новые начала
Мы с Люком попили чай, снова повторили порядок партий и я уже стала понемногу его выгонять. Он положил гитару в чехол и накинул её на плечи. Я дошла с ним до двери и облокотилась на косяк, дожидаясь, когда парень обуется, чтобы сразу закрыть за ним дверь.
— Завтра у нас последним хор, — вдруг сказал Люк.
— Да, я помню. Хочешь пойти от школы вместе? — усмехнулась я.
— Не-а, — покачал головой он. — У тебя потом ничего нет? Репеты там, элективы?
— Нет, я свободна. Ну, как. Жду тебя, — я улыбнулась краешком губ.
— О, так я в этом доме желанный гость, — улыбнулся Хеммингс.
— Иди уже, гость, — почти без злости я легконько пнула Люка в лодыжку.
Мы попрощались, и, пока он шёл по подъездной дорожке, он помахал мне. Я помахала в ответ. Это было даже мило. Но нет, каким бы дьявольски красивым он ни был, моё мнение насчёт него не собирается меняться. Ужин был готов, так что я собиралась взять телефон и позвонить Эштону. Но тут мой взгляд упал на забытый Люком, а может и совсем ненужный ему, список песен, который он вытряхнул из гитары. Я развернула его и улыбнулась. Сев на диван, я принялась уже подробнее рассматривать названия песен, написанные неаккуратным подчерком Люка. Дойдя уже до последней песни я решила, что чуть позже составлю плейлист в Спотифае из этих песен, может быть, это послужит мне маленьким источником вдохновения, кто знает? Я сложила листок в прежнее состояние и поднялась наверх. Поднимаясь по лестнице, я набрала номер друга, так что в комнату я уже заходила под его голос.
— Грейс, погоди! У меня супер-мега-ультрановости! — я прямо ощущала эту широкую и яркую улыбку Ирвина.
— Да, Эш, я вся внимание, — улыбнулась я, предвкушая что-то интересное.
— Короче, пока я шёл домой, я решил зайти в парк, настроение было погулять. Я сел на лавочку и включил музыку. Я просто сидел и, может, только головой качал немного. Минут через двадцать я поворачиваю голову и вижу недалеко от меня парня вот прямо моей мечты. Темноволосый, загорелый, на руках несколько тату. Он как с картинки, Грейс, правда! — рассказывал Эштон.
— Верю-верю! А дальше что? — мне было интересно, в чём же заключались суперновости.
— В общем, оказалось, он рисовал меня. И так красиво! Я подсел к нему, мы немного поговорили. И спустя где-то час он попросил у меня номер! Мы с ним весь день переписываемся, он такой чудесный, — закончил парень.
— Эши, солнце, я так рада за тебя, — поздравила я друга. — Как хоть зовут твоего ненаглядного?
— Калум, — хихикнул Эштон.
— Красиво, — оценила я. — Ну что, моя очередь жаловаться?
Ирвин рассмеялся и разрешил мне жаловаться на Люка. Я пересказала события сегодняшнего дня, наше чаепитие, дурачество с первой репетицией и упомянула его отказ идти со мной вместе после школы.
— Как думаешь, что между ним и Джуди с Никки? — спросила я.
— Мы всего пару раз видели их вместе. Но с Джуди он чаще ходит. Может, они вместе? — предположил Эш, подтверждая мои теории.
— Да, возможно, но я же говорила тебе... — напомнила я про момент, когда Люк «расстроился» из-за того, что не покорил меня.
— Не ведись на его штучки, он действительно красивый, но что самое страшное — он знает этим и может легко пользоваться. Попробуй игнорировать такие фразы или переводить в шутки. Должно сработать, — настоятельно посоветовал парень.
— Да, Эш, ты снова прав, — с грустью признала я.
— Погоди, он тебе , что, нравится? — вдруг спросил Ирвин.
Я прикинула все факты, подумала насчёт этого и, наконец, ответила.
— Нет, вряд ли. Он в моём вкусе, но его личность меня абсолютно не устраивает, — с лёгким отвращением произнесла я.
— Как хочешь, — настораживающе спокойно произнёс он.
— Ну... ладно, — согласилась я.
Я перевела тему, из-за чего мы ещё немного поболтали, но разговор пришлось прервать после того, как Лорен, сестра Эша, попросила его помочь. К этому моменту как раз пришла мама. Сам вечер пролетел очень быстро, мы поговорили с мамой, но каждый раз, когда тема касалась Люка, именно Люка, я деликатно отводила её в сторону. Мне не хотелось говорить о ком-то, к кому я питаю абсолютно противоречивые и неоднозначные чувства. Ладно, я без понятия кто мы друг другу и кем я хочу, чтобы мы были. Но на данный момент я хотела спать, поэтому только моя голова коснулась подушки, я провалилась в сон.
х х х
Утром я села на кухне с кофе и телефоном, просматривая сообщение, но среди привычных получночных эштоновских «сколько пятен на теле одного жирафа» и случайных сообщений из бесед вроде «ПАЛУНДРА ГОРИМ СКИНЬ ФОТКИ» я обнаружила ещё один диалог с непрочитаными сообщениями, причём сообщения были отправлены около получаса назад.
Головная боль: доброе утро
Головная боль: серьёзно, ты даже спишь долго
Головная боль: что ты умеешь делать быстро?
О, знаешь, я быстро влюбляюсь, но тебе об этом знать необязательно.
Вы: доброе утро
Вы: с чего это с утра пораньше я удостоена таким вниманием?
Вы: ах да, я быстро отвечаю на сообщения, если только я не сплю
Как ни странно, Люк ответил почти сразу.
Головная боль: я твой медиатор забрал случайно
Головная боль: я могу вернуть либо между уроками, либо могу зайти за тобой
Я чуть не задохнулась, поперхнувшись кофе. Еле откашлявшись, я напечатала.
Вы: то есть идти со школы ты со мной не хотел. что повлияло на твоё решение?
Головная боль: ну ты же со своим парнем ходишь, нафига мне третьим лишним вписываться
Вы: СХАХХАХВХХАЗАЗДВЖВ ТЫ ДУРАК, МЫ С ЭШТОНОМ НЕ ВСТРЕЧАЕМСЯ
Кажется, я перевернула весь мир Хеммингса с ног на голову, потому что он минуты две писал и стирал сообщения. В итоге пришло короткое и ёмкое:
Головная боль: в смысле
Головная боль: сейчас не понял
Вы: он, конечно, девочек тоже любит, но я не его типаж
Вы: так что мы просто очень близкие друзья
Головная боль: долбануться
Головная боль: тогда после основ экономики я тебя встречу тебя у шкафчика, окей?
Вы: окей. 517
Последние цифры означали номер шкафчика. Итак, Люк знает, что мы с Эштоном не встречаемся. Зачем ему эта информация? Вообще непонятно. Собирается ли он с ней что-то делать? Возможно, не моё, по крайней мере, сейчас, дело. Я допила кофе, надела скинни с чёрной водолазкой, слегка растрепала волосы, подкрасилась и вышла на улицу, где меня уже ждал Эштон с новыми подробностями о Калуме, которые я была не прочь послушать.