вновь вывести еë из равновесия, чтобы она опять перестала фильтровать то, что говорит нам. - И я, объективно мог бы с лëгкостью превзойти его. А чудовище из меня сделал имеет ваш Ваня, поэтому врядли вы можете жаловаться, что я пришëл за его главным проектом. - Говоря эти слова, мне до смерти хотелось взглянуть на Лину, удостовериться, что она понимает, для чего я всё это говорю, что она даже на секунду не подумала, что это правда, но любой неосторожный взгляд мог выдать меня сейчас, поэтому я мог только надеяться, что девушка доверяет мне достаточно, чтобы не принимать в серьëз всю ту ересь, что я сейчас несу.
- Что ты понимаешь, чудовище. -Зашипела на меня Елена, еë глаза горели гневом и презрением. - Ваня был настоящий учëный, и когда создатели приблизились слишком быстро к делу всей его жизни, ему пришлось пожертвовать собой, чтобы спасти идеальные образцы. И за это я буду вечно ненавидеть их обоих, из-за них он умер, из-за этой маленькой твари, которую я вынуждена была родить, я искренне ненавижу их обоих, они отняли у меня смысл жизни.
Я добился того, чего хотел от этой женщины, но еë признание стало для меня поистине неожиданным. Не знаю чего я ожидал, и почему я сам до этого не додумался, но на секунду я замер, стараясь осмыслить услышанное.
- Юлька? Она тоже образец? - прошептала Лина, губы моей девочки были белые, как мел, она явно была в шоке. - Но... как? Как ему удалось? Откуда он взял образцы? Нужна специальная, оборудованная генетическая лаборатория, он работал в морге, там нет такого оборудования.
Мать Лины вдруг разразилась истерическим смехом, это было страшное зрелище. С грязными, всклокоченными волосами, болезненно худая, в дырявой футболке, видавшей лучшие времена, эта женщина была очень похожа на сумасшедшую.
- Оооо, - завыла женщина продолжая посмеиваться. - А это забавно. До меня не сразу дошла вся ирония. Вот и не верь после этого в судьбу.
- Может ты перестанешь говорить загадками? - Терпение Лины явно было на исходе, она зло смотрела на свою мать. - Что такого смешного ты нашла в этой ситуации? Поделись с нами, может мы тоже посмеëмся вместе с тобой.
- Сомневаюсь, что это тебя рассмешит. - С явным презрением бросила Елена, усмехаясь. - Но да, я поделюсь своим открытием с вами, просто, чтобы посмотреть на ваши идеальные лица.
Женщина встала на коленки и довольно проворно для её недавнего состояния подползла к краю дивана, смотря на нас с непонятной смесью лукавства и злости. Она явно наслаждалась сложившейся ситуацией и нашим явным замешательством.
- Ему не нужно было никаких специальных лабораторий, он просто взял два идеальных образца и произвëл оплодотворение, а потом подсадил их мне, чтобы я произвела на свет ещё один идеальный образец.
- И чьи же генетические материалы он для этого использовал? - Прошептала Лина, она стала белее мела, видимо она пришла к тем же выводам, что и я, относительно возможной кандидатуры для биологической матери Юльки.
- О, - Расхохоталась Елена, - Ты и так уже знаешь, чьи. Так что, всë справедливо, ты всё это время делала то, что и должна была с самого начала: воспитывала свою дочь.
- Кто был вторым образцом? - Я очень старался, чтобы мой голос звучал ровно и холодно, но внутри меня разгорался пожар, который мне с трудом удавалось сдерживать.
- А вот здесь то и начинаются насмешки судьбы. Вторым идеальным образцом являешься...ты. Правда забавно!?...
После еë последних слов я почувствовал, будто меня ударило молнией. Я многое готов был сегодня услышать, но только не это. Какова вероятность, что из всех образцов на роль отца Иван Иванович выбрал именно меня? Но я же не идеален, тут явно что-то не сходится.
- Но вы сказали, что Иван Иванович взял два идеальных образца, а я же не идеален. Вы уверены, что отец девочки я?
- Конечно я уверена, Ваня сказал, что ему доставили именно твои образцы, думаешь за двадцать лет ничего не изменилось, подручные Вани с лëгкостью убрали из твоих ген все повреждëнные элементы, и вуаля, ещё один идеальный образец готов. Только вот Ваня уже никогда этого не узнает, и всё из-за этих глупых девок, которых он защищал ценой своей жизни. Чтоб они обе были прокляты! Как я просила его, бросить эту идею, мы могли бы родить своих детей и они тоже были бы идеальными, идеальными, для меня. Но нет, он не считал меня достойной, чтобы рожать ему детей, все эти годы он просто позволял мне быть рядом с собой, потому что ему было так удобно. Я заботилась о нём, делала то, что он говорил, грела его постель, но никогда не была достойной его любви. Всегда недостойна. - Под конец своей речи женщина уже рыдала навзрыд. Слëзы текли по еë, когда-то красивому лицу, стремительно заливая грязную майку.
И мне было бы еë даже жалко, но она сама выбрала такую жизнь, сама согласилась быть игрушкой в чужих руках, сама согласилась рожать и вынашивать чужих детей. Еë никто не заставлял так жить, никто не принуждал оставаться с Иваном Ивановичем и плясать под его дудку, она могла уйти миллион раз, особенно после их побега, но она осталась.
Я перевëл взгляд на свою девушку, она потрясëнно смотрела на меня:
- Юлька наша дочь... - Тихо прошептала она, и только услышав эти слова от Лины до меня наконец дошёл весь их смысл. Мы в одночасье стали родителями трëхлетней, гениальной, очень особенной девочки, и если хоть кто нибудь узнает, кем она является, на неë объявят охоту, так же, как на еë мать.
