Раннее утро

Сквозняк из приоткрытого окна пробивался через тонкие занавески, мягко тревожа ткань. Аластор лежал на кровати, в ворохе мягких подушек, плотно укрытый большим пушистым одеялом.

Под пальцами Грешника приятно шуршали страницы бумажной книги; сам он, уже несколько недель не покидавший кровати, неторопливо восстанавливал силы после снятия печати Лилит.

Пока Люцифер был занят, Аластор развлекался, как мог. Взяв книгу с прикроватной тумбочки Падшего ангела, он больше часа зачитывал вслух самые, на его взгляд, смешные фрагменты, развлекая не только себя, но и свою тень, которая вторила его словам беззвучным смехом, растягивая губы в жуткой улыбке.

— Яркие черты психопатии: эгоцентризм, убежденность в собственном величии и необыкновенной значимости. Такие люди коварны и склонны к манипуляции другими для удовлетворения своих собственных потребностей,- Грешник прищурил глаза, поднимая свой взгляд над книгой; его губа едва подрагивала от накатившего возмущения.

— И что в этом плохого?! Вообще не понятно, автор завидует или пытается понять, как стать таким же? - Аластор поднял глаза на свою тень, которая только пожала плечами, показывая, что и она не в силах ответить на этот вопрос.

— Эгоцентричность, отсутствие сожаления, поверхностность эмоций, коварство часто дополняются полным отсутствием эмпатии (неспособностью представить состояние и чувства другого человека). Они не могут войти в чье-то положение. Чувства других людей психопатов не волнуют,- Грешник громко забарабанил когтями по обложке книги, поднимая взгляд на свою тень, которая безмолвно смеялась, глядя на кислое лицо Аластора, которого уже давно перестала развлекать это чтиво.

— Меня всегда волновали чужие чувства, боль, отчаяние, мольбы о пощаде. Между прочим, я разорвал и пустил по радиоволнам не все души; Хаск и Ниффти просто сидят у меня на цепи,- Грешник пожал плечами, переводя взгляд на своего молчаливого собеседника, который уверенно ему поддакивал, кивая головой на каждое произнесенное им слово.

— У психопатов часто можно видеть непоследовательность в действиях, которые они совершают чаще всего для того, чтобы утолить свои желания! - Аластор громко фыркнул, захлопывая книгу и отдавая ее в руки тени. Эта книга успела ему надоесть всего за несколько глав, и нужно признать, она была первой, которую Грешник так и не дочитает до конца.

— А они не думали, что, с моей точки зрения, мои поступки вполне продуманные и логичные? Если мое мировоззрение не вписывается в большинство, это не значит, что сам я не отдаю отчета своим поступкам! - Аластор широко улыбнулся, пытаясь спрятать нарастающее в нем раздражение.

Как же он устал от того, что люди пытаются всё упорядочить и засунуть в принятые в обществе стандарты. Его раздражало это ещё при жизни, а потом он попал в мир таких же условностей и в аду. Может, пора смириться с тем, что есть люди, как он, которые просто делают то, что доставляет им удовольствие, без условностей и оглядок на то, "как нужно".

Конечно, он пытался удовлетворить свои желания и потребности, как это делают все; просто его методы были куда эффективнее и всегда приводили к нужному результату.

Опустившись на подушки, Грешник громко выдохнул, поворачивая голову к своей тени, которая уже уложила истерзанную когтями книгу на прикроватную тумбочку Люцифера.

— Все хотят удовлетворить свои желания, почему мне должно быть стыдно за то, что я просто потворствуя своим? - Улыбнулся мужчина, поднимая глаза к тонкой занавеске, которая висела над кроватью как декор.

Впрочем, в том, что Аластор так резко реагировал на любой раздражитель, был виноват дурацкий постельный режим. Грешник чувствовал себя натянутой струной, готовой лопнуть при легчайшем касании.

Пока он бесцельно валялся в кровати, жизнь за дверями спальни набирала свои обороты. В отель заселилось несколько грешников, а он даже не мог поприветствовать их, предвещая жуткие муки на пути к искуплению грехов. Или наводя на постояльцев жути одним своим появлением. Да и интересных дел было за дверями спальни, в которой ему уже наскучило быть в полном одиночестве. Если Люцифер прописал ему постельный режим, мог бы и чаще оставаться в комнате, а не шататься по "важным делам", оставляя Аластора одного.

