Кровь За Кровь
Марук начал вовремя приносить отчеты, что не могло не радовать. Теперь он относился к своему делу с не свойственной ему ответственностью, лишь бы Хан не нервничал после того как вышел с больничного отсека.
— Боишься, что снова уйду и меня будет заменять Кристофер?
Марук прищелкнул языком и промолчал, раскладывая бумаги по стопкам на рабочем столе. Корешок к корешку и по степени приоритетности. Когда он закончил, в руках был последний доклад с маркировкой за вчерашнее число.
— Вояджер вводит свои правила и порядки, подстраивая Ибис под себя. Такое мне не нравится. И когда ты валяешься на больничной койке днями напролёт, прохлаждаясь, мне тоже не нравится.
— Приму это за знак заботы и внимания.
— Не мели чепуху.
— Говорят, что ты привёз меня на базу. Если бы не твоя помощь, вряд ли бы я сейчас сидел здесь, попивая чай.
Хан отставил кружку и принялся одеваться в тренировочную форму. На первое время он сменил одежду на более свободную, чтобы не светить бинтами, до этого он то и дело носил то, что плотно прилегало к телу и не мешалось во время тренировок.
Марук хмыкнул, увидев на предплечье друга след от укуса.
— Ни одна женщина тебя так не жаждала, как этот солдат.
— Очень смешно.
— Может не будешь вставать с ним в пару, вдруг в следующий раз откусит что-то важное.
Марук расхохотался, едва не упав со стула. Хан уже смерился с такими шутками, поэтому проходя мимо, отвесил вместо удара под дых, лёгкий подзатыльник.
— Я не собирался обучать именно этого новичка, вчера просто под руку попался. Сегодня возьму другого,— Хан немного помолчал и решил задать вопрос, который его мучал этой ночью. — Тебе не показался он немного странным?
Марук помахал бумагами в воздухе, словно веером, пожимая плечами.
— В каком смысле? Помимо того, что он почти никогда не разговаривает и кусается в бою, я пока ничего странного не заметил.
— Он не кажется тебе немного похожим... — Хан задумчиво провел языком по нижней губе, где была короста. Он не договорил, встряхнув резко головой.
Марук захохотал, тыкая его игриво в плечо.
— На девчонку чем-то похож, скажи? В первые дни все его разглядывали как Монолизу в музее. Подожди-ка! — он склонился и заглянул прямо в глаза Хану с внимательным прищуром. Будто мог что-то разглядеть в зрачках. — Только не говори, что запал на него только из-за внешности! Брат, одумайся пока не поздно!
Хан посмотрел на него как на последнего придурка, а затем засмеялся. Его и правда позабавило это.
— В этот раз ты превзошёл себя, Марук. Браво! — утерев выступившую слезу, он быстро взял себя в руки. — Что там по бумагам лучше скажи, умник.
— По поводу вчерашнего инцидента в подробностях: Союль Аоки сейчас в больничном корпусе со второй степенью ожога. Поспорил с ребятами, ничего серьёзного. Солдатам бывает скучно, вот и ищут поводы поразвлечься.
Хан внимательно слушал доклад иногда уточняя интересующие детали.
Они покинули комнату, направляясь в тренировочный зал. Хан был строго настроен выписать наказание для тех, кто позволил себе так развлекаться.
— По камерам выяснили, кто был замешан?
— Да, трое. Они, кстати говоря, уже принесли извинения сегодня утром.
— Я не потерплю беспорядков в подразделении, особенно с нанесением увечий. Наказание должно быть серьёзное.
— Это-то да... Но видишь ли, они ценные солдаты, от них правда есть польза, Хан. А Союль – неопытный новичок, и сам согласился на спор. Это чисто их дела, пусть между собой и разбираются.
Марук и сам был дебоширом в первые годы, поэтому снисходительно относился к такому. Повзрослев, у него встали мозги на место, и он изменился, но не каждый человек меняется к лучшему. Хан был категоричен к этому.
