С чистого листа

  POV Саске.

Действие зелья Сакуры закончилось, и я принял истинный облик. Нас с Хинатой окружали обуглившиеся деревья и почерневшая выжженная земля, истыканная стрелами. Ветерок играл обрывками паутины звуковика, с которым мы вступили в бой, кое-где валялись поджаренные тушки пауков, призванных Кидомару. Мы стояли спина к спине, ожидая очередного нападения, наш противник не спешил вступать в ближний бой, ограничиваясь атаками на расстоянии.

- Справа, Учиха-сан! – крикнула Хьюга, увидев с помощью всевидящего Бьякугана тонкую нить, вырвавшуюся из еще не тронутых огнем зарослей. Паутину стали выбрасывать с разных сторон, не давая шанса контратаковать. Я с трудом уворачивался от липкой субстанции, отдаляясь от девочки и понимая, что противник хотел разделить нас, чтобы расправиться с каждым по отдельности. Места для маневров оставалось все меньше и меньше, краем глаза я увидел свою спутницу, отбивающую атаки с помощью техники мягкой руки. Ее движения были точными и неимоверно быстрыми. Почему я до сих пор не смог активировать Шаринган?!

- Стихия огня: расцветающее пламя!!! – раздраженно крикнул я, отправляя три огненных шара в сторону зарослей, где промелькнула тень шестирукого соперника. Раздались оглушительные взрывы, а я умудрился увязнуть в мерзкой липкой паутине. – Черт!

- Учиха-сан, не двигайтесь, так вы больше запутаетесь, - как ни странно, но милый застенчивый голосок лиловоглазой куноичи прозвучал без запинки. Я перестал дергаться, ожидая, когда девочка подойдет ближе. Она осторожно двигалась ко мне, избегая соприкосновения с липкими нитями.

- Стой! Что-то не так! – проговорил я, почувствовав чакру звуковика, но было уже поздно. За спиной Хинаты появился огромный паук, в котором с трудом можно было узнать Кидомару.

- В мои сети попали Хьюга и Учиха! Сегодня удачный день! – проскрежетал паук, притянув к себе мою напарницу. Изо рта звуковика торчали щелкающие закругленные клыки, с которых стекала противная вязкая жидкость. Я дернулся, но затвердевшая, словно цемент, паутина держала на месте не давая пошевелиться. Что же делать?! Как мне защитить Хинату?! А смогу ли я? – Что сдулся, Учиха? – нагло осведомился хранитель восточных врат из Четверки звука и разразился издевательским хохотом. А ведь этот ублюдок не на много старше меня, тогда почему я уступаю ему? Бесит!!! Я снова дернулся, но с таким же успехом я мог пытаться вырвать из земли зацементированный столб.

- И это все, что ты можешь, тупое насекомое? – в тон ему спросил я, вложив в голос как можно больше презрения и насмешки, мои губы скривились в надменной издевательской ухмылке, которую я иногда замечал на лице Сакуры. Ее маска пренебрежения всегда вызывала у меня острое желание хорошенько врезать розоволосой ведьме. Я показательно зевнул и со скучающим видом уставился на удивленного паука. Хьюга тоже изумленно хлопала ресницами, явно считая меня психом с суицидальными наклонностями.

- Ты что не осознаешь в каком положении оказался? – прошипел Кидомару, прожигая взглядом. – Твоя подружка у меня, ручки твои в паутине, так что печать сформировать ты не сможешь, да ты даже не в состоянии пальцем пошевелить!

- А кто, сказал, что мне нужно шевелиться, чтобы убить тебя? – самодовольно проговорил я, внутренне содрогаясь от мысли, что я действительно нахожусь в безвыходном положении. Я судорожно искал выход, продолжая тянуть время.

- Ты блефуешь, пацан. Ну, покажи мне свою секретную технику, - с издевкой велел звуковик, а затем склонился к шее Хинаты и жутко ухмыльнулся. Внутри все сжалось, я почувствовал себя маленьким и беспомощным, как в ту ночь, когда какой-то подонок напал на мой клан. Ведь тогда я был совершенно бесполезным. Если бы только на моем месте был Итачи, он бы этого парня не глядя по стенке размазал, а я...

«Слабак. Ты точно Учиха Саске?» - усталый высокомерный голос одной зеленоглазой злобной особы насмешливо зашипел в ухо. «Он – Учиха Саске, а Итачи, просто его пустоголовый старший брат». «У тебя свой путь». Обрывки фраз Сакуры мелькали, короткими вспышками в моем напряженном сознании, придавая уверенности. Я глубоко вздохнул, подавляя панику, поднявшуюся внутри, и с вызовом уставился на паука.

- Ты прав. Я блефую, - отстраненно согласился я. – Как насчет игры?

- Игры окончены, ты проиграл! – рявкнул соперник.

- Да. Но тебе не кажется, что все слишком быстро завершилось, - я лукаво усмехнулся, вновь припоминая догонялки, когда мы с Наруто выступали против Сакуры, и как эта ведьма умудрялась играючи обдурить нас без всяких техник и пинков под зад. Девчонка использовала наши слабости против нас. Нужно найти слабое место этого парня. – Ты, кажется, говорил, что сильнейший в какой-то там Четверке Звука?

- Так оно и есть! Я сильнейший! Я, Кидомару, хранитель восточных врат, лучший воин Орочимару-сама! – хвалился паук, казалось, он раздувался от осознания собственной значимости.

- Если ты один раз победил меня, то сможешь сделать это снова, или нет?

- Меня на слабо не возьмешь, парень! Своими огненными техниками ты доставил мне кучу проблем. Я активировал проклятую печать, чтобы пережить твою последнюю атаку.

- Значит, ты признаешь, что не достаточно силен, и что я могу победить тебя?

-Может мне просто убить тебя или вырвать язык, чтобы ты не нес всякую чушь, маленький Учиха? Братик, наверное, по сильнее тебя будет?

Я ощутил подступившую к горлу ярость, мои глаза сузились, мне захотелось заорать на эту паукообразную тварь, раздавить ее, заставить подавиться собственными словами. Я еле сдержал свой гнев, во всяком случае, этому идиоту далеко до Сакуры в оскорблениях личного достоинства. Поэтому пришлось проглотить обиду и найти в себе силы для холодной насмешки.

- Итачи действительно более опытный и сильный ниндзя, чем я. Это же очевидно, - спокойно промолвил я, будто Кидомару сказал затертую до дыр истину, известную всем. Паук явно был разочарован моей реакцией, но в его глазах вспыхнул азарт.

- Давай поиграем, малыш, - с коварной улыбкой произнес противник, а затем, к моему ужасу, вонзил закругленные клыки в шею Хинаты. Девочка громко закричала, широко раскрыв фиалковые глаза, которые через мгновенье опустели, а брюнетка стала похожей на бездушную куклу.

- Что ты с ней сделал, ублюдок! – крикнул я, попытавшись податься вперед, но паутина сковывала движения.

- Неплохо. Очень неплохо, Саске-кун. Ты почти меня спровоцировал. Поэтому я дам тебе еще один шанс. Играть с тобой будет весело. А твоя принцесса спит. Мой яд погрузил ее в глубокий сон, - рассказывал звуковик, заматывая Хьюгу в кокон. – Моя паутина поглощает чакру жертвы и питает меня. У тебя десять минут, чтобы одолеть меня, иначе твоя подруга умрет. Но не волнуйся, мой яд полностью устраняет угрозу разложения, он консервирует добычу, сохраняя ее тело и внутренние органы в том состоянии, в каком они были на момент укуса. Она навсегда останется юной и невинной как сейчас, однако, скорее всего Орочимару-сама немного подпортит ее внешний вид, когда заберет у нее глаза. Кстати, кокон могу снять только я и разумеется Орочимару-сама, оболочку не прожжет твой огонь, не разрежет самый острый клинок, неприятная ситуация, да? - оскалился паук. – Итак, обговорим правила игры. Никаких правил не существует. Все для победы, любые техники и уловки. Ты можешь сдаться, когда пожелаешь, и это сохранит жизнь твоей подружки. Начнем?

Паутина, сдерживающая меня, рассыпалась меловой пылью, а Кидомару вместе с Хинатой успел скрыться среди липкой сети. Я быстро сформировал печати, намереваясь расчистить себе дорогу среди занавеса обманчиво тонких и нежных нитей, затвердевающих, как только в их объятия попадает зазевавшаяся добыча паука.

- Стихия огня: Великая техника огненного дракона!!!

Рыжее дикое пламя взметнулось над высокими пальмами, а затем приняло форму трех драконов, обращающих в пепел все вокруг меня. Я сосредоточился на чакре противника, чтобы определить его место положения. Этот выродок еще будет выть от отчаяния за то, что сделал с Хинатой. Это тупое насекомое пожалеет, что оставило меня в живых. Во мне кипела столь сильная злоба, будто огонь горел внутри, глаза кололо непонятное странное ощущение, которое я списал на жар от пламени, бушующего вокруг. Почему-то вдруг все стало более четким и ясным, а я смог видеть сквозь огонь. Казалось, что время замедлило свой ход: пылающие драконы лениво кружили вокруг, сожженная листва мерно плыла по ветру, а среди зеленых зарослей виднелся силуэт шестирукого человека, натягивающего тетиву лука, нацеленного на меня.

Угроза вызвала у меня странное возбуждение, во рту пересохло, а губы сами собой вытянулись в предвкушающую ухмылку. Мысли и тревоги стихли, оставив только желание настигнуть добычу, затаившуюся среди деревьев. И я бросился вперед, слыша собственный смех, который напугал меня самого, будто мое тело стало марионеткой злого духа. Все происходило, как во сне, звуковик даже не успел удивиться, когда его тело с ног до головы обмотали стальные лески, привязав к широкому стволу дерева, концы блестящих нитей находились у меня в руках.

Похоже, Кидомару наконец осознал, что произошло, его испуганный темно-карий взгляд метнулся ко мне. Я сильнее натянул струны, опутывающие врага, заставляя их врезаться в тело.

- Стой! – крикнул хранитель восточных врат. – Я освобожу твою девчонку, только не делай глупостей!

- Мы только начали играть, - мягкие слова, в которых тонкой алой нитью протянулась жажда чужой агонии, принадлежали не мне, но слетели с моих губ. Паника накрыла меня с головой, потому что я оказался пленником в своем собственном теле. – Успокойся, новый Саске-кун, я твой союзник.

- С кем ты говоришь? – испуганно пролепетал Кидомару.

- О! Совсем о тебе забыл. Умри, - прошуршал мой голос, а пальцы резко натянули леску, разрезая тело противника на куски. Я ощутил брызги теплой крови на лице и бесконечный страх. Наверное, меня бы вырвало, если бы я мог управлять своим телом. – Не волнуйся, новый Саске, ты не являешься моей частью, как и я – не являюсь твоей. Считай нас с другим Саске твоими старшими братьями, поверь, мы подходим на эту роль гораздо больше, чем Итачи. Кстати, поздравляю с пробуждением Шарингана. Надеюсь, скоро Саске вспомнит настоящего себя, и мы вновь ступим на путь крови и ненависти. Если захочешь снова сражаться со мной, то зажги в душе ярость и пожелай отомстить. Мы поделимся с тобой нашей силой, брат. Ты бы мог пойти с нами сквозь Тьму и обрести невиданную силу.

Присутствие чужого разума исчезло, и я обессилено рухнул на землю. Что это было?! Что за «другой Саске»! Внезапно я увидел свое отражение в лезвии куная, валявшегося на покрытой золой земле. Мои глаза были красными с черными томое вокруг зрачка, Шаринган. Я, наконец, пробудил его! Или это сделал тот другой, завладевший моим телом во время битвы?! Что же происходит на этом проклятом острове?

- Хината! – в панике вспомнил я и бросился на поиски девочки. Сколько времени у нее осталось? Что произошло с коконом после смерти Кидомару. Только бы с ней было все хорошо. Среди густых зарослей кустарника я обнаружил саркофаг из белой паутины, он пульсировал, поглощая чакру девочки. У меня совсем не осталось времени. – Держись, Хината! Я тебя обязательно вытащу!

Попытка вскрыть кокон с помощью куная не увенчалась успехом, лезвие треснуло после очередной попытки пробить брешь. Что же делать?! Как ей помочь?! Почему эта штука продолжает высасывать энергию, даже после смерти звуковика?! Кто-нибудь помогите!!!

- Ну же! Черт подери, открывайся!!! – кричал я, пытаясь раздробить затвердевшую скорлупу с помощью танто. Послышался треск и клинок сломался. – Нет!!! Брат! Итачи-ни-сан, пожалуйста, я не хочу, чтобы она умерла!

Глаза стали наполняться слезами, я уткнулся лбом в шершавую поверхность кокона. Почему я такой слабак? Брат, пожалуйста, мне очень нужна твоя помощь! Сакура, Наруто, кто-нибудь!!!

Внезапно, послышался шорох. Я резко вскочил, приготовившись к бою.

- Я – шиноби Конохи! Я – не враг! – подняв руки вверх, предупредил парень, показавшийся из-за деревьев. Пепельно-серая рваная челка падала на налобник с символом Скрытого Листа, из-под круглых линз на меня взирали темно-серые, почти черные глаза, на тонких губах застыла вежливая улыбка. – Мое имя: Якуши Кабуто, я - врач.

- Врач? – повторил я, всматриваясь в неприметные серые черты лица незнакомца. Память подсказала, что я действительно видел его в деревне в госпитале. Но он мог быть шпионом. Хотя сейчас мне все равно у кого просить помощи. – Помоги ей! На нее напал вражеский ниндзя.

- Хорошо. Сейчас посмотрим. Сколько времени прошло с момента заключения в кокон?

- Минут восемь. Я пробовал разрезать оболочку. У меня ничего не вышло.

Кабуто присел на корточки рядом с Хьюгой и постучал по кокону, а затем вытащил скальпель, который обволокла чакра ветра, переливающаяся бело-голубым светом. Когда лезвие проткнуло оболочку послушался сухой треск, потом медик сделал надрез по периметру кокона, и, наконец, открыл верхнюю часть, словно крышку гроба. Опустевший лиловый взор смотрел в никуда, ее грудь не двигалась, она не дышала, я попытался нащупать пульс, но Якуши остановил меня.

- Успокойся, Саске-кун. Она находится в состоянии анабиоза, сейчас все процессы в ее организме сведены к минимуму. Как только я выведу паучий яд из ее системы, она очнется, но будет очень слаба.

- Так чего ты ждешь! – возмутился я.

- Саске-кун, ее жизни больше ничего не угрожает. Все будет в порядке, - обнадежил пепельноволосый мягким успокаивающим тоном.

Я сел на землю привалившись спиной к стволу дерева. Мысли играли в бешеную чехарду, перескакивая друг через друга. Поцелуй с Хинатой, ее отказ, нападение, поединок, спасение, но сейчас, когда опасность миновала, меня очень интересовал вопрос о том, что со мной произошло во время поединка с Кидомару. При воспоминании о жутком холодном голосе новоявленного «братца» по телу бегали мурашки и шевелились волосы на затылке. Это существо было квинтэссенцией ненависти, настоящее чудовище, наслаждающееся чужими муками.

Шорох отодвигаемых веток отвлек от мысленного хаоса. Я спрятал кунай, когда увидел изнуренного Асуму-сенсея, который нес бессознательное тело Куренай-сенсей. Оба учителя были сильно изранены, в особенности женщина.

- Саске-кун! Слава Богу, с тобой все в порядке, - устало проговорил Асума. – Что с Хинатой-чан? О! Якуши-сан?!

- Девочка скоро придет в себя, - вместо меня ответил Кабуто. – Давайте я займусь вами и Куренай-сан.

Сарутоби кивнул и бережно положил женщину на землю. У Юхи были две глубокие раны в области легкого и многочисленные порезы, Асума получил ранение в область плеча.

- Саске-кун, ты видел кого-нибудь из моей команды? – с беспокойством спросил джоунин.

- Нет. Кто на вас напал?

- Мы находились на корабле, когда нас атаковали. Не думал, что мне представиться случай сражаться с такими сильными детьми. Они называли себя Четверкой звука: два парня и девчонка, 14-15 лет на вид. С веселым трио мы с Юхи справились, а вот четвертый...