Грешник перевернулся на бок, обнимая подушку Люцифера. Ему дико надоело валяться в кровати, так ещё и оставаться в ней одному дольше, чем на пару часов.

Пока Аластор впивался когтями в подушку, размышляя о новом интересном занятии, не требующем покидать комнату, к кровати подошёл Люцифер, держа в руках большой поднос с завтраком и свежесваренным кофе для Грешника.

— Как ты себя чувствуешь? - раздался голос Падшего ангела, над головой лежащего на кровати мужчины, который даже не потрудился повернуться к нему лицом.

— Будет намного лучше, когда ты наконец выпустишь меня из комнаты,- фыркнул Грешник, наконец развернувшись лицом к Люциферу. Приподнявшись и облокотившись на изголовье кровати, он наконец заметил, что Люцифер пришел не с пустыми руками.

Пока Аластор соблюдал постельный режим, Король ада каждый день баловал любимого новыми блюдами на завтрак. Он сочинял интересные рецепты, в которые всегда неизменно входило свежее мясо и острые специи, которые так любил Грешник.

— Но в этом заточении есть и положительная сторона: ты наконец выучил вкусные рецепты для готовки,- ухмыльнулся Аластор, подвигая себе поднос с еще горячими бутербродами, от которых приятно пахло жареной олениной.

— Тебя послушать, так я удерживаю тебя тут насильно! Хотя даже в этом есть свои плюсы. Ты наконец оценил мою готовку,- ухмыльнулся Люцифер, не в силах сдержать своей улыбки. Слышать похвалу от Аластора было на удивление лестно; интересно, с каких это пор его стало волновать мнение Грешника о своих кулинарных способностях?

Люцифер подхватил одну из чашек с подноса, залезая на кровать к Грешнику. Присев ближе, он осторожно провел рукой по затылку Аластора, отпуская с кончиков пальцев несколько золотых искорок. Магия Падшего ангела тут же растворилась в чужих волосах, а Грешник лишь повел плечами, приняв проявление чужой силы за обычный сквозняк из приоткрытого окна.

Однако затаившаяся за изголовьем кровати тень отлично видела, что сделал Люцифер. Она заметно оживилась, растягивая рот в безмолвной широкой улыбке, всем своим видом показывая, что одобряет поступок Падшего ангела, который неторопливо лечил Аластора, помогая Грешнику поскорее поправиться и набраться сил.

Люцифер тут же прижал палец к своим губам, показывая, что увиденное ей будет их маленьким секретом, который еще не время раскрывать.

***

— Даже не думай! Я не выйду из комнаты! Я буду жить здесь до скончания Ада,- ворчал Аластор, услышав предложение Люцифера выйти на улицу и наконец провести время вне стен их спальни.

Грешник уже больше месяца не выходил за двери их комнаты, избегая любых контактов с другими жильцами отеля.

Он уже переоценил свои силы, уговорив Люцифера выйти прогуляться по отелю, но теперь не мог вспомнить, чем закончилась эта прогулка. Очнулся Аластор в кровати под настороженным взглядом Короля Ада, который пытался убедить его, что в коридоре, когда Грешник упал в обморок, не было ни одной живой, мертвой или неопределившейся души. Люцифер аккуратно донес Грешника до кровати, где тот благополучно и проспал больше суток. Но Аластор в это не верил.

Как можно было пропустить такое шоу? Ужасный Радио демон валяется на полу посередине коридора. Или когда его несут на руках, словно даму в беде? Нет, лучше провести оставшиеся дни посмертия в комнате и не выходить из нее примерно... НИКОГДА!

Люцифер, тайно лечивший Аластора, не говорил ему ни слова, опасаясь, что Грешник потребует ускорить процесс, а это могло опять развоплотить его душу. К чему Падший ангел был совсем не готов; ему хватило и одного раза, когда он чуть его не потерял из-за глупой ошибки и собственной гордыни. Так что нужно было действовать по-другому и убедить Аластора, что тот смог поправиться без чужой помощи и уже готов показаться на улицах города, показав всем, что с ним все в порядке.

