неизвестный
— И всё же, — внезапно выдал Эштон. — Он тебе нравится.
— Эш, мы оба знаем, что это ложь. Он придурок с высоким самомнением, а я... Грейс Коллинз. Я бы никогда, — с усмешкой покачала головой я.
— Я не давлю на тебя, но просто попробуй быть с ним немного меньшей злюкой, хорошо? Тебе же всё ещё нужна победа на конкурсе, ведь так? — улыбнулся Ирвин.
— Конечно, Эш. Ты прав. Я постараюсь не съесть его в первый же день, — я улыбнулась в ответ.
Мы вышли из школы и направились к моему дому. Эштон жил далеко от меня, но, по его словам, любил долго ходить, поэтому каждый день заходил за мной. Это было очень мило с его стороны, а в дни, когда я была не занята, я ходила с Эштоном до его дома. Я бы и сейчас с радостью прошлась, но мне надо было прибраться в доме и приготовить ужин. Ну и домашка, куда без неё. По дороге я вернула Эштону бандану, а возле моего дома я поцеловала его в щёку, мы обнялись и разошлись. Я зашла в прихожую, скинула туфли и сразу же почувствовала вибрацию в кармане. У меня было два варианта: это либо Эш, либо мама. Я зашла в сообщения и обнаружила, что пишет вообще неизвестный номер. Это насторожило меня, но мне сейчас позарез надо было лечь, потому что ноги слегка гудели от приличного пройденного расстояния. Я вошла в солнечную гостинную и плюнулась на кожаный диван, блаженно вытянувшись. Ответить на сообщение загадочного отправителя всё же стоило, так что я снова открыла сообщения и зашла в новый диалог.
Неизвестный: капец ты умная конечно
Я захлопала ресницами и быстро напечатала ответ.
Вы: я извиняюсь?
Неизвестный: я извиняю, но могла бы для приличия номер оставить
Неизвестный: пришлось у Джу просить
Я выдохнула. Это Люк. А он быстро справился с задачей, однако. Но тот факт, что он называет Джуди коротким именем, заставил уголки моих губ дрогнуть и чуть опуститься.
Вы: могла бы, но я, может, не хотела
Неизвестный был переименован в Головная боль.
Головная боль: а победы ты тоже не хочешь?
Вы: отстань. что конкретно ты хотел?
Подумав, я отправила вдогонку ещё сообщение.
Вы: ты же здесь явно не за тем, чтобы узнать мои любимые цветы, я права?
Что странно, второе сообщение получило далеко не саркастичный отклик.
Головная боль: и какие же цветы ты любишь?
Я задумалась. Я очень люблю язык цветов, так что пришлось повременить с ответом, потому что требовалось освежить некоторые понятия. Спустя пару минут я напечатала.
Вы: я люблю пионы, это мои самые любимые. ещё мне нравятся лилии-каллы, викарии, гардении, герберы, маргаритки, незабудки, орхидеи и фиалки, больше белые, чем фиолетовые
Все эти цветы означали нежные чувства в той или иной степени, и это было очень красиво, как мне казалось.
Головная боль: я ожидал банальных роз
Вы: вот и отправлю тебе розы, а теперь давай к делу
Головная боль: ладно ладно
Головная боль: я принесу гитару с собой завтра к тебе, во сколько ты заканчиваешь?
Я заглянула в переписанное расписание. Завтра снова последним литература, так что Люк заканчивает раньше. Я отправила ему время.
Головная боль: интересно, а дом тоже надо будет самому найти? я знаю, конечно, в каком направлении идти, но как-то неохота стучаться во все двери
Я непроизвольно хихикнула, представляя, как Хеммингс битый час ходит от дома к дому и устало стучит в каждую дверь.
Вы: посмотрим
Головная боль: э, нет, стоять
Головная боль: просто скажи адрес, а потом пропадай, где хочешь
Я поджала губы и написала улицу и номер дома. А ведь мне уже почти начало нравиться общение с ним.
Вы: с песней решим завтра, ок?
Ответа так и не последовало. Ладно, ничего другого ожидать от него явно не стоило. Я потянулась, вставила в уши наушники, включила музыку, переоделась в своей комнате и начала уборку. Из абсолютного бардака, выглядевшего так, будто в моей комнате произошли все катаклизмы разом, моя комната превратилось в довольно большую, чистую и уютную. В маминой комнате не было смысла убираться, так что я запустила пылесос, и, пока он катался по второму этажу, я спустилась и прибралась на кухне и в гостинной. Мне стало так ужасно лень готовить, что я на пару минут решила присесть.
Завтра первым уроком танцы, а это значит, что меня ждёт аккуратный пучок на голове, гетры, балетки и форма. Придётся надеть что-то мешковатое сверху, чтобы было теплее. К счастью, большая одежда всегда была частью моего гардероба. Я зашла в диалог с Люком, но ничего нового так и не появилось. Время медленно близилось к четырём, и я понимала, что пора готовить.
И пока я стояла у плиты я думала о том, какую песню выбрать. Лично я не хотела петь о несчастной любви, мне хотелось чего-то родного и тёплого. В голове была парочка вариантов, но что мог предложить Люк, оставалось полной загадкой. Я думала, что его вариаты будут похожи на Whistle или Lights On, просто потому что я имела полное право так думать. «Кажется, завтра мы тотально подерёмся», — усмехнулась я про себя, — «не сожрать бы друг друга за эти полтора месяца». Внезапно в моей голове промелькнула мысль о том, что раз уж я занялась сегодня готовкой, то почему бы не сделать несколько пирожных, чтобы немного усыпить внимание парня.
Занимаясь выпечкой, я сильно увлеклась, и вместно планируемых десяти, я сделала тридцать ровно. Что ж, завтра Люк от меня выкатится, потому что одна я столько не съем. Плюс, часть отдам Эштону, будет честно.
х х х
Вечером вернулась мама, с которой мы разговорились про школу.
— Мам, он... невыносимый. Я постараюсь его игнорировать, но я не могу делать это постоянно, у нас уроки общие, да и сейчас готовимся вместе, — скривилась я, описывая ситуацию.
— Он симпатичный? — улыбнулась мама.
— Ма, не об этом речь! Он мне не нравится, — заявила я, хотя в голове у меня всё ещё был образ его красивых голубых глаз и небрежных светлых кудрей.
— Да ладно тебе. Я согласна с Эшем, не огрызайся на него слишком часто. Он ещё проявит себя с хорошей стороны, вот увидишь, — заверила меня она, многозначительно кивая.
Я задумалась. Но ведь не я начала эту междоусобицу. Не я сделала замечание. Но маме верить стоит, она знает ситуацию со стороны и может сказать стоящие вещи. Кто знает, может Люк и в самом деле из придурка с козлиным характером станет настоящим принцем на белом коне?