Мужчина нахмурился и посмотрел на спящего капитана восьмой команды, в его взгляде отражалась глубокая нежность и вина за то, что оказался слишком слабым, чтобы защитить любимую. Все в деревне давно знали об их связи, хотя Куренай и Сарутоби старались не афишировать свои отношения. Асума разочарованно покачал головой, прогоняя неприятные мысли и посмотрел на меня с печальной улыбкой.

- Не могу не о чем думать, пока она в таком состоянии, - признался мужчина и сделал глубокий вдох. – Парень, что так отделал нас, принадлежал к клану Кагуя, он обладает наследственным геномом, позволяющим использовать его кости, как оружие. Он такой же гений, как твой брат, если не лучше.

- Чушь! – я вскочил на ноги, устремив разъяренный взгляд на учителя. – Для моего брата все эти шиноби звука – насекомые, которых можно с легкостью раздавить! Не судите моего аники по себе, если недостаточно сильны! – выплюнул я и пошел в сторону густых зарослей. Нужно поскорее отыскать брата и двух придурковатых напарников, которые шляются, где не попадя.

- Саске-кун, куда ты? – крикнул Сарутоби, он попытался встать, но был слишком вымотан, чтобы делать что-либо, поэтому джоунин вновь упал на землю.

- Я иду искать брата.

- Это слишком опасно!

- Я – Учиха! И, к вашему сведению, я собственноручно прикончило одного из «сильных детей», о которых вы говорили! – процедил я, активируя Шаринган. – И никакой Кагуя не может быть сильнее представителей клана Учиха!

Я брел по долбанным джунглям и продолжал злиться на Сарутоби. Как он посмел сравнивать моего брата с каким-то мусором из задрипанной деревеньки! Итачи никому и никогда не проиграет! Может я ему и завидую, но я знаю, что он действительно силен. Надеюсь, с Хинатой все будет в порядке, она выглядела такой хрупкой и уязвимой, когда Кабуто вскрыл кокон, хотя она всегда казалась мне такой. Она обязательно поправится, а я стану сильнее, чтобы защищать ее.

Я остановился и попытался успокоиться, а затем сосредоточился на поиске брата. Резкий выброс знакомой чакры ударил меня, будто плеть. Похоже, аники сражается с кем-то. Не теряя ни секунды, я бросился в сторону источника.

Когда я выбежал из леса на песчаный берег, меня на миг ослепил солнечный свет. Туман больше не окутывал побережье и позволял ярким солнечным лучам разгуливать по пляжу. Пронзительный женский крик заставил меня обернуться, и я увидел блондинку, лицо которой горело в черном пламени Аматерасу. Брат сидел на песке, на его щеках виднелись алые дорожки, словно он плакал кровавыми слезами, в глазах Итачи сиял Мангеко Шаринган. Я бросился к нему.

- Аники! Итачи-ни-сан, как ты?!

- Саске, что ты здесь делаешь?

- ААААААААГРРРРРР!!! УЧИХА ИТАЧИ!!! – завопила женщина, раздирая лицо, охваченное черным огнем, который сразу перекинулся на руки. Итачи прижал меня к себе, сверля взглядом пылающую фигуру.

- Нам нужно уходить, Саске!

Свистящий звук разорвал воздух. И тело блондинки охватило ярко-голубое пламя. Мы застыли на месте, наблюдая за тенью, скрывающейся за огненной преградой. Пламя расступилось, открывая взору ангела с белоснежными волосами, обнимающими совершенное обнаженное тело, ее сапфировые глаза горели теплотой и нежностью. Она мягко улыбнулась и ласково прошептала:

- Саске, любимый, иди ко мне. Я верну тебе истинную память и помогу свершить праведную месть.

Я двинулся вперед, но брат вцепился в меня мертвой хваткой. Почему он меня держит? Ведь она ангел и не причинит мне вреда! Итачи развернул меня к себе и встряхнул, брат что-то говорил, но я слышал только зов белокурой девушки, желание подойти к ней казалось жизненно необходимым. Щеку обожгла боль, а в ушах зазвенело, до меня долетели чьи-то крики, затем я осознал, что лежу на земле, потому что кто-то хорошенько врезал мне по челюсти. Что, черт подери, здесь твориться? Хватит с меня шизоидных внутренних голосов!

- Саске, все хорошо? – с беспокойством осведомился нежный ласковый голос, в воздухе витал запах жимолости и сирени. Я тупо моргнул, уставившись на женщину, сидящую передо мной. Она улыбалась, ее рука застыла у меня на щеке, припухшей от сильного удара. Заботливое и преданное выражение лица утонуло в гневе и ярости, исказившими лицо ангела, который теперь походил на взбешенную фурию. – Он заплатит! – прошипела она, разбавив свои демонические черты штрихом безумия, запечатленного в кривой кровожадной ухмылке и синем взгляде.

Неподалеку от нас неподвижно лежал Итачи, песок под его телом окрасился бурым цветом. Я вскочил на ноги и подбежал к нему.

- Аники! Аники, очнись!!! Нужно привести Кабуто! Итачи-ни-сан, ты меня слышишь?! – я перевернул брата на спину, увидев глубокую рану на животе. Слезы вновь жгли глаза. Только не бросай меня! Не оставляй одного! Ты моя семья, брат!

- Почему ты так расстроен, Саске? Он понес заслуженную кару за свои деяния. Он причина твоего отчаяния. Разве ты не рад, что он умирает? – недоуменно спросила демонесса, ни капли не сомневавшаяся в правильности своих действий. – Ну же. Забери его жизнь и сверши свою месть.

- ЗАТКНИСЬ!!! – заорал я. – Ненавижу, ненавижу тебя! Уничтожу!

- Саске?

Я швырнул в нее несколько сюрикенов, но она с легкостью увернулась от атаки, продолжая играть в невинность. Почему я должен желать смерти самому дорогому человеку?! Убью! Чего бы мне это не стоило, я отмщу за то, что ты сделала с Итачи, мразь!!!

Я не видел ее движения, но блондинка внезапно появилась передо мной и повалила на землю. На ее лице читалось искреннее недоумение, она не понимала, почему я ее атакую.

- Что я сделала не так, Саске? Скажи, я исправлю!

- Исцели моего брата! – прошипел я.

- Но...

- ИСЦЕЛИ МОЕГО БРАТА, ТВАРЬ!

Она вздрогнула, когда я заорал на нее, а затем пристально посмотрела мне в глаза. Ее лицо стало безразличным, она бесшумно поднялась, продолжая сканировать меня испытующим взглядом.

- Ты не тот, кого я искала, - установила девушка и направилась в сторону леса.

- Ты думаешь, я дам тебе уйти, после того, что ты сделала, - тихо проговорил я, чувствуя, как все переворачивается внутри.

- Ты мне неровня. Обычный слабый ребенок, ты только его тень, - равнодушно отозвалась она, а когда я ринулся в атаку, меня отбросило невидимой рукой. – Итачи должен умереть, как и третий Хокаге, Орочимару, Мадара и конечно Михаэль. Я заберу их жизни, и Саске, мой Саске, простит меня. Мы снова будем вместе. Он любит меня, всегда любил и будет любить. Он простит меня, когда я уничтожу всех его врагов.

- Ты чокнутая! Я тебя не знаю и знать не хочу, не говоря уже о любви!

«Речь не о тебе, новый Саске,» - заметил знакомый холодный голос, который заставил мое сердце биться в страхе. «Твоя злоба такая чистая и наивная, новый Саске. Я с удовольствием разделил бы ее с тобой, но вторая половина моей души мне роднее. Я поболтаю с этой никчемной полукровкой?»

В следующую секунду я стал зрителем, а то жуткое создание овладело моим телом. Оно сложило печати и применило технику превращения. Я не знаю в кого оно меня превратило, но я стал выше ростом.

- Вера, ты как всегда жестока с детьми. Спасибо, что не отрезала голову новому мне, - мой голос стал более глубоким и взрослым. Блондинка замерла, устремив ошеломленный взгляд на меня.

- Саске?!

- И да, и нет. Это временное тело, в моем новом сосуде слишком людно, поэтому я мирно сплю во Тьме, ожидая, когда ты и твой братец снова поможете нам с Саске соединится. Он не убивал целых четыре года, это такая мука для меня. В Тартаре мы чаще веселились. Пока ты нас не захомутала. Из-за тебя я гнил заживо, грязная шлюшка Михаэля. По твоей вине мы не смогли обрести силу Тьмы в полной мере. Из-за тебя мы горели в пламени гнева, из-за тебя он вновь забыл свою истинную сущность, свою ненависть. Ты разделила нас! А теперь Саске снова стал слабым, потому что привязался к людям. Однако твой братец поможет нам с Саске слиться вновь, и в этот раз мы испепелим Тартар. И прейдем за женщиной достойной править Адом вместе с нами. Разумеется, к тебе это не имеет никакого отношения. Ты будешь первой кого мы сожрем без остатка: сначала твое прекрасное тело, потом твою гнилую душонку. Я буду наслаждаться твоей агонией, Вера.

Земля дрогнула, громовой рокот заглушил плеск волн, а где-то в центре острова вспыхнул столп серебристого света.

- Ни на минуту нельзя оставить, - с досадой произнес временный пользователь моего тела, и я почувствовал, как ко мне вернулся контроль. Блондинка тоже куда-то исчезла. Что за «другой Саске», «Тартар», я уже не говорю об адском престоле? Что со мной творится? Кем является этот злой дух? Я направился к Итачи, как вдруг песок под ногами стал вязким, и меня потянуло под землю. Я беспомощно наблюдал, как с братом происходит тоже самое.

- ИТАЧИ!!!

POV Кимимаро

Таюя, Дзиробо, Кидомару и Сакон мертвы. Впрочем, не стоит ожидать много от пешек, главное выполнить поручение Орочимару-сама, остальное не имеет значение. Нужно найти братьев Учиха, наследницу клана Хьюга и дзинтюрики Девятихвостого.

Знакомая чакра заставила меня прервать поиск и пойти в сторону источника.

- О! Кимимаро-кун, ты как раз вовремя, - с елейной улыбкой приветствовал лучший шпион Орочимару-сама, Якуши Кабуто. Рядом с медиком на земле лежали два джоунина Конохи, с которыми я сражался накануне. Кабуто аккуратно раскладывал медицинские инструменты рядом с телом Хьюга Хинаты.

- Почему ты не прикончил этих двоих, - пустым голосом спросил я, кивнув на мужчину и женщину.

- Ты упустил их, Кимимаро-кун, - заискивающе промяукал Якуши.

Кожа на ладони натянулась, и я ощутил привычную боль от разрыва тканей, когда одна из моих костей выехала наружу. Молниеносным движением я приставил костный клинок к горлу улыбающегося медика, надавив достаточно сильно, чтобы пошла кровь.

- Успокойся, Кимимаро-кун. Все-таки они более опытные шиноби.

- Не стоит испытывать мое терпение, Якуши Кабуто, - холодно произнес я и направился к упущенной добыче, чтобы завершить начатое дело. Я уже занес кол над спящим мужчиной, как услышал голос пепельноволосого:

- Подожди, Кимимаро-кун. Асума-сан и Куренай-сан нужны мне живыми, - сообщил он, поправляя очки на носу. – Чтобы продолжать быть полезным Орочимару-сама, мне необходимо оставаться в Конохе и добывать для него полезную информацию. Эти двое помогут мне вернуться в деревню без особых подозрений, и я смогу работать на благо нашего господина. Ты ведь не хочешь доставить неудобства Орочимару-сама.

Я остановил руку и отшвырнул клинок так, чтобы он вонзился в ствол дерева рядом с головой медика. Парень поблагодарил меня с бессменной вежливой улыбкой и вернулся к раскладке медицинских инструментов. Почему Орочимару-сама так ценит этого лицемера? Якуши Кабуто недостаточно силен, чтобы носить знак нашего господина, он весьма посредственный воин. Хотя с другой стороны, кто знает, что скрывается за его лживой улыбочкой и какими способностями он обладает на самом деле. Как хозяин может доверять этому двуличному человеку? Как можно быть уверенным, что он не воткнет нож в спину?

- Ммм. Кимимаро-кун, Саске-кун полчаса назад покинул это место и ушел искать брата. Может быть, ты пойдешь за ним. Орочимару-сама, будет доволен, если ты возьмешь братьев Учиха живьем, а я пока займусь принцессой клана Хьюга.

- Я не нуждаюсь в распоряжениях от тебя, - отстраненно произнес я, глядя в темно-серые расчетливые глаза. – Воля Орочимару-сама для меня закон.

- Конечно! Ведь ты – самый верный из его людей, мне до тебя...

- Меня не волнует твое мнение, Якуши Кабуто. Я знаю, что я всего лишь Его оружие, как и все в деревне звука. Разница между нами в том, что я – меч Орочимару-сама, а ты – паразит, живущий за счет нашего господина.

- Что ж, я не стану разубеждать тебя, Кимимаро-кун. Я – тот, кто я есть, моя работа устраивает Орочимару-сама, я нужен ему. Да, я не так силен, как ты. Да, я не гожусь в сосуды для нашего господина. Однако я полезен ему, а сколько ты еще сможешь быть полезным для Орочимару-сама?

В легких будто что-то разорвалось, и я согнулся в приступе кашля. Я упал на колени, кашляя кровью, боль раздирала горло и легкие, невозможно было дышать.

- Не перенапрягайся, Кимимаро-кун, а то срок твоей полезности истечет гораздо раньше, - сочувственно произнес Якуши, похлопав меня по плечу. – Отдохни, я сам займусь Саске-куном. Ты все равно сейчас бесполезен.

Я поднял голову, чтобы сказать, что он не прав, но все тело затряслось от очередного приступа, я не смог даже на ноги встать, продолжая безостановочно кашлять. Я кожей ощущал холодный взгляд медика, проклиная его в сердцах.

Внезапно землю сильно тряхнуло, и я распластался прямо на зеленой траве, чувствуя мощный выброс чакры в центре леса. Орочимару-сама?! Неужели кто-то напал на него? Якуши встал, оглядываясь по сторонам.

- Любопытно. Этот остров полон сюрпризов, - пробормотал врач, устремив серьезный серый взор в джунгли. – Наш господин с кем-то сражается.

Земля вновь задрожала, и в небо взметнулся столб серебристого света. Что здесь происходит?! Тут нечто обвилось вокруг моей ноги и потащило к зарослям. Я обрубил костным клинком цепкую лиану и поднялся на ноги. Легкие еще горели огнем, но кашель прошел. Лес зашумел, шелест листьев нарастал, словно деревья шептались между собой. Затем их разговор оборвался, сменившись мертвой тишиной. Я вглядывался в чащу в поисках затаившегося противника, но вокруг не было ни зверей ни людей.

Земля снова заходила ходуном, а потом стала проваливаться под ногами, увлекая за собой. Я успел вовремя зацепиться за ближайший ствол и вскарабкаться на дерево, выдирая ноги из прожорливой земляной пасти, поглотившей джоунинов Конохи. Кабуто с девчонкой удалось избежать зыбучих песков и забраться на ближайшее дерево. Он перекинул ее через плечо, как мешок картошки и напряженно всматривался в ожившую почву, волновавшуюся, словно бурный грязевой поток.

Новая напасть не заставила себя ждать, ветви деревьев и крючковатые корни накинулись на нас, будто полчища змей. Отбиваясь от древесных плетей, я сорвался вниз, тоже произошло медиком и его драгоценной ношей, а затем нас накрыла грязевая волна, погрузив все во мрак.

POV Сакура (Саске)

Как меня все достало! Почему история так сильно изменилась? Это Михаэль постарался, скотина! Все перевернул к чертовой матери! Я не планировал встречу с Орочимару раньше экзаменов чоунинов. И вот тебе подарочек!

- Почему ты медлишь, Наруто-кун? – озабоченно осведомился змеиный мудрец.

Странно. По моим расчетам я уже должен принять истинный облик, но я все еще выгляжу, как Наруто. Хотя может сыворотка действует на меня иначе, чем на обычных людей. В любом случае вернемся к змеиной проблеме.

- У меня мало опыта в убийствах, дяденька. Я еще не участвовал в реальных поединках. Что мне следует делать? – озадаченно попросил совета я, повернувшись к змею. Губы Орочимару растянулись в садистском оскале, а длинный язык скользнул по бледным губам.