— Нет! Мы пойдём гулять, и ты покажешь всему городу, что тебе уже лучше,- воскликнул Люцифер, отбирая у Аластора бумажную книгу, которой он пытался от него закрыться.

Его улыбка стала шире, когда он вспомнил, как рано утром, пока Грешник спал, Люцифер успел пообщаться с его тенью. Молчаливый спутник Аластора с большой охотой показал на чашку недопитого кофе на столе и изобразил тенью стручок острого перца, который окунул в кружку. Потом тень показала стручок перца, который опустила на закрытую коробку горького шоколада, намекая Люциферу, что и туда Аластор бы добавил немного остроты.

А дальше дело осталось за малым: просто зайти в интернет и узнать, кто в аду готов приготовить такой необычный десерт. Люцифер даже не догадывался, что любителей таких кулинарных изысков окажется так много, что для них откроют отдельное кафе.

— Я точно знаю, что тебя убедит! Есть одно кафе, оно находится в соседнем городе, называется "Пекло и Кофе". И если ты не останешься в восторге от их подбора острых десертов и жгучего кофе, я буду готов выполнить любое твое желание. Как бы безумно оно ни звучало,- улыбнулся Люцифер, заметив, как изменилось выражение на лице Грешника, который услышал словосочетание "острые десерты" и "круг гордыни" в одном предложении. Наконец, в его родном круге появилось что-то достойное его внимания.

— О-о-о, Ваше величество, а вы и правда умеете заключать интересные сделки,- воодушевился Грешник, протягивая Люциферу руку для рукопожатия и закрепления оглашенных им условий договора.

***

Аластор шагал по тропинке, вдыхая свежий воздух, от которого у Грешника немного кружилась голова. Он слишком долго просидел в комнате, и, кажется, начать первую прогулку с похода в соседний город оказалось не самой лучшей идеей.

Гордыня, не позволяющая признать свою слабость, заставляла Аластора двигаться дальше с привычной застывшей на губах улыбкой. Хотя он с большим трудом продолжал путь, надеясь, что они вот-вот дойдут до кафе, где он сможет как следует отдохнуть.

Впрочем, Люцифер оказался очень заботливым спутником, который сразу заметил, что Грешника утомила долгая прогулка. Конечно, тащить Аластора в соседний город пешком и правда была не самой лучшей идеей. Но признавать свою оплошность Люцифер не собирался, а вот предложить немного посидеть на скамейке в парке показалось ему отличной идеей.

— Может, присядем? - Люцифер подошел к широкой деревянной скамейке, рядом с которой раскинулись большие зеленые кустарники, усеянные бутонами свежих роз.

Присев на скамейку, Падший ангел наклонился к цветам, чтобы вдохнуть такой приятный аромат полной грудью. Он всего на секунду закрыл глаза, а когда их открыл, очень удивился, увидев рядом с собой тень Аластора, сжимающую в руках большой букет свежесорванных роз.

— Большое спасибо. Я даже и представить себе не мог, что встречаюсь с таким романтиком,- улыбнулся Люцифер, обращаясь уже к сидящему рядом с ним Грешнику. Ведь он даже не сомневался, что, несмотря на усталость, букет сорвал именно Аластор, решив сделать сюрприз, преподнеся его таким необычным образом.

Грешник не сразу понял, о чем говорил Люцифер, но, опустив взгляд на Падшего ангела, заметил в его руках цветы. Аластор посмотрел на свою тень, которая, не скрывая своих эмоций, широко улыбалась, нависая над шляпой Короля Ада. Показывая хозяину, что это была ее идея, и извиняться перед ним ей абсолютно не за что.

Руки Аластора едва подрагивали от усталости, а сам он был бледнее, чем обычно, хоть и пытался не показывать Люциферу, как он устал. Видимо, пока он пытался восстановить силы, его тень уже успела подружиться с Люцифером, раз дарит ему цветы за его спиной.

— Я рад, что тебе понравилось, - широко улыбнулся Грешник, глядя в глаза радостному Люциферу. Он даже не ожидал, что такой пустяковый знак внимания сможет так сильно обрадовать Короля Ада. Конечно, тень действовала за его спиной, но её неожиданный порыв оказался ему только на руку.

