тайные отношения

Айрин стояла перед зеркалом в прихожей, доводя свой образ до пугающего совершенства. Она надела то самое платье, которое купила специально для этого вечера — строгое, но подчеркивающее каждый изгиб её фигуры. Сегодня всё должно было быть «правильно». Макс ждал её внизу, и это свидание должно было поставить точку в её долгом ожидании и неопределенности.
Она потянулась к флакону духов, но её рука замерла в воздухе. В отражении зеркала, за своей спиной, она увидела Марину. Та стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди, и молча наблюдала за сборами. В её взгляде не было привычного одобрения — только холодный, пронзительный блеск, от которого по спине пробежал холодок

Ты уходишь, — это не был вопрос. Марина произнесла это так, будто констатировала факт неизбежной катастрофы.
— Макс уже подъехал, — тихо ответила Айрин, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мы договорились на семь.
Она взяла сумочку и обернулась. Марина сделала шаг навстречу, преграждая путь к выходу. Между ними повисла тяжелая, густая тишина. Айрин чувствовала, как расстояние между ними сокращается, и воздух в прихожей становится слишком горячим.

Скажи мне одну вещь перед тем, как сделаешь этот шаг, — Марина сделала еще шаг, заставляя Айрин прижаться спиной к входной двери. Её голос стал низким, почти хриплым. — Ты точно его любишь? Он тебе правда нравится?
Айрин затаила дыхание. Вопрос был задан так прямо, что любые заготовленные фразы просто вылетели из головы. Она отвела взгляд в сторону, чувствуя, как краснеют щеки.
— Ну... — она замялась, судорожно сжимая ремешок сумки. — Наверное. Он хороший человек, Марина. Он ждал меня три года. Я должна дать нам шанс.

Наверное»? — Марина горько усмехнулась, и эта усмешка была больнее любого упрека. — Три года ожидания стоят того, чтобы идти к человеку с чувством «наверное»? Ты идешь туда, потому что хочешь этого, или потому что боишься признаться себе в чем-то другом?
Марина протянула руку и медленно, кончиками пальцев, коснулась лица Айрин. Это прикосновение было легким, как дуновение ветра, но Айрин вздрогнула так, словно её ударило током. Она подняла глаза и утонула в темном, штормовом взгляде Марины.
— Ты лжешь себе, — прошептала Марина, наклоняясь так близко, что их губы почти соприкасались. — И ты знаешь это.

Марина, не надо... — выдохнула Айрин, но её протест прозвучал больше как просьба продолжить.
— Посмотрим, вспомнишь ли ты о своем «наверное» через секунду, — в глазах Марины вспыхнуло что-то дикое и властное.
Она не стала больше ждать. Марина резко подалась вперед, перехватывая руки Айрин и прижимая их к двери. Её губы накрыли губы девушки в жестком, требовательном поцелуе. Это было как взрыв. В одну секунду все барьеры, которые они выстраивали месяцами, рухнули.

Это не было нежностью. В этом поцелуе была накопленная ревность, страсть и отчаяние. Марина целовала её так, словно заявляла свои права, словно хотела выжечь имя Макса из памяти Айрин раз и навсегда.
Айрин почувствовала, как земля уходит из-под ног. Сумочка с глухим стуком упала на пол, но она этого даже не заметила. Всё её тело предательски отозвалось на этот напор. Она непроизвольно подалась навстречу, отвечая на поцелуй с той же жадной яростью, которую так долго подавляла в себе.

Внизу, на улице, раздался настойчивый и громкий сигнал автомобиля. Макс.
Но здесь, в полумраке прихожей, этот звук казался шумом из другой вселенной. Марина отстранилась всего на сантиметр, её дыхание было рваным и обжигающим.
— Теперь иди, — прошептала она, не выпуская Айрин из своих рук. — Попробуй теперь улыбаться ему весь вечер, чувствуя вкус моих губ.
Айрин стояла, тяжело дыша, с припухшими губами и совершенно потерянным взглядом. Мир за дверью больше не казался ей правильным. Он казался чужим.

Продолжение через 2часа...