Я Там, Где Ты

Вечер перед вылазкой в пустыню

За столом сидело пятеро. В напряжённой тишине, был слышен вой ветра снаружи, пока внутри, даже вдоха без разрешения нельзя было сделать.

– Прошу осветить причину, по которой я нахожусь тут, а не дома. – главным гостем оказался Сайно, генерал Махаматра, что должен был быть дома как час назад, но настойчивый Кавех уговорил его зайти. Каковым было его удивление, когда он увидел Ибрагима и Манджу, что попивали сок, даже не думая выпивать что-нибудь покрепче. В тот момент генерал подумал, что разговор будет длинным и серьезным.

– Не пойми неправильно, мы могли бы и сами разобраться, но нам нужен совет… Точнее разрешение. – старший архитектор был всё так же весел, но чувство тревоги по-прежнему где-то маячило окольными путями, лишь бы достичь своей цели.

– Вот те на… – Сайно взял стакан с напитком, делая быстрый глоток, чтобы скорее узнать продолжение, не из интереса, а из желания оказаться дома с будущим мужем. – Слушаю вас господа.

Аль-Хайтам единственный кто казался спокойным, но его привычная поза чтеца была заменена обычной, что так же не давала повода для расслабления.

Манджу всё пытался понять, знает ли Сайно о том, что перед ним подозреваемый или нет, да вот лицо первого кажется говорило само за себя, особенно то, что он хотел прервать эту атмосферу и неуместные паузы от Кавеха. Видимо ещё не знал…

Только Ибрагим собирался открыть рот и начать свое повествование, в тот же момент, как его перебили уверенным тоном со стороны самого тихого участника. Кавех посмотрел на возлюбленного самым отчаянным взглядом, видимо радуясь, что ему не придется объяснять, всё, что рассказал ему Манджу.

– Обещаю, задерживать не стану, меня самого всё это раздражает. – соколиный взор устремился на объект своего вожделения, явно наслаждаясь тем, как на него смотрит Кавех, кажется даже настроение Хайтама улучшилось. – Ну так вот, слушай внимательно.

. . .

Манджу, что сидел под наблюдением Ибрагима, был пуст, словно чистый лист. Кажется всё в мире было ему чуждо, но этот факт не мешал бригадиру допрашивать его, иногда останавливаясь на передышку, ведь младший архитектор готов был рвать волосы на голове от болезненных воспоминаний.

За всё время, мужчина из истории вынес вердикт:

«Эти ребята и неделю не были знакомы, тогда почему этот архитектор настолько подавлен? Неужели за одну ночь, возможно было настолько привязаться к человеку?»

Этот вопрос мучал мужчину долго, но по итогу тому надоело слушать невнятный бред сумасшедшего, потому от безысходности, тот попросту вышел из небольшого помещения направившись подышать воздухом, да и не мешало бы обсудить с начальством пару моментов.

Манджу даже не соизволил посмотреть, куда же ушел Ибрагим, кажется, его это и вовсе не волновало. Архитектору лишь оставалось смотреть на свои руки, вспоминая, как его жена прикасалась к ним, когда Манджу подолгу засиживался за проектом и от слабости, те колотились, отдавая немой болью.

Кажется, даже не понимающий Лоран, пару раз касался рук архитектора, в надежде привлечь внимание нового друга, а тот и вовсе ловил то ли болезненные, то ли приятные воспоминания, ведь один глаз цвета солнца, был таким родным и всеобъемлющим, что невозможно было почувствовать себя несчастным. А видя то, как этот лучик солнца сгорает в огне, невольно вновь ощущаешь тот роковой день, когда ты осознал, что больше нет сладкого «мы и наши дети» . Кажется Манджу полный идиот, раз решил, что он смог бы стать подобием друга для мальчика… или может чем то большим? Отцом?

Подняв свой взор, архитектор кажется потерял дар речи. Без особой надобности он бы не стал подниматься, но что-то его заставило, что-то кричало ему:

«ПОДНИМИСЬ!»

«ТЫ ОБЯЗАН ЭТО СДЕЛАТЬ!»

Каковым было удивление горюющего человека, когда одна единственная вещь смогла лишить его любого слова или мысли. Один взгляд, и тысячи камней на душе раскололись в миг, а на их место пришло очень пресловутое и неустойчивое в своем существование надежда.

Ведь цилиндр лежащий на столе перед мужчиной не мог появиться из ниоткуда, а записка с безумно каллиграфическим почерком могла принадлежать лишь одному человеку.

.

.

.

Год: ХХХ, дата: 1 мая, время: 8:01

Мужчина в куфие продвигался по пустыне, преодолевая преграду из яростного потока песка, что так и наровился залететь в глаза.

Его переполняли разные мысли, но одна была ясна как день:

«Как найду тебя старуха, так и закопаю тебя тут»

Путь был долгим, а климат до жути в коленках нестабильный, но даже это не мешало путнику идти вперёд к гробнице, где его точно ждали.

