Глава VII. Ambulans St. Petersburg.
- Святые Угодники!!!
Именно это услышал полисмен, стоявший у края платформы. Обернувшись, он краем глаза заметил девушку, спрыгнувшую с города. Он побежал туда, чтобы помочь, но каких-то пары секунд не хватило, чтобы спасти молодую леди...
Этой леди оказалась Эвелин, но ей не нужна была помощь. Она, хоть и неудачно приземлилась, осталась цела и, переведя дух после прыжка, пошла пешком до Петербурга. Ей предстоял долгий путь: почти три тысячи километров пешком. Осложняло ситуацию отсутствие денег, еды и воды...
Но Эвелин не унывала, наоборот, это придавало ей больше мотивации, ведь теперь на кону стояла и её жизнь. Она не знала где её отец, жив ли он сейчас, но она помнила его лицо и имя. И это давало ей надежду и веру. Она знала: отец всегда будет с ней, где бы он ни был. Но знать только это ей было недостаточно. Ей надо было найти его, ведь не было больше человека на этом свете, которому она была бы нужна.
Поиск. Её целью жизни стал поиск... Первый день она кое-как да протянула, но после её неподготовленный организм начал подводить её. Сутки ходьбы без остановок, без еды и воды сделали с ней злую шутку: глаза закрывались сами собой, идти было больно, а горло словно рвалось на куски, стоило ей произнести хоть какой звук. Но, кажется, удача была на её стороне: по правую руку ,где-то совсем недалеко, шумел ручеёк. Вот она - живительная влага. И Эвелин сейчас утолит хотя бы жажду. Или же нет? Ручей был красным от крови. Что это кровь не было сомнений: характерный запах заполонил ближайшее воздушное пространство. У девушки чуть не сработал рвотный рефлекс от столь резкого запаха. Она хотела было уйти прочь, но где-то совсем недалеко от неё послышался звук, который она за своё приключение, описанное выше, слышала уже множество раз: звук шестерней и паровых турбин. Какой-то механизм двигался в её сторону, словно подгоняемый криками толпы человек. Эвелин принялась бежать в противоположную сторону, когда услышала звуки выстрелов и смогла рассмотреть тот механизм получше. Это была машина, чем-то очень похожая на танк, но находившаяся в рабочем состоянии. Возможно это и был танк. Размерами он был поистине огромен: четыре метра в высоту, три в ширину и пять в длину. Впереди у него были два огромных колеса из дерева, укреплённых металлом. Основное оружие же находилось на вершине этого монстра и издавало грохот, подобный грохоту грозы, при каждом выстреле. Эвелин бежала на протяжении нескольких минут, пока не упала без сил. Очнулась она всё там же: лес, ручей и камень, о который она споткнулась. Что произошло она не знала, но ей было необходимо добраться до Петербурга. Там ей помогут и она найдёт своего отца, которого она не видела десять лет. С самого детства она жила в разрушенном мире, а потом её покинул отец. Она заново училась жить. А когда всё более менее наладилось город, где она жила, упал и всё опять пошло на перекос. Сначала нога, потом Адольф, сейчас долгий путь до города, где находилась её надежда...
Ещё пару минут она сидела, оперевшись на ствол дерева, после чего, отряхнувшись, встала и направилась дальше на восток. Жажду и голод юная леди так и не утолила, но после короткого сна, если это можно было так назвать, ей стало немного лучше. И вот, с новыми силами, она продолжила свой путь на восток. Она шла долго. Очень долго...
Через неделю сил уже совсем не осталось, но видневшийся впереди дым от деревенских труб дарил девушке надежду. Пробираясь по лесам и лугам, что принадлежали территории Рейха она многому научилась: она научилась надолго задерживать дыхание, она научилась сидеть так тихо, что слышала биение чужих сердец неподалёку. Но теперь, когда она на территории "Польских Объедков", ей нечего бояться. Она отдохнёт, поест, если её конечно впустят в дом
Почему "Польские Объедки"? Всё просто. От некогда великой Польши осталось лишь три города с прилегающими к ним близкими территориями. Только эти три города смогли дать отпор Рейху и отстояли независимость. Конечно, сейчас они враждовали и между собой, за право называться Новой Польшей, но в данный момент именно эти горлда отделяли Рейх от Российской Империи, а значит Эвелин осталось идти совсем немного.
Тёплый дым... Не пар от механизмов, а именно дым из трубы. Это было так приятно...
Внезапно пошёл лёгкий снежок. Танец снежинок был столь красив, что Эвелин даже остановилась понаблюдать за этим чудом. Но времени нельзя терять: сильная жажда терзала юную девушку. Уже через полчаса лёгкий снегопад превратился в холодную метель. Девушка промёрзла насквозь, когда подошла к домику на окраине деревни. Эвелин постучалась в дверь, после чего услышала добрый бабушкин голос. Старуха приоткрыла дверь и спросила:
- Kto tam jest?
- Извините, я так замёрзла. Пустите меня хотя бы метель переждать. - ответила Эвелин на вопрос старухи ломаным русским.
- Ehhh... Zachodzić. - произнесла старуха, после чего открыла дверь перед своей гостьей.
- Wejdź, nie wstydź się (войди, не стесняйся).
Эвелин вошла в домик. Внутри было уютно и тепло: в старинной печке потрескивали дровишки, а в единственной комнате стоял запах готовой каши.
- Siadaj, teraz będziemy jeść (садись, сейчас кушать будем) - произнесла старуха и, улыбаясь, указала на стул. Девушка села, после чего стул под ней заскрипел и она подскочила от неожиданности.
- Ho ho ho! Nie bój się, piękna (не бойся, красавица) - просмеялась старушка, хотя назвать старушкой её язык не поворачивается. Скорее она даже не старушечка, а бабушка или вовсе - бабуля. Настолько она была доброй и весёлой.
- Jak się nazywasz? - спросила бабушка.
- Эвелин. - коротко ответила девушка. - Спасибо вам, что пустили погреться.
- Dobra, tu kaszka, tu mleczko. Smacznego! - сказала бабуля и поставила перед Эвелин миску каши и стакан молока.
- Спасибо.
Эвелин принялась есть, а бабушка всё расспрашивала: откуда она? Куда она? Кто она? И прочее в этом духе. Девушка же отвечала между тем, как положить в рот очередную ложку каши или глотнуть молока.
В конце концов Эвелин наелась, согрелась и напилась, после чего спросила, где ей можно лечь спать.
- Połóż się na piecu, a ja Nie będę spać. Będę pilnował domu, abyś nie ukradł tak pięknej! Ho-ho-ho! (ложись-ка на печку, а я спать не буду. Буду дом охранять чтобы тебя, такую красивую не украли)
- Хорошо, спасибо вам ещё раз.
- Nie ma za co. Lepiej się rozbierz, bo zachorujesz. Ubrania są mokre! (Не за что. Ты лучше разденься, а то заболеешь. Одежда-то вся мокрая!)
Девушка отвернулась, после чего разделась до гола́.
- Ho-ho-ho! Pewnie wszyscy faceci za tobą biegają? (небось все мужики за тобой бегают?) Dawaj ubrania. A to Ubierz (давай сюда одежду, а это надень). - произнесла добрая старуха, после чего покопошилась в ларе и достала оттуда старую льняную рубаху, прогрызанную молью, и такие же дырявые мешковатые штаны.
- Спасибо вам... - сказала Эвелин, опустив от стыда глаза в пол, после чего взяла одежду и быстро переоделась.
Эвелин легла спать.