Но как только тот отвернулся, Грешник поднял прищуренный взгляд на свою тень, которая продолжала нависать над высоким цилиндром Люцифера, не переставая улыбаться. Ведь оказанный ей знак внимания пришелся ему по вкусу, пусть тот и подумал, что преподнесенный букет именно от Аластора, а не от нее.

Поднявшись со скамейки, Падший ангел протянул Грешнику руку, предлагая продолжить их путь. Ведь до кафе оставалось совсем немного, и Люциферу очень не терпелось попробовать необычный вкус шоколада и острого перца, который так любил Аластор.

Грешник протянул руку в ответ, очень осторожно сжимая чужие пальцы в своей когтистой ладони. Как ни удивительно, но, взяв Люцифера за руку, Грешник почувствовал прилив сил, чтобы продолжить их путь до кафе, которое уже виднелось среди высоких крон парковых деревьев.

***

На вывеске кофейни "Пекло и Кофе" красовалась огромная фигура Левиафана — грех с двумя головами, который не уступал своему привычному описанию.

Светлая голова, олицетворяющая белую зависть, с игривой улыбкой держала в руках чашку с напитком, словно приглашая прохожих насладиться ароматом. Черная зависть, напротив, с хитрой ухмылкой опускала в неё стручок жгучего перца, добавляя щепотку остроты к милой улыбке своей второй головы.

Пройдя на небольшую крытую веранду, Аластор подошел к столу, но не успел Грешник отодвинуть стул, как заметил, что его тень опять занялась самоуправством.

Как только Люцифер присел за стол, тень Грешника расправила лежавшую на столе тряпичную салфетку, заботливо укладывая ее на колени Падшего ангела. Довольно прижимая ладони к своей теневой щеке, она, как только получила улыбку и благодарность Короля Ада, проявила ей знак внимания.

Аластор широко улыбнулся, делая вид, что все, что сделала тень, и правда было его инициативой. Сам же Грешник одним движением руки приказал ей скрыться в тенях, нависающих над верандой деревьев. Внутри мужчины начинало расти раздражение: кажется, его болезнь вконец распустила его окружение, раз даже собственная тень перестала подчиняться его приказам.

Впрочем, выяснять отношения при Люцифере Аластор не собирался; он просто придвинул стул ближе к Падшему ангелу. Несмотря на свое самоуправство, тень действовала в его интересах, а значит, сердиться на нее не было никакого резона. Ведь, судя по улыбке Короля Ада, все, что происходило на сегодняшней прогулке, несказанно поднимало ему настроение. Грешник придвинул меню на край стола, предлагая Люциферу сделать парный заказ, что еще больше растрогало Падшего ангела.

— Давай начнем с горячего острого шоколада и кусочка шоколадного торта? - предложил Люцифер, ставя подаренный ему букет в вазу на столе. Проявленные знаки внимания не на шутку порадовали Падшего ангела, а предложение сделать парный заказ и вовсе его растрогало.

— Тоже с острым перцем,- искренне улыбнулся Аластор, опуская взгляд на сидящего рядом мужчину.

— А еще можем взять острые хвостики демонов; во всяком случае, на картинках они выглядят вкусно, — уверенно кивнул Люцифер соглашаясь с предложенным Аластором заказом.

***

С момента, как они пришли в кафе, их пара заняла все свободное внимание окружающих демонов и грешников. На них смотрели, тихонько перешептываясь, обсуждая, как давно их не видели на улицах города. Некоторые даже предполагали, что Аластор вновь пропал из-за расставания с Люцифером, а Король Ада опять заперся в своем замке, вновь потеряв интерес к аду и населяющим его жителям.

Но все оказалось не так просто: мало того что Аластор и Люцифер появились на улицах круга гордыни вместе, они даже не пытались скрыть своих отношений, мило флиртуя, громко смеясь и явно наслаждаясь обществом друг друга.

Как ни удивительно, но Аластор был не против такого внимания; он уже привык, что после их поцелуя все сплетничают про их пару. Это даже льстило Грешнику, который так любил быть в центре чужого внимания.

Размышления Аластора прервал приход официанта, который принес большой кофейник с горячим острым шоколадом и заказанные парой десерты. Грешник придвинул меню, не упустив возможности подшутить над Люцифером, предлагая ему заказать шоколадные конфеты в виде резиновых уточек, за что тут же получил неодобрительный взгляд Короля Ада.

