Глава 27 Тревога
После того как по большей части все вопросы были решены, Манджу уже было засобирался домой, но Кавех не мог его просто так отпустить одного.
Та история, которую он рассказал накануне перед приходом Сайно, честно сказать, пошатнуло старшего архитектора. Сильно пошатнуло.
Младший архитектор всё рассказал, когда они вечером встретились в той же таверне, и где Кавех всё же оплатил счёт, о котором забыл напрочь. Честно, Манджу давно не видел, чтобы его давний друг плакал, так протяжно и мучительно. Кажется сам Манджу уже смирился с судьбой и совсем не плакал, а Кавеху было больно слышать и узнать такую новость от близкого человека, что таился и почти не появлялся на публике ровно год, пытаясь протянуть хотя бы день в одиночестве.
Кавех ещё долго повторял, что больше не бросит Манджу, что готов помочь ему со всем чем угодно. И чтобы тот при любой ситуации сразу же обращался к нему.
Конечно Кавех знал, что Джасвиндер скончалась при родах, но чтобы настолько жестоко, он никак не мог предположить. Хотя навряд ли старший архитектор хоть чем-то бы помог, зная, что тот сам переживал тяжелые времена, но это сейчас не имело большой важности. Главное, что Манджу наконец-то смог открыться Кавеху, выговориться и наконец приступить к действиям.
Конечно же это благодаря одному человеку...
...
- Лоран? Кто это? - Кавех в замешательстве смотрел в потолок своего дома пытаясь вспомнить кого-то с похожим именем.
Манджу в свою очередь осторожно переступал с ноги на ногу, не решаясь ответить. Заметив эту робость, Кавех взглядом напомнил другу, что не стоит всё держать в себе. Взгляд был вполне доходчивым и внятным, от того Манджу с тяжёлым грузом на сердце присел на диван начиная говорить:
- Как бы выразится... чтобы понятнее было.. - почесав затылок Манджу смотрел в пол, пока Кавех наблюдал за ним сверху вниз. - Кхм... Мы с ним подожгли твою платформу и он немного устроил провалы в землях.
Получилось сказать максимально ужасно, даже шелест страниц из комнаты Джина прекратились. Там сидел Аль-Хайтам, который читал сказку на ночь сыну, но дверь походу не была заперта и тот в любую секунду готов выйти, для разбирательства.
Кажется Манджу всё таки перегрелся на солнце, раз сморозил подобное. Ему лишь оставалось упереть лицо в руку, не желая видеть реакцию друга. Но молчание затянулось слишком долго от того всё же пришлось посмотреть на старшего архитектора.
Лицо того было максимально расслабленным, даже морщинки на лбу не сложились в горизонтальную линию.
- Ты не зол?
- На что? За то что ты спалил платформу, так это даже не твоя вина и того Лорана. Сам же сказал, что там был механизм какого-то «идиота», что всё подожгло. А провалы в пустыне так же не дело твоих рук. - Кавех сделал ту самую снисходительную улыбку, которую Манджу ненавидел больше, чем себя самого. Кавех всегда так улыбался, когда по случаю преподаватели хвалили его, а Манджу могли критиковать за своевольность, хоть оба любили внести что-то своё в проект, пускай этого и не требовалось. - Ты стал более мягким, неужели это Лоран на тебя так влияет?
Эти слова невольно задели саму цель, Манджу даже поперхнулся на секунду. Пусть он и критиковал малого по поводу и без, кричал и ругался, но этот парнишка действительно нечто, и как бы Манджу не хотел этого признавать, кажется он привязался к нему. После его возвращения «к жизни» , младший архитектор стал в два раза внимательнее к нему, хоть тот и уходит в пустыню для своих анализов, пока Манджу «разнюхивает» по городу информацию. Но Лоран пообещал, что каждые два часа будет отписываться Манджу, так что второй не переживает. Да и подробности про подземную гробницу, младший архитектор узнал как раз от Лорана, и об одном подозреваемом человеке, что мог бы устроить всё это.
Кавех вздохнул смотря на своего друга, но держать всё же не стал, а спокойно отпустил договорившись к нему зайти перед тем, как они отправятся в пустыню. Да, скорее всего на праздник опоздают, но ничего страшного, главное, что именно в той гробнице могут ждать ответы на их вопросы.
.
.
.
