Глава 8
Телефон, не унимаясь ни на секунду, звонил. Утро с самого начала обречено. Взбешенная, я оторвала голову от подушки и увидела 4 пропущенных от мамы и 12 звонков Герды. Я выругалась и, решив отложить маму на потом, перезвонила помощнице. Она наверняка волнуется. Бедная была напугана тем, что я еду в дом Мартинос. Видимо не зря. Пару гудков и она подняла трубку:
-Боже, дорогая, я думала тебя убили, - Герда говорила со слезами на глазах, я знала этот голос.
-Доброе утро! Я в полном порядке, - начала я. – Я побыла там вчера пару часов. Выпила, потанцевала, познакомилась с классным парнем. Его зовут Стас.
-И все? – подозрительно спросила она.
- Стой, если тебя держат в заложниках скажи: "Восемь".
-Так, я дома правда. Я уехала довольно быстро. Вот и все.
-Ладно, извини, - Герде было неудобно. Она была крайне заботливая и порой боялась это проявлять. – Ты будешь сегодня?
-Я подъеду вечером, закажи пиццу. Хочу обсудить с тобой новый проект для детей.
-Конечно, буду тебя ждать, - я положила трубку и вздохнула полной грудью. Дел было много.
Во-первых, надо разобраться с проектом для детей с желанием рисовать. Это моя идея. Большой лагерь для детей на новогодних праздниках, где мы будем рисовать, смотреть фильмы, кушать вкусняшки. К ребятам придут разные деятели искусства.
Во-вторых, у меня был не закрыт гештальт с тем, что произошло вчера. Перед сном я решила, что доверю все брату. Деньги, долги, клубы его стихия. В конце концов у него есть Эмиль. Я не мужик, что решать подобные вопросы. Я злюсь. Он уехал без какого-либо предупреждения. И куда? В Сербию. К черту.
Я открыла ленту твитера и увидела, что моя знакомая написала пост на тему любви и приложила фотки со своей свадьбы. Ложь какая-то эта ваша любовь. Я любила однажды и могу точно сказать, это чувство слишком преувеличено у людей. Наивность. Ничто и никто не растопит мое сердце. Ведь там просто кусок льда.
Запах кофе витал в воздухе, пока я жарила себе омлет с овощами. На фоне играли песни Lana Del Rеy. Настроение улучшалось, я представляла свой проект. Как дети будут счастливые и я тоже. Может я слишком страстно этого хотела. Психологи наверняка утверждали бы, что это все потому-что у меня не было родительского внимания. А я не думала. Я чувствовала. Мои фантазии прервал звонок на телефон. Мама. Она редко звонит мне так. А тут целых пять раз за утро. Я прекрасно понимала, что она испортит мое улучшенное настроение, но деваться было некуда.
-Привет, Мам, - сказала я.
-Нашлась пропажа, - ответила Луиза.
-Не начинай.
-А что? Я не права, - на заднем фоне я слышала яркую французскую речь и звон посуды. Мама была в ресторане со своими склочными подругами. Именно поэтому у меня нет подруг. – Я, конечно, понимаю, что тебе уже двадцать, но где твое воспитание Рошель Валентиновна. Звоню сказать, что сегодня уже двадцать третье ноября. Мы решили с Валентином, что прилетим двадцать седьмого. Надеюсь, наша доченька нас встретит, - почти прошипела мама. Намек на мое поведение явно меня задел, но у Луизы не было права так со мной говорить. Она бросила меня. Но она моя мать и я люблю ее, пусть не совсем чистой любовью.
-А у меня есть варианты? – поддела я.
-Смешно, - она явно в окружении ее надменных друзей. Моя мама отреагировала слишком пассивно. Не нормально.
-Я встречу, перешли мне билеты. Извини мне надо идти.
-Пока, доченька, - мне резануло слух. Я отключилась и секунды осознавала почему она такая. Не добившись от себя ничего путного. Я натянула сарафан пурпурного цвета, кеды и, схватив белую сумки, вышла из дома. Мой красавец Porsсhe ждал меня. Я не могла дать ему полных ход в Москве, тут слишком много камер. А порой хотелось оторваться. Надо будет написать Эмилю, чтоб погонять на треке. Он всегда давал мне свою тачку. Это был секрет, ведь если бы Алекс узнал, он бы меня прибил как муху.
Вспоминая детские ссоры с братом, я подъезжала к своей студии. Нам было меньше тринадцати лет обоим, когда мы убежали от няни и бабушки Дианы в парке. Мы хотели нарвать им букетики из ромашек и васильков, которые росли за оградой. Желтый с белым олицетворял для меня не поддельную радость. Я не боялась рвать цветы в отличии от Александра. Он стоял и кудахтал, что нас поймают. "Не возьмут тебя в разведку, братик", - сказала тогда ему я. Ребенок обозлился и слегка толкнул меня плечом, начал рвать васильки. Так сложилось, что именно они стали моей первой работой, как профессиональной художницей. Я очень любила эту работу. Ее купила пожилая женщина для своего мужа ученого биолога. Тогда наст нашла наша няня. Раскрасневшиеся щеки и жуткая отдышка смешили нас. Она схватил нас за локти и, причитая, повела к бабушке. Няня была очень крупной женщиной. Она неловко поднималась по лестнице, жутко смеялась, ее щеки красились в бордовый цвет практически постоянно по абсолютно разным причинам. Бабушке и ей мы все же букетики подарили и виновато потупили глаза в пол.
Я захожу в родимую студию, замечая помощницу за стойкой. Сегодня на ней ярко красная рубашка с рукавом в три четверти и белые джинсы с кедами, как у меня.
-Рада тебя видеть, - сообщает.
-Взаимно
-Еда будет через пятнадцать минут, - говорит Герда. – Сядем в переговорной или может в мастерской?
-Давай в мастерскую, я пока схожу набросаю один вариант для будущего полотна, - гордо заявляю и исчезаю в мастерской.
Беру листок и два карандаша. Один креплю волосы на затылке, как японская девушка, Мулан. Другим начинаю водить по бумаге. Я чую вдохновение. Сегодня у меня получится шедевр. И я была впервые за долгое время, черт побери его, уверена.
Что же будет дальше? Готовимся к стеклу....