— Я ведь не смеюсь над твоим хобби! - обиженно сказал Падший ангел, припоминая, что по всей их комнате раскиданы бумажные листы, исписанные аккуратным почерком Грешника.

— Я не смеюсь, я наоборот его поддерживаю,- ухмыльнулся Аластор, разливая горячий шоколад в небольшие кофейные чашки.

Уже на второй чашке шоколада Грешник, не скрывая своей улыбки, с наслаждением пробовал каждый принесенный десерт. Такой родной вкус мгновенно поднял ему настроение, а приятная компания Люцифера лишь добавляла радости в этот отличный день.

С каждым новым кусочком десерта Аластор ощущал, как счастье медленно заполняет его сердце. Он уже забыл любимый вкус десерта и как это, хоть иногда, жить обычными человеческими радостями. Ведь там, на земле, он был не только серийным убийцей, но и обычным человеком, который умел радоваться мелочам.

В тот момент, пока Грешник предавался воспоминаниям о прошлом, Люцифер решил попробовать расхваленный Аластором десерт. Острый горячий шоколад оказался на вкус не таким уж и жгучим, что нельзя было сказать про кусок шоколадного торта.

Как только Падший ангел отломил сладость вилкой, не убрав с него украшение в виде стручка жгучего перца, его судьба была предрешена. Рот Люцифера наполнился не только приятным вкусом шоколада, но и жгучим послевкусием острого перца. Отчего в уголках глаз мужчины выступили слёзы, а сам он невольно всхлипнул, поднимая взгляд на сидящего рядом Грешника.

Аластор прикрыл рот рукой, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех от только что произошедшего за столом. Даже он убрал стручок перца со своего куска торта, а вот Люцифер явно преувеличил свои силы, не подумав, что десерты по-настоящему остры.

— Не смешно! - прохрипел Король Ада, вытирая рукой выступившие в уголках глаз слёзы. Он даже представить себе не мог, что "острый перец" будет по-настоящему жгучим, рассчитывая, что это просто метафора и десерты в кафе имеют только легкий оттенок остроты.

Пока Грешник, не сдерживая эмоций, громко смеялся, его тень уже позаботилась о Люцифере, подавая ему стакан молока, который принесли вместе с десертами и кофейником. Видимо, такие клиенты у них встречались не так уж и редко, раз официант позаботился об этом заранее.

— Я очень рад, что это подняло тебе настроение,- хмыкнул Король Ада, допивая остатки молока из высокого стеклянного стакана. Нет, конечно, ситуация и правда была смешной, но только когда ты смотришь на нее со стороны, а не находишься в положении того, к кому прикованы взгляды посетителей кафе.

— Ну признайся, это было смешно,- Аластор улыбнулся, наклоняясь к Люциферу, осторожно убирая мокрую дорожку от слезы своим длинным тонким пальцем. Грешник осторожно приподнял лицо Падшего ангела за подбородок, нежно касаясь его губ своими.

С трудом оторвавшись от поцелуя со вкусом молока и острого перца, Аластор прикусил нижнюю губу; поцелуй с Люцифером оказался поистине адским. Рот Грешника заполыхал от послевкусия острого перца, а рука сама потянулась к стакану с молоком, который оказался пустым.

— А ты прав, это и правда смешно,- ухмыльнулся Люцифер, любуясь на страдания Грешника, но, в отличие от своего спутника, он не испытывал удовольствия от чужих мук. Попросив стакан с молоком за соседним столом, он заботливо преподнёс его Аластору, не в силах долго любоваться его мучениями.

Грешник осушил стакан всего за несколько глотков. Но он ни о чём не жалел, ведь такого поистине жаркого и адского поцелуя у него не было никогда.

Положив руку на плечо Грешника, Король Ада прижался ближе, заглядывая в его глаза с неподдельным интересом. Забрав пустой стакан из чужих рук, Люцифер улыбнулся, протягивая руку к тарелке с острыми мармеладками в форме демонических хвостиков.

— Ну что, продолжим? - улыбнулся Падший ангел, поднося одну из острых мармеладок к губам Грешника.

Аластор с удовольствием принял угощение из рук Люцифера; вкус жгучего перца всегда поднимал Грешнику настроение, распаляя в нем огонь, который согревал душу и заставлял сердце биться быстрее.