Лежа в полной темноте, мальчик совсем не желал спать. Его одолевали странные мысли о сказанном, а приход Манджу ещё больше убедил Джина, что есть что-то особенное в нём, то, что их связывало.
Отвернувшись от стены, малыш оглядел комнату, вспоминая, как приходили люди для проверки жилищных условий от детского дома, они одобрили и сказали, что уже в скором времени подготовят нужные бумаги. Его отец уверенно и четко отвечал на поставленные вопросы, а пришедшие выдавливали из себя доброжелательность, ведь с Аль-Хайтамом шутки плохи. Через каких-то пару дней или больше, секретарь станет полноправным отцом для Джина, и вполне возможно малыш пойдет учиться в пред-академскую школу для желающих поступить в саму Академию.
Жаль... Что Джина всё это не радовало, то есть радовало, но печаль была сильнее, от того малыш не мог уснуть сдерживая слезы.
Вдруг в окошко кто-то постучал.
Все нервные соединения и мышцы мальчика напряглись, от столь резкого движения проснулся Мехрак не понимая, что вообще творится.
Джин посмотрел на дверь, что была приоткрыта, но свет там уже не горел, что значило об отбое. У отца Джина всё строго с этим.
Пролежав с минуту, мальчик расслабился думая, что ему просто показалось, но в тот же момент раздался ещё один звук. Чуть громче прежнего, но не настолько громкого, чтобы разбудить родителей.
Тук-тук.
Мехрак в волнении начал кружится туда сюда, пока Джин поднимался и преодолевал себя, чтобы не упасть от страха.
Сердце стучало как сумасшедшее, отдавая прямо в уши и заглушая тревожные восклицания Мехрака. Механизированный чемодан пытался остановить Джина, но мальчик не хотел бояться, а хотя бы раз попытаться самому решить всё.
Осталось совсем немного до занавесок, всего пара сантиметров, всего пара... Маленькая ладонь касается ткани и чтобы не медлить после, Джин резко убирает занавески в сторону и... ничего?
Джин оглядывается нервно ища тень или отголосок человеческого присутствия. Теперь все прочитанные книги не шли ему на пользу, ведь все они были связаны с мистикой. Благо вымышленной...
- Посмотри Мехрак, это была ветка, она почему-то отломилась. Видимо она и стучала всё это время... - мальчик посмотрел на друга, но тот пристально смотрел в окно. Джин повернул свой взгляд и почему-то, там уже стоял кто-то, сгорбленный и темный... - Ма...
Не успев ничего сказать, в лунном свете Джин узнал столь морщинистое лицо. Невольно страх сошел, но напряжение не отступило.
Фигура махнула мальчику, на что тот с недоверием глянул на знакомую персону. Света в проходе по-прежнему не было, значит все спали. Но стоит ли вообще идти на краткий разговор или просто поговорить через окно. Всё же не став таить своё любопытство, Джин открыл окошко на себя пропуская свежую прохладу. Почему-то повеяло некоторым могильным холодом, но не нормально ли это для человека, что в любую минуту может умереть.
За такие мысли мальчика, мама его бы наругала...
- Бабушка Лилавати? Что вы тут делаете? - престарелая женщина показала пальцем быть тише и указала идти за ней. А Джин остался, никуда он не пошел. Лилавати ему никогда особо не нравилась, она была слишком чудаковатой и слишком странно смотрела на него, а ещё она всегда настаивала на том, чтобы он пожил именно у неё. Но сколько бы он не оставался с ночёвкой, ему всегда казалось, что за ним следят, даже во сне. - Не, бабуль, я лучше спать, спокойной ночи.
Прикрыв окно поплотнее и закрыв его на щеколду, Джин завешал занавески выдыхая и мысленно восторгаясь собой за такую храбрость. Уже направившись спать, Джин понял, что слишком тихо было в его комнате, чего-то не хватало. Точно! Где Мехрак?
Вновь открыв занавески, уже никого не было, и лишь ветер гонял листву и ветви, создавая монотонный стук по стеклу.
Стук.
Стук.
Стук.
.
.
.
По утру мальчик, что совсем не спал, стал свидетелем разговора родителей в их комнате.
