Глава 1
Ночной Сеул никогда не спит, но в кофейне «Лунный свет» время словно замирало. Элис Ли, потирая уставшие глаза, протирала стойку. За окном хлестал дождь, превращая огни города в размытые неоновые пятна. Она любила эти часы — когда затихал грохот машин и оставался только гул холодильника и мерный стук капель по стеклу.
Элис была «просто баристой», как она сама себя называла. Ее жизнь была предсказуемой: зерна арабики, счета за квартиру и мечты о маленьком домике за городом. Она не искала приключений. Но приключения, похоже, решили найти её сами.
Колокольчик над дверью не звякнул, но по спине Элис пробежал неестественный холод. Она замерла. В воздухе вдруг отчетливо запахло чем-то странным: смесью дорогого парфюма с нотами сандала и... больничного антисептика.
— Мы закрываемся через пять минут, — не оборачиваясь, произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе.
Ответа не последовало. Элис медленно обернулась и едва не выронила тряпку.
У дальнего окна, прямо в кресле, которое она минуту назад поправила, сидел мужчина. Он выглядел... безупречно. Темные волосы, спадающие на глаза, острые скулы, идеально скроенный черный пиджак. Но было в нем что-то неправильное. Его кожа казалась почти прозрачной в свете ламп, а взгляд — тяжелым, словно свинец — был прикован прямо к ней.
Это был Хван Хёнджин.
Элис знала это лицо. Его знала вся страна, хотя и старалась не произносить это имя вслух. Наследник империи «Золотой Дракон», человек, чье имя ассоциировалось с властью, страхом и самыми громкими заголовками криминальной хроники. И, судя по новостям, которые крутили во всех барах последнюю неделю, этот человек лежал в глубокой коме после покушения в центре Каннама.
— Вы... вы не должны быть здесь, — прошептала Элис, отступая к кассе. — Вы в больнице. Я видела новости.
Мужчина медленно встал. Он двигался бесшумно, словно дым. Элис заметила, что его шаги не оставляют звука на старом деревянном полу.
— Значит, новости не лгут, — голос Хёнджина прозвучал странно, будто эхо из глубокого колодца. — Я действительно там. Но я здесь. И, кажется, ты единственная, кто меня видит.
Элис почувствовала, как паника ледяными пальцами сжимает горло. Она схватилась за край стойки, чтобы не упасть.
— Уходите. Пожалуйста. Я не хочу иметь к этому никакого отношения. Я просто варю кофе!
Хёнджин сделал шаг вперед. Свет над ним мигнул и погас, оставляя его силуэт в полумраке. Несмотря на то, что он был «духом», от него исходила такая мощная аура опасности, что Элис захотелось забиться под прилавок. Даже в таком состоянии он оставался главой мафии — хищником, который привык подчинять.
— Посмотри на меня, Элис, — тихо сказал он.
Она вздрогнула от того, как интимно прозвучало её имя.
— Откуда... откуда вы знаете, как меня зовут?
— Твой бейдж, — он указал на её грудь, и Элис инстинктивно прикрыла его рукой. — И еще потому, что я брожу по этому проклятому городу уже три дня. Люди проходят сквозь меня. Они не чувствуют моего холода. Но когда я зашел сюда, ты вздрогнула. Ты посмотрела мне в глаза.
Он подошел вплотную. Элис зажмурилась, ожидая удара или прикосновения, но почувствовала лишь резкий порыв морозного ветра. Когда она открыла глаза, Хёнджин стоял по другую сторону стойки, всего в паре сантиметров от неё.
— Мне нужно, чтобы ты помогла мне, бариста, — в его глазах, темных и глубоких, отразилось нечто похожее на ярость, смешанную с отчаянием. — Мое тело в коме, но его собираются «отключить». Мои же люди. Мой заместитель решил, что королю пора на покой.
— И что я могу сделать? — вскрикнула она, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы страха. — Я обычный человек! Я боюсь темноты и плачу над фильмами! Я не могу ворваться в охраняемую больницу и сказать мафии: «Эй, не отключайте своего босса, его призрак сейчас пьет воображаемый латте в моей кофейне»!
Хёнджин слегка наклонил голову, и на его губах появилась мимолетная, пугающая усмешка.
— У тебя острый язык. Мне это нравится. Но у тебя нет выбора.
Он протянул руку, пытаясь коснуться её щеки. Элис увидела, как его пальцы слегка размываются в воздухе, словно помехи на экране телевизора. Она почувствовала покалывание, как от статического электричества.
— Почему я? — выдохнула она, вжимаясь в полки с сиропами.
— Потому что ты — единственная нить, связывающая меня с миром живых, — его голос стал жестче. — Если я исчезну, город захлебнется в крови. Начнется война, которую ты и представить не можешь. Твоя тихая кофейня сгорит первой в этом огне.
Элис посмотрела на него — на этого красивого, смертельно опасного мужчину, который даже после «смерти» отказывался проигрывать. Она была напугана до дрожи, её мир рушился, но где-то в глубине души вспыхнуло странное чувство протеста.
— Вы пугаете меня, Хван Хёнджин. Вы — монстр, о котором пишут в газетах.
— Я тот, кто держит этот город в узде, — поправил он. — И сейчас этот монстр просит тебя о помощи. Не из доброты сердечной, а потому что я хочу жить. И я заплачу любую цену.
— Мне не нужны ваши деньги!
— Тогда как насчет твоей жизни? — он сделал шаг еще ближе, и температура в помещении упала так низко, что из рта Элис вырвалось облачко пара. — Помоги мне вернуться в мое тело, и я гарантирую, что тебя больше никто и никогда не тронет. Откажись — и я останусь здесь, буду преследовать тебя в каждом сне, в каждой тени, пока ты не сойдешь с ума.
Элис сглотнула. Она понимала, что он не шутит. Мафиози остаются мафиози даже в виде призраков.
— Что... что я должна сделать? — едва слышно спросила она.
Хёнджин удовлетворенно кивнул. Его фигура на мгновение стала четче, а в глазах блеснул торжествующий огонек.
— Для начала, — он окинул взглядом пустой зал, — закрой эту лавочку. Мы отправляемся в больницу «Асан». И постарайся не выглядеть так, будто ты разговариваешь с пустотой. Мне не нужно, чтобы мою единственную надежду упекли в психушку раньше времени.
Элис дрожащими руками потянулась за ключами. Она знала, что эта ночь изменит всё. Раньше её самыми большими проблемами были просроченное молоко и капризные клиенты. Теперь её «клиентом» стал дух главы мафии, и цена его заказа была слишком высока.
— И еще одно, Элис, — добавил он, когда она уже выключала свет.
— Что?
— У тебя руки дрожат. Возьми себя в руки. Ты теперь работаешь на Хвана. А мои люди не боятся.
«Я не твой человек», — хотела сказать она, но промолчала. В темноте закрытой кофейни его силуэт казался единственным реальным объектом, а её собственная жизнь — всего лишь коротким сном, который только что превратился в кошмар.
----
как-то очень странно писать мистику и все про призраков. я никогда не пробовал. надеюсь вы оцените!!