ГЛАВА 27
Фильм выдался довольно интересным. Когда Тим вскрикивал от страха, мы громко ржали, но он говорил, что просто боится крови. Сейчас на часах ровно полночь, и мы решили разойтись спать. Так как у нас было только три гостевые комнаты, Тим спал в гостиной, из-за того, что он больше всех орал.
— Знаешь, чего я больше всего сейчас хочу? — спросила я, закрывая дверь в свою комнату.
— И чего же? — подошедший ко мне, Томи подхватил меня за бедра, и я обвила ногами его торс.
— Тебя, — сказала я и поцеловала его.
— Наши интересы совпадают.
Я почувствовала, как моя спина соприкоснулась с дверью, и издала легкий стон. Немного прикусив губу, он отстранился и стянул с меня футболку. То же проделала и я. Уже через минуту мы лежали в постели в одном нижнем белье, как в комнату кто-то постучал.
— Не обращай внимания, — сказала я и поцеловала Тома.
Когда мой лифчик покоился на полу с другими вещами, в дверь снова постучали.
— Кто там? — крикнул Том, не продолжая меня целовать.
— Том, это я, мне страшно там одному. Можно в гардеробной поспать? — услышала я молитву Тима.
— Фак. Я сейчас с ним поговорю и вернусь, — сказал он мне на ухо. — Оставайся такой же сексуальной.
Надев на ходу штаны, Том открыл дверь и вышел. Я стала прислушиваться к их разговору.
— Братан, ты пойми, были бы мы дома, я бы был не против. Мы немного заняты.
— Так ты сразу бы сказал, что у вас там потрахульки. Пойду у Ника еще раз попрошу.
Дверь открылась, и Том вошел в неё.
— На чем мы остановились? — спросил он с ухмылкой.
Проснулась я, как всегда, от лучей солнца. Взглянув на время, я увидела, что сейчас, мать твою, 6 утра. Рядом со мной мирно посапывал Томи. Проведя пальцем по его голове, я приняла сидячее положение. Поднявшись с кровати, я надела своё бельё и вчерашнюю одежду.
Так как настроение сегодня было хорошее, я решила приготовить покушать всем. Как только я вошла на кухню, то увидела там сидячего Итана.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, и он оторвал взгляд от телефона.
— Не спится, — пожал он плечами. — А ты? Я думал, вы с Томом сегодня до обеда будете спать.
— В смысле? — спросила я, ставя воду на огонь.
— Да брось. Вчера, наверное, даже Ник с первого этажа слышал, как вы... веселились, — услышав это, я слегка покраснела.
— Прости, я не хотела мешать тебе спать.
— Да ладно, — махнул он рукой. — Пойду душ приму.
Как только он покинул кухню, я продолжила готовить своё творение под названием «рис с овощами».
— Доброе утро, — буркнул только что вошедший Ник. Взяв из холодильника бутылку воды, он сделал несколько глотков.
— Доброе. Как спалось? — весело спросила я.
— Не лучше, чем вам с Томом. Вы знали, что у вас по дому шикарное эхо?
— Та хватит мне это говорить, — отмахнулась я.
— Говорить что? — спросил только что вошедший Тим.
— Что произошло сегодня ночью, — сказал Ник.
— Ааа... — протянул Тим, хитро улыбаясь.
— Отвалите от меня. Еда на плите, жрите, — сказала я и покинула кухню.
Как только я вошла в комнату, то увидела, что Томи нет в постели. Дверь в ванную была открыта, слышно было, как течёт вода. Подойдя ближе, я заметила на кафеле капли крови.
— Том? Всё в порядке? — спросила я и вошла в ванную.
Взглянув на него, я увидела, как из его носа течёт кровь.
— Да, всё хорошо. Просто кровь пошла. Прости, я немного замазал твоё полотенце и кафель, — спокойно произнёс он.
— Ничего. Давай помогу, — сказала я, но он тяжело вздохнул.
— Дженни, у меня есть руки и ноги. Все ко мне так относятся, будто я маленький ребёнок, который ничего не может сделать сам.
— Ладно... Я там еду приготовила. Когда закончишь, спускайся.
— Стой, — сказал он, приложив салфетку к носу и повернувшись ко мне. — Я хочу, чтобы ты знала... я тебя люблю. Ты — лучшее, что было в моей жизни. — Он улыбнулся, но в его глазах промелькнула тень грусти.
— Я тебя тоже очень люблю, — ответила я и аккуратно поцеловала его.
Когда я снова вошла на кухню, все парни уже сидели и ели, время от времени поддерживая разговор.
Насыпав себе порцию риса, я села рядом с Итаном.
— Где Том? — спросил он.
— Сейчас спустится, — ответила я.