Кавех поспешно складывал все необходимые вещи стараясь ничего не упустить, Аль-Хайтам же как-то нервно перебирал пальцы, наблюдая за возлюбленным, явно желая того остановить. Но лишь за вчерашний день, они успели поругаться и помириться на этой почве. Аргументом Аль-Хайтама было то, что это опасно и не настолько важно, им ничего не мешает выиграть на конкурсе и узнать всё у Архонта, а лучше просто к ней лично подойти, секретарь бы устроил это всё, только бы Кавех попросил.
Но возлюбленный стоял на своем, утверждая, что он обязан помочь своему товарищу и самому понять, откуда появился Джин, а Архонта по таким пустякам не должны беспокоить, ведь ей есть чем заняться. Поговаривают, что Кусанали и вовсе сейчас нет, вроде как, за долгие века она решила навестить регион контрактов, и к концу конкурса та должна вернуться. И чтобы не говорил Аль-Хайтам, Кавех находил объяснение.
Сейчас уже сидя и смотря на взбудораженного возлюбленного, секретарь более ничего не хотел говорить и лишь безмолвно наблюдал, стараясь не доставать своим мнением. Кажется Хайтам впервые ощутил себя бессильным. Кто бы не приходил к нему решать вопрос, он мог найти ответ и решение, но сейчас, кажется сами Боги Селестии не в силах помочь страдальцу.
Джин с грустью на лице наблюдал за отцом, который был впервые подавлен за всё время нахождения Джина тут. Даже привычные наушники были где подальше, от того мальчик ещё больше расстроился уже не говоря о том, что ему придется сказать о пропаже Мехрака
- Ну чего повесил нос, это всего на дня два, мы уже вроде с тобой обсудили это. - Кавех закрыл свою походную сумку присаживаясь перед Хайтамом на колени, пытаясь заглянуть в его глаза. Тот был в размышлениях от того не желал лишний раз отвлекаться. Проведя рукой по лицу любимого, тот наконец посмотрел в глаза цвета вина, ожидая, что будет сказано дальше. - Знаешь, мне не доводилось видеть тебя таким, даже при нашей ссоре, и всё же, меня печалит, что я стал причиной этого в конечном итоге.
Аль-Хайтам беспрерывно продолжал глядеть в эти прекрасные глаза, не в силах оторваться от них, а мысль о том, что они могут быть на грани смерти, ещё больше пугает. Кажется Кавех чувствовал себя именно так, когда Аль-Хайтам покидал дом на целых две недели за каким-то камнями. Иронично, ведь они поменялись местами, и Кавех уходит не на две недели, а на два дня, что могло бы показаться детским лепетом. Семейная жизнь сильно размягчила строгого секретаря.
- Знаю, просто я не хочу, чтобы ты шел один, у меня плохое предчувствие. - Хайтам притянул любимого ближе крепко обнимая, признаться честно, Кавеху нравился такой Аль-Хайтам, а ещё больше ему нравилось, что только архитектор может видеть его таким. То, каким мог быть Аль-Хайтам, знали только они. - Останься...
Под конец голос секретаря стал тише, но даже этот факт не остановил Кавеха. Старший взял лицо Хайтама, убирая мешающие пряди и внимательно смотря в отчаянные глаза, невольно Кавех засомневался: «а стоит ли всего этого?». Но мысль так и осталась мыслью. Кавех оставил свой теплый поцелуй на щеке любимого, может архитектору показалось, но кажись они были влажными? Не успел Кавех присмотреться, как Хайтам уткнулся тому в шею тихо дыша.
- Не волнуйся, с тобой будет Джин и Мехрак, так что не соскучишься. Да Мехрак? - чемоданчик громко запищал, явно не довольный этим фактом. - Неужели хочешь со мной?
Мехрака на это радостно запищал, так что Кавеху оставалось лишь снисходительно улыбнуться, продолжая обнимать Аль-Хайтама.
- Надеюсь Джин-и не обидеться.
А Джин застыл в ужасе от осознания, что Мехрак как-то вернулся, зная что всё в доме было закрыто.
.
.
.
Перед тем как выйти к дому Манджу, в дверь постучались. Открыв дверь, Кавех увидел на пороге Нилу с озадаченным лицом. Ту явно что-то тревожило, от этой мысли архитектор начал ощущать зловонное напряжение где-то внутри.
«Неужели что-то случилось?..»
- Кавех, почему ты не сказал...? - девушка с нежным лицом казалась необычайно строгой, всё же именно улыбка была её обычным явлением, а подобное настроение заставило впасть в ступор архитектора.
