Глава 16. (Тёплое объятие)
Айрин чувствовала, как спина вжимается в холодную стену коридора. Ловушка захлопнулась. Марина стояла так близко, что можно было сосчитать её ресницы, и от этого взгляда - прямого, тяжелого, пронизывающего - хотелось просто раствориться в воздухе.
- Я... я не... - Айрин запнулась, чувствуя, как предательски дрожат губы. - Я не хотела, чтобы это было так. Чтобы перед всем классом... это было глупо, да? Я просто... я хотела...
Я знаю, что ты хотела, - голос Марины вдруг стал тише, почти шепотом, и из него исчезли все строгие нотки. Она не убирала руку от стены, но напор сменился каким-то новым, звенящим ожиданием. - Написать и спрятаться? Сказать такое - и три дня делать вид, что мы незнакомы? Ты хоть понимаешь, как я себя чувствовала, когда ты начала от меня бегать?
Айрин наконец подняла глаза. В них стояли слезы - не от горя, а от невыносимого напряжения этих дней.
Мне было страшно! - почти шепотом выдохнула она, и этот возглас прозвучал как всхлип. - Я до жути боялась, что вы рассмеетесь. Или что скажете, что это... ошибка. Что я маленькая и ничего не понимаю. Я три дня места себе не находила, мне казалось, что я всё испортила этой дурацкой бумажкой!
Марина Александровна замерла. Её лицо, обычно такое непроницаемое, на секунду смягчилось. Весь её строгий вид «ледяной леди» словно немного осыпался, обнажая то самое тепло, которое она берегла только для Айрин.
Глупая ты девчонка, - выдохнула Марина, и в этом слове было столько тихой теплоты, что у Айрин подкосились ноги. - Разве я когда-нибудь давала тебе повод думать, что могу над тобой смеяться?
Марина оглянулась на пустой коридор библиотеки. Рисковать было нельзя, но и отпускать Айрин в таком состоянии она не могла. Вдруг Марина сделала то, чего Айрин ожидала меньше всего на свете - она просто обняла её. Не крепко, а так, как обнимают, чтобы защитить от всего мира. Её рука мягко легла на спину Айрин, а вторая - на затылок, прижимая девочку к своему безупречному жакету.
Твоё письмо... оно очень смелое, Айрин. И оно останется только между нами. Слышишь? - Марина чуть прищурилась, и её голос прозвучал у самого уха Айрин, обжигая дыханием. - Перестань дрожать. Ничего не испорчено. Твоё письмо... оно наполнило мою учительскую жизнь смыслом.
Марина Александровна наклонилась к самому уху Айрин, и этот шепот был похож на легкий ветерок.
- А теперь вытри глаза и иди домой, моя Ариша. Тебе нужно отдохнуть от этого валентинового безумия. Завтра придешь на урок и будешь сидеть спокойно, как ни в чем не бывало. Договорились?
Айрин судорожно кивнула, чувствуя, как внутри разливается невероятное облегчение. Марина Александровна тепло улыбнулась ей - той самой улыбкой, которую не видел никто в школе - и, отступив на шаг, вернула себе свой безупречный, строгий вид.
Она вдруг быстро достала из кармана своего жакета маленькую, изящную шоколадку в красной обертке.
- Это тебе. Чтобы ты больше не боялась писать мне валентинки. Только больше не бегай от меня. Это бесполезно.
Айрин вылетела из школы, едва касаясь земли ногами. «Моя Ариша» - эти слова звенели в ушах громче любого школьного звонка, а шоколадка в руке грела пальцы, как самый настоящий трофей. Теперь она знала: её чувства не отвергли. Их приняли и бережно спрятали в ту самую бархатную коробочку общих секретов.
Продолжение будет через часик))