- Это довольно просто. Ты ведь изучал в Академии самые уязвимые места в теле человека? – саннин присел напротив меня и протянул руку, холодные пальцы провели по шее. – Горло. – Затем мужчина осторожно коснулся моего виска. – Еще можно ударить сюда, это удобно, если используешь иглы. Еще одним слабым местом в черепе являются глаза. Потом, - рука легла на грудь, там, где бьется сердце, - удары в корпус, конечно. Они наиболее эффективны при использовании холодного оружия в ближнем бою. Сердце, легкие, печень, почки. Ты понимаешь, о чем я говорю?

- Более или менее, - хмуро ответил я.

Поворачиваться к нему спиной не хотелось. Я смогу одолеть его только при использовании демонических способностей, но я не могу демонстрировать их посторонним. Хотя позволить ему убить детей тоже не вариант. Придется попробовать выиграть время с помощью обычных техник. Я медленно повернулся и уставился на испуганного Шикамару.

- Используй теневое копирование и обездвижь его, - одними губами прошептал, надеясь, что ленивец поймет послание. Глаза Нары чуть расширились, значит, он прочел по губам. Я медленно двинулся к нему. Тем временем его тень начала красться в сторону Орочимару. Мне хватит короткой заминки, чтобы нанести роковой удар. Пламя в предвкушении охоты отозвалось волной мурашек по спине, а по лезвию куная скользнуло слабое зеленое свечение. Давай еще немного! Ближе. Ближе. Ближе!

- Наруто-кун, ты непослушный ребенок, - резкая боль в груди остановила меня, я опустил глаза и уставился на лезвие верного меча Орочимару, Кусанаги, пронзавшего мою грудную клетку совсем рядом с сердцем.

- Сакура! – великолепно гений, нашел время для проявления идиотизма.

- «Сакура» значит? – установил повелитель ползучих гадов. – Не хорошо обманывать старших, барышня. Ты не только пыталась сговориться у меня на глазах со своим другом, притворяясь предательницей. Из-за тебя я потерял много времени, которое должен был потратить на поиски носителя Лиса.

Орочимару резким движением выдернул меч из моего тела, я покачнулся и упал на землю. Прекрасно! Попытка вызвать пламя гнева, чтобы исцелиться и поджарить змея, обернулась весьма неприятной неожиданностью. Регенерация непросто не сработала, кровотечение усилилось, будто из раны выкачивали кровь, а пламя отказалось повиноваться. Нет! Я не могу умереть здесь!

Мои волосы отросли, длинные розовые пряди, упавшие на лицо, свидетельствовали о том, что я вернулся в облик Сакуры. Проклятье! Я должен выжить! Я выживу, чего бы мне это не стоило! Ты дорого заплатишь за свои игры, повелитель седьмого круга.

- Сакура! Сакура, ты меня слышишь! Тебе нельзя засыпать! – голос Шикамару гудел за свинцовым занавесом невыносимой слабости, веки тяжелели. Я видел, как он пытается остановить кровотечение, надавливая на рану какой-то тряпкой. Орочимару стоял рядом, наблюдая за тем, как я медленно умираю, мы смотрели друг другу в глаза. В золотом взоре одного из сильнейших ниндзя Листа отражался интерес ученого, нашедшего новое таинственное явление, и теперь его пытливый ум требовал более детального исследования загадки.

Земля продолжала жадно пить мою кровь, а я чувствовал далекий шум волн, значит, скоро я потеряю сознание, тело онемело, картинка стала расплываться дрожащими пятнами. Плохо, очень плохо. Неужели мой первый поединок окончится так быстро и бесславно? Черта с два, ублюдок! Ты от меня так быстро не отделаешься! Не позволю тебе одержать верх! Я не собираюсь никому проигрывать! Какую бы ты тварь за мной не послал, я убью ее и доберусь до тебя, Михаэль! Коноха еще не вернула мне кровавый долг, Мадара еще дышит, хотя должен гнить в земле уже несколько веков. Пока живы мои земные враги, я не умру и не вернусь в Лес грешников!

Я крепко стиснул кулаки, воскрешая внутри всю свою злобу и ненависть, дремавшие глубоко в сердце. Они, словно сухое дерево распаляли изумрудное пламя, нарастающее внутри меня. Мне нужно больше. Больше ненависти. Больше Тьмы! Я не умру, не здесь, не сегодня!

Рана зашипела и затянулась. Я сел и в упор уставился на златоглазого мудреца. Шикамару сидел рядом со мной испуганный и перепачканный моей кровью, его била мелкая дрожь, остальные ребята остались на местах, все еще пребывая в цепких объятиях страха.

- Орочимару Звука, ты выбрал не того противника, - прошептал я, чувствуя возбуждающе сладкий прилив сил и предвкушение охоты. Сейчас мне не было дела до свидетелей, передо мной достойный противник, который может меня развлечь прежде, чем я попробую на вкус его жизнь. Запах сражений пьянил обжигающим выбросом адреналина. Глаза закололо невесомым поцелуем пламени, и я ринулся в бой. Плети ярко зеленого огня вырвались из тела, причиняя знакомую боль, и устремились к оппоненту. Я двигался слишком быстро даже для такого сильного противника, как Орочимару. Повелителя змей отшвырнуло в сторону заброшенного храма, впечатав мужчину в стену, исписанную таинственными иероглифами древнего языка демонов. Киба, Шино и Чоуджи бросились врассыпную, очнувшись от оцепенения. Я ощущал их страх, что вызывало во мне противоречивые чувства. С одной стороны желание защитить их, с другой животное упоение чужим ужасом вызывало очень опасную жажду. Если они не уйдут, то будут следующим блюдом, после моего бывшего наставника.

- Уходите отсюда и найдите учителей, - распорядился я, не сводя глаз с Орочимару пригвожденного к стене пылающими жгутами. Хотя брюнет находился в незавидном положении, кривая алчная улыбка не спешила сползать с губ саннина, он облизнулся, продолжая смотреть на меня, как смотрит хищник на желанную добычу. – Живо! Нара, уведи их! Шикамару встал и пошел, черт тебя подери! – рявкнул я, впившись горящим взглядом в оцепеневшего брюнета.

Парень быстро кивнул и позвал остальных. Но путь им преградила огромная змея, медленно выползшая из-за густых зарослей. Когда змеиная рожа успела выполнить призыв?! Почему нельзя без очередного геморроя?

Ребята сбились в кучу, наблюдая за монстром. Еще две показались на крыше храма, к которому я прибил Орочимару. Четвертая не спеша двигалась ко мне, ее хвост свернулся в кольцо и она поднялась надо мной высокой трубой, рептилия широко разинула пасть и кинулась на меня.

POV Орочимару

В окружающем нас мире много неизведанного. Порой, мы находим нечто уникальное в самом неожиданном по логике месте. Я не раз убеждался в этом на собственном опыте. Моей целью были братья Учиха, маленькая Хьюга и джинчурики, но сейчас я наткнулся на нечто любопытное.

Змея, проглотившая розоволосую девочку, лениво свернулась на земле и закрыла глаза. Друзья Харуно застыли, а потом разразились бесполезными криками. Они пребывали в панике, но темноволосый мальчишка, которого розоволосая куноичи звала Нара Шикамару, смог организовать ребят. Неужели эти глупцы собираются вступить в бой? Что ж, ниндзя Листа никогда не отличались умом. Боевое крещение этих детей окончится весьма печально.

Я усмехнулся и применил технику преобразования тела, сбросив старую кожу, пригвожденную к стене горящими конечностями странной девчонки. У меня будет серьезный разговор с Кабуто, как он умудрился упустить из виду это уникальное создание. Она может стать превосходным сосудом, наравне с Учиха Итачи.

Одного взгляда было достаточно, чтобы утихомирить незадавшихся героев, которые попадали на землю, как подкошенные колоски в день жатвы, после того, как я применил технику оцепенения. Подойдя к змее, съевшей девчонку, я остановился.

- Ну же, Харуно Сакура, покажи мне, на что ты способна. Ведь такой пустяк, как гигантская змея не оборвет твою жизнь? – прошептал я, с нетерпением ожидая продолжения демонстрации способностей маленькой куноичи. В моей памяти еще сияли ярко-зеленые глаза с вертикальным зрачком. Она такая же, как я. Я чувствовал ее жажду власти и силы, запечатленные в фосфорическом взгляде.

Змея резко дернулась, не успел я отпрыгнуть подальше к крыльцу заброшенного храма, как меня ослепила вспышка ярко-зеленого пламени разорвавшего змею на куски. Огненная стена нарастала, напирая на меня.

- Призыв: тройные врата Расемон, - быстро сформировав печати, произнес я. Огонь с ревом врезался в защитную преграду. Щит дрогнул под напором силы, деревянная поверхность трещала под натиском беспощадного пламени. Я ощущал безудержный огненный жар. Затем врата обратились в пепел, я готовился к столкновению с огненным шквалом, но о пожаре свидетельствовала только выжженная черная земля, за исключением клочка земли, где лежали спящие генины, от гигантских змей даже костей не осталось. Девчонка стояла на том месте, где отдыхала проглотившая ее змея, не стесняясь своей наготы. Равнодушные пылающие глаза с узкими зрачками не могли принадлежать ребенку. Нет. Ни один человек не может обладать таким холодным мертвым взглядом. У нас гораздо больше общего, чем я думал.

Резкая боль разорвала живот. Я опустил голову и увидел руку девчонки, пронзающую мое тело. Затем я ощутил электрический разряд, разразившийся внутри меня трелью тысячи птиц.

- Чидори? – выдавил я, ощущая металлический привкус крови во рту. Тело онемело.

- Молния прошла по всему твоему телу, вызвав временный паралич и нарушение потока чакры. Ты не сможешь пока использовать свои техники, - бесцветно сообщила она, с хлюпающим звуком вынимая руку из моего тела, я беспомощно съехал по стене, осев на каменный пол. Харуно задумчиво уставилась на испачканную кровью конечность и поднесла пальцы к губам, слизывая кровь. На мгновение в ее взгляде вспыхнуло нечто животное и потустороннее. Девочка перевела взгляд на меня, все еще облизывая пальцы, словно это был шоколад, а не кровь. – Тебе не повезло. Я не планировала тебя убивать, но инстинкты сильнее, - безразличное оправдание из ее уст прозвучало дежурной фразой для протокола, не несущей в себе ни сострадания, ни чувства вины. Не могу поверить, что умру от рук этого жуткого ребенка. Глаза девочки полностью выжгло ярко-зеленое пламя, и она протянула руку моей груди. К моему удивлению, тонкие пальчики прошли сквозь грудную клетку без боли и разодранных ребер. Что-то холодное прикоснулось к моему сердцу. Какая ирония меня поглотят так же, как я поглощал других. Все что я могу, лишь усмехнуться зеленоглазой смерти, взирающей на меня своим огненным взором. Как жаль, что я не могу узнать больше о том, что ты такое, Харуно Сакура.

Земля задрожала, оттянув мою гибель. Девчонка отдернула руку. Пламя в ее глазах успокоилось и они стали обычными, но меня встревожило их выражение – страх, затем раздражение и, наконец, решимость. Из-за оцепенения я не мог узнать, кому или чему предназначался сей калейдоскоп эмоций. Боковым зрением я увидел, что символы на стене, к которой я прислонился, сияли нарастающим серебристо-белым светом.

- Моя кровь – ключ к пробуждению, - яростно прошипела Харуно, буравя символы мрачным взглядом. Земля задрожала и стала расступаться глубокими трещинами, одна из них устремилась к спящим генинам. Девчонка метнулась к друзьям, встав на пути разлома, она нанесла мощный удар, высвободив пламя в землю. Трещина разошлась рогатиной, обходя детей. Внезапно из недр разлома вырвалось серебристое пламя, охватившее все вокруг.

POV Наруто.

Скрип толстых ржавых цепей пробивался сквозь гул ниспадающего потока воды, стремящейся в бушующую пучину на дне впадины, над которой в воздухе висел летучий корабль. Невероятно! Вода вырывалась из каменных стен своеобразного колодца, созданного природой. Наверное, это подземные реки острова, нашедшие выход из глубоких недр и теперь насыщающие кипящее озеро, обрамленное джунглями. Нужно будет показать Сакуре это место! Интересно, что скрывается на корабле? Может быть, там есть пиратские сокровища?! Много золота? Или какая-нибудь волшебная лампа Алладина?

Любопытство схватило меня занос и потянуло к цепям, по ним можно забраться наверх и все исследовать! Это настоящее приключение!

- Саске-кун, что ты делаешь?! – испуганно взвизгнула Яманака, вцепившись мне в руку. А я ведь совсем о ней забыл. Обида на ее слова еще была свежа, и блондинка сейчас являлась последним человеком, которого я бы хотел видеть. Саске прав она раздражает.

- Я собираюсь подняться на корабль, - устало бросил я, пытаясь высвободить руку из цепких пальчиков.

- Я боюсь, Саске-кун, - томно проговорила она, прилипнув ко мне. Жар бросился мне в лицо, и я невольно замер, очутившись в плену голубых глаз моей первой любви. Ино поднялась на носочки и приникла к моим губам. Я ощутил вкус клубничного блеска и прикосновение язычка, требующего входа. Поцелуй был приятным, но не вызвал особенно сильных чувств. Девочка отстранилась, изучая мое лицо, которое наверняка приобрело цвет вареного рака.

Хотя меня охватило смущение и теплое чувство медом разлилось в животе, я не почувствовал искры, о которой говорила Сакура. Раньше мне казалось, что поцелуй Ино вознесет меня до небес, вызовет незабываемые волшебные ощущения, но ничего такого не наблюдалось. Более того я довольно быстро успокоился. Получается мой первый поцелуй потрачен впустую. Однако, если подумать это был не первый поцелуй. Смущение захлестнуло меня вновь, но воспоминания обо мне и Сакуре вызвали, куда больше эмоций. Сердце бешено стучало в груди, когда память воспроизвела нужную картинку того, что, по мнению Харуно, ничего не значило. «Узнаешь, когда сам поцелуешь девушку, которая тебе нравиться. Ведь сейчас ты не почувствовал ничего кроме неудобства», - сказала она тогда. Неужели мне все это время нравилась Сакура?!

- Блин! Вот я – дурак! – воскликнул я, вцепившись в волосы. Яманако ойкнула, удивленная нетипичным для собранного Учихи поведением. Плевать! Все равно я скоро стану собой, тогда посмотрим, как эта пустоголовая липучка запоет. Теперь понятно, почему мне не нравиться, когда Сакура общается с другими парнями. А когда она провела ночь в каюте Итачи-сенсея, я вообще себе места не мог найти. А вдруг ей уже кто-то нравится?! Этот придурок Саске? Или Шикамару? Блин! А вдруг это Итачи-сенсей?! Нет-нет. Стоп! Она говорила, что предпочитает блондинов с голубыми глазами! Точно, кто у нас голубоглазый блондин?

Я задумался, перебирая в уме наших одноклассников. Вообще-то я единственный светловолосый парень из всех, с кем общается Сакура. Кивнув своим мыслям, я сложил руки на груди и принялся размышлять. Какаши-сенсей не подходит потому, что у него глаза темно-серые, да и староват он для Харуно. Тогда кто?!

- Ай! Ну почему я раньше до этого не додумался? – сетовал я, возведя глаза к небесам.

- Саске-кун, ты в порядке? – осторожно спросила Ино, наблюдая за моими метаниями.

- Как думаешь, кто нравится Сакуре? – выпалил я. Лицо блондинки вытянулась и, судя по всему, она готовилась зареветь. Точно! Она, наверное, подумала, что Учихе нравится Харуно. – Я спрашиваю не потому, что хочу с ней встречаться. Ты гораздо красивее Сакуры, - соврал я, а Яманака облегченно выдохнула и лучезарно улыбнулась мне.

- Саске-кун, ты меня совсем не слушал, - покачав головой, недовольно заметила Ино. – Это же очевидно! Сакура влюблена в Удзумаки!

- Нет, это бред. Мы с ней... То есть он с ней... Блин! В общем, они просто друзья.

- Ничего подобного! Она в него по уши втюхалась! Харуно поддерживает его, всегда находится рядом с ним, помогает ему. Он единственный, кому розоволосая ведьма улыбается! Что это, если не любовь?!

- Правда? – я расплылся в счастливой улыбке и почесал затылок. И тут произошло то самое – действие зелья закончилось, а я снова стал собой.

У бедной Яманаки отвисла челюсть, девочка выпучила глаза, молясь, что я плод ее воображения и что Саске-кун вернется с минуты на минуту.

