Devil

Майкл взревел, как раненый зверь, и бросился на Дьявола, вложив в этот прыжок всю свою ярость и отчаяние. Завязалась ожесточенная, грязная борьба. Они повалились на мраморный пол, снося тяжелые канделябры; искры от догорающих свечей разлетались во все стороны, подсвечивая безумие схватки. Майкл пытался вцепиться противнику в горло, его пальцы впивались в черную амуницию, но Дьявол отвечал короткими, дробящими ударами, от которых по залу разносился глухой хруст.
Александр, Райн и Тео замерли, не в силах пошевелиться. Они застыли в нескольких шагах, тяжело дыша и сжимая оружие, но никто из них не решался вмешаться. Они смотрели на это безумное шоу, оцепенев от первобытной жестокости боя двух теней, где каждый маневр был пропитан жаждой взаимного уничтожения.
В конечном итоге Дьявол перехватил руку Майкла, вывернул её до предела и резким ударом под дых заставил врага согнуться. Одним мощным движением Дьявол поставил Майкла на колени, придавив его плечо тяжелым берцем. Майкл хрипел, его лицо было залито кровью, а взгляд метался в поисках спасения.
— Послушай меня внимательно, Майкл, — голос Дьявола, искаженный маской, зазвучал тише, приобретая ледяную четкость. — Ты так много говорил сегодня о чести своего отца и о мести за старые обиды. Но ты забыл, что на твоих собственных руках крови больше, чем во всем этом зале.
Дьявол наклонился к самому уху Майкла, и его следующие слова заставили того содрогнуться:
— Восемнадцать лет назад ты забрал жизнь человека, который не был частью твоих войн. Он просто проходил мимо... Обычный прохожий, оказавшийся не в то время и не в том месте. Ты нажал на курок просто потому, что мог. Потому что считал себя богом. Тот человек был моим отцом. И все эти годы я жила лишь ради того, чтобы вернуть тебе этот долг.
В зале воцарилась мертвая тишина. Александр сделал шаг вперед, его сердце колотилось о ребра, как раненая птица. Он чувствовал, что за этой маской скрывается нечто, что перевернет его мир навсегда.
Дьявол медленно достал тонкий, хищно изогнутый клинок. Его сталь холодно блеснула в полумраке. Пальцы в черных перчатках легли на фиксаторы маски и одним слитным движением сорвали её.
Черные тактические линзы упали на мрамор, и перед Майклом, Александром и братьями предстало лицо, которое они считали похороненным на дне Ист-Ривер. Её темные, как самая глубокая ночь, волосы рассыпались по плечам, а холодные, полные праведного гнева глаза впились в лицо поверженного врага.
За маской скрывалась Ами.
— Ами... — выдохнул Александр, и его голос надломился. Пистолет в его руке дрогнул, когда он увидел свою «мертвую» брюнетку, стоящую над их общим врагом с клинком в руках.
Майкл смотрел на неё, лишившись дара речи. Призрак из прошлого вернулся, чтобы закрыть счет восемнадцатилетней давности.
Ами медленно обвела взглядом застывший зал. Её темные волосы, выбившиеся из-под маски, казались чернильными пятнами на фоне бледной, иссеченной шрамами кожи. В глазах не было ни капли сомнения — только выжженная пустота, которую она заполняла этой местью восемнадцать лет.
— Смотри на меня, Майкл, — её голос, лишенный искажений маски, прозвучал тише шепота, но перекрыл шум дождя за окнами виллы. — Ты ведь так боялся призраков. Что ж, призраки не прощают.
Майкл попытался что-то хрипеть, его пальцы судорожно скребли по мрамору, но Ами лишь сильнее надавила берцем на его плечо, заставляя его склонить голову. Она подняла хищно изогнутый клинок. Лезвие, впитавшее свет догорающих свечей, казалось продолжением её руки.
— Это за моего отца, который просто хотел вернуться домой, — произнесла она, и сталь с коротким свистом рассекла воздух.
Александр сделал непроизвольный шаг вперед, его рука потянулась к ней, но он замер. Он видел в её взгляде то, что нельзя было остановить — это была не просто казнь, это был священный обряд очищения. Братья Ами, Райн и Тео, стояли неподвижно, их лица превратились в суровые гранитные маски. Они знали этот момент наступит.
— И это за ту девочку, которую ты заставил умереть в ту ночь вместе с ним, — добавила Ами.
Одним слитным, молниеносным движением она вонзила клинок точно в сердце Майкла. Его тело на мгновение выгнулось, глаза расширились в последнем, запредельном ужасе, и он обмяк у её ног. Кровь Майкла медленно потекла по белым прожилкам мрамора, окрашивая их в багровый.
Ами не отстранилась. Она стояла над ним, тяжело дыша, и смотрела, как жизнь уходит из того, кто был её личным проклятием. В зале повисла оглушительная, мертвая тишина.
Она медленно выпрямилась и развернулась к Александру. Клинок выпал из её ослабевших пальцев, с глухим звоном ударившись о пол. Её взгляд, секунду назад смертоносный, теперь был полон такой невыносимой боли и усталости, что Алекс, отбросив пистолет, в два прыжка преодолел расстояние между ними.
— Ами... — выдохнул он, подхватывая её, когда её колени подогнулись.
Она уткнулась лицом в его плечо, пачкая его рубашку чужой кровью и своими слезами. Восемнадцатилетняя война была окончена. Снежная королева вернулась из небытия, но теперь ей предстояло самое сложное — научиться жить в мире, где больше не нужно мстить.
Братья переглянулись и, не говоря ни слова, начали подавать знаки своим людям на выход. Они знали: этой ночью Нью-Йорк обрел свою легенду, а два израненных сердца — свой хрупкий, омытый кровью покой.