— В любом случае, нужно чтобы соблюдался порядок. Дисциплина должна соблюдаться всегда и... — Хан осёкся, когда толпа солдат пронеслась по коридору прямо перед носом, галдя словно на базаре. Поймав за шиворот первого попавшегося, Хан задал один единственный вопрос:
— Жду объяснений, что за спешка?
— Полковник, здравствуйте! Мы в тренажерный зал.
— У вас сейчас по расписанию должна быть стрельба, — скрестил руки Марук, приподняв бровь. — Решили мышцы подкачать все разом? С таким рвением вы даже в столовую не бежите.
Солдат метался нервно глазами от полковника к майору, не зная говорить правду или нет. Но этого и не потребовалось. Тренажерный зал был неподалёку, и из него доносились крики и свист. К гадалке не ходи...
— У-у-у давно драк не было, пошли скорее посмотрим, — присвистнул Марук и поспешил на шум быстрее, чем Хан успел моргнуть.
Очень профессиональное поведение, майор.
Тренажёрный зал был забит как никогда раньше. Солдаты держались вдоль стен и толпились даже у входа. Кто-то залез на турник и наблюдал, сидя на перекладинах для подтягивания. Увидев полковника, толпа немного расходилась, но галдеть никто не переставал. Толпа была поглощена боем, и его исход был интересен каждому. Уже ставили какие-то ставки и выкрикивали слова поддержки, поэтому появление Хана не было замечено в первые минуты.
Марук растолкал всех на своём пути, расчистив путь им обоим. Его лицо вытянулось, а рот слегка приоткрылся от увиденного.
— Снова они, серьёзно?
Хан не понял такой реакции и встал рядом, пытаясь понять, что его так удивило.
Трое парней – младших сержантов стояли в оборонительной позиции. У одного из них был кровавый след возле носа. Их пытались удержать и вразумить не вступать в драку, но те напротив со смешками рвались в бой.
— Он начал, а мы закончим. Через секунду покончим с этим сосунком.
Хан повернул голову правее и моргнул несколько раз.
— Драка с новичком, я правильно понял? — спросил он рядом стоящего солдата. Тот робко кивнул.
— Рин сам виноват. Он ворвался в зал и не сказав ни слова сразу же вмазал одному из них. Ему точно не поздоровиться. Кто-то сказал, что он отомстить хочет, но это только слухи.
Марук выставил палец перед носом с видом знатока.
— О, всё таки как то узнал, что это они были. Ну... месть во имя дружбы это хорошо. Сейчас глянем, чем всё это закончится.
Хан покачал головой.
Это нужно заканчивать.
Он сделал шаг вперёд и только успел открыть рот, как перед ним промчался Рин и не притормаживая влетел сразу в двоих рядом стоящих солдат. Он не стал оставаться на одном месте: скатился на пол и ударил кулаками в солнечное сплетение.
— Вот ведь чёрт, — Марук поморщился, будто почувствовал на себе эту боль.
Сил Рин не пожалел, удар вышел отличным, хоть и не отличался хорошей техникой.
Второй солдат поднялся и напал на него со спины, вцепившись одной рукой в волосы, а второй сделал захват, передавив шею.
— Думаешь правда сможешь нас победить? Готовься собирать зубы.
Рин был в ярости и на волоске от того, что ему скоро свернут тонкую шею. Но кажется его собственная жизнь его не волновала, он словно становился сильнее и беспощаднее с каждым разом, когда слышал голос соперника. Он злился как и вчера на тренировке.
Хан сам за собой не замечая, начал наблюдать за дракой с напряжённым интересом. Он скрестил руки на груди и склонил немного голову, следя за каждым солдатом и совершенным ими движением.
Начиная задыхаться, Рин отчаянно оттолкнулся ногами о тренажёр и макушкой головы нанёс удар в челюсть. Парень выпустил его из захвата, но успел ухватить в последний момент за одежду и повалил на пол.
Из под футболки показалась белая кожа живота и бинты, начинающиеся от нижних рёбер. Солдат не думая ни секунды нанёс в то место удар, думая, что нашёл слабое место.
Рин побледнел, но не вскрикнул от боли. Вместо этого он сделал мах ногой и с рычанием ударил коленом в пах соперника.
