V
Репетиция Сорванцов, как обычно, закончилась фееричными аплодисментами друг другу и горящими глазами от проделанной работы. Кэр, улыбнувшись всем на прощание, захлопнула за собой дверь и поспешила домой, утопая в снегу.
- Можно тебя проводить?
Не пройдя и трёх метров, она остановилась, стоило этому голосу с характерной насмешливой хрипотцой появиться за спиной. Девушка обернулась, сама того не желая. Он стоял почти вплотную.
- Я и сама могу дойти. Я уже большая девочка.
Она победно надула губы, что очень ей не шло и точно не делало её взрослой. Это позабавило Триса. Он тихо усмехнулся:
- Мне в ту сторону нужно, в торговый центр. Нам просто по пути.
Он пошёл вперёд, так и не дождавшись, возразит девушка или согласится. Но учитывая то, что через пару секунд она догнала его и они теперь идут рядом друг с другом, заставило Триса чуть улыбнуться.
- Скажи, зачем ты устроил сегодня это дурацкое шоу перед остальными?!
- О, если тебя это обидело, прости. Просто я хотел поднять всем настроение.
Кэр фыркнула, сдувая снежинки с кончика носа. Тристан не прекращал улыбаться, глядя на неё. Кэролайн заметила это:
- Вот зачем на меня так смотреть?!
Определённо, её это смущало, потому что она снова залилась несвойственным ей румянцем.
- Ты просто очень красивая. Люблю рассматривать красивых людей.
Кэр снова фыркнула, но на этот раз она не сдержалась в улыбке.
- А ты очень странный. Из всех твоих странностей можно шарф связать, вот честное слово.
Тристан рассмеялся:
- И в чём же я странный?
- Ну... например, у тебя волосы настолько тёмного цвета, что я раньше таких не видела, ещё этот узор на руке, ещё твои... твои глаза.
Она впервые за весь этот день взглянула в его глаза. Не просто взглянула, а жадно рассматривала их. Этот парень словно украл из маминой шкатулки два маленьких сапфировых камня и вставил их в свои глазницы – другого объяснения, почему глаза Тристана были такого необыкновенного цвета, у неё попросту не нашлось.
- Если ты чего-то раньше не видела, это ещё не значит, что оно какое-то странное, - Он немного закатал рукав куртки, - а этот странный узор... это ожог. Он у меня с детства.
Девушка и не заметила, что за этой незатейливой болтовнёй они подошли к её дому с крышей, похожей на огромные вафли.
- Здесь я и живу.
Она кивнула на небольшой дом, стоящий на вершине дороги и не отличимый от сотни других домов. Гирлянды в окнах медленно угасали, затем медленно загорались, разноцветными и слегка размытыми пятнами освещая их лица. Повисло то самое неловкое молчание, от которого Кэр закусила губу.
- Я, пожалуй, пойду. Папа там, наверное, меня заждался. Уже очень поздно...
- Стой.
Сказал он это слишком настойчиво, от чего Кэр застыла на месте. Вдруг его руки потянулись к её лицу. Он снял с неё очки, осторожно стряхивая с дужек слипшийся снег. Кэр стояла напротив, слегка сощурившись, и почему-то от этого его действия внутри стало очень тепло, не смотря на заметающий всё снегопад.
- Так лучше.
Он вернул очки на место, едва коснувшись её щеки. Рука его очень теплая, хоть и очень бледная.
- Ну, я пойду, - промолвила Кэр, едва улыбнувшись, - пока, Трис.
Трис кивнул ей в ответ:
- Увидимся, девушка, видящая во мне одни только странности.
- Почему «увидимся»?
Тристан улыбнулся:
- Думаю, это наша не последняя встреча.
Он кивнул ещё раз ей на прощание и пошёл по улице дальше, насвистывая мелодию из песни «jingle bells».