- Ты про что? Ох... - только сейчас Кавех осознал, что он тот ещё идиот, решив идти и вытаскивать гробницу прямо сейчас, он совсем позабыл о том, что обещал Нилу. Как он мог так оплошать? А ведь он попросил Тому присмотреть за девушкой, а сам забыл предупредить подругу. - Нилу, я... Не хотел это утаивать, то есть я и не пытался, просто забыл...
- ... - танцовщица чуточку отступила назад, она ощущала предательство мирового масштаба. Уже завтра начнётся недельный конкурс, именно ей предстоит выступать первой и именно тот человек, что поддерживал её, и на кого она надеялась просто уйдет, забыв об обещании. Девушка не пыталась кричать или плакать, просто она хотела знать, почему какой-то приезжий достоин того, чтобы знать о подобном. А самой девушке пришлось это узнать от третьих лиц, она так боялась, что могла не успеть, благо она ранняя пташка.
- Просто не пойму, что движет тобой. Мы и так стараемся для Джина, а ты хочешь идти ещё дальше. Ты уверен, что готов выдержать это?
Взгляд девушки был полон печали, но намека на слез и близко не было, она с уверенностью смотрела в глаза друга, желая услышать ответ.
Кавех явно растерявший настрой просто взял подругу за руку. Та была маленькой по сравнению с рукой Кавеха, и такой белоснежной. Невольно архитектор задумался о том, что последний месяц он только и обсуждал, как будет стоять в первых рядах и крича громче всех о том, как же он горд своей подругой, чтобы все знали, что у Нилу за спиной всегда есть те, кто вступиться за неё. А сейчас, он даже и не вспомнил про это, напрочь забыв о подруге.
Кажется Нилу уловила этот проблеск осознания, потому её опечаленное лицо расслабилось, выдавая даже лёгкую улыбку.
- Прости, я крупно оплошал. Я должен был тебя предупредить... - небольшое молчание было прервано тихим вздохом Кавеха, что смотрел на маленькую ручку Нилу.
Девушка высвободила свою руку отходя назад, Кавех от испуга чуть не рванул вперёд, но так как девушка не убегала, а просто отошла, то надобность в погоне отпала.
Та с лёгкой улыбкой подняла руки вверх, после опуская их в нежном движении. Нилу демонстрировала свой приветственный танец на конкурсе, что готовила в секрете от всех, но прямо сейчас она показывала его своему другу, что завороженно наблюдал за этим.
В конце Нилу делает низкий поклон расправляя своё платье в уважительном жесте. Раз её друг собирается отправится именно туда ставя приоритетом своего ребенка, то девушка не в праве вмешиваться. Ей лишь оставалось крепко обняться с Кавехом и передать ему колбочку с элементальной водой, если на то будет необходимость.
- Если ты не встретишь моё приветствие, то хотя бы так я тебя отблагодарю за всё, что ты сделал. Но обещай, если я выиграю, то ты будешь стоять рядом со мной...
- Обещаю и ты обязательно выиграешь...
.
.
.
Пока Кавех общался с Нилу, Джин с волнением смотрел на Мехрака, он был в полном замешательстве от осознания, что его механизированный друг сначала пропал, а после вернулся как ни в чем не бывало.
Решив кое-что проверить, мальчик подошёл к чемоданчику.
- Мехрак, давай поиграем. - когда Джин так говорил, его друг всегда разбирался на маленькие части прячась по разным уголкам дома, самое интересное было в том, что после находки всех частей надо было собрать друга, если у Джина не получалось, то Мехрак притворялся сломанным, пока мальчик не собирал его правильно. По какой-то причине Мехрак глянул на Джина, даже не реагируя на команду, он будто был взволнован ища своим подобием глаз кого-то, вполне возможно, что Кавеха. - Мехрак?
Джин попытался взять друга, но тот лишь увеличил расстояние между ними. Мальчик перестал понимать, что происходит, обида на самого себя накрыла его с головой. Что вообще творится?
.
.
.
Покидая дом, Кавех не был настроен так же весело, как и утром. Разговор с Нилу заставил его осознать всю серьезность такого решения. Все те планы, которые он обсуждал с семьёй остались просто мечтой, разве так можно поступать?