- С-саке-кун, ч-что за глупые шутки? – дрожащим голосом промямлила блондинка.

- Прости, Ино-чан, но это не шутки. И я действительно Удзумаки Наруто, носитель Девятихвостого демона-лиса, - спокойно признался я. Три, два, один, ноль...

- УБЛЮДОК!!! КАК ТЫ ПОСМЕЛ УКРАСТЬ МОЙ ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ?!! – щеку обожгла хлесткая пощечина, пронзительный крик Яманаки спугнул птиц, засевших в зарослях. Девочка начала яростно вытирать губы, по ее щекам побежали слезы. Чувство вины скрутило желудок в неприятный узел. Все-таки не стоило нам притворяться, ни мне, ни Саске-придурку, мы только хуже девчатам сделаем. Если Хината-чан узнает, что Учиха скрывался под маской Сакуры, чтобы сблизиться с ней, ей вряд ли это понравится.

- Ино, прости, я был полным идиотом, - низко поклонившись, проговорил я. – Ты вправе злиться на меня. Я больше никогда тебя не побеспокою, больше никаких глупых ухаживаний и приглашений на свидание. Я понимаю, что в печенках у тебя сижу из-за своей назойливости. Прости меня, если сможешь.

Я уставился в землю, не поднимая головы и ожидая дальнейших действий Яманаки.

- Придурок, - пробурчала она. Я поднял и увидел насупившуюся недовольную девочку, скрестившую руки на груди. – Ты прощен, но не слово о том, что здесь случилось! Ни одной живой душе! Даже твоей розоволосой ведьме!

Я нахмурился. Одно дело оскорбления в мой адрес, и совсем другое нападки на Сакуру. Я повторил жест собеседницы, сложив руки на груди, и холодно посмотрел на девочку.

- Сакура – мой лучший друг. Не говори о ней плохо. Ты можешь нести про меня чушь, которой тебя напичкали родители, но не смей приплетать Харуно в свой бред.

- Т-ты мне у-угрожаешь, демон, - храбрилась блондинка, однако дрожащий голос выдавал ее с потрохами.

- Предупреждаю. Слушай, я знаю, ты от меня не в восторге, ты меня ненавидишь. Я – чудовище. Теперь, когда мы все разъяснили, давай наберем воды и вернемся в лагерь, где ты сможешь спокойно преследовать Саске. Я тебе ничего плохого не сделаю.

- Так я тебе и поверила, извращенец!
- Хорошо, чего ты хочешь?!
- Чтобы ты со скалы навернулся! И не мешал нам с Саске-куном быть вместе.
- Насчет первого не получится. Умирать я не собираюсь. На счет второго – совет вам, да любовь.
- Придурок!
- Дура!
- Кретин!
- Идиотка!
- Я соврала! Сакура тебя не любит!
- Ч-чего?
- Того! Ей Итачи-сенсей нравится!
- Врешь! Она его на дух не переносит!
- Она – глупая дура, не знающая, как обратить на себя его внимание. Она его из себя выводит?
- Д-да.
- Во время спаррингов она старается к нему больше прикасаться, завалить его на спину?
- Н-ну э-это просто тренировка...
- Ха! Два раза! Как же тренировка! Она играет неприступную девчонку, такие нравятся парням! А знаешь, что самое смешное?
- Ч-что?
- Ее чувства взаимны! Она нравится учителю!
- Не может быть...
- Он выделяет ее из группы?
- Ммм. Немного.
- Он уделяет ей больше внимания?
- Да.
- Интересуется ее жизнью?
- Да.
- Значит, я права, неудачник. А ты ей, как умственно отсталый младший брат. Разобрались!
- Яманака.
- Чего?
- Пошла на хер, - выплюнул я и направился к цепям. Нужно отвлечься от этой Санты-Барбары. Не думать, освободить башку от мысленного мусора.
- Ты, что меня одну оставить вздумал, козел?! – завизжала Ино.
- Не хочешь оставаться иди за мной.
- Я туда не полезу!
- И, слава Богу, мои барабанные перепонки целее будут.
- Я возвращаюсь в лагерь. Я все расскажу учителям, извращенец! Тебя в тюрьму отправят, как только мы в столицу приедем.
- Отлично! Счастливого пути. Надеюсь, лесные хищники не отравятся такой ядовитой стервой, как ты.
- К-какие «хищники».
- С большими ушами, глазами и зубами. Сказку про красную шапочку читала?
- Дурак!

Я обернулся и увидел напыжившуюся девчонку неуверенно шагающую ко мне. Ино, в отличие от меня, совершенно не хотела искать приключения на задницу. В этом наши мнения существенно расходились, впрочем, как и в интересах и жизненных установках. Определенно мы слишком разные, чтобы быть вместе. Хотя теперь я знаю, кто мне нравится на самом деле, только как это донести до нее и остаться при этом в живых?

Я начал спускаться по скале к началу цепи, Яманака следовала за мной. Затем мы по цепям вскарабкались на борт корабля-призрака. Палуба была покрыта зеленым мхом, доски кое-где совсем прогнили. Обвисшие рваные паруса покачивались на ветру, старые высокие мачты, от которых тянулись паутинки вант и канатов, заунывно поскирипывали, на корабле не было ни души.

- Яманака, дай руку, - попросил я, осторожно двигаясь по скрипучему полу.
- А больше ничего не надо? – язвительным тоном отозвалась девочка. Она сделала шаг, и балка под ее ногой провалилась, блондинка захныкала, вытащив из дыры поцарапанную ногу.
- Теперь понятно? – скупо осведомился я, глядя на нее сверху вниз. Нет, не могу я так! – Сильно болит?
- А как по-твоему, козел?! Конечно, болит!
- Сейчас перевяжу, - я вытащил из рюкзака бинты и занялся перевязкой. – Тебе лучше посидеть здесь, пока я осмотрюсь.
- Ты не можешь меня бросить? – чуть не плача проговорила куноичи из десятой команды. – Ты не можешь бросить раненую девушку одну!
- Послушай, здесь никого кроме нас нет. К тому же бродить по кораблю не безопасно, пол сильно прогнил, поэтому тебе лучше оставаться на месте. Может, твое желание сбудется, и я сверну себе шею. Если через час не вернусь, возвращайся в лагерь за помощью.
- Ладно. Один час, а потом можешь гнить вместе с этой старой посудиной.

Отвязавшись от назойливой шумной блондинки, я отправился на разведку. Я оторвал от пола небольшую доску, обмотал ее тряпкой, сделав факел, и открыл дверь, скрывающую тайны старого корабля. В темноте пахло сыростью и гнилью, пара крыс с визгом метнулось в строну, когда на них упал свет факела.

Надеюсь, здесь нет призраков? Блин, а вдруг есть?! У меня колени затряслись от страха, мучительно захотелось вернуться назад и покинуть борт. Я развернулся к островку света отбрасываемого открытой дверью и пошел назад, как вдруг дверь захлопнулась у меня перед носом.

Сердце ухнуло вниз, желудок нервно дернулся, сжавшись в комок от страха. Я уронил факел, который тотчас погас, оставив меня в кромешной темноте. Я начал дергать дверь взад и вперед, но та не поддавалась. В отчаянии я забарабанил по склизкой поверхности, покрытой мхом, зовя на помощь. Может, Яманака решила зло пошутить надо мной? У меня как обычно разыгралось воображение. Сейчас я успокоюсь и открою злополучную дверь, и еще буду долго смеяться над своим глупым поведением. Я сделал глубокий вдох и повернул ржавую ручку, дверь поддалась.

В лицо бил яркий ослепительный свет, я вышел наружу. Внос ударила смесь множества цветочных ароматов, птицы весело щебетали, свежий ветерок дарил приятную прохладу. Глаза постепенно привыкли к слепящему свету, и тут я обнаружил, что оказался не на палубе старого парусника, а посреди бескрайнего моря цветов. Разноцветный покров простирался до горизонта, сталкиваясь с голубым чистым небом. Цветочный ковер поражал воображение: орхидеи, маки, примулы, календулы, маргаритки, тюльпаны и сотни других неизвестных мне цветов. Я огляделся по сторонам в поисках двери, но меня окружала безбрежная долина цветов.

Нужно придумать, как вернуться. Ино осталась совсем одна на корабле, мало ли что произойдет. Вопрос в том, как найти дорогу назад?

- Добро пожаловать, Удзумаки Наруто! – певучий голос нежно обнимал, смешиваясь с пьянящим ароматом цветом. Я обернулся, и у меня отвисла челюсть от удивления.

На лугу было раскинуто пестрое лоскутное одеяло, на котором сидела очень необычная девушка. Золотисто-рыжие волосы струились по плечам пышной блестящей воной, ниспадая до земли, из-под густой челки на меня смотрели волшебные глаза, казалось, что они собраны из мелких радужных салатовых чешуек, облепивших белок и радужку. Однако странные глаза не единственное в ее облике, что смутило меня. На голове рыжей девушки торчали лисьи уши, а из-под юбки длинного пышного платья виднелись девять золотисто-рыжих хвостов. Это еще что за хренотень?!

Девушка звонко рассмеялась и похлопала рядом с собой, приглашая меня сесть рядом с ней. Незнакомка лучезарно улыбнулась, устремив на меня хитрый мерцающий взор.

- Не бойся, я тебя не съем, - обнадежила она, протягивая мне руку с длинными серебристыми ногтями. Я нерешительно взял ее ладонь, ощущая шелковую мягкость. Лисица резко потянула меня вперед, в результате чего, я упал в ее объятия, хвосты обернулись вокруг меня, отцепив рюкзак и сумку с кунаями и сюрикенами, висевшую на поясе. Я попытался встать, но руки девушки наручниками закрылись на моих запястьях. – Да. Я не съем тебя. Пока рано.

Я с трудом сглотнул ком, вставший в горле. В какое дерьмо я на этот раз вляпался? Вот я – олень! Надо было Ино слушать.

- Не волнуйся так, Наруто-кун. Ты – мой гость. К тому же мы с тобой можно сказать принадлежим к одному виду, - ласково заметила она. – На этот остров еще не ступала нога человека этого мира. Ты, наверное, голоден?

Как по велению волшебной палочки, на одеяле материализовалась белая скатерть, на которой появились разнообразные блюда. У меня аж слюни потекли, а живот громко заурчал. Девушка засмеялась и отпустила меня. Богатый стол просто умолял накинуться на еду, здесь даже рамен был! О, этот вкусный запах сводит с ума!

Я поставил перед собой тарелку с любимым блюдом и взял палочки.

- Приятного аппетита! – провозгласил я и приступил к обеду. Вдруг очень неприятная мысль зажглась в мозгу тревожной лампочкой. Яд! Я прекратил есть, и испуганно уставился на Лисицу.

- Как грубо! – надув коралловые губки, пробурчала она. – Если бы я хотела тебя убить, то уже сделала бы это. Ты - мой гость, Наруто-кун. Кушай на здоровье.

Я скептически прищурился и все-таки решил продолжить трапезу. Пища была настолько вкусной, что нельзя передать словами. Наевшись до отвала, я с чувством выполненного долга шлепнулся на мягкое одеяло. Меня не оставляло ощущение, что я забыл о чем-то важном, или о ком-то. Ну и ладно, поели, теперь можно и поспать. Грязная посуда исчезла без следа, а моя голова оказалась на коленях радушной хозяйки, которая осторожно гладила меня по волосам. Меня начинало клонить в сон.

- Наруто-кун, ты любишь сказки? – спросила Лисица.

- Да, очень, - согласился я, протирая сонные глаза. Передо мной появилась огромная толстая книга в коричневом кожаном переплете с золотыми коваными уголками и застежкой. Хозяйка долины цветов щелкнула пальцами, и книга раскрылась веером перелистывающихся страниц. Я привстал на локте, чтобы заглянуть на какой странице открылась волшебная книга.

- Ложись, Наруто-кун. Я почитаю тебе вслух, - положив руку мне на плечо, попросила Лисица. Я послушно лег на бок, уставившись на пожелтевший лист с непонятными золотыми символами, под таинственным текстом начала проявляться картинка, рисуемая невидимой рукой. – В стародавние времена, когда волшебство еще не покинуло людей. В одном мрачном забытом королевстве жила была Темная принцесса с остывшим сердцем...

Гипнотический голос медленно усыплял. Прежде чем мои глаза закрылись, невидимый художник закончил иллюстрацию в книге, нарисовав спящую девушку среди черных шелковых простыней. Белоснежная ночная рубашка обнимала стройное юное тело, длинные розовые волосы раскинулись по черной подушке, расслабленные спокойные черты лица свидетельствовали о спокойном крепком сне прекрасной героини.

- Сакура, - пробормотал я слабым голосом не в силах бороться со сном. Сквозь дрему меня настигли призрачные слова Лисицы.

- Поединок начался, Темный принц или мне лучше называть тебя принцессой? Мы с Наруто-куном будем ждать твоего прихода. Твои кровь и пламя разбудили мою силу.

  POV Саске (Сакура)

Черт! Моя голова! Схватив разрывающийся на куски череп, я принял сидячее положение. Такое мерзопакостное состояние было у меня лишь однажды, когда мы с Реем напились в одном из баров на территории Алого Храма. Мы выпили столько, что даже моя сверхбыстрая регенерация не смогла справиться с похмельем на утро и полностью расщепить алкоголь. Скарлетт вообще тогда чуть не помер. Все-таки «Черная кровь» предназначена для прожженных организмов адских стражей, а не хрупких тушек грешников и земных представителей демонического сообщества.

С усилием воли я разлепил веки, намереваясь оценить ситуацию. Я находился в небольшой мрачной комнате с давящими фиолетовыми стенами, задрапированными шелковыми полотнами с цветочным тиснением. Стыки между полотнами были оформлены в виде колонн, оплетенных змеями. Комната представляла собой полукруг, здесь находилась только большая кровать с черным пологом, на которой я сидел в объятиях черных шелковых простыней. В спальне обнаружились три двери: одна выходила в просторный длинный коридор, ею я воспользуюсь позже. Вторая дверь вела в большую многоярусную комнату, напоминающую химическую лабораторию. На стеллажах стояли многочисленные колбочки и склянки с разноцветными жидкостями, здесь присутствовали странные создания, заспиртованные в больших стеклянных сосудах, в огромном аквариуме плавали жутковатого вида пучеглазые твари с огромными выпирающими зубами и длинными щупальцами, светящимися в темноте.

Пока я рассматривал милых домашних зверушек доктора Франкенштейна, моя голова прояснилась и уже почти не болела. Итак, вернемся к самому неприятному вопросу: где я, черт возьми, очутился? Последнее, что я помню - вспышка серебристого света вовремя землетрясения на проклятом острове, где мы высадились, чтобы починить корабль и пополнить запасы. Я постучал по толстому стеклу аквариума, и одно из пучеглазых существ резко развернулось, врезавшись в невидимую преграду, оно клацало зубами и размахивало щупальцами, желая добраться до меня. Надо ж такое чудо-юдо вывести, хотя в аду и не таких красавцев видали! Ладно, вернемся к проблеме.

Мой противник начал игру, и я умудрился угодить в его ловушку.

- Кого же за мной послал Михаэль? – осведомился я у пучеглазого знакомого. – Будем исходить из того он не спешит меня убивать, иначе я бы очнулся в аквариуме с тобой, а не в теплой мягкой постели. Значит, я в игре. Реально ли все это?

Я обошел аквариум и остановился у окна, закрытого тяжелыми ставнями. С гулким треском я распахнул створки. Сухой воздух ударил в лицо неприятным запахом серы, глаза с непривычки защипало. Тяжелое грозовое небо клубилось рваными темными облаками и потрескивало яркими вспышками молний, раскаты грома эхом разносились над мрачным отчужденным пейзажем, открывавшимся с высоты башни. Видимо, башня являлась частью замка, окруженного глубоким и широким рвом, который насыщала лава, стекавшая с курящихся гор, ограждающих массивную каменную конструкцию второй стеной.

- Мда. Идеальное место для резиденции злодея, - пробормотал я, облокотившись на грязный подоконник. Если я имею дело с иллюзионистом, то подобным уровнем мастерства может обладать только один демон, Любовь. Но она не станет прислуживать Михаэлю. И потом я все равно бы ощутил ее ауру, плюс она бы непременно придумала нечто более изощренное.