Дойдя, мужчина снял с головы накидку, осматриваясь вокруг. Это был Манджу, ещё с не осевшим лицом, веками и неухоженной щетиной. Глаза были яркими и уверенными в себе, жаль, что его самоуверенность утонет в песках надолго после этого дня и, что этот блеск в глазах, первое, что будет тускнеть после окончания этой ночи.

Он знал наверняка, куда ему идти. Манджу чувствовал присутствие чего-то не человеческого и ему надо было спешить. Он был в гневе, нет, в ярости, та сжирала его изнутри, выплевывая куски обратно, создавая невнятный портрет, всё это было осадком на душе будущего вдовца, и отца без детей.

Младший архитектор также был зол на Джасвиндер, свою жену. Та всегда была своеобразной личностью, не любила общаться и компанию из больших людей, любила быть рядом с семьёй, но как поняла, что её мать не взлюбила Манджу, так сразу же покинула отчий дом, возжелав быть с любимым человеком, с которым ей пришлось бы создать семью.

Кто же знал, что отец Джас, что ушел по своей воле от капризной и откровенно меркантильной жены, будет не просто без вести пропавшим, а человеком, что пополнил ряды со своей прабабушкой.

Всё же матушка Джас, не была обычной женщиной. Та явно обладала запретными знаниями, способные навредить людям, но избалованный ребенок во взрослом теле не была ограничена. Свою мать, бабушку Джас, она лично схоронила, а какими методами, умалчивается. Отец и по совместительству дедушка Джас лишь наблюдал, как его дочь творит ужасные деяния, но не влезал. Он знал, что если попытается вмешаться, то его внучка точно останется одна, а этого он боялся больше всего.

Когда он встретил свою жену, бабушку Джас, он знал, что это женщина особенная, в её возможностях было не просто покровительство плодородия, но и загробной жизни. Она знала многое, и из поколения в поколение эти знания передавались. Потому, дедушка Джас, разбаловал свою дочь, выделяя её из толпы, ведь знал, что та станет трудится на благо обществу. Как же он ошибался…

Раненое сердце матери Джас, не могло вынести того, что её собственная дочь влюбилась в какого-то несносного и грубого архитектора. Да даже то, что Джасвиндер выбрала не того человека, что хотела её матушка, уже убивало женщину.

Та впала в глубокую пучину злости и ненависти, дочь, что всегда была рядом и восхваляла мать, оказалась той, кто первая покинула её, даже не думая возвращаться. А на деле, та даже не пыталась её восхвалять, лишь делала вид, что ей не всё равно на слова родного человека.

Всё же Джас не могла принять тот факт, что её отец покинул мир по вине её собственной матери.

Так всё и началось.

Матушка Джас решила проучить дочь, забрать то, что находилось внутри неё, ведь если мать потеряет детей, то воля к жизни у той пропадает и смысла быть рядом с Манджу отпадёт.

Дедушка Джас пытался вмешаться, говорил, умолял передумать. Но слово его дочери было непоколебимо.

А когда сама Джасвиндер почувствовала, что дети внутри неё больше не шевелятся, то даже не соизволила вернуться, гордо донашивая мертвых детей. Но говорить мужу не стала, боялась, что тот сделает глупость и сделает то, о чём пожалел бы.

Пусть этого и не случилось, но матушке Джас было всё мало, они обе понимали, что детей больше не вернуть, так почему дочь не возвращается. Почему?!

Это стало последней каплей терпения. Гнусная женщина отдала все силы на то, чтобы сами Боги покарали несносную дочь. Для этого женщина отправилась в гробницу, совершая свои нечистые дела.

День ото дня, та наполняла злостью проклятие, что должно было подкосить её дочь, но та ярость внутри породила нечто ужасное... Что не просто подкосило Джас, а прямо сейчас убивало её, пока Манджу наблюдал за тем, как тело матушки Джас разваливается на части…

Время: 9:21

Манджу наблюдал за тем, как части бывшей тёщи, отрывались в воздухе, та не издала и звука, походу булькающий звук был тем самым, что бывает при отсекание языка. Внутри каменной комнаты было не на шутку холодно, пусть в обычное время присутствует прохлада, но страшный холод просто убивал живых существ, что находились рядом.

Пустынные лисы, скорпионы, птицы, они валились на пол от силы, исходящей из комнаты. Кажется, теща разгневала нечто действительно ужасное и не поддающееся объяснению.

Манджу застыл от ужаса, подобное точно не увидишь каждый день. Его тело кидало маленькие пульсы, намекая на то, что надо бежать, но желание увидеть, что будет дальше, было велико.

От того архитектор и поплатился, его глаза мутнели, становясь серыми, и безжизненными. Постепенно зрение пропадало и это стало звоночком, что пора бежать. Бежать, бежать, бежать….

