57
Без всякого настроения собиралась я на выпускной. Может, в последнюю минуту и вовсе бы раздумала идти, но за мной зашел Леня.
В новом костюме, в галстуке в полосочку, на голову выше меня. Леня выглядел, ясно-понятно, взрослее, чем в школе. Но лицо его было по-прежнему детское: круглое, наивное, со школярской челкой на лбу. Только глаза изменились. Они уже не бегали зайчатами. Теперь Леня выдерживал мой взгляд, лишь краснел здорово.
— Ты что, Лень? — Я удивилась, увидев его на пороге. Мелькнула мысль, что сейчас Леня попросит какую-нибудь книгу, как не раз бывало.
Леня замялся, потер щеку.
— Мы с парнями договорились. Каждый заходит за кем-нибудь из девчонок.
— Ты выбрал меня?
— Я давно тебя выбрал.
Леня покраснел и снова смущенно потер щеку.
Вот так Леня! В самом деле растет! Еще бы годик учебы, глядишь, он и на уроках стал бы смелее. А то выйдет к доске, бубнит что-то под нос и глаз не поднимет от пола.
— Ладно, Лень. Пойдем с тобой. Тебе нравится мое платье?
Я не умею кокетничать. И новых платьев у меня раз, и обчелся. Но с выпускным мама уж расстаралась. Может быть, она чувствовала себя виноватой за день рождения, за экзамены. Ведь, правда, будь дома все нормально, я сдавала бы лучше. Уж тройку бы наверняка не схватила.
— Да, — лаконично ответил Леня, а взгляд его говорил восторженно и длинно.
На выпускном вечере многие ребята приглашали меня танцевать. Но я всем отказывала — танцую-то неизвестно как. Только с одним Леней танцевать не стеснялась и весь вечер провела с ним. Удивительно — Леня хорошо танцевал. Случалось, я наступала ему на ногу, и тогда он краснел. Танцевали мы молча, и все казалось, что Леня мне что-то скажет. Но он не сказал.
Веселые, легкомысленные, мы ринулись в парк, на речку.
Ночи стояли самые белые.
Мы шли шумной толпой, чувствуя себя необыкновенно родными. Наверное, потому, что расставание было совсем рядом. Мы пели, не допев одну, начинали другую, перебивали друг друга, смеялись. И вдруг остановились как вкопанные.
Настречу нам шли, держась за руки, парень и девушка.
Мы узнали Таню Орлову!
Тут я вспомнила, что Таня была только в начале выпускного. Потом куда-то исчезла.
— С кем это она? — ошалело спросила я.
— Это сержант Алешин, — ответила Лизуха, усмехнувшись. — Недавно демобилизовался.
Таня, обычно невзрачная, сейчас была очень красивая. Я вспомнила, как в девятом классе получила от сержанта Алешина письмо и отдала его Тане.
После этой встречи мы замолчали.
Уже не хотелось кричать и смеяться. Торопливо, словно по обязанности, мы подошли к реке, постояли у высокого берега, глядя на солнце, и расстались почти без слов.
© Габова Елена 1989
Оставьте свой отзыв