Предположим это не иллюзия. Я закрыл, глаза, жадно вслушиваясь в собственные ощущения. Михаэль не пошлет против меня высшего во время первой игры, он наверняка захочет растянуть удовольствие. Значит, оппонентом будет тот, о чьих способностях я имею примерное представление. Мы с Михаэлем часто обсуждали возможности и таланты низших и высших демонов.

- Кто? Кто?! Черт, ничего в голову не лезет!

- Ваше Высочество, - я резко обернулся, услышав бесцветный спокойный голос. Передо мной стоял человек, которого я меньше всего ожидал увидеть. Серебристые волосы, разделенные зигзагообразным пробором, едва касались плеч, бледное безмятежное лицо, словно выточенное из слоновой кости, обрамляли более длинные пряди, собранные в кисточки; под безразличными зелеными глазами залегли красноватые тени, на лбу располагались две красные точки, символ принадлежности к клану Кагуя. Стройная фигура, невысокий рост и кукольная внешность делали его похожим на женщину. Кимимаро Кагуя один из претендентов на роль сосуда Орочимару и самый преданный из его последователей.

Он вполне мог прибыть на остров вместе со змеиным мудрецом. Конечно! Поимка джинчурики. К тому же, Орочимару наверняка собирался захватить Итачи. Значит, на остров высадились сильнейшие из его людей: Кагуя, вполне возможно Кабуто и Четверка звука.

Я вновь посмотрел на застывшего, словно изваяние Кимимаро, похоже его не смущало мое молчание и невнимательность.

- Что ты хотел? – холодно осведомился я.

- Ваш отец желает видеть вас, принцесса.

«Отец»? «Принцесса»? Очень интересно. Он ведет себя так, будто знает меня, хотя в реальности мы никогда не встречались. Мое пребывание в таинственном мрачном замке, тот факт, что я являюсь местной принцессой, Кагуя, действующий в качестве покорного слуги – все это смахивает на сюжет сказочной истории. Ладно, пока будем действовать по сценарию противника.

- Чего он хотел?
- Его Величество все объяснит вам в тронном зале.
- Хорошо.
- Не желаете ли переодеться, Принцесса Сакура? – осведомился блондин, скользнув по мне ничего не выражающим взглядом.
- Хорошо.

Он молча открыл дверь и склонил голову в вежливом поклоне. Мы вернулись в спальню, Кимимаро пересек комнату и открыл передо мной третью дверь, которую я еще не успел проверить. Здесь была цилиндрическая комната с зеркальными стенами, в центре стояло золотое дерево, его листья представляли собой кристаллы разных форм и цветов.

Когда я обратил внимание на свое отражение, то чуть не споткнулся на ровном месте: из зеркала на меня удивленно взирала семнадцатилетняя Харуно Сакура. Руки сами собой легли на небольшую девичью грудь. Странное ощущение. Я редко задумывался о своей оболочке, потому что мое двенадцатилетнее тело мало отличается от мужского. С возрастом все хуже и хуже. Я тяжело вздохнул и опустил руки. Наверное, я никогда не смогу смириться с новым сосудом для моей души. Я вновь посмотрел в зеркало. Внешность моей оболочки, казалась пресной и невзрачной, после адских красавиц, хотя глупо сравнивать дьявольскую привлекательность порождений Тьмы и облик смертной женщины. Ни Сакура, ни Ино, ни Карин никогда бы не смогли сравниться с повелительницей второго круга Ада, а также... с младшей сестрой Михаэля. Руки сжались в кулаки, я раздраженно скрипнул зубами. Ненавижу воспоминания о ней! Отношения с Верой, хотя и были результатом магии обольщения, оставили глубокий след в душе. Любовь – скоротечная, жестокая и сладкая иллюзия, затуманивающая разум.

- Ты долго будешь стоять как столб? – недовольно проворчал я, повернувшись к Кагуе. Мне нужно было переключиться с мыслей о Вере на что-нибудь еще. Поскольку я не знал, где принцесса хранит свое барахло, то решил прибегнуть к помощи костяного дворецкого. – Помоги мне переодеться.

Светловолосый молчун снял с дерева черный кристалл и направился ко мне. Кагуя остановился напротив и раздавил минерал, в воздух взвились черные мерцающие вихри, закружившиеся вокруг меня со свистящим шипением. Белое тонкое платье сменила другая одежда: черные кожаные брюки облегали ноги, скрываясь в высоких удобных сапогах на плоской подошве. Правое бедро опоясывала лента с блестящими стилетами. Сбоку под ремнями, плотно стягивающими сапоги, располагались кинжалы, один на правой, другой на левой ноге. Тонкая черная кофта под горло приятно обнимала тело, на нее одевалась легкая серебристая кольчуга, заканчивающаяся чуть ниже бедра, поверх кольчуги сидел удлиненный приталенный жилет из черной кожи, руки стягивали кожаные протекторы, катана находилась в ножнах за спиной. Волосы собрались высокий хвост. Что ж вполне сносный вариант одежды, по крайней мере, мне удобно.

Кимимаро открыл дверь, пропуская меня вперед. Мы шли по длинным мрачным коридорам, напоминавшим мне чем-то убежища Орочимару, с той разницей, что здесь было гораздо просторнее, чем в подземельях повелителя змей. Я не заметил нигде охраны, замок, будто вымер. Мы остановились у мощных дубовых дверей, которые сами собой распахнулись, приглашая нас в темную залу, освещенную тусклым светом факелов.

- Сакура, дитя мое! Как хорошо, что ты к нам присоединилась, - глубокий голос с властными твердыми интонациями нельзя было не узнать. Отблески огня скользили по человеку, сидящему на троне, его золотые глаза пронизывало жадное сияние, знакомая предвкушающая ухмылка скривила тонкие губы мужчины. Орочимару развалился на золотом троне, лениво подперев рукой подбородок, на нем была черная шелковая туника с расшитым золотом воротником и черные мешковатые штаны, заправленные в кожаные сапоги, на голове саннина блистала золотая тиара из переплетенных змей.

По левую руку от царя змей стоял Якуши Кабуто, а перед троном на коленях застыли представители Четверки звука. Справа от Орочимару пустовал трон поменьше, надо полагать это мое место. Я пересек зал и опустился в золотое кресло, Кимиммаро встал рядом со мной.

- Теперь мы можем начать обсуждение, - установил повелитель змей. В руке Орочимару появился темно-фиолетовый шар, затем он взмыл в воздух и завис, а потом из него вырвались лучи, нарисовавшие карту в центре комнаты. На нее были нанесены пять государств: самое большое обозначалось черным цветом, занимало больше половины материка и называлась Демонория, второе по величине государство, прорисованное зеленым цветом и граничащее с черным королевством, именовалось Разумерия. Рядом с изумрудным клочком земли располагалась меньшая по размерам страна, выделенная красным, Телория, граничащая также с Демонорией. Затем следовала белая Сердария, равная по размерам красной соседке и отделенная от черной страны цепью небольших гор. И самым маленьким государством на материке оказалась крохотная страна, окруженная плотным кольцом неприступных гор, непроходимых болот и лесов, Звуковия. Таким образом, Разумерия, Телория и Сердария находились между фиолетовым клочком земли и Демонорией. Надо полагать я на территории Звуковии.

- И что мы будем обсуждать, - я решил нарушить затянувшуюся паузу.

- Много лет назад Черный король нанес мне сокрушительное поражение, - прошипел Орочимару. – Я потерял все, в том числе большую часть своей магической силы. За последние годы он значительно расширил границы своего государства. Все трепещут перед ним, хотя никто никогда не видел его. Раньше Звуковия была сильнейшим темным царством, а теперь о нас забыли! Сакура, - он повернулся ко мне. – Ты вернешь нашей стране былую славу и власть. Мы вновь станем ужасом мирных земель Сказоземья!

Сюжет истории, в которой герой отправляется в опасное странствие во имя славы? Разгадка вертится на кончике языка, но сознание не может оформить ее в ясную мысль! Кто же мой противник?

- Чего ты от меня ждешь, Орочимару, - надменно осведомился я. Саннин ухмыльнулся и взмахнул рукой. Карта растворилась в фиолетово-черном тумане, который начал сгущаться, образуя фигуры, из них в воздухе появились: старая книга в кожаном переплете, две чаши, сделанные из черного и белого камня, и красивый меч, лезвие, которого казалось выкованным из золотых солнечных лучей.

- Книга вселенских знаний, способная дать ответ на любой вопрос. Чаша тела, исцеляющая любые недуги, Чаша души, помогающая человеку познать истинного себя. И, наконец, Меч-победитель, приносящий победу в битве, этот клинок не знает промаха, он - воплощение силы. Собрав все эти реликвии, мы подчиним себе все Сказоземье.

- И ты хочешь, чтобы я собрала их?

- Именно. Я уступлю тебе престол, когда ты завершишь путешествие и вернешься в Звуковию с победой, - подкупающе сладко завлекал змей. Ладно, будем двигаться по намеченной автором траектории, пока не определим, с кем имеем дело.

- Что известно об артефактах? Мне нужна вся информация, - твердо заявил я.

- Кабуто, - позвал повелитель змей. Пепельноволосый очкарик сразу же появился передо мной и опустился на колени. – Рассказывай, Кабуто.

- Благодарю, Повелитель, - заискивающе произнес Якуши, а затем поднял на меня темные глаза. – Все артефакты имеют своих хранителей, только эти люди способны активировать и применять волшебные предметы. Без хранителей артефакты нельзя использовать в полную силу.

- Значит, помимо предметов необходимо найти хранителей?

- Сейчас нам известны хранители всех артефактов за исключением, Меча-победителя, - заметил советник Орочимару, поправив очки на носу. – Книга вселенских знаний находится в Разумереии. Ее хранителем является принц Шикамару, но, к сожалению, он был проклят Черным королем, когда отказался отдать книгу и стать слугой властителя Демонории. Сейчас лучшие целители со всех концов света собрались в Разумерии в поисках средства исцеления.

- Почему нельзя воспользоваться книгой? Ты говорил, что артефакты можно применять без хранителя, хотя и с меньшей эффективностью.

- К сожалению, процент получаемой силы без участия истинного владельца ничтожно мал по сравнению с тем, на что способны предметы, активированные хранителями. И потом мы полагаем, что использовать артефакты невозможно, если причинить вред хранителю. Принцесса, дело в том, что после того, как принц Шикамару погрузиться в сон, навлеченный проклятием Черного короля, неведомая сила запечатала книгу знаний. На земли Телории тоже пало проклятие Черного короля, превратившее цветущее царство в безжизненную пустыню. Но, несмотря на засуху и голод, принцесса Ино отказалась служить Черному королю. А когда его людям удалось проникнуть во дворец и добраться до Чаши тела, они обратились в камень.

- Ты сказал, что принц Разумерии погрузился в сон? Как он получил проклятие?

- Во дворец доставили подарок для принца Шикамару, принцесса Сакура. Когда принц открыл коробку, то там оказалось золотое веретено...

- Он уколол палец и погрузился в сон? – прервал я, вскочив с трона.

- Д-да, - удивленно пролепетал змеиный подхалим. Я рухнул на прежнее место. Не может быть! Сказитель, черт его подери! Я играю против долбанного Сказителя!

- Продолжай, - выдавил я. Теперь все сходится. Я не внутри иллюзии, а в желудке одного из сильнейших демонов низшего уровня. Всех нас поглотил остров, получивший в жертву кровь, пламя и... того, кто верит в волшебство. Наруто! Черт! Я стиснул подлокотники, ощущая пробуждение пламени внутри.

- Принцесса Сакура, - осторожный голос Кабуто выдернул меня омута кипящей ярости, поглотившей меня на секунду. Я кивнул ему, не в силах вымолвить хоть слово. Михаэль, моя ненависть к тебе растет, как снежный ком. Если Наруто пострадает, я готов стать хоть Инквизитором, тварью, существующей ради чужой агонии, чтобы поквитаться с тобой.

- Хорошо. Чаша души находится в Сердарии, королевстве сказочных существ, где обитают феи, эльфы, нимфы, дриады и многие другие волшебные создания. Хранителем является принцесса фей Хината. Чаша тела находится в Телории, и повелевает ее силой принцесса Ино, первая красавица Сказоземья. Меч-победитель находится в руках Черного короля. Это вся информация, которой я обладаю.

- Таким образом, чтобы использовать артефакты в полную силу, нам нужно похитить не только предметы, но и наследников престола соседних королевств? – уточнил я. Орочимару обожает давать невыполнимые задания, хотя нет ничего невозможного. И потом змеиный царь всего лишь марионетка Сказителя. Мне нужно найти способ выбраться из желудка твари до того, как нас всех переварят. Необходимо вернуть истинные воспоминания героям истории, тогда мир, созданный в желудке Сказителя благодаря ярким фантазиям мечтателя, будет уничтожен вместе с демоном. Хотя мне нужна более точная информация!

- Я уверен, ты справишься, моя милая дочь, - обнадежил Орочимару. – Теперь решим, кто отправиться с тобой в это опасное путешествие.

- Повелитель! Позвольте нам сопровождать принцессу! – воскликнул Сакон.

- Все верно. Я как никто другой смогу защитить Ее высочество, - заверил правителя Кидомару, ударив себя кулаком в грудь.

- Заткнись, паучья рожа. Тупорылым придуркам слово не давали! Повелитель сам решит, кто пойдет. Если скажешь еще слово, я тебе язык через жопу вытащу! – завопила Таюя, схватив парня за грудки.

- Таюя, успокойся, не сквернословь, - посоветовал Дзиробо гулким басом.

- Тебя, жирдяй, спросить забыла, - рявкнула рыжая в ответ.

Костяные колья просвистели в воздухе, оборвав бурные споры Четверки звука, воины бросились врассыпную, спасаясь от смертельной опасности. Орочимару рассмеялся, наблюдая за поведением своих слуг.

- Кимимаро-кун, ты слишком суров, - слегка пожурил блондина саннин. Кагуя почтительно поклонился.

- Подобное поведение недопустимо в присутствии нашего Великого Повелителя. Они заслуживают гораздо большую кару, Ваше Величество.

- Возможно, ты прав, - согласился Орочимару. Четверка звука дружно пала ниц, со страхом ожидая наказания. – Кимимаро-кун, может быть, ты отправишься вместе с Сакурой в путешествие и будешь оберегать ее от всех напастей?

- Для меня честь служить Вам и Вашей дочери, - монотонно отрапортовал блондин.

- Орочимару-сама, позвольте заметить, - вмешался Кабуто, низко кланяясь хозяину. –Кимимаро-кун тяжело болен, в его нынешнем состоянии не рекомендуются длительные путешествия, а тем более использование его способностей. Он может стать обузой для вашей дочери. Я бы мог...

Договорить медику не дал Кагуя, который молнией пересек разделяющее их расстояние и поднял Якуши над землей. Кости вспороли кожу на руке, вцепившейся в горло пепельноволосого шпиона, и потянулись к жертве.

- Я выбираю Кагую, - сообщил я, покидая трон. – Кимимаро, не заставляй меня ждать.

Не оглядываясь, я направился к двери. Звук рухнувшего на пол тела и сдавленный кашель почти задушенного Кабуто прозвучали за спиной, а затем я ощутил бесшумное приближение напарника. Игра обещает быть интересной.

***

Сказитель, пространственный демон низшего уровня. Ну же вспоминай что там дальше! Я перегнулся через широкие перила и уставился на проплывающие под нами горы и извергающиеся вулканы. Мы с Кимимаро летели на волшебном корабле по пасмурному небу сквозь клубящийся в воздухе пепел, оседавший на палубу, будто снег. Я задрал голову наверх и уставился на рваные черные паруса, за которыми виднелось неприветливое буро-коричневое небо.

Блин! Думай голова, думай! Сказитель. Обозначенная сволочь обладает основным и побочным телом. Побочное тело – это остров, к нему привязано основное. Внутри побочного тела находится пластичное микроизмерение, в которое мы все дружно угодили. Так, что там еще было? Сказитель пробуждается за счет крови и энергии демона, либо черной души, а также фантазии человека чистого сердцем. Итого: мои кровь и пламя плюс грезы Наруто равно желудок Сказителя. И сколько времени у нас осталось до конца переваривания?

Небо утратило мрачные погребальные тона, теперь его разбавили серые и синие цвета, а внизу уже тянулись леса. Мы скоро будем в Разумерии, где я должен буду похитить Шикамару и книгу. Стоп! Персонажи истории питают Сказителя и не помнят настоящих себя. Цель этого ублюдка поглотить всех, а самое главное, ему необходимо сожрать демона, пробудившего его, чтобы его основное тело обрело свободу. И как мне выбраться из этого дерьма?

