Алый закат

Пик- пик.

Звук этот раздражает, но в то же время дарит возможность продолжать жизнь. Белая палата, пропитанная запахом пустоты, не цветов, не подарков, словно уже мертва и полна одиночества. Лучше бы она просто источала запах антисептика.

Странная, конечно, эта жизнь: лишь секунду назад ты находилась здесь, а теперь, кажется, будто никогда и не существовала. Прожив четверть века в строгих рамках правильной, но лишенной искры рутины, ты внезапно осознала, что ни один друг не нашел пути к тебе, чтобы посетить такую молодую, полную надежд девушку. В твоей душе мертвая тишина, пронизанная оттенками одиночества, как если бы время застыло в ожидании чего-то великого и неизбежного. Мгновения превращаются в безмолвные тени, и в пространстве, где ты ждала тепла встреч, царит лишь холод отсутствия. Неужели вся жизнь состояла из этих забытых мгновений, что лишь иногда вспыхивают в памяти, как далекие звезды? Быть может, нужно было искоренить скуку повседневности, открыть сердце для дружбы и приключений, чтобы понять: даже из самых обычных дней можно соткать нити ярких судеб. Но сейчас, в этом безмолвии, окутанном легкой пеленой пустоты, лишь и остается, что сетовать о жизни, которая ускользнула сквозь пальцы.

Единственным посетителем оказался седой, худощавый старичок, который когда-то встретил этот крошечный комочек, столь напоминавший ему о давно ушедшей дочери. Этот трогательный миг привнес в его жизнь новые краски, и она, словно светлый луч надежды, стала смыслом его существования.

Возможно, он и был единственным по настоящему близким ей человеком. Открыв дверь, пожилой мужчина, медленно передвигаясь с костылями, вошёл в палату, сел рядом с кроватью, и как будто боясь, что последняя частичка жизни треснет на мелкие осколки, которые уже не собрать. Он взял её руку не сжимая, а ласково поглаживая мягкую и такую нежную кожу. Опустив голову и сдерживая давно остывшие слёзы, он заговорил:
— А помнишь свой шестой день рождения? Ты так хотела куклу, как у девочек из садика, и целый год умоляла меня купить её, хотя они были так дороги для нашей маленькой семьи.

С мягкой улыбкой на давно не молодом лице он продолжил:
— Как я мог опечалить свою маленькую принцессу? Я представлял, как вручу тебе её, как ты будешь смеяться и кричать «деда, деда!». Пришлось устроиться на ещё одну работу, и когда меня спрашивали, зачем я это делаю, ответ был так прост: я полюбил тебя, маленькую потерянную девочку, которую бросил весь мир. Мы были так похожи, словно две звезды, брошенные в бескрайних просторах ночного неба. Оба остались одни, но в этом одиночестве я стремился показать тебе, что не имеет значения, где ты находишься и как проходит твоя жизнь; важнее всего — это те, кто рядом с тобой.

Смахнув выступившие слёзы, старик возобновил свой рассказ, наполнив его уже более весёлым, но всё ещё пустым звучанием голоса:
— Ой, старый дурак, ха-ха-ха, отошел от истории! Так вот, я накопил деньги на куклу, но из-за предстоящих праздников её цена поднялась на целых 15%. Я так расстроился, пробежал весь город в поисках варианта подешевле, но всё было безрезультатно. Сев на скамейку в парке, я задумался: что делать? Уже совсем скоро у моего цветочка будет первый наш совместный праздник. Я даже уговорил знакомую испечь лучший детский тортик, но не мог же я прийти домой, смотря на сверкающие глазки, ожидающие своего первого и такого особенного подарка. Занять у кого-нибудь? Ты знаешь, тогда у всех было туго с деньгами, а те, у кого они были, с нами не водились, ха-ха-ха.

Посмотрев на лицо своей принцессы, словно надеясь, что она слушает и боясь прервать рассказ, он вновь продолжил:
— Но знаешь, я нашёл выход! Я откопал на барахолке пупса таких же размеров. Хотя он был без одежды, но в идеальном состоянии! За 8 часов до твоего пробуждения мне срочно нужно было что-то сшить, и ты представляешь, я сам сшил для него одежду из всего что попадалось под руку! Хотя раньше даже зашить дырку на рубашке для меня было сложно, но через пробы и ошибки я справился, успев до твоего пробуждения.

