II
- У меня что, настолько маленькие глаза без очков?..
До Рождества осталось меньше четырнадцати дней, и дом Кэролайн Маккуаир пестрил от разных рождественских безделушек, начиная от раритетных ёлочных игрушек прямиком из её детства и заканчивая самодельными бумажными фонариками, свисающими с каждой люстры. Кэролайн двадцать один год, она считает себя не очень красивой, хотя она была достаточно милой девушкой: медные волосы струились по её тонким плечам, мягкие линии подбородка и губ, немного вздёрнутый нос. То, что ей в себе абсолютно не нравилось – это глаза. Они были действительно маленькие без очков и, как безобидной шуткой говорил ей отец, она смотрит так, будто сейчас выжжет своим взглядом всё до внутренностей. Взгляд Кэролайн был суров и словно соткан из стали, и по мере приближения праздника мягче он не становился, особенно в этом году.
- Ты выпила таблетки, мам?..
Естественно, ответа из соседней комнаты не последовало. Кэролайн всё ещё привыкает к тому, что её мама больше не сможет ходить и, скорее всего, не заговорит – авария отобрала у неё эти возможности полгода назад. Отцу семейства, Рональду Маккуаиру, приходится работать на трёх работах, чтобы оплатить учёбу дочери и вернуть его любимую женщину к их прошлой, самой обычной, но самой счастливой жизни. Но регулярные нервные срывы, болезни, обучение Кэролайн и нанятые сиделки для матери их дочери только сильнее истощали семейный бюджет.
- Пап, я ухожу на встречу с Отисом!..
- Хорошо, дорогая, но если этот Отис окажется придурком, как пара других, на Рождество он придёт к тебе в костюме оленя и будет отплясывать чечётку прямо на рождественском столе.
- Ага...
Правда, отец не учёл, что Отис – репетитор его дочери по английскому и ему слегка за пятьдесят. Кэролайн улыбнулась, глядя в окно, затем натянула футболку с рисунком кубика-рубика и надписью «я сложнее, чем ты думаешь», старую мамину куртку и направилась в маленькую кафешку недалеко от её университета, которая всегда раньше всех начинала блистать от многочисленных гирлянд, ожидая Рождество.