— А знаешь, какой из хвостиков самый вкусный? - прошептал Грешник на самое ухо Люцифера, подхватывая с тарелки сладость в форме хвоста Люцифера.

— Конечно, с твоим он не сравнится,- подмигнул Аластор, прикусывая самый кончик мармелада своими острыми зубами. Грешник провёл рукой по спине Люцифера, осторожно скользя пальцами по его рубашке, наслаждаясь приятной прохладой шелка, который гладил его ладонь.

— Если бы я знал, что на тебя эти сладости действуют как афродизиак, давно бы позвал тебя сюда,- улыбнулся Падший ангел, съедая остаток мармеладного хвоста, который Аластор всё еще держал в руке.

— Но разве нам кто-то мешает ходить сюда почаще? - улыбнулся Грешник, накрывая губы Падшего ангела страстным, жгучим поцелуем со вкусом перца и шоколада, совсем позабыв, что они в кафе не одни и их парочка и так привлекала много чужих взглядов.

Люцифер с нескрываемым удовольствием ответил на пылкую страсть Грешника, обнимая его за шею и притягивая ближе к себе. Их поцелуй был сладким, с легким острым послевкусием, что только разжигало азарт.

Терпкий пряный вкус пробуждал воспоминания о начале их отношений, о том, как жгучая неприязнь переросла в трепетный жар, а потом в приятное тепло и желание быть вместе.

В какой-то момент напряжение, повисшее в воздухе, стало слишком осязаемым. Король Ада первым отстранился от Грешника, с трудом отрываясь от чужих припухших от поцелуя губ.

— Может, продолжим дома? - прошептал Люцифер, негромко смеясь над их внезапной вспышкой страсти посреди заполненного посетителями кафе.

— Поедем на такси, как после настоящего свидания? И будем весь путь целоваться на заднем сиденье? - в груди Аластора горело желание продлить этот вечер, ведь они никуда не торопились и могли насладиться им до самой последней минуты.

— Я вызову такси,- улыбнулся Люцифер, принимая предложение Грешника никуда не торопиться и немного развлечься, вновь пытаясь сыграть в «нормальную пару». Хотя они оба давно признали, что этот термин к ним не применим.

— Только вызови «комфорт», у них высокие потолки, а в других мне приходится прижимать к голове ушки! - крикнул Аластор удаляющемуся к выходу из кафе Люциферу, надеясь, что тот не слишком увлечен и сможет расслышать его просьбу.

Перед тем как покинуть кафе, Грешник подхватил со стола вазу с розами, которые сорвала его тень. Зная Люцифера, он точно знал, как только тот обнаружит пропажу, то очень сильно этому расстроится. Пусть и будет делать вид, что для него это был обычный, ничего не значащий пустяк.

***

В полутьме комнаты, освещенной лишь слабым светом настольной лампы, слышались прерывистые вздохи и шорох простыней. Аластор толкнул Люцифера на мягкие подушки в изголовье кровати, проводя рукой по обнаженному животу Падшего Ангела. Он касался кожи самыми кончиками когтей, наслаждаясь реакцией Люцифера на свои действия.

Люцифер едва приподнимался, прикусывая нижнюю губу зубами, чувствуя, как по телу проходит легкая дрожь от особенно чувствительных прикосновений, которая так сладко разносилась по всему телу мужчины.

Склонившись над Люцифером, Аластор почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он ловко подцепил несколько последних застегнутых пуговиц на чужой рубашке, избавляя идеальный изгиб тела от ненужной сейчас ткани.

Грешник осторожно потянулся к ремню белоснежных штанов Люцифера, звонко щелкая пряжкой. Перед глазами Грешнику открылась неожиданно милая картина: на Короле Ада были надеты черные боксеры с узнаваемым принтом — маленькими резиновыми уточками, которые так кокетливо выглядывали из-под белой ткани брюк.

Нет, конечно, такое милое белье на Люцифере было уже обыденностью, но конкретно эти трусы Аластор видел впервые. Ему даже стало любопытно, как такой контраст между величием Короля Ада и милым принтом на его белье может вызвать в Грешнике столько неподдельного желания.

— Ах, Аластор,- простонал Люцифер, зарывая длинные тонкие пальцы в чужие красные волосы. Падший ангел выгибался навстречу чужим горячим поцелуям, спускавшимся от его шеи ниже к животу.