Блин! Почему в жилете нет карманов?! Я не спеша поднялся на мостик, тишину нарушал лишь скрип покачивающихся мачт. Рука скользнула по отполированному штурвалу. Интересно, что за сила двигает этот корабль-призрак? Магия Сказителя, питающегося нашей жизненной силой? Наверное.

Тихо. Надо же, мне не хватает бесконечной трескотни шумного Наруто, вопросов самодовольного умника Саске, праздного философствования гения-ленивца, а еще я бы хотел увидеть брата. Эти чувства и привязанности делают меня слабым. Нельзя снова повторить прошлую ошибку. Не хочу вновь ощутить предательство и разочарование. Я облокотился на перила, провожая взглядом мрачное небо, кипящее над Звуковией, корабль все дальше и дальше уходил от земель Орочимару.

За время нашего путешествия Кимимаро не произнес ни слова. Он принял на себя роль отстраненного наблюдателя. Меня не смущало молчание. Мой взгляд упал на задумчивого юношу, расположившегося на носу корабля. Я потянулся к пламени гнева, которое лениво ответило на мой зов легким жжением в глазах, все чувства многократно обострились, позволяя прикоснуться к тому, что недоступно обычному взгляду.

Сердце методично отбивало удар за ударом, кровь в спокойном ритме циркулировала в его теле, никаких эмоций, абсолютное безразличие. Взор устремился глубже, его душа напоминала камелию, обагренную кровью, хрупкая и нежная как цветок, оскверненный жестокостью мира смертных. Вся жизнь Кагуи прошла в клетке: сначала собственный клан кинул его в темную яму, словно бешеное животное, а потом Орочимару привязал его к себе иллюзией несуществующей связи между учеником и наставником. Фанатичная преданность блондина повелителю змей была ошибкой, так как основывалась на глупой и нереальной уверенности Кимимаро в том, что саннин ценит и уважает его.

Едва уловимое движение вперед и я стою рядом с ним. Кагуя резко повернулся и вопросительно уставился на меня. Чутье у него отменное, раз смог почувствовать мое приближение.

- Расскажи о себе и о том, как давно ты знаешь меня? – велел я, решив проверить кое-какую теорию. Тень недоумения коснулась привлекательного лица, растворившись в нейтральной маске.

- Мой клан был полностью уничтожен во время войны. Орочимару-сама нашел меня, когда я скитался в темных землях Звуковии. Он приютил меня и стал моим наставником. Я прибыл в замок, когда вам исполнилось восемь лет. Мы редко общались. В основном я выполнял поручения Орочимару-сама, пока не обострилась моя болезнь.

- Сколько тебе сейчас?

- Двадцать один.

- Что ты знаешь обо мне?

- Вы дочь Орочимару-сама, остальное неважно.

- Что насчет моих способностей?

Юноша нахмурился. Сердцебиение Кагуи участилось, кровь прилила к его мозгу, мысли роились, мелькая в растерянном изумрудном взгляде. Вот и лазейка в стене фальшивой памяти. Приступ надрывного кашля внезапно охватил парня. Кимамаро упал на колени, харкая кровью. Его легкие разрывались и отмирали у меня на глазах, весь его организм корчился в предсмертной агонии. И тут я увидел тонкие серебристые лианы, сплетающиеся из воздуха и тянувшиеся к нему.

Наглая скотина, ты думаешь, я позволю сожрать его у меня на глазах? Ярко-зеленые плети испепелили серебристые путы Сказителя. Но приступ блондина продолжался. Как остановить процесс?! Нельзя позволить ему умереть! Я выхватил один из стилетов и полоснул по ладони, останавливая процесс регенерации.

- Кимимаро! Ты должен выпить это! – крикнул я, протягивая парню окровавленную руку.
Корабль сильно тряхнуло и нас разбросало по палубе, небо начало хмуриться, черные тучи набежали из ниоткуда. Корабль накренился и стал падать вниз. Серебристые побеги вновь стали опутывать Кагую. Прогремел оглушительный раскат грома, и небо озарила яркая вспышка, я успел оттолкнуть юношу в сторону прежде, чем в него ударит молния. Нас чудом не поджарило, мы откатились к лестнице под оглушительный треск ломающегося дерева. Судно стало разваливаться на глазах, мы рухнули в просторный залив, подняв фейерверк серебристых брызг. Я оказался под водой. Обломки корабля медленно погружались на дно. Среди дрейфующих частей развороченного парусника, я увидел Кагую, почти полностью опутанного серебристой субстанцией. Не теряя ни секунды, я ринулся к нему, подхватив напарника, я устремился на поверхность.

Вытащив бессознательное тело на сушу и избавившись от белесых растений, я снова разрезал ладонь и поднес ее к губам парня, выжимая кровь. Грудь блондина резко дернулась, и он перевернулся на бок, избавляясь от воды, которой успел наглотаться. Кимимаро откашлялся и сел, сделав несколько глубоких вдохов, на его лице читалось неподдельное удивление. Он снова глубоко вздохнул, приложив руку груди, Кагуя нахмурился и наконец посмотрел на меня.

- Кто ты? – пустым голосом спросил он.

Так, и что это значит? Что мне ему сказать? Фальшивые воспоминания и личность исчезли? В опасной близости от моего горла оказался костяной клинок. Блондин сузил глаза и повторил вопрос, надавив на артерию. Твори добро, вашу мать!

- Харуно Сакура, будущий сосуд Орочимару, - процедил я.

- Ты лжешь, - постановил Кимимаро. Мы молча уставились друг на друга. Все-таки он меня бесит, особенно белые волосы. Стремительно отклонив костяной кинжал в сторону, я нанес резкий удар в грудную клетку, а затем сделал подсечку, чтобы повалить противника на землю. Ладонь разорвал огненный изумрудный жгут, обвившийся вокруг Кагуи змеей.

- Как видишь, по силе я вполне подхожу на роль тела Орочимару, - прошипел я с ядовитой ухмылкой. Обездвиженный противник ответил мне тяжелым взглядом. – Не пытайся активировать Пульс мертвой кости, ничего не выйдет пока тебя окружает мое пламя. А теперь мы нормально поговорим.

Мне ответили предсказуемым угрюмым молчанием. А мы действительно похожи. Стоит мне ослабить хватку, и блондинчик ринется в атаку, в его глазах горит решимость воина, готового сражаться до последней капли крови. Почему, такой как он, служит Орочимару? Хотя меч не выбирает хозяина, я знаю, сам был оружием, как он.

- Что ты сделала со мной? – выдержанный отстраненный баритон прервал ход моих мыслей.
- О чем ты? – вопросительно приподняв бровь, осведомился я.
- Боль... исчезла, - медленно ответил светловолосый юноша.
- Я отпущу тебя, и мы спокойно все обсудим, - предложил я.
- Я отказываюсь признавать тебя, не испытав твои умения в бою, - в зеленых глаза читался непоколебимый вызов. Что за упертая сволочь?! У меня нет времени на глупые состязания!
- Ты уже проиграл, - Кагуя никак не отреагировал на мое утверждение, сохраняя упрямое молчание. На таких не действуют пытки и угрозы, вот почему я не люблю фанатиков.
- У нас нет времени на то, чтобы устраивать глупые проверки, Кагуя. Жизнь Орочимару в опасности.
- Что?! – похоже, змеиный мудрец – единственное, что интересует костяного парня.
- Мы все угодили в ловушку, и если не будем действовать сообща, то все погибнем, это и твоего наставника касается.
- Как я могу верить тебе? Ты одна из вражеских шиноби.
- Я могу сказать о тебе тоже самое.
- Тогда почему ты сказала, что являешься претендентом на новое тело Орочимару-самы?
- Скажем так, мы с ним пообщались перед землетрясением, и его очень заинтересовали мои способности.

Кимимаро отвел мрачный взгляд, раздумывая как быть дальше. Он не доверял мне, но угроза безопасности хозяина волновала юношу гораздо больше личных чувств ко мне, ведь ради змея Кагуя готов не задумываясь расстаться с жизнью.

- Я хочу знать, что происходит, чтобы помочь Господину.
- Прекрасно.

Я снял с пленника путы и обрисовал ситуацию в общих чертах, заменив демонов на таинственных вражеских ниндзя, использующих продвинутую технику перемещения. Блондин принял информацию с изрядной долей скептицизма, но согласился работать со мной, и мы продолжили путь.

- Что ты сделала? – голос моего спутника нарушил удобную тишину, сопровождавшую нас в пути.
- Ты о чем? – равнодушно бросил я, отталкиваясь от широкой ветки и сбрасывая темп. Я планировал добраться до Разумерии к вечеру.
- Здесь, - Кагуя приземлился на ветку впереди меня и приложил руку к груди, я тоже остановился, устремив на блондина вопросительный взгляд. – Боль исчезла, и я могу свободно дышать.
- Болезнь прошла, зачем задавать глупые вопросы?
- Я хочу знать.

Задолбал. Как дите малое, в самом деле! «Почему?» «Зачем?» «Что, да как?» Нельзя просто заткнуться и сопеть в две дырки? Я устало вздохнул.

- Моя кровь позволила тебе позаимствовать мою способность к регенерации.
- Значит, если дать Орочимару-сама твою кровь, к нему вернется память?
- Моя кровь исцелила твою болезнь, но не думаю, что именно она повлияла на освобождение истинной памяти. К тому же, возвращение настоящих воспоминаний чревато неприятными последствиями.
- Какими?
- Этот мир пытается тебя убить. Все двинули дальше, - раздраженно проворчал я, сорвавшись с места.
- Как он это делает? – вдогонку крикнул Кимимаро.
- Откуда мне знать?! Он создает необходимые обстоятельства для смерти.
- Зачем?
- Чтобы поглотить твою душу и жизненную энергию.
- Зачем?
- Жрать хочет!!!

Наконец он заткнулся! Да здравствует Тишина! Никаких тупых вопросов! Кто бы мог подумать, что он такой любознательный.

- Если Орочимару-сама будет ранен, его можно будет исцелить с помощью твоей крови?

Блин!!! Может, мне его прибить по дороге? Я резко остановился, бросив на парня колкий взгляд.

- Подумаем, об этом, когда «Орочимару-сама» будет ранен, - с сарказмом оскалился я, хотя Кагуя этого не заметил, он просто кивнул, и мы продолжили путь.

В Разумерию мы прибыли во второй половине дня и остановились в небольшой гостинице, пока мы устраивались, наступил вечер. Из окна виднелся красивый белокаменный дворец, к которому стекались тесные городские улочки. Аккуратные светлые дома теснились извилистой стеной вдоль вымощенных брусчаткой дорог. В воздухе ощущался нежный аромат распустившихся ночных фиалок, наполняющих цветочные горшки, украшающие окна и балконы; из булочной, расположенной рядом с гостиницей, пахло свежей выпечкой. В свете фонарей, заливающих чистые улицы теплым приветливым сиянием, прогуливались люди. Их внешний вид отличался от облика жителей скрытых селений. Мужчины и женщины напоминали оживших кукол, разодетых в камзолы и длинные пышные платья. Преобладала мягкая слабо насыщенная цветовая гамма: розовый, голубой, салатный, лимонный, кремовый, из темных цветов можно отметить разве что коричневый и бордовый. Люди не выглядели напуганными угрозой войны, они беспечно прогуливались по городу, сидели в кафе, вели светские беседы. Они верили, что их принц проснется со дня на день, победит Черного короля и все будут жить долго и счастливо. Как глупо.

Скрипнула дверь и в комнату вошел Кимимаро, я повернулся к нему, продолжая сидеть возле открытого окна на широком подоконнике. Он пересек комнату и встал рядом со мной, наблюдая за суетой на улице. В нефритовом взоре, подсвеченном отблесками затухающего дня, читался интерес человека только начавшего познавать мир. Так странно наблюдать за ним, и видеть частицу самого себя. Он не видел ничего кроме своего ненаглядного «Орочимару-сама» и бесконечных сражений, а я был поглощен местью Итачи. Мы оба не видели ни жизни, ни мира.

Я вновь вернулся к созерцанию мирного вечернего города. Что меня ждет? Зачем Михаэлю продолжать это бессмысленное преследование? Почему ему просто не забыть о моем существовании или убить меня? А я ведь готов был отказаться от мести, и продолжать жизнь обычного ниндзя, сражаться вместе с Наруто и остальными, а теперь... Неужели то, что произошло со мной в Тартаре повторится здесь?

Цепь мыслей прервало осторожное невесомое прикосновение, пальцы Кимимаро скользнули по моим волосам, которые я распустил. Юноша осторожно взял розовую прядь.

- Мягкие, - задумчиво установил он, а затем склонился в плотную ко мне, сделав глубокий вдох. – Ты приятно пахнешь.

В другой ситуации я бы принял это за флирт и дал бы ему по роже. Но во взгляде Кагуи не было ни похоти, ни вожделения, лишь любопытство. Он продолжал с серьезным видом изучать мои волосы. Неужели он никогда не имел физического контакта с другими людьми? Впрочем, подобное поведение мне знакомо: для Рея, обобротня, которого я повстречал в Тартаре, прикосновения и близость с окружающими были естественны. Он всегда удивлялся, почему я терпеть не могу, когда до меня дотрагиваются посторонние. Похоже, Кимимаро тоже не известно такое понятие, как личное пространство. Тем временем юноша бесцеремонно взял мою руку, развернув ладонью вверх, прохладные пальцы скользнули по коже.

- Тебе больно, когда они выходят? – его флегматичный отстраненный голос нарушил молчание, звуковик поднял на меня изучающий взгляд, ожидая ответа.

- Каждый раз, - тихо произнес я, сосредотачивая энергию и вызывая пламя. Кожа на ладони разошлась и покрылась волдырями. Блондин отдернул руки, наблюдая за изумрудным огнем, расцветающим у меня на ладони.

- Твой огонь не обжигал, когда ты поймала меня.
- Я в состоянии контролировать температуру, при желании я могу испепелить объект в мгновенье ока.

Кагуя протянул руку, осторожно касаясь трепещущих языков. Его глаза широко раскрылись, а сердце стало биться быстрее.

- Холодное, - проговорил юноша, заворожено наблюдая за пляской пламени. – Почему он тебя все равно обжигает?

Я сжал пальцы в кулак, подавляя пламя, а затем раскрыл ладонь без какого-либо намека на ожоги. Кимимаро схватил меня за руку, пристально рассматривая чистую кожу.

- Регенерация, - сообщил я, читая в зеленых глазах немой вопрос. – Что до ожогов, то это плата за использование силы, как и боль.
- Ты солгала, когда сказала, что являешься сосудом Орочимару-сама.
- Да, но думаю, если мы все выберемся живыми с этого проклятого острова, саннин обдумает мою кандидатуру. А что насчет тебя, теперь ты здоров, станешь его сосудом?
- Да. Благодаря тебе, я снова стану полезным для Господина.
- Почему ты так предан ему? Ты ведь просто его...
- Оружие. Я знаю. Это мой выбор. Меня все устраивает.
- Как скажешь. Ложись спать. Завтра у нас напряженный день.
- А ты?
- Мне надо подумать. Спокойной ночи. Можешь занять кровать.

Кимимаро сел на пол и прислонился к стене недалеко от меня. Через некоторое время пульс юноши стал более медленным, спокойное ровное дыхание слетало с губ едва слышным ветерком, расслабленная поза свидетельствовала о том, что парень заснул, однако на самом деле звуковик затаился, наблюдая за мной исподтишка.

Что ж, у меня всегда были проблемы с командной работой. Я опустил руку, охваченную пламенем, на плечо Кагуи, погружая его в глубокий сон. Блондин не успел толком осознать происходящее, как завалился на бок, лишившись чувств, я телепортировал его на кровать, а сам отправился во дворец.

Стража была также беспечна, как и городские обыватели: кто-то дремал на посту, другие играли в карты, никто не утруждал себя выполнением служебных обязанностей. Расхлябанность и невнимательность охраны удивляла. С таким же успехом они могли повесить над входом табличку «заходи, кто хочет». Слишком все легко и просто, здесь должен быть какой-то подвох. Я без проблем добрался до покоев принца, рядом с которыми похрапывали два толстых стражника. Ребята, это уже перебор. Я беспрепятственно проскользнул в спальню венценосной особы. Как только за моей спиной скрылась полоска света, льющегося из коридора, я попал в объятия неестественной темноты. У меня, как и у всех демонов, превосходное ночное зрение, но сейчас я не видел ничего. Ждали подвоха – получите, распишитесь.