— Это запрещённый приём, мать твою, — Марук схватился за голову, позабыв, что при своей должности выражаться так открыто не имеет права. Однако никто и не обратил внимание на это. Толпа начала свистеть.
Рину вскоре хорошо досталось. Ему пришлось отступать шаг за шагом под напором противников. Когда они пошли в наступление, он пригнулся и прошмыгнул к тренажёру. Рин ловко проскользнул под конструкцией и схватил диск для штанги. С криком выступив вперёд, он с силой выбросил его, но все трое успели отшатнуться. Диск попал только по ноге одному из солдат. Второй диск не заставил долго себя ждать и прилетел в живот младшему сержанту с кровавым сгустком под носом.
Никто не ожидал такого хода, поэтому толпа бурно закричала. Теперь было абсолютно не ясно за кого они болели.
Рин ещё не знал, но своим рвением он добивался признания многих здесь стоящих.
Хан прекрасно понимал, что когда бьёшься против сильного врага, ты ставишь на кон абсолютно всё. Наблюдать за этим со стороны – многого стоит. И мгновение, когда слабак способен превзойти самого себя, поравнявшись с сильным соперником – случай, вдохновляющий до глубины души.
Такие чувства переполняли солдат сейчас.
Рин заметно устал. Он вновь попытался отступить, когда диски под рукой закончились, но не успел.
Хан прикрыл глаза, слыша пронзительный хруст. Удар в лицо выбил Рина из колеи. Голова запрокинулась, и он упал на беговую дорожку, ударившись лопатками о борт. Он больше не оказывал сопротивления. Хан был уверен, что пульсация в голове сводила его с ума как и окружающий шум.
Бой окончен.
Это понимали все. Все, кроме трёх человек. Хан немедля выкрикнул приказ остановиться, но его не расслышали во всеобщем шуме. Только те, кто находились биже к нему перестали галдеть.
Секунды спустя двое уже держали Рина с заломанными за спину руками, а третий готовился для новой череды ударов. Он сжал до побеления кулак и замахнулся. Толпа вмиг утихла, когда его руку перехватил полковник и оттолкнул с немыслимой силой младшего сержанта в сторону.
Не смотря на жару в помещении, всех пробило холодным ознобом от низкого голоса.
— Я отдал приказ остановиться, солдат, или ты не только ослеп, но и оглох?
— Я не... у меня все в порядке,— запыхавшись ответил парень. — Простите, полковник.
— Вы трое пошли на новичка, чтобы проучить за дерзость, но посмотрите во что это переросло, — Хан указал на Рина, который не стоял самостоятельно на ногах, а его держали как тряпичную куклу над полом. Кровь с лица капала на пол крупными каплями. — Это не бой, а избиение. Думаете вам стало дозволено это, как только добились своих новых званий?
— Полковник, всё не так. Мы хотели показать, что бывает с теми, кто не уважает вышестоящих по званию.
— Формируем дисциплину среди тех, кто её не придерживается.
Солдаты начали лить ему в уши оправдания, позабыв о Рине. Они отпустили его, и тот рухнул на колени, тяжело дыша. Нос был вероятно сломан, но даже не смотря на это рыжеволосый парень нашёл силы поднять голову и презрительно прошипеть:
— Вот так кружок отчаянных альтруистов, — он жутко улыбнулся кровавой улыбкой. — Идите утопитесь в кипятке, черти в форме.
— Что ты там сказал?!
Ну что за раздражающее упрямство. Чуть взгляд отведешь, а он помереть пытается!
Хан выставил руку между ними, предотвращая новый инцидент.
— Марук, отведи этих троих в мой кабинет для разговора. А ты, — он обратился к Рину. — В медицинский пункт. Живо помогите довести его.
Все засуетились и уже потянули руки к парню, но он отказался от помощи и встал самостоятельно. Пошатываясь, он медленно направился на выход.
Марук почесал нос, наблюдая за его неровной походкой.
— Его всё детство на привязи что ли держали? Как он попал в Ибис с таким-то характером?