Каждое прикосновение отзывалось в его теле волной наслаждения, заставляя дыхание учащаться, а тело выгибаться навстречу чужим губам. Тонкая кожа горела от нежных ласк, а сердце пропустило удар, когда поцелуи Грешника касались его обнажённого тела, вызывая трепет от предвкушения.

Падшему ангелу нравилось, когда Аластор проявлял инициативу в кровати. Он даже не мог себе представить, что Грешник окажется таким страстным любовником. И какие приятные секреты еще скрывались за этой зубастой улыбкой, которые Люциферу еще предстоит разгадать?

Грешник покрывал тело Люцифера нежными, невесомыми поцелуями, скользя самым кончиком языка по животу Падшего Ангела и опускаясь к обнаженному бедру. На что Грешник сразу получил недовольный стон, требующий вернуть приятные ласки и теплые губы чуть выше.

Но стоило Люциферу увлечься своими фантазиями и громко выдохнуть имя любовника...

Как в комнате раздался громкий крик, вместо приятного продолжения этой страстной прелюдии. Падший ангел получил болезненный укус в бедро.

От такого неожиданного «сюрприза» Люцифер в испуге подскочил на кровати, невольно распахивая большие пушистые крылья. Одним из которых, пытаясь машинально прикрыться, нечаянно задел Аластора, дав ему болезненный подзатыльник. Впрочем, это было вполне заслуженно, если учесть, что произошло за несколько секунд до этого.

Сказать, что Люцифер был зол, было слишком мягким; он был в ярости. Особенно когда увидел довольное выражение на лице Аластора, который потирал ушибленный затылок, но всё ещё продолжал улыбаться, слизывая с губ золотую ангельскую кровь.

— Прости, я не смог удержаться,- рассмеялся Грешник, пытаясь не улыбаться, глядя на растрепанного, ошарашенного и обиженного Люцифера.

— Надеюсь, тебе вкусно! - кисло буркнул Король Ада, усаживаясь на кровати и потирая укушенное Грешником бедро. Получив в ответ утвердительный кивок, Люцифер прищурил глаза и, недолго думая, схватил Аластора за чувствительное красное ухо, потянув его на себя.

— Ау! Ау... Ауууу! Мне ведь больно! — завопил Грешник, наклоняясь к Падшему ангелу.

— Представь себе! Мне тоже,- фыркнул Люцифер, сдвигаясь от Грешника вглубь кровати и демонстративно закрывая свою наготу большими белыми крыльями.

Люцифер даже представить себе не мог, как эротично он сейчас выглядел с этим милым золотым румянцем на белых щеках под невесомым укрытием белых перьев.

Аластор осторожно придвинулся ближе, целуя Падшего ангела в затылок, приподнимая его пушистые крылья, чтобы обнять за тонкую талию.

— Я ведь могу загладить свою вину? - улыбнулся Грешник, касаясь рукой укушенного бедра Люцифера. Неторопливо поднимая руку выше, Аластор прижался к Королю Ада вплотную, уткнувшись носом в растрепанные светлые волосы. Грешник, чувствуя тепло чужого тела, нежно проводил пальцами по его бедру, оставляя за собой тонкие царапины от острых когтей.

Падший ангел запрокинул голову назад, чувствуя нетерпение Грешника, урчащего ему в затылок.

— Но тебе придётся очень постараться,- улыбнулся Люцифер, чувствуя горячее дыхание на своей коже.

Грешник почувствовал, как желание захватывает его целиком. Развернув лицо Люцифера к себе, Аластор накрыл его губы горячим, страстным поцелуем. Приподняв Падшего ангела, Грешник уложил его на мягкий матрас, который едва прогибался под весом их тел.

Люцифер ощутил, как его тело откликается на каждое прикосновение; его крылья едва дрогнули, а сам он тихо простонал имя Аластора, ощущая его губы на своей коже. Решение предоставить Грешнику шанс искупить свою вину полностью оправдало себя, когда его губы коснулись тонкой кожи Люцифера. Каждый поцелуй и каждое нежное прикосновение разжигали в нем огонь, наполняя его страстью и желанием, все больше погружая в бездну приятных эмоций и непередаваемого удовольствия.