IX
После моей собственной Священной Войны я понял, что моя сверхценная идея была утрачена в ходе осознания несамостоятельности и неосознанности существования человечества. Передо мной прояснился ключевой порок моего пребывания -- бессмыслие собственной жизни в контрасте пустоты за стенами. А к чему мне доказательства и честь если её некому постичь и некому ей следовать? Я понял, что единственный выход из греха, единственный вариант искупления будет совершён через разрушение действительности уже состоявшейся с моим приходом. Я воскресну. И тогда познает моё величие сама бездна.
Моё последнее знамение будет лежать не под землёй, но в земле оно будет возложено. Я всегда знал что было и что будет и никогда не видел то, что есть. Потому что действительного и нет: его придумал мой бред изнутри паразитов заселивших мой измученный полнокровный, а может, вовсе пораженный некрозом, мозг на который давят изломанные широкие (как у картмана)и острые кости. Если я отверг истину, то почему истина не отвергла меня? Почему мне врут? Ни одна цифра не решит мои страдания, ни одна буква не ответит мне. Это ваш грех. Ваши идеи каждую ночь душили меня, и каждый день топили. Но ещё ничто не повесило меня по-настоящему. И я совершу это и не предамся вашим надеждам. Вас не спасёт пифагореизм, как и фикционализм. Я не спасу вас. Но я спасу себя, я сотру этот грех. Грех свободной мысли, прелюбодеяния над существованием. Я покаюсь так, как человек низшего порядка никогда не сможет. Только Господь может создать и только он способен убрать, что, собственно, я и совершу.
Я потом допридумаю ато щас я умираю . Это типо Печорин пишет есои кто не понял