=
Саске POV
Смерть идет рука