Уже то, что я теперь отец, уже повергало в шок, но то, что моя дочь в опасности просто взрывало мне мозг. Я посмотрел на Елену, теперь она была для нас ещё более опасным свидетелем, чем ранее, она слишком много знала и была слишком лëгкой добычей. Судя по тому, как женщина смотрела на меня, она точно знала о чём я думаю, следующие еë слова это подтвердили:
- Теперь ты меня убьëшь? - в словах женщины не было страха, скорее она хотела смерти, жаждала еë. За моей спиной раздался судорожный всхлип. Она точно знала, что я не собираюсь никого убивать, но ей очень не понравилось, что еë мать могла допустить даже мысль, что я на это способен. Но ведь женщина была права, я абсолютно точно на это способен, и старый я так бы и поступил, и как не горько это признавать, если бы у меня стоял выбор между безопасностью моих девочек и жизнью Елены, даже сейчас, я бы не задумался надолго. К счастью, был другой выход, более гуманный.
- Я дам тебе выбор, тебе решать: я мог бы уничтожить тебя, ты угроза для всех нас или я могу дать тебе новую жизнь без боли, без воспоминаний, ты никогда ничего не вспомнишь, даже если мы случайно столкнëмся, ты нас не узнаешь Елена Дëмина исчезнет навсегда. Ты будешь другим человеком, чистый лист. Тебе выбирать. Подумай...
- Я согласна... - Женщина почти кричала. - Ты и представить себе не можешь, сколько раз я мечтала забыть. Пусть даже мне придëтся нищенствовать, я хочу начать с чистого листа.
- Тебе не придётся нищенствовать, я позабочуть обо всех твоих нуждах на ближайшее время, а так же о жилье и лечении от зависимости.
- Спасибо... - Елена смотрела на меня изумлëнными глазами. - Я думала, ты чудовище. Ваня говорил, что в тебе не осталось ничего человеческого. Он считал это победой, говорил, что если бы был уверен, что Лина перенесëт введение сыворотки, то давно бы уже начал вводить еë.
После этих слов, моя ненависть к этому человеку возросла в разы, и я в который раз пожалел, что он мëртв и я не могу добраться до него. Хотя я до сих пор не был уверен в его смерти, уж слишком много вопросов она вызывала, но мне не удалось найти никаких доказательств обратного, ни одной ниточки, никаких концов, лишь моя интуиция.
- Есть ли ещё что-то, что ты бы хотела нам рассказать, пока я не стëр твою память?
- Возможно было ещё что-то, сейчас я не могу вспомнить. Я всю жизнь вела дневник, записывала туда всë, что узнала от Вани, всë, что видела сама. Это моя летопись проекта "Создатель", возможно, она будет вам полезна, не знаю, наркотики уже проделали за тебя половину работы, я много что не помню. Когда Ваню убили, я испугалась, я спрятала свой дневник и все записи мужа в банке, в ячейке. Вот ключ. - Женщина сняла со своей шеи дешëвый кулон в форме сердца, открыв его, я увидел внутри свëрнутую бумажку, на ней был написан код и зашифровано название банка. Этот шифр я сразу узнал, его изобрëл Иван Иванович и только несколько человек знали, как его расшифровать. В детстве мы с ним часто играли в игру, он загадывал мне загадки с помощью своего шифра, а я разгадывал, даже для меня это было сложным, поэтому вряд ли кто-то смог бы случайно его расшифровать.
- Мне это больше не нужно, может быть вам пригодится. - Женщина замолчала на несколько минут, напряжëнно глядя на меня. Я понимал, чего она ждëт, но мне нужно было время, чтобы продумать план. Наконец она не выдержала: - Что будет дальше?
- У тебя есть поддельные документы? Наверняка твой покойный муж позаботился об этом.
На трясущихся ногах Елена медленно, пошатываясь сползла с дивана и подойдя к окну, посмотрела на меня.
- Нужно снять батарею, я не смогу.
Подойдя к ней, я снял батарею и отодвинул еë от стены, насколько это было возможно. Женщина встала на колени и взявшись за край обоев, сдëрнула их со стены, за обоями был спрятан тайник, из которого она достала коробку с документами. Там оказалось два российских паспорта с фотографиями Елены и Лины и свидетельство о рождении Юли, так же с вымышленным именем, а ещё три загран паспорта на на те же имена, в паспорте Юльки фотографии естественно не было. Видимо вставить еë предстояло мне.
- Здесь нет паспорта Ивана Ивановича, он не планировал свой побег?
- Он забрал его, когда поехал в ту поездку, в которой погиб, он не стал объяснять зачем.
- Ясно. - Этому обстоятельству могло быть куча причин, и было бесполезно сейчас строить предположения. Даже если паспорт был с ним, то он сгорел в том пожаре. - А сейчас вы примете душь и приведëте себя в порядок, с собой вы возьмëте только эти документы. Постучите к соседке, и скажете, что вы с мужем переезжаете в деревню, подальше от соблазнов большого города, оставите ей ключи и попросите присматривать за квартирой, пока ваши дочери не вернуться. Вас не должны хватиться, вам не нужны полицейские, которые будут вас искать. Мы с Линой будем ждать вас в машине. Я пока позабочусь о самолëте и лечении в клинике, не задерживайтесь, Елена, и не делайте глупостей, второго шанса у вас не будет.
- Я поняла, я быстро.