.

.

.

Год: ХХХ, Дата: 2 июня, Время: 4:02.

Бригада патрулировало улицы, весело обсуждая как проведут выходной. Остановившись, мужчины заметили силуэт, движущийся к ним, пошатываясь и качаясь из стороны в сторону.

Насторожившись, те взялись за рукоять, но доставать сабли не стали, лишь наблюдали за силуэтом, что просто шёл, даже не осознавая, куда тот идёт.

…

Протокол.

Подозреваемый: Манджу Банерджи

Подозревается в убийстве и сокрытие тела человека.

Время с задержания подозреваемого: 4:08

Характерные черты:

Был невменяем, почти не отзывался, просто качал головой на вопросы. Сдался без сопротивления. В следствии утверждают, что тот не способен на осознанные действия.

Видимый следов сражения или травм не наблюдается.

При попытке накормить, подозреваемый выплевывает еду. Врачи связывают это с истощением.

Последующие наблюдения будут донесены. Наблюдение за подозреваемым продолжается.

Сдавший протокол: *Имя* *Фамилия* Бригада номер 5

.

.

.

Сайно смотрел на бумаги, явно свежего характера, подписаны они прошлым годом. И раз Манджу не под следствием, значит всё обошлось. Кажется генерал даже припоминает эту историю, она была полна недомолвок, но его тогда опечалило, что мужчина потерял свою семью, хоть он и был подозреваемым.

Даже генерал способен на сочувствие.

– Что ж… Я тронут, это действительно печальное событие, которое проливает свет на тот инцидент. Как будет возможность я займусь этим, чтобы закрыть этот гештальт. – Сайно отложил протокол обводя присутствующих взглядом. Он был удивлен тем, что каждый присутствующий сидит с каменным лицом, теперь понятно почему Хайтам взялся за роль рассказчика. Навряд ли Генерал смог поверить в столь неправдоподобную историю.

– Ладно, по итогу, чем же я могу быть вам полезен? Я не владею подобной информацией, что могла бы помочь вам.

– А нам это и не надо. – голос подал главный герой в той истории, но выглядел увереннее остальных, даже Ибрагим с печалью смотрел в стол, не желая представлять, чтобы он бы делал без своих любимых девочек и жены. И насколько должен быть силён человек, чтобы пережить это и желать действовать дальше. – Мы лишь хотим твоего разрешения.

– Разрешения? На что? – генерал был в полном недоумении, а в это время Кавех решил не отмалчиваться и тоже вступить в диалог.

– Именно так, нам нужно добраться до гробницы, но к несчастью та оказалась под землёй около пол года назад, и мы хотим самую малость «раскопать» её… – старший архитектор виновато улыбнулся, зная что немного «раскопать» это не в буквальном смысле.

Генерал взялся за голову понимая, что от него хотят. Да навряд ли от него отвяжутся, а если так и будет, то они сами пойдут и могут натворить дел.

Сайно тяжело вздохнул анализируя всю беседу. Внутри вновь проскочила тоска за человека напротив, они с Кавехом похожи в своём отчаянии, но истории разные. Хоть Кавех и потерял своего отца в юном возрасте. Генерал подумал о Коллеи и Тигнари, что ждали его дома, и если честно, после этого все сомнения отпали.

– Завтра днём мы отправимся в Мондштадт, я закрою глаза на вашу выходку. – не успели мужчины обрадоваться, как Сайно добавил. – Только на кой черт вам понадобилось доставать гробницу? Других больше нет?

– Ничего не подумай ишак, – в этот раз подал голос Ибрагим, дело плохо… – просто эта гробница имеет ценность, не связанную с материальным. Как раз там нашли Джина и произошедшие действия связаны с…

Бригадир глянул на Манджу не решаясь произнести предложение до конца, но суть была ясна. Теперь остался ещё один вопрос, как всё это связано между собой и каким образом Джин попал в эту запутанную историю.

Сайно более стал задерживаться покидая дом, Ибрагим попрощался с мужчинами и вместе с генералом покинул дом.

Оба шли в одном направлении, потому продолжить диалог решил Сайно, всё же ему было непонятно почему Ибрагим был в этом диалоге, хотя догадывался.

– И так, зачем же вам понадобилось быть со всеми, неужели что-то нашел? – генерал излучал холодную энергию безразличия, ведь уже не мог дождаться как дойдет до дома к своим любимым, но спросить всё же надо было.

– Если скажу вам это генерал, никогда не поверишь.

– Ну так заставь меня поверить..

Бригадир оглянулся по сторонам, не спеша начиная рассказывать о недавнем происшествии с платформой и Манджу. Кажется генерал сегодня не уснёт от навалившейся информации, потому ему лишь оставалось ускорить шаг, чтобы не задерживаться.

Мысленно Сайно пожелал удачи своим товарищам, надеясь, что они благополучно справятся.

.

.

.