Мужчина уже не знал, ему лишь оставалось крепко обнять сына, а с возлюбленным долго переглядываться, пока Аль-Хайтам сам его не обнял давая зеленый свет. Мехрак держался в сторонке от всех, но выглядел тот печальнее остальных.
.
.
.
Направляясь к Манджу, Кавех по-прежнему обдумывал своё решение, не приходя к единому мнению о правильности. Мехрак будто ощущая грусть хозяина, был тихим, от того тишина непривычно резала слух, но архитектора это не беспокоило.
По приходу к пункту назначения, Кавех опешил, перед домом Манджу стояли академики и бригада, явно не связанная с главной бригадой Ибрагима.
Долго думать не пришлось, архитектор понял, что Академия узнала кто стал виновником в поджоге и пришли разбираться, но раз они без Манджу, значит тот успел сбежать. Уходя от туда как можно незаметнее, Кавех просчитывал куда мог бы деться его друг, да вот перед ним встало две фигуры. От неожиданности Кавех дернулся, создавая странное впечатление нервного человека.
- Ох, какие люди! Кавех, мальчик мой, как там мой Джин-и поживает? - подняв взгляд, архитектор узнал старческое лицо бабушки Лилавати, та была по-прежнему доброжелательной, а вот человек рядом с ней выглядел более строгим.
Мужчина был выше Кавеха на две головы, его черные как ночь глаза были устремлены прямо на архитектора, а академская одежда украшала его смоляной цвет волос. Это был никто иной как сын бабушки Лилавати, Аниш. В академии о нём ходят разные слухи, но все твердили как один:
«Будь он духом, он был бы истинным злом»
Так говорили из-за его нрава появляться в самые трудные моменты учёных или учащихся, там где было плохо, всегда был Аниш. Принимая экзамены, будущие ученые с 80% проваливали всё без остатка, им оставалось идти на пересдачу, где не было Аниш, и тогда они всё сдавали.
Даже Кавех, когда потерял отца, впервые встретился с Аниш, тогда ему казалось, что он высасывает из него всё хорошее. Ведь после встречи с ним, Кавех ещё долго чувствовал себя ужасно. Единственный, кто мог противостоять ему на равных, остаётся Аль-Хайтам. Он единственный, кто однажды сдал при нем экзамен на все 100%. Это был роковой день, после этого Аниш ещё не раз вел урок у Хайтама, но даже так тот блистал, ни завалив ни единого предмета.
Сейчас же Аниш стоял прямо перед Кавехом, но он будто не был заинтересован во всём этом, он лишь крепче сжимал маленькое тельце в руках. Кавех на секунду испугался, что случилось нечто ужасное, но нет. Маленькая девочка сладко спала. И... секунду.
- Айна? Что она тут делает?
Проигнорировав вопрос Лилавати, все вместе посмотрели на малышку, что даже не подозревала о происходящем.
- Ох, так ты знаешь её? - бабушка задумчиво оглядела собеседника, предполагая свои мысли. - Как вы познакомились?
- Это случайная встреча, мой друг отправил меня помочь кое с чем, а по окончанию работы, я играл с Айной в воде пока она не потеряла заколку. После, я всю ночь искал её. Ну как то так... - история давняя, Кавех помнил, что хотел привести Айну на конкурс, но не думал, что по итогу девочка сама приедет. - А вы как я понимаю...
- Отец... - не многословный Аниш, вновь осмотрел Кавеха что-то подмечая для себя. А архитектор озадаченно сравнивал этих двоих, они были разные внешне, но строгие характеры были для них чем-то обычным.
- Теперь понятно в кого Айна такая строгая. - не обдумав этот момент, Кавеху лишь оставалось прервать неловкий диалог уходя дальше искать Манджу. - Ладно, мне пора, до скорого.
Не успев отойти, Кавех не останавливаясь услышал:
- Не сидится этим архитекторам на месте, в конце то концов это не их задача. - Уходя, Кавех обдумывал сказанное и появления Айны. Что это могло значить? И для чего Лилавати пришла сюда, она живёт в абсолютно другом направлении... Уже отойдя достаточно далеко, Кавех не смог услышать следующих слов. - Зайдём к Джин-и, пришла пора вернуть его домой.
- Хорошо, мама. - мужчина крепче прижал дочь, не желая ни на секунду отпускать её.
.
.
.