- Кто ты? – знакомый ленивый голос гулким эхом прозвучал во мраке.
- Я здесь, чтобы помочь тебе, Шикамару, - отозвался я.
- Это не ответ на мой вопрос.
- Мое имя тебе ничего не скажет. У нас общий враг – Черный король.
- Ты не лжешь, но и всей правды не говоришь, проблематично, - ленивец сладко зевнул, и тьма рассеялась. Понятно, меня накрыли тени, повинующиеся Наре. Я наблюдал за тем, как черные контуры возвращаются к почетным хозяевам, подчеркнутым лунным сиянием. – Ну? Так что?

Обладателем расслабленного тенора оказался полупрозрачный фантом темноволосого семнадцатилетнего юноши, стоявшего привалившись к стене рядом с кроватью, на которой лежало его тело.

- Шикамару? – произнес я, желая убедиться, не является ли это эфирное создание игрой моего воображения.
- Принц Нара, проблематичная женщина, - исправил его высочество, зевая.
- Принц Нара, Звуковия предлагает вам союз против Демонории.
- Ты предлагаешь мне выбрать из двух зол меньшее?
- Вам не одолеть его.
- С чего ты взяла?
- Ваше беспомощное состояние говорит само за себя.
- Беспомощное? – с легкой усмешкой переспросил Шикамару. Тени устремились ко мне, опутывая по рукам и ногам. – И кто теперь беспомощен?
- Никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким идиотом, - устало пробурчал я. – Привидение вряд ли сможет дать достойный отпор сильному воину, владеющему Мечом-победителем. А твоих зажравшихся подданных перережут как свиней на бойне, и ты ничего не сможешь поделать, - холодно отчеканил я, глядя в отстраненные карие глаза.

- Блин. Как это напрягает, - изрек принц, почесав затылок. Тени отпустили меня, а призрак подлетел поближе. – И какая выгода Разумерии от союза с Орочимару?
- Поддержка в войне.
- У нас договор со светлыми королевствами, Телорией и Сердарией. Если я буду сотрудничать с темными, союзникам это не понравится. Мне не нужны лишние проблемы.
- Тебе нужны горы трупов?
- Ты говоришь так, будто знаешь, как одолеть Черного короля?
- Убить его и всех, кто попытается помешать мне.
- Так просто? И каким образом ты собираешься осуществить свой гениальный план? – иронично осведомился брюнет.
- Книга знаний поможет найти ответ на твой вопрос.
- Значит, тебе нужна книга и моя сила, чтобы ею воспользоваться. Хорошо. Допустим, нам удастся победить. Что помешает тебе повторить действия правителя Демонории и попытаться захватить власть в Сказоземьи?
- Принц, вам в детстве не читали сказок? Отрицательные герои не имеют право на победу, даже, когда их цель близка и осязаема, непременно находится какой-нибудь удачливый наивный идиот, который спутает им карты. А потом этот счастливчик убивает злодея, спасает принцессу, и они живут долго и счастливо в своем цветущем королевстве.
- Это аргумент. Статистика Сказоземья еще не зафиксировала ни одной победы темных сил, какой бы сложной не была ситуация. Тогда и Черного короля одолеют силы добра, если следовать твоей логике, можно не заморачиваться.

Блин! Достал, умнейшество херово! Проще похитить его, а не заниматься болтологией. Я устало вздохнул.

- Ладно. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, - бросил я безразлично, проходя сквозь полупрозрачного фантома, а затем остановился у кровати спящего принца, на груди которого лежала старая книга, хранящая подсказки, необходимые мне для победы над Сказителем.
- Ты думаешь, я позволю тебе выполнить задуманное? Теневые иглы! – произнес хмурый призрак, направляя на меня свои тени.
- Я не оставлю тебе выбора, Нара Шикамару.

Черные колья обратились в пепел, растворившийся в толще изумрудного пламени, взметнувшегося вокруг меня. Я криво усмехнулся, наблюдая за вытянувшимся лицом гения Скрытого Листа. Огонь перекинулся на кровать, где лежало беззащитное тело принца, и страх его души стал для меня почти осязаемым. Голод встрепенулся внутри, учуяв чужой ужас. Нельзя потерять контроль!

- Принц, Шикамару! – двери распахнулись, громко ударившись о стену. Я обернулся, увидев в дверях испуганного Чоуджи, за спиной которого незамедлительно появился Сарутоби Асума. Как не вовремя я потерял бдительность. Похоже, охрана, наконец, вспомнила о своих обязанностях и теперь мчится сюда. Хотя с другой стороны, мне все равно нужно собрать всех, кого поглотил остров. Пламя накрыло товарищей Шикамару жадной волной, и мы унеслись прочь из дворца.

Мы материализовались в гостинице. Не успел я глазом моргнуть, как к моему горлу приставили костяной клинок. Быстро же Кагуя очнулся. Продолжая удерживать пленников с помощью огненных плетей, я повернулся к Кимимаро, осторожно отклонив его оружие.

- Ты ушла, - с укором проговорил блондин, нахмурив серебристые брови.
- Захват цели не требовал особых усилий. Нам нужно срочно покинуть город. Я понесу принца, на тебе остальные.

Кость звуковика втянулась в тело, и он повернулся к пленникам.

- Они из Листа, - зеленые глаза сузились, он шагнул к Сарутоби. – Я сражался с ним на острове.
- Что? – недоуменно отозвался Асума, переводя взгляд с Кагуии на меня. Пока рано играть с их памятью. Я усыпил пленников и раздраженно прошипел напарнику:
- У нас нет времени на пустую болтовню. Если ты хочешь спасти Орочимару, делай, что я тебе говорю.

Кимимаро нехотя выполнил мои указания, и мы растворились в ночи, покидая Разумерию. Охота прошла успешно, книга и ее хранитель в моих руках. К тому же мне не придется тратить время на поиски Асумы и Чоуджи. Теперь надо продумать, как с наименьшим ущербом вернуть им память.

Общее POV

Сверчки, скрывающиеся среди высокой травы, заиграли ночную мелодию, светлячки плыли по воздуху крохотными зеленоватыми звездочками. Высокие раскидистые деревья окружали небольшую поляну, на которой остановились пятеро путников.

- Ты думаешь, тебе это сойдет с рук? – процедил полупрозрачный юноша, появившийся рядом со своим телом. Призрак раздраженно стиснул зубы, его темно-карие глаза желали испепелить розоволосую девушку, стоявшую напротив него со скрещенными на груди руками.

- Ты надеешься, что разразится гром и меня поразит молния? – снисходительно усмехнувшись, осведомилась она. – Нара, я привыкла получать желаемое невзирая ни на какие преграды. И ты дашь мне то, что я хочу, по-хорошему, либо по-плохому. Тебе решать.

- Кто ты такая, чтобы так разговаривать с его Высочеством?! – возмутился парень плотного телосложения, его руки стягивали за спиной жгуты, пылающие изумрудным пламенем. Рядом с ним сидел мужчина, тоже связанный, он выглядел спокойным, однако его напряженный взгляд выдавал тревогу.

- Кто я не суть важно. Имеет значение ваш выбор, - ледяным тоном произнесла воительница. Затем она в упор уставилась на фантома. – Мне нет дела до завоевания мира, Нара. Моя цель собрать священные реликвии Сказоземья и их хранителей. Тебе известно, что без хранителей артефакты нельзя использовать в полной мере, таким образом, я не смогу применить их против воли хранителя, как не смог Черный король. Инцидент с тобой – живое доказательство моих слов, правитель темных земель не смог забрать книгу без твоего согласия. Даже если бы я попыталась присвоить себе волшебные предметы и под пытками заставить хранителей подчинятся моим приказам, артефакты не сработали бы. Однако, хотя я и не собираюсь захватывать власть, это не значит, что я не буду использовать силовых методов против тебя и твоих людей здесь и сейчас.

Девушка вытащила из-за спины катану и подошла к пленникам. Лунный свет играл на серебристом лезвии, отбрасывая радужные блики.

- Итак, Нара Шикамару. Ты согласен стать моим союзником? – ее спокойный ровный голос сливался с шепотом деревьев, изумрудные глаза озарило фосфорическое сияние, пересеченное вертикальным зрачком. Мечница встала за спиной Асумы и занесла клинок над его головой. Кимимаро безразлично взирал на спутницу, размышляя над тем, хватит ли у нее духу выполнить угрозу. Чоуджи с ужасом уставился на нее, на лице Шикамару читалось смятение и страх, он разрывался между долгом перед своей страной и теплыми чувствами к учителю. Призрак закрыл глаза, пытаясь просчитать возможные варианты и пути решения проблемы. Твердый темно-карий взор схлестнулся с глазами, в которых танцевало адское пламя.

- Ты противоречишь сама себе. Говоришь, что против воли хранителя нельзя использовать артефакт, а сама пытаешься заставить меня плясать под твою дудку. Ты ничего нам не сделаешь! Пустые угрозы на меня не действуют.

Как только юноша замолк, катана со свистом рассекла воздух, и тело Сарутоби рухнуло на пушистую траву, истекая кровью, а отрубленная голова наставника подкатилась к ошеломленному Шикамару, брюнет оцепенел не в силах поверить в происходящее. Вязкую тишину нарушил надрывный плач Чоуджи, который снова и снова повторял имя учителя, будто, ожидая, что тот воскреснет. Кимимаро приблизился к напарнице и осторожно дотронулся до ее щеки, стирая брызги крови. Девушка перевела на него спокойный отстраненный взгляд, в котором блондин не нашел ни сожалений, ни чувства вины, только неясную усталость потерянной души. Наверное, таких, как она, называют красивыми, странная мысль, заблудившаяся в сознании звуковика, удивила его. Кагуя убрал руку от лица девушки, но продолжал стоять рядом с ней. Воительница стряхнула кровь с меча и шагнула к Акимичи, поднимая оружие в воздух.

- Стой!!! – лезвие остановилось рядом с шеей дрожащего парня, зажмурившего глаза в ожидании смерти. – Не смей! Я сделаю все, что хочешь, - обреченно произнес призрак.

- Принеси мне клятву, - распорядилась зеленоглазая. Нара скрипнул зубами, сжав кулаки, он впервые столкнулся с проблемой, где логика бессильна, и побеждает тот, на чьей стороне сила. Темная принцесса склонила голову на бок и сильнее прижала лезвие к горлу Чоуджи. – Я не отличаюсь терпением, принц.

- Клянусь именем моей семьи и памятью моих предков. Я, наследник престола Разумерии, принц Нара Шикамару вступаю в союз со Звуковией и обязуюсь следовать приказам... - горький карий взгляд впился в убийцу, желая пронзить ее тысячью теневых игл.

- Харуно Сакура, - лениво подсказала она.
- Обязуюсь следовать приказам Харуно Сакуры, - процедил юноша.

Девушка убрала меч, положив его на плечо, и звонко щелкнула пальцами. Огонь полыхнул, накрывая поляну разлившейся рекой. Когда пламя погасло, то первым, что увидел юный принц, были его наставник и друг, живые и невредимые. Их путы исчезли, и Чо бросился обнимать учителя, рыдая от радости. Шикамару облегченно выдохнул, а затем устремил яростный взгляд на розоволосую ведьму.

- Ты обманула меня! – закричал призрак.
- Ты бы предпочел, чтобы все было по-настоящему? – деловито поинтересовалась зеленоглазая дьяволица, ловко вращая меч.
- Я что-то пропустил? – вклинился Сарутоби.
- Нет, сенсей, - обнадежила темная принцесса, убирая катану в ножны. – Отдых два часа. Затем мы обсудим дальнейшие действия и двинемся дальше. И, пожалуйста, без глупостей, господа.

Сакура села рядом со спящим принцем, снимая меч. Девушка облокотилась на ствол дерева, прислонив к себе катану. Пленники расположились неподалеку.

- Они попытаются сбежать, - заявил Кагуя, сев рядом с Харуно.
- Не думаю, что они оставят тело принца. Плюс Нара дал мне клятву. На кону честь его семьи, он не нарушит обещания. Но он попытается найти лазейку, и вполне возможно гений найдет способ выкрутиться, - ответила Сакура, бросив взгляд на представителей десятой команды.
- И тебя это не беспокоит?
- Мы с тобой единственные кто знает, что происходит на самом деле. Наша цель найти живыми всех кого поглотил остров, и вернуть им память. Книга даст нам подсказки.
- Ты уверенна, что артефакты не являются очередной ловушкой этого мира?
- У нас нет других альтернатив.

Асума, Чоуджи и ленивое привидение Шикамару подошли к новым союзникам. Кимимаро поднялся, выпуская наружу костяной кинжал, юноша приготовился к атаке. Его спутница осталась на земле, она напоминала сытую пантеру, наблюдающую за испуганными ланями, поймавшими ее хищный взгляд.

- Нам надо все обсудить, - сразу перешел к делу Нара.
- Кимимаро, сядь, - проговорила мечница, не сводя безразличного взгляда с ананасоголового собеседника. Блондин подчинился, вернувшись на свое место. – Вы тоже, - распорядилась она, окинув плененных союзников холодным взором.
- Леди Харуно, какое положение вы занимаете при дворе Змеиного Короля? Мы не слышали никаких вестей о Звуковии в течение восемнадцати лет, - попросил разъяснить Асума, сев на пушистую траву вместе с учениками.
- По правилам этикета положено представляться самому, прежде чем спрашивать об имени и положении собеседника, - надменно поправила мужчину воительница.
- Прошу прощения, - с легким поклоном извинился сын Третьего Хокаге. – Я – Сарутоби Асума, наставник его высочества, принца Шикамару и его помощника Акимичи Чоуджи. Личность его высочества вам известна, а вот этот молодой человек, - учитель положил руку на плечо полноватого юноши и вежливо улыбнулся, - и есть Акимичи Чоуджи.
- Кимимаро Кагуя – один из сильнейших воинов Орочимару и мой телохранитель, - представила Сакура, указав на блондина, сидящего рядом с ней. – Я – дочь Змеиного Короля, Харуно Сакура.

Трио с удивлением взирало на розоволосую девушку, не веря своим ушам. Первым опомнился Нара.

- Проблематично. Но это объясняет твой мерзкий характер, - пробурчал ленивец.
- Вы прервали мой разговор с Кимимаро ради обсуждения моего характера? – изумрудные глаза рассматривали его отрешенно и холодно. Слова и тон Сакуры смутили Асуму и Чоуджи, которые видели в девушке существенную угрозу. Однако, Шикамару лишь незаинтересованно зевнул, пробормотав под нос «проблематичная женщина».
- Чем быстрее мы закончим наши дела, тем быстрее я избавлюсь от всего этого геморроя, - промямлил призрачный брюнет. – Тебе нужна книга, верно?

Не дожидаясь ответа, повелитель теней дотронулся указательным пальцем до потрепанного фолианта, лежащего рядом с Харуно. По коричневой обложке скользнули тени, и книга открылась, демонстрируя пустые страницы.

- Я, хранитель Книги Знаний, принц Разумерии, Нара Шикамару, повелеваю тебе пробудиться!

Страницы зашелестели, переворачиваясь одна за другой, наконец, пожелтевшие листы остановили свой бег. Сакура с недоумением уставилась на портрет морщинистого старика, написанный тушью. Гравюра ожила, и плешивый старикашка сладко зевнул, демонстрируя беззубый рот, при этом его лицо выдвинулось из границ листа, обретая объем.

- Отч одан кялпос (Что надо сопляк)? – задом наперед проговорил недовольный сонный мужик, глядя на принца, не дождавшись ответа, он начал рассматривать тех, кто потревожил его сон. Хитрый проницательный взгляд замер на розоволосой девушке, и старичок злобно захихикал.
- Ьчид хиксда хичног (Дичь адских гончих)! Хе-хе-хе!

Зеленые глаза охватило сияние, по лицу принцессы пробежала мрачная тень. Шикамару нахмурился, наблюдая за реакцией новой знакомой, его заинтересовал таинственный смысл фразы, брошенной духом Книги знаний.