Медленно отпустив одну руку, старик потянулся и нежно погладил девушку по голове:
— Ты тогда была такой смешной, растрепанной и сонной, с одним носком на ноге. Но голос твой, такой яркий и светлый, спрашивал: «Деда, ты не забыл, какой сегодня день?» Тогда я усадил тебя на колени и поцеловав в лоб, я вручил тебе того самого пупса без упаковки и без банта, с трепетом наблюдая, как ты отреагируешь, ведь мечтала ты совсем о другом.
Но когда я увидел ту самую искренность в детских глазках и улыбку сквозь слёзы, я понял, что все мои недосыпы, старания и переживания стоили этого — видеть самые глубокие эмоции на твоём кукольном личике.
— Ой, а помнишь, как ты хвасталась потом перед всеми, что у них у всех девочки — куклы, а у тебя одной-единственной — мальчик? Он ведь до сих пор сидит у тебя в комнате на кровати.
— Ох, голова моя глупая, все о себе да о себе болтаю.
Пожилой человек достал пакет, что принёс с собой, и вытянул от туда две фотографии.
На одной стояла прекрасная принцесса празднующая выпускной, поддерживающая за руку худого старичка.
На второй — весь смысл жизни девушки, приют для животных, о котором она всегда мечтала.
— Знаешь, — проглотив ком в горле и сдерживая улыбку, которую уголки уст давным-давно отпустили, прошептал старик почти неслышно:
— Они ждут тебя, человека, который даровал им надежду и укрытие, привнес в их жизни свет любви, не обременённой предрассудками, не знающей различий между достоинствами и слабостями, навязанными этим прогнившим миром. В их сердцах живёт благодарность к той, кто осмелился полюбить, несмотря на следы, оставленные жестокими обстоятельствами, выкопанные безжалостными людьми, которые порой хуже диких стервятников, что потрошат мёртвые тела. Так же, как когда-то ты подарила смысл жизни мне, ты стала для них светом, освещающим путь в этой кромешной тьме.
Посмотрев с проникающим пониманием в последние мгновения на это юное и ставшее ему родным лицо, старик не смог сдержать слез. С нежной улыбкой на губах он прошептал:

— Прощай, принцесса. Знай, куда бы ты ни отправилась, я непременно отыщу тебя. Мы вновь будем семьёй, как и прежде. Я сделаю все возможное, чтобы ты достигла своего счастья с поднятой головой. Судьба непременно встанет на твою сторону.

Его слова, полные любви и надежды, витали в воздухе, словно тонкий аромат лепестков роз, оставляя в душе безмолвной девушки теплоту и уверенность. В этот момент времени между ними возникла невидимая связь, связующая их души, призывающая к светлому будущему, где вновь засияет утреннее солнце их совместного счастья.

Пик-пик.

Пик...

...

Последний вздох наступил в 22:43.

На другом конце города, в полузаброшенном здании, на окне сидел рыжий кот. В его бездонных, словно лесные дали глазах отражалась грусть и безысходность. Он ожидал, что в любую минуту приедет машина, распахнется дверь, и выйдет она. И, словно ребенок после долгой разлуки с матерью, он побежит навстречу с улыбкой на своей милой мордочке.

Если бы он мог говорить, первое, что бы сказал: «Почему так долго? Я соскучился. Мы все скучали, но я больше. Я бы пожаловался, кто что натворил, рассказал бы о событиях за тот период, пока тебя не было — самые новые сплетни и истории».

Твоя безмерная любовь охватывала всех, словно луч теплого света в морозное утро, но едва ли кто-то из немногих задумывался о том, что происходит в глубине твоей души. Такой сильный человек, готовый встретить любые невзгоды лицом к лицу, в действительности оказывается хрупкой девочкой, тоскующей по теплу и мечтающей о широкой спине, которая защитит от всех жизненных невзгод. Многим кажется, что ты — опора, но лишь немногие знают, что под этой крепкой оболочкой скрывается уязвимое сердце, жаждущее заботы и тепла. Ты словно маяк в бурном океане, освещающий путь другим, даже когда волнения и тревоги пытаются поглотить и тебя. Каждый жест твоей любви — это не только дар, но и крик о помощи, призыв к пониманию. В твоих глазах отражается печаль, которую ты так умело прячешь, однако порой ты мечтаешь о том, чтобы кто-то стал твоей крепостью — оплотом, о котором ты так долго грезила. Силою, что возьмёт твою нежную руку и с уверенностью поведёт в светлое будущее, где тени страха и одиночества уступят место теплу и взаимопониманию.