Глава 1.
Вест-Индия, Ямайка, Кингстон, 1716 год.
— Энджел, я же сказала тебе, чтобы ты набрал команду, когда я приду, и где она? — гневно спросила Николь, садясь за стол в местной таверне.
— Успокойся, капитан, я собрал её. Они ждут тебя на пристани. Но предупреждаю, что я не говорил им, что ты женщина, — с усмешкой ответил светловолосый мужчина двадцати двух лет.
— Хорошо, пойдём проверим их, заодно познакомимся, — девушка встала из-за стола, надела шляпу, спрятав свои тёмные длинные волосы, заплетенные в тугую косу.
— Слушай, Николь, если они начнут над тобой подшучивать, я не сдержусь в этот раз, — предостерег её помощник.
Она остановилась и сказала:
— В тот раз и у меня было опыта мало, и ты набрал придурков, которые тут же разбежались, узнав, что я женщина. За десять лет Майкл меня научил всему, что требуется, в том числе и управляться с саблей. Так что посмотрим кто кого! — убедительно высказала девушка.
— Я до сих пор ещё не могу осознать, как такая хрупкая женщина может держать тяжёлую саблю, да ещё и орудовать ей.
Капитан Андерсон закатила глаза и сказала:
— Идём уже, команда ждёт!
«Ричард Андерсон» стоял на якоре в доке. Новая команда ожидала своего капитана на пристани. Когда они увидели приближающихся к ним Энджела, которого они уже знали, и Николь, то сразу затихли и уставились на девушку. Она была одета в чёрные бриджи, белую свободную рубаху. Чёрные высокие сапоги, сабля в ножнах, висящая на боку, и шляпа дополняли образ юной пиратки.
— Позвольте представить вам вашего капитана… — начал Энджел.
Но девушка остановила его жестом руки и продолжила сама:
— Капитан Андерсон! Владелец этой шхуны, — указала она рукой на корабль, стоящий позади матросов.
Матросы начали переминаться с ноги на ногу со странным выражением лица. И тут один из них не выдержав, выступил вперёд и встал почти вплотную к Николь. Он был аж на две головы выше её и шире в два раза. Она не испугалась, подняла голову и посмотрела на него, затем спросила:
— Мистер, у Вас есть вопросы?
— Вы женщина? Капитан пиратской шхуны? Женщина — пират? — ему явно не доставляло удовольствия быть под командованием женщины.
— Вы что-то имеете против женщин, мистер как Вас там? — возмущенно спросила она.
— Как раз наоборот: я очень люблю женщин. Но командовать собой им не позволяю. И, кстати, зовут меня Джек Коллинз, — самоуверенно произнёс матрос.
— Ну, что я могу Вам сказать, мистер Коллинз, Вас здесь никто не держит. Если Вам не нужны деньги и работа, то можете идти, — с притворной печалью ответила Николь. — Остальных это тоже касается!
Она отступила на пару шагов от матроса и хотела подойти к своему помощнику, как этот самый матрос схватил её за руку и притянул к себе. Его глаза сузились, а девушку чуть не стошнило от вони изо рта, перемешанной с запахом пота и табака.
— Ни одна сучка мне не смеет указывать!
Девушка тут же ударила его кулаком в челюсть и, извернувшись, вырвала свою руку, одновременно доставая саблю. Она приготовилась к бою, но до этого жестом остановила своего помощника, который тоже уже обнажил саблю.
Матрос начал громко смеяться.
— Неужели ты думаешь, что сможешь побороть меня таким тяжёлым оружием? Да ты еле держишь её! — продолжал он смеяться.
Остальные матросы тоже начали издавать смешки, но Николь не обращала на них внимания.
— А ты проверь, Джек Коллинз! — уверенно сказала она.
— Только потом не обижайся, когда я сделаю тебе больно, дорогая, — он тоже достал свою саблю и встал в позу.
Николь первая нанесла удар, который он отразил. За их схваткой наблюдали уже все люди, находящиеся на пристани. Со стороны казалось тем, кто ещё не понял, что дерутся мужчина и женщина, что один был на столько огромный, что еле двигался, а второй — грациозный, быстрый, ловкий и вместе с тем достаточно сильный, чтобы отражать удары противника. И когда в очередном резком движении с ловкого юноши слетела шляпа, освободив длинную косу, все ахнули и сразу зауважали этого «юношу». В толпе послышались голоса:
— Да это же девушка. Смотрите, как она ловко управляется с этим увальнем.
Кто-то начал поддерживать её, кто-то смеялся над матросом.
Остальные матросы из собранной команды стояли в безмолвии, по их выражению лица было понятно, что они в шоке.
Джек уже вымотался, а Николь ловко бегала и орудовала своей саблей, как будто она ничего не весила. Наконец, она нанесла последний удар и ранила матроса, порезав ему плечо. Он выронил саблю из раненой руки, здоровой рукой схватился за рану, из которой хлестала кровь, и от усталости опустился на колени. Девушка подошла к нему, подняла его подбородок кончиком своей сабли и победоносно спросила:
— И кто кому сделал больно?
— Сучка! — прорычал Джек.
— Что и требовалось доказать, — она отпустила его голову, вытерла саблю о его рубашку и спрятала её в ножны. — Кто ещё хочет сделать мне больно? — обратилась она к команде.
Матросы молчали.
— Я так и знала. А теперь, чтобы больше не тратить время, кто хочет уйти, уходите, остальные ждите моих указаний.
Никто из матросов не шевельнулся, в их глазах читалось уважение к своему капитану.
— Отлично, а теперь слушайте мою команду. Ах, да, Энджел, — обратилась Николь к помощнику, — убери отсюда этого раненого, меня тошнит от него. Так вот, — она снова повернулась к матросам, — завтра утром мы выходим в море. У меня есть информация, что из Санто-Доминго через Порт-Ройал в Гавану направляется торговое испанское судно, полное золота. И мы должны перехватить его. Поэтому будьте готовы. А сейчас можете отдохнуть. Всё, все свободны!
Матросы разошлись, а Николь и Энджел пошли к ней домой. Девушка хотела попрощаться с матерью перед отплытием.
— Дорогая, ну, зачем ты занимаешься мужской работой и ещё такой опасной? Кто бы мог подумать, что моя дочь — пират, — сокрушалась Мария.
— Не пират, а капер. Мама, я обещала себе, что отомщу за смерть отца, — спокойно сказала девушка, сидя в кресле около камина.
— Господи, кому ты собралась мстить, если этот человек мёртв?
— Испанцам, мама, испанцам.
— Но они не виноваты. — Мария все с большим страхом смотрела на дочь. — Никогда не прощу Майкла за то, что он научил тебя этому всему.
— Мамочка, но я же не убиваю людей, если, конечно, они не угрожают моей жизни, я просто забираю у них то, что они не заслуживают. Как когда-то они забрали жизнь отца. — Николь смотрела на портрет Ричарда, висящий над камином.
— Николь, ты совсем молодая, у тебя вся жизнь впереди. Давай я познакомлю тебя с достойным человеком, ты выйдешь за него замуж, родишь детей. — С надеждой в голосе сказала Мария.
— Нет, я не хочу замуж. Мама, я люблю море, как и папа когда-то любил.
— Но Майкл тоже любит море, но оставил его ради нас с тобой. Теперь занимается тростником, все как отец хотел. И благодаря ему у нас все есть.
— Но я не Майкл. Конечно, я ему за все благодарна, особенно, за то, что он меня всему научил и тебя не бросает. Ты бы лучше к нему пригляделась, мм? — лукаво подмигнула Николь.
— Николь Мария Андерсон, что это за шутки? — возмущенно спросила Мария.
— Это не шутки, мама. Не всю же жизнь тебе одной быть. Майкл очень хороший и привязался к тебе. Я не думаю, что папа был бы против, он всегда хотел, чтобы мы были счастливы.
Мария покраснела и отвела взгляд.
— Ты говоришь не как леди, я тебя этому не учила, — почти шёпотом произнесла вдова Андерсон.
— Ну, я и не леди. Нет, конечно, я все помню, чему ты меня учила, но сейчас мне это не нужно, я не на приёме. А сейчас извини меня, мамочка, я пойду спать. Завтра отплываем. Спокойной ночи и подумай, — подмигнула дочь, вставая с кресла и целуя женщину в щеку.
— Спокойной ночи, дорогая, береги себя, — вздохнула Мария.
Девушка ушла, а её мать задумалась: «Такая упрямая, вся в отца. И ведь уговорила Майкла помогать ей, а он не смог отказать. Всегда относился к ней как к дочери. Майкл… О, Боже! Ну, Николь! Теперь всю ночь буду думать об этом».
Николь поднялась на второй этаж и последовала в свою комнату. Вдруг она увидела тень около своей двери и уже положила руку на рукоятку сабли. Она остановилась и громко спросила:
— Кто здесь?
Тень отсоединилась от стены и вышла на свет, который отбрасывали свечи.
— Фух, Энджел, ты напугал меня. Что ты делаешь около моей комнаты? — со вздохом облегчения спросила девушка.
— А ты, я смотрю, уже приготовилась изрубить меня на мелкие кусочки? — указывая головой на её руку, находящейся на рукоятке, спросил помощник.
— Ну, надо же чем-то завтра акул покормить, — без тени улыбки ответила Николь.
— Фу, какая ты кровожадная, — сморщился Энджел, подходя к ней. — Вообще, я хотел обсудить завтрашнее дело. Ты думала о том, что это торговое судно будут сопровождать военные корабли? Ведь никто просто так золото не перевозит.
— Не думала, а знаю. Там будет всего один военный корабль. Это тебе не галеон какой-нибудь, чтобы вести за собой целую армаду.
— Ну, и что мы будем делать с двумя кораблями? У нас одна небольшая шхуна.
— Ошибаешься, помощник. Ты поплывешь на папином барке и сделаешь так, чтобы увезти военный корабль. А я уже займусь нашей добычей.
— Но мы никогда прежде не работали раздельно? — обеспокоенно спросил Энджел.
— Ты испугался без меня? — посмеялась девушка.
— Нет, я боюсь за тебя.
— Я справлюсь, не беспокойся. Заодно и проверим команду: на сколько они мне доверяют и уважают.
— Это рискованно.
— Я знаю, но в нашем деле без риска нельзя. Все, Энджел, я спать. Спокойной ночи. Ещё обсудим все завтра.
Девушка ушла в свою комнату. А помощник смотрел ей вслед обеспокоенно и одновременно гордился её смелостью. «Да, не каждая девушка на такое способна. Она королева!»