- Ваше высочество, как вы умудряетесь понимать его? – скривился Акимичи, глянув на принца.
- Ичлом йыпулг йынриж кялпос (Молчи глупый жирный сопляк)! – обиженно проворчал старик и снова повернулся к Харуно. – Акйязох тишуркос ябет в ьтсеч ялетилевоп огомьдес агурк(Хозяйка сокрушит тебя в честь повелителя седьмого круга)!
- Неужели? – шелковый голос скользнул ядовитой змеей в лесной тишине, изумрудные глаза тлели, словно угли, сверкая во тьме. – Мне нужна информация, дух.
- Хе-хе-хе! Йавишарпс, аяншерг ашуд (Спрашивай, грешная душа)!
- Реликвии Сказоземья пришли в Ее мир извне?
- Ад! Ым ен еЕ акмудыв! (Да! Мы не Ее выдумка)!
- Как вернуть Ее пленникам память без ущерба от Ее мира? И как убить Ее?
- Хе-хе-хе! Ашач ишуд тенрев ьтямап, ашач алет тилецси то нар, ьлетидебоп-чем теьбу еонвонсо олет Ыциньлетизакс (Чаша души вернет память, чаша тела исцелит от ран, меч-победитель убьет основное тело Сказительницы)! Хе-хе-хе!
- Как нам вернуться в наш мир?
- Хе-хе-хе! Тебе придется пожертвовать жизнью лучшего друга, вдохновившего Хозяйку. Только выполнив все перечисленные условия, ты сможешь одержать победу над своим первым соперником, грешная душа, - на этих словах книга резко захлопнулась.
- Что все это значит, Харуно? – нахмурившись, спросил Шикамару, озвучив вопрос, интересовавший всех присутствующих. Хотя юноша слышал беседу Сакуры и духа книги, он ничего не понял. Как полученные сведения помогут уничтожить Черного короля?

Мужчины переглядывались между собой и бросали озадаченные взгляды на застывшую девушку. Харуно замерла, в каждой клеточке ее тела чувствовалось напряжение, радужка мерцала ярко-зелеными переливами, ее лицо казалось непроницаемой маской, сковывающей бурю чувств. Мечница резко развернулась и направилась в лес, игнорируя зов Шикамару. Кимимаро положил ей руку на плечо, Сакура остановилась, бросив на юношу испепеляющий взгляд.

- Отпусти, Кагуя, - прошипела она.
- Что случилось? – в монотонном голосе блондина проскальзывали стальные нотки.
- Я скоро вернусь. Следи за ними.

Бледные пальцы сильнее сжали плечо, не давая уйти. Харуно отвела взгляд, раздраженно щелкнув языком.

- Черт! Меня вымораживает эта ситуация, - прошептала девушка. – Раз вы не хотите отдыхать, то приступим к обсуждению наших дальнейших действий, - переключилась на деловой лад принцесса.

- Согласен, - проговорил полупрозрачный наследник трона Разумерии.
- Мы отправляемся в Телорию за первой чашей и ее хранительницей, - сообщила розоволосая особа.
- Боюсь, что ваш план необходимо скорректировать, принцесса Сакура, - заметил Асума.
- Зовите меня просто Сакура или Харуно, без титулов. Что вы имеете в виду?
- В Сердарии состоится бал Единения сердец, его проводят раз в три года во дворце фей. На этом мероприятии собираются незамужние юноши и девушки со всего Сказоземья. Те из них, кто сможет увидеть вход в лес фей, смогут найти свою вторую половину на балу и обрести семейное счастье. Чаши тела и души будут доставлены во дворец фей, так как являются атрибутом этого праздника и символом единения мужчины и женщины. Хранительницы чаш позволят парам испить воды из волшебных кубков, благословляя их род, - объяснял учитель.

- Ясно. Значит, мы сразу направляемся в Сердарию. Сколько времени осталось до бала? – нахмурившись, спросила мечница.

- Неделя. Мы можем сесть на поезд в ближайшем городе. Таким образом, мы сэкономим время при пересечении Разумерии и Телории, которое пешим ходом может занять больше двух недель, на поезде мы достигнем пункта назначения за пять дней, - предложил Сарутоби.

- Отлично. Так и поступим, - подвела черту Харуно.

Саске (Сакура) POV

Ритмичный стук колес нарушал тишину, царящую в купе, первые лучи просыпающегося солнца скользнули по синей бархатной обивке и полированным панелям из красного дерева, перепрыгнув на столик, где стояли два стакана с чаем в позолоченных подстаканниках. За окном мелькал скучный пустынный пейзаж: желто-коричневая земля потрескалась от беспощадного солнца, кое-где попадались островки кустарников, окружающих вилообразные кактусы и другая скудная растительность. В поезде стояла невыносимая жара, поэтому я снял жилет и кольчугу. Хотя здешнее пекло не идет ни в какое сравнение с «теплым» климатом седьмого круга.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку. Мы в пути уже три дня. Команда №10 разместилась в соседнем купе, я ехал вместе с Кагуей, который в данный момент отправился проведать наших спутников. Я снова и снова прокручивал в голове разговор с духом книги, перебирая варианты выхода из сложившейся ситуации. Неужели нет другого способа уничтожить Сказительницу, кроме убийства Наруто? Она – обычный низший демон, да и дух мог солгать, не стоит сбрасывать со счетов тот факт, что реликвии могут оказаться уловкой моего соперника. Я облокотился на стол, поставив руки домиком, и бесцельно уставился в окно. Ну и задачку ты мне подкинул, Михаэль.

Щелкнул замок и в купе вошел мой сосед. Кагуя закрыл за собой дверь и сел напротив.

- Странная машина, - розовые лучи ласкали алебастровую кожу и небрежными мазками ложились на белоснежные волосы.
- Тебя это смущает? – отозвался я.
- В этом мире много странного и непонятного.
- Человек всегда воспринимал неведомое со страхом и недоверием. Это нормальная реакция. Поверь, в этом мире нас поджидает много сюрпризов.
- Ты видела поезда раньше?
- Да.
- А что еще?
- Многое. Всего не перечесть, - усмехнулся я, вспоминая Тартар. – Тебе мои рассказы покажутся нелепыми выдумками.
- Я хочу знать, - настаивал он, подавшись вперед. – Я и не думал, что мир так велик. Раньше моим миром был Орочимару-сама. Но во время путешествия я смог увидеть столько всего интересного. Я бы хотел знать больше.
- Если станешь новым сосудом саннина, то твой путь будет окончен.
- Этого не изменить. Я выполню свой долг перед Повелителем.
- Спрашивай.
- Что такое чувства?

Я откинулся назад, глядя на собеседника из-под полуопущенных ресниц. Серьезное лицо, плотно сжатые губы и зеленые глаза, полные внимания и любопытства. Я почему-то ощутил себя очень старым по сравнению с юношей, взирающим на меня как ученик на учителя. У Надежды тоже бывал подобный вид во время наших занятий. В памяти вспыхнули чистые наивные бирюзовые глаза, поющего сирина, сменившиеся невыразительной маской мертвеца.

- Чувства, - повторил я, пробуя это слово на вкус. – Эмоции – это то, что делает человека человеком. Благодаря им, мы можем прочувствовать жизнь, познать ее вкус, без них наше существование становится бесцветным, пресным и скучным. Это нельзя описать, ты должен познать их на собственном опыте. Например, этот рассвет, - я посмотрел в окно, глядя на розовый диск солнца, поднявшегося над горизонтом. – Какие ощущения вызывает у тебя картина, открывающаяся за окном?

Кагуя уставился в окно, а затем повернулся ко мне и, перегнувшись через стол, вытащил острую шпильку, которой были заколоты волосы у меня на затылке. Розовая масса рассыпалась по плечам, парень осторожно взял локон и едва заметно улыбнулся.

- Волосы цвета заката, - задумчиво сказал он. – Мне хорошо сейчас. Это чувство?
- Я спрашивала немного о другом, но ты прав, это можно назвать чувством, - согласился я, вновь собирая волосы на затылке. Кагуя выглядел разочарованным тем, что я прервал его манипуляции.
- Тебе не нравится?
-Что?
- Когда я дотрагиваюсь до тебя, в твоем теле появляется напряжение.

Я уставился на него не зная, что ответить.

- Ты – воин и должен понимать, что мы всегда находимся в состоянии ожидания атаки. Убийцы вроде меня воспринимают любой контакт, как потенциальную угрозу. Я полагаю, что, если кто-то захочет дотронуться до тебя, когда ты спишь, то получит костяной кинжал под ребро. Или я не права?

Кагуя задумался и кивнул.

- Значит, ты не против? – его пальцы неуверенно скользнули по моей руке. – Я думал, что Орочимару-сама единственный, кто понимает и принимает меня. Ты похожа на меня, поэтому с тобой легко.
- Есть немного. А подслушивать невежливо, привидение, - усмехнувшись, заметил я, ощутив чужое присутствие.
- Я не привидение, - недовольно пробурчала фигура, обретающая полупрозрачные очертания. Шикамару сидел рядом с Кагуей. – Это из-за проклятия Черного короля.
- Книга Знаний не поведала тебе способ избавления от чар?
- Этот старый дурак сказал, что мне это понравится и захихикал.
- Хм. Может быть, тебя спасет поцелуй прекрасной принцессы?
- Чего?
- Есть сказка о Спящей красавице, где девушку прокляла злая королева, и она впала в глубокий сон после того, как уколола палец о золотое веретено, подаренное королевой. Однако ее спас поцелуй прекрасного принца. Может с тобой сработает похожая схема? Я слышала, хранительницы чаш весьма красивы. Вдруг одна из принцесс сможет пробудить тебя поцелуем? – я ехидно усмехнулся, наблюдая за розоватым оттенком, растекающимся по полупрозрачным щекам. Кто бы мог подумать, что фантомы умеют краснеть.
- Дура, - буркнул ленивец и вернулся в свое купе, просочившись сквозь стену.
- Что это с ним? – озадаченно спросил Кагуя.
- Это называется смущением. Когда человек ощущает неловкость или неудобство, стесняется или стыдится чего-либо, то он реагирует подобным образом: краснеет, заикается, прячет взгляд, потеет.
- Почему он смутился?
- Ему не понравился способ исцеления, который я предложила.
- Поцелуй?
- Да.
- А что это?

Чего? Я удивленно уставился на парня. Только не говорите мне, что он никогда и ни с кем?! Непроницаемое лицо и твердый внимательный взгляд прилежного отличника были достаточным доказательством того, что он не прикалывается надо мной. Не могу поверить, неужели ни одна из женщин в деревне Звука не попыталась его обольстить?

- Ты хочешь сказать, что никто из женщин никогда... не оказывал тебе знаков внимания? – пытаясь подобрать слова, медленно проговорил я.
- Какие «знаки внимания»?
- Для начала, кто-нибудь пытался до тебя дотронуться?
- Как я до тебя?
- Хм. Да.
- Нет. Все старались держаться от меня подальше и испытывали страх, когда я был рядом.

Фига! А на меня слетались, как пчелы на мед, хотя я ведь еще больший социопат, чем эта белобрысая девственница. Нечестно! Я насупился, устремив хмурый взгляд на Кимимаро. Значит, он выглядит сильнее и опаснее меня? Да он же на бабу похож больше, чем я в этом теле!

- Что тебя разозлило? – спросил он, его большие нефритовые глаза зажглись детским любопытством.
- Ничего. Насчет «поцелуев» поговорим, когда приедем в город. Сходим в квартал Красных Фонарей, узнаешь все на практике.
- На практике?
- Ага. Найдем тебе какую-нибудь девушку, и она все покажет.
- А ты не можешь?
-НЕТ! - выпалил я, глядя в каменное лицо собеседника, который склонил голову на бок, устремив на меня пронизывающий взор.
- Я тебя смутил?
- Нет! – как этот олень может говорить подобным образом?! Я почувствовал, как вспыхнули мои щеки, а собеседник продолжал рассматривать меня, словно под микроскопом.
- Ты покраснела и отвела взгляд.
- Нет, идиот! Я не покраснела! Было бы из-за чего. Все. Ты меня заколебал своими вопросами! Следи за нашими спутниками, а я пойду проветрюсь.

Я вихрем вылетел из купе и перенесся на крышу поезда. Поток сухого ветра, смешанного с дымом и пылью беспощадно трепал волосы и бил по щекам. Бред. Бред! Бред!!! Раздражает! Этот придурок хоть сам понимает, что иногда говорит? А я тоже хорош, реагирую, как неопытная соплячка на первом свидании. Чертово тело! Неужели мне действительно придется примириться с этим обликом?

- Что получила? – осведомился ленивый голос за моей спиной. – Теперь будешь знать, как людей дразнить.

Шикамару уселся рядом со мной, на его губах появилась ироничная ухмылка, а карие глаза задорно блестели.

- Почему тебя не сдувает? – невинно поинтересовался я, отбросив пару прядей, хлестнувших по лицу.

- Харуно, ты – стерва, - я усмехнулся, услышав недовольное бурчание призрачного соседа.

- Да ладно? - Мы въехали в каньон, наливающееся жарой солнце скрылось за песчаными скалами, стало немного прохладнее.

- Именно. Кстати, у тебя странный телохранитель, - сообщил Шикамару. Тем временем железная дорога юркнула в темную пещеру, где пахло сыростью.

- У всех свои тараканы в голове, - незаинтересованно бросил я, поймав взглядом большого паука, на его толстом брюшке светился красновато-синий орнамент, словно к нему подключили новогоднюю гирлянду, тарантул быстро рванул в расщелину, когда мимо прогрохотал поезд.

- Дух книги знаний говорил о нем? Близкий тебе человек, чьей жизни угрожает опасность, это Кагуя? – я скользил бессмысленным взглядом по высоким стенам пещеры, теряющимся в темноте. Сейчас мне меньше всего хотелось думать об Удзумаки. Но одно я знаю точно, неразрешимых проблем не бывает, бывают неприятные решения. И я найду способ сохранить жизнь Наруто и выбраться живым из этой передряги.

- Нет, не Кагуя. Это мой старый друг, - незадачливо исправил я. Светящаяся сороконожка, извиваясь, проползла по стене и исчезла среди камней. Внезапно потянуло холодом. С потолка начала капать вода, будто в пещере решил пойти дождь. Я поднял голову наверх, увидев острые сталактиты, которые кучно покрывали потолок пещеры тающими сосульками. Капельки воды, словно бриллианты блестели на кончиках густой бахромы. Я с интересом уставился на Шикамару, вода проходила сквозь его тело, капая на крышу.

- Мне кажется, твой разговор с духом не имел никакого отношения к Черному королю. Какова твоя цель на самом деле? – мы уставились друг на друга. Серьезный карий взгляд свидетельствовал о том, что собеседник не оставит меня в покое, пока я не дам четких объяснений. Как утомительно.

- Если я отвечу на твой вопрос, то у тебя есть все шансы умереть после нашей беседы.
- Очередная угроза?
- Нет. Тебе лучше отпустить ситуацию и сотрудничать, когда придет время, ты сам все поймешь.
- Проблематично. Знаешь, я не могу избавиться от чувства де-жавю. Мне кажется, что я тебя давно знаю, и хуже того, я доверяю тебе. Это противоречит ситуации.
- Ничем не могу помочь. Тебе решать, как ко мне относится, Шикамару, - я усмехнулся и по привычке ткнул его пальцем в лоб, как ни странно, я смог коснуться полупрозрачной поверхности. Я часто повторял жест брата с Наруто, Саске и Шикамару, когда спорил с кем-то из них.

Поезд въехал на узкий деревянный мост, тянувшийся над рекой, в которую сливалась вода, стекающая со сталактитов, оставшихся плакать в темной пещере. Высота моста была приличной, несколько сотен метров, в ширину он составлял примерно три километра. Состав ехал медленно под скрип старых опор, кое-где прогнивших от сильной влажности. Интуиция забила тревогу, я встал на ноги, вслушиваясь в каждый звук. Сухой треск эхом отразился от сводов пещеры. Черт, только не это!

- Сакура! У нас проблема, - приближение Кимимаро я ощутил за несколько мгновений до того, как он заговорил. Призрак принца теней исчез. Неужели я спровоцировал возвращение памяти у Нары?!
- Что случилось?
- Нара Шикамару. Что-то происходит.

Треск ломающегося дерева повторился, и я увидел, как пройденная поездом часть пути начала рушиться вниз, скатываясь в бездну, подкрадывающуюся к нам.

- Просто великолепно! – раздраженно прошипел я и перенесся в купе Нары.