— Я не утверждал его к нам, не имею понятия, — вздохнул Хан, снимая с тренажёра серое полотенце. — Я скоро вернусь. Проведи допрос у троих дебоширов и выпиши арест на две недели.
Марук кивнул, в душе радуясь, что наконец ему дали задание не связанное с бумажной волокитой. Он повернулся к побитым и расстроенным солдатам, щёлкая языком.
— Вы всё слышали, стройтесь в колонну и за мной. Выносить приговор будем.
***
Хан быстрым шагом нагнал Рина на лестнице, когда тот чуть не перевалился через перила. Без помощи он точно не доберётся, а ведь так храбрился при всех.
— Мед пункт в другой стороне. Это так, к слову.
Парень даже не обернулся.
— Я в комнату иду, — прохрипел он и смог преодолеть ещё пару ступеней.— Идите по своим делам, полковник.
Хан опешил, наблюдая за тем как он начинает понемногу сползать на ступени и самостоятельно ползти вверх. Проходящие мимо солдаты бросали заинтересованные взгляды. Кажется новичок не боялся огласки или того, как о нем потом будут отзываться люди.
— Упрямства тебе не занимать, но может примешь помощь, пока не залил всё кровью? Или есть желание отмывать всю базу с хлоркой? — Хан присел на корточки и протянул полотенце. Рин потянулся к нему рукой, но схватил лишь воздух, промахнувшись на несколько сантиметров.
Вздохнув, Хан сам вложил полотенце в его руку.
— Не знаю, как ты оказался в моем подразделении, но по-видимому это ошибка в базе распределения. Бывает случаются сбои. Я всё перепроверю и тебя переведут в другое место.
— С больной головы на здоровую, значит... Тогда и не ко мне. Беспорядки в Оцелоте наводить не нужно.
Хан обернулся к Кристоферу. Полковник Вояджер стоял неподалёку у соседней лестницы, привалившись вальяжно к стене.
— Беспорядков не было и у меня, пока ты не внёс свою лепту и не начал проводить совместные тренировки. Новички и спецы своего дела должны тренироваться раздельно, зачем нужно было их объединять, сталкивая лбами?
— Набираться опыта можно разными путями и общие тренировки хороший подход.
— Да, я заметил значительные перемены, — выплюнул Хан, начиная беситься от одного вида самодовольного Кристофера. — Твоей помощи в Ибисе больше не требуется, я восстановился достаточно, чтобы возобновить работу.
Кристофер склонил на бок голову, наблюдая за тем, как Хан взваливает солдата себе на спину под его несогласное бурчание.
— То, что случилось, дело рук подчинённых, которых взращивал ты сам. Не заблуждайся, что в один миг именно я очернил твою идиллию здесь, — Кристофер потёр серебряный крестик и заправил его под ворот формы. — Может Ибис и отличается тем, что чётко выполняет поставленные задания и лучше всех владеет навыками в бою, но что касается коммуникабельности и работе в команде? Твои бойцы хороши по одиночке, а вместе ничего из себя не представляют, а все потому что ты и сам такой.
Хан сцепил зубы. Он хотел бы высказать пару ласковых, но сдержался при солдате повиснувшем у него на спине. Так и не ответив ничего, он прошёл дальше по коридорам, ища нужную дверь.
Добравшись до комнаты, он осторожно спустил его на пол и сам открыл её ключ-картой. Рин, шатаясь прошёл во внутрь и не оглядываясь пнул пяткой дверь, чтобы та побыстрее закрылась.
Хан немного постоял на одном месте. Возможно это и правда было его упущение, и Кристофер оказался прав. Он не прививал никаких моралей и командного духа, даже и не думал пудрить мозги такими вещами. Ведь для него в первую очередь стояли именно физические навыки солдат.
Взглянув на позабытую карту Рина у себя в руках, он провел ей по сенсорной панели ещё раз. Хан хотел было пройти и отдать её ему, но вовремя остановился.
Рин сидел у кровати, накрыв руками лицо и надрывисто плакал. Наверняка боль была раздирающей.
Увидев это, Хан оставил карту у порога и тихо закрыл за собой дверь, направляясь в медицинский корпус.