10
Ввваааа уррраааа меня читают!
Я очень-очень рада спасибочки всем💗❤️💗
_________________________________________
Стены Юэй встретили его безмолвным гулом. Он шел по коридорам, чувствуя на себе тяжесть тысяч взглядов — любопытных, осуждающих, недоверчивых. Новости о том, что бывший босс мафии стал студентом геройского курса, расползлись мгновенно. Для него выделили отдельную комнату в общежитии, оснащенную камерами и датчиками движения. Его учебный план был дополнен обязательными встречами с психологом и Айзавой — усталым, но проницательным героем, известным как Стирающий герой .
Первый же день на уроке Основ Героизма стал испытанием. Группу Б вел сам Всемогущий, а группой А командовал Бакуго. Когда их взгляды встретились, время замерло. Бакуго, в своей новой, идеально сидящей геройской форме, смотрел на Изуку в стандартной спортивной униформе Юэй. В его алых глазах не было прежней ярости. Был холодный, выверенный до градуса ненависти и… понимания. Он знал, с кем имеет дело. Он видел монстра, притворившегося человеком.
«Не думай, что что-то изменилось, говнюк, — прошипел Бакуго, проходя мимо. — Я слежу за тобой. Один неверный шаг, и я лично закину тебя обратно в тюрьму».
Изуку лишь кивнул, сохраняя маску покорности. Внутри же его ум уже анализировал Бакуго как переменную в уравнении. «Фактор Бакуго: непредсказуем, агрессивен, мотивирован личной враждой. Требует постоянного контроля и нейтрализации на уровне восприятия».
Учеба давалась ему пугающе легко. Тактика, стратегия, анализ причуд — его естественная среда. Он видел слабые места в стилях однокурсников с первого взгляда, предугадывал действия противников на три хода вперед. Но он всегда останавливался. Его удары на спаррингах были техничными, но лишенными всякой агрессии. Он помнил условия договора: «целенаправленный вред».
Именно это и бесило всех вокруг. Они ждали взрыва, жестокости, проявления того самого монстра. А видели спокойного, вежливого и невероятно одаренного студента, который всегда сдавал работы первым и всегда оказывался в тени.
Директор Нэдзу наблюдал за этим с возрастающим интересом. Он видел, как Изуку сознательно сдерживает себя, надевая смирительную рубашку на собственный интеллект. Однажды он вызвал его к себе.
«Вы играете роль, Мидория, — сказал Нэдзу, подавая чашку чая. — Роль примерного студента. Это разумно. Но это не то, ради чего вы здесь. Я привел вас сюда не для того, чтобы вы прятались».
«Я соблюдаю условия договора, директор, — нейтрально ответил Изуку. — Я не причиняю вреда».
«Бездействие, ведущее к провалу миссии, тоже может быть расценено как вред, — парировал Нэдзу. — Если вы будете стоять в стороне, пока ваш напарник получит ранение, потому что боитесь переступить черту… разве это не вред?»
Изуку молчал.
«Ваше наказание — не тюрьма, Мидория. Ваше наказание — это необходимость использовать все свои способности, не пересекая черту. Это самый сложный экзамен. Перестань бояться себя. Научись управлять не только другими, но и своей собственной силой. Не подавляй монстра. Приручи его. Сделай его своим оружием… для защиты».
Эта мысль засела в сознании Изуку, как заноза. Он всегда видел лишь два пути: полный контроль или полное уничтожение. Нэдзу предлагал третий — симбиоз.
Первый настоящий вызов представился во время учения в Городе-Полигоне. Команда, в которую входили Изуку и Бакуго, должна была обезвредить группу «террористов» (имитировали учителя). Бакуго, как всегда, рванул в лобовую атаку, попав в засаду и оказавшись в ловушке под завалом. Его напарник был «нейтрализован».
Все ждали, что Изуку отступит или будет действовать по шаблону. Но вместо этого он замер, закрыв глаза на секунду. Его разум, освобожденный словами Нэдзу, простроил карту боя за долю секунды. Он увидел не противников, а систему. Слабые точки, линии напряжения, причинно-следственные связи.
Он не пошел спасать Бакуго. Он обошел здание, незаметно нейтрализовал двух «террористов», используя знание архитектуры и их собственные средства связи против них, и вызвал обрушение несущей балки в стороне от Бакуго, создав идеальную диверсию. Пока противники были в замешательстве, он вызволил Бакуго, не нанеся никому вреда, и выполнил задание.
Бакуго, весь в пыли, смотрел на него, тяжело дыша. Он не видел боя. Он видел лишь результат — безупречную тактическую операцию.
«Ты…Ты все просчитал, да? С самого начала?» — выдохнул он.
Изуку встретил его взгляд. В его зеленых глазах не было ни злобы, ни торжества. Лишь холодная ясность.
«Цель была— выполнить миссию и обеспечить выживание всех участников. Я выполнил цель».
В этот день что-то изменилось. Бакуго, всегда полагавшийся на грубую силу, впервые увидел силу чистого интеллекта, направленного не на разрушение, а на спасение. А Изуку впервые почувствовал вкус своей старой силы, но использованной для иной цели. Это был опьяняющий, опасный вкус.
Вернувшись в свою комнату, он сел на кровать и уставился на стены, испещренные его собственными тактическими набросками. Он снова чувствовал себя тем, кто дергает за ниточки. Но на этот раз ниточки вели не к гибели, а к спасению.
Монстр не был уничтожен. Он был выпущен на поводке. И теперь Изуку предстояло научиться не рвать его, а направлять. Самый опасный ученик Юэй делал свои первые, неуверенные шаги к тому, чтобы стать героем. И самая большая битва происходила не на полигоне, а внутри него.