— Куда делось твоё хорошее настроение, ангелочек? — проворчал он.
— Итан, сколько раз тебе повторять, чтобы ты так меня не называл! — отрезала я.
Через секунду раздался грохот. Мы все одновременно посмотрели на лестницу и увидели лежащего внизу Тома.
— ТОМ! — вырвалось у меня, и я рванула к нему.
Когда я подошла, из его носа продолжала течь кровь.
— ТОМ! ОЧНИСЬ! — кричала я, тряся его за плечи.
— Ник, быстро — звони в скорую! — прозвучал крик Итана.
Итан и Тим опустились рядом со мной. Я пыталась дышать ровно, но голос вдруг дрогнул:
— Итан, у него нет пульса! — испуганно выкрикнула я.
— Ник, быстрее! — прорычал Итан и стал проверять пульс.
Я посмотрела на Тима: в его глазах был тот же страх, который, возможно, был и у меня.
— Ник, никто не берёт трубку, — пробормотал Дерил.
— Алло? Скорая? — донёсся в ответ его голос в трубке, тонкий и взволнованный.
Дальше всё будто замедлилось. Я смотрела вокруг, видя каждое движение в замедленной киноплёнке: руки, команды, бегущие фигуры. Крепко сжимая руку Тома, я смотрела на его бледное лицо и чувствовала, как мир сжимается до одной точки.
— Я люблю тебя, Том, — кричала я, тряся его. — Ты слышишь? Я люблю тебя. Пожалуйста, очнись.
Я била его в грудь, выдавливая из себя слова, как будто ударом можно вернуть дыхание.
— ТЫ ДОЛЖЕН ОЧНУТЬСЯ! — рыдала я, и этот крик, казалось, разрезал тишину на куски.
— Ник, уведи её, у неё истерика, — сказал Итан.
— НЕТ, ПРОШУ! — я заревела так, что сама испугалась собственного голоса. Ник аккуратно поднял меня на руки и понёс.
Последнее, что я успела разглядеть, — это как в дом вбежали люди в белых халатах: врачи, медсёстры, всё происходило молниеносно. В гостиной Ник опустил меня на диван; меня будто разрывали на две части — одна хотела бежать за скорой, другая оставалась прикована к месту.
— Мы едем в больницу, — крикнул Итан.
— Я должна поехать туда! — вскочила я с дивана и бросилась к двери, но сильная рука схватила меня за запястье.
— Нет, у тебя состояние шока, — сказал он твёрдо.
— Ты знаешь, как это — не знать, что с любимым человеком? — вырвалось у меня, и я вырвала руку.
Сквозь стекло я увидела, как машина скорой отъезжает; сердце в груди сжалось настолько, что шаги перестали подчиняться. Я застыла, не понимая, что делать.
— Садись, — позвал Ник, и снова я оказалась в его машине, которая рванула вслед за уехавшей «скорой». Мы гнали по улицам — светофоры, шум, холодный воздух в лицо. Сердце колотилось в груди; казалось, каждая секунда тянется вечностью.
Через некоторое время машина вьехала на территорию центральной больницы. Едва машина остановилась, я выскочила и побежала по дорожке к приёмному покою, не слыша ни криков, ни чьих‑то предупреждений.
— Дженнифер, стой! — прокричал Итан, но я не слушала, бежала вперёд, лишь бы быть рядом.
Как только я вбежала в больницу, меня сразу же остановила медсестра.
— Девушка, вам нельзя туда, — сказала она, нахмурившись.
— Как нельзя? Мне нужно туда. Срочно! — рыдая, кричала я.
— Простите, — сказал Итан этой пожилой медсестре и, подняв меня на руки, начал нести к выходу.
— Пусти меня! Мне надо к нему! — вырываясь, кричала я.
— Ты что, слепая? — громко ответил он, когда мы вышли на улицу. — Это реанимация, туда нельзя.
— Я не могу так! — рыдая, говорила я.
— Успокойся.
— Нет, я не могу. Не могу! — качая головой, я села на пол.
Слезы всё так же текли, и я всё так же мотала головой.
— Поднимись, — Итан протянул руку, пытаясь поднять меня.
— Нет! — вырвав руку, я продолжала сидеть на полу.
Когда он насильно поднял меня, я стала вырываться, но тут же почувствовала шлёпок по щеке. Ошарашено я провела рукой по горящей щеке. Проморгавшись несколько раз, я посмотрела вокруг. Парни стояли возле машины и наблюдали за нами. Тим сидел на капоте, опустив руки на колени. Люди, проходившие мимо, тоже удивлённо смотрели на меня.
— Успокоилась? — спросил Итан.
— Да... — сказала я, всё ещё держа руку на щеке.
— Посмотри, — сказал он и указал пальцем за мою спину. — Посмотри на него.