глава пятая.
Прошла неделя. Та самая «теплая тяжесть» от поступка Галли не проходила, а лишь давила сильнее. Каждый раз, видя его в столовой или на площадке для тренировок, я отводила взгляд, чувствуя, как горит лицо. Он же делал вид, что меня не существует. И это было хуже любых насмешек.
Я не могла вечно прятаться в хижине и делать вид, что ничего не произошло. Клинт пробурчал, что если я достаточно здорова, чтобы «бегать по кустам», то и работать могу. Пришло время выбирать профессию.
Собрание у здания Совета было шумным. Новые зеленые, мы стояли кучкой, а вокруг кипела жизнь Глейда: строители таскали бревна, повара несли корзины с овощами, садоводы о чем-то спорили у грядок. Я смотрела на них и чувствовала себя чужой. Какая разница, кем я буду? Все равно ничего не выйдет.
— Бегуны, — объявил Алби, и несколько парней уверенно вышли вперед. Мое сердце болезненно сжалось. Нет. Уже никогда. — Садоводы. Повара. Лекари...
Я пялилась в землю, ожидая, когда же это закончится. Мне было все равно.
— Строители.
Я машинально подняла голову. И встретилась взглядом с Галли. Он стоял среди других строителей, опираясь на длинную рукоятку какого-то инструмента, и смотрел на меня с привычной колючей насмешкой, но в глубине его глаз читался немой вопрос. Вызов.
И вдруг в голове что-то щелкнуло. Вспомнился его нож, идеально лежавший в руке. Вспомнилась записка: «...возьми хотя бы воды побольше». Дельный совет. Практичный. Не «не делай так», а «делай это лучше». Строители... они не бегали в Лабиринт, но они делали стены выше, а хижины — крепче. Они чинили повозки и укрепляли загоны. Они создавали и чинили, а не разрушали и не бежали.
И это был единственный человек, который не смотрел на меня с осуждением или жалостью, а просто... что-то сделал. Что-то полезное.
Я не осознала, что шагнула вперед, пока не оказалась в группе новоиспеченных строителей. Кто-то удивленно ахнул у меня за спиной. Галли приподнял одну рыжую бровь, но нечего не сказал.
Старший строитель после Галли, по имени Ридж бросил на меня скептический взгляд. — Ты уверена, новенькая? Работа тяжелая. Не для всех.
— Я уверена, — выдохнула я, и это прозвучало куда увереннее, чем я себя чувствовала.
Первый день был адом. Руки стерты в кровь, спина горела огнем, а солнце накаляло кожу до красноты. Мне поручили таскать и сортировать доски под присмотром самого Риджа. Он был строг, но справедлив. Не ругал за медлительность, но и не делал скидок.
Галли работал неподалеку, сбивая каркас для новой повозки. Он не подходил и не заговаривал со мной, но я ловила его взгляд на себе. Оценивающий. Любопытный.
Во время перерыва я плюхнулась на бревно, с трудом разгибая пальцы, сложенные в крюк от тяжести. Ко мне подошел Гид, один из старших строителей, и молча протянул деревянную кружку с водой. Я кивнула в благодарность.
— Не плохо для первого дня, — неожиданно произнес он хриплым голосом. — У многих с духу прет, а потом сдуваются. Ты держишься.
Это была простая констатация факта, но от этих слов по телу разлилось странное тепло. Маленькое достижение. Но мое.
Вечером, возвращаясь с работы, я почти валилась с ног. На пороге своей хижины я снова замерла. Рядом с дверью, на земле, лежал сверток. Внутри была мазь, пахнущая травами, и еще один клочок бумаги.
«Для рук. Иначе к утру отвалятся. Г.»
Я вдруг рассмеялась. Смех был хриплым и уставшим, но настоящим. Он не приносил извинений, не искал разговора. Он просто... помогал. Делал свою работу и помогал мне делать мою. Практично. Эффективно. Без лишних слов.
Я зашла внутрь, намазала растертые ладони прохладной мазью и села на гамак, глядя на заживающие ссадины. Они болели, но это была хорошая боль. Боль от труда, а не от бегства.
Я осталась. И похоже, я начала не просто разгадывать загадку по имени Галли. Я начала строить. Сначала — просто стены и повозки. А потом, возможно, и что-то еще. Что-то свое. Прочное. Надежное. Как добротное бревно в стене Глейда.