Маверик ['6]
Oh Wonder - All We Do
Я вновь и вновь нажимал на цифры сенсорного экрана, пытаясь отгадать номер Эрика. Он был моим соседом последние две недели жизни в Мексике. И раз я рванул сюда, как только узнал о маме, - я не имел ни единой рубашки или брюк, только то, что было на мне.
Эрик наконец позвонил мне сам, и мы быстро согласовали, куда и как отправить мои вещи. Теперь мне требовалось много терпения.
Чтобы не сбежать из клинике, в стены которой попала моя мама.
Я боялся, что не выдержу и сигану с балкона.
Отсюда открывался вид на задний двор больны, где сидели пациенты и некоторые медсестры. Я внимательно осматривал каждого из людей на этом участке земли, чтобы хоть как-то забыть, насколько все же сложно вновь научиться дышать полной грудью.
Через целую вечность я решил вернуться в палату, но подходя к белой двери, за которой скрывалась моя единственная семья, я увидел еще одно доказательство, что сбежать ни от чего невозможно.
Грег – мой давний друг детства – немного замялся перед тем, как вошел к маме. Он не заметил меня. Но я оценил, насколько сильно изменилась его внешность. Черные волосы касались его темнокожих плеч, широкий волевой подбородок подчеркивал резкость его характера, которая была его основной чертой три года назад. Телосложение стало более мужественное и очерченное – он полюбил футбол, которым начал заниматься до моего отъезда.
А может, уже и не футбол вовсе.
Я сомневался стоит ли входить туда и готов ли к этой неожиданной встрече.
Не готов, но и не буду никогда.
- Вернулся наконец? – это были его первые слова за годы нашей разлуки.
Он ставил цветы в вазу возле окна. В прошлый раз там стояли хризантемы, в этот раз - розы. Значит, Грег был тут частым гостем.
Его тон не был ядовитым или злым, но я видел оттенки этих чувств в его взгляде.
- Да, вернулся, - ответил я, подходя к кровати русой женщины, спокойно лежащей на белых простынях.
- На долго ли? – ухмыльнулся он.
В его вопросе уже звучал ответ – Грег думал, что я все брошу в эту же секунда, максимум через две.
Он хорошо меня знал даже после стольких лет, не уверен, что могу сказать тоже про себя.
- Не знаю, - признался я.
- Не знаешь, - едва слышно повторил Грег, выказывая свое пренебрежение.
Затем он спокойным шагом ушел в сторону выхода, но остановился, приоткрыв дверь.
- А ты долго искал свою «свободу», - произнес Грег, смотря мне в глаза. – Надеюсь, ты ее нашел, иначе окажется, что ты напрасно бросил все и свалил, не правда ли?
За его словами последовал звук захлопывающейся двери.
Я хотел бы выйти и ответить ему, но я ничего не могу произнести.
Наверное, потому что понимаю – я и вправду бросил и ушел.
И нет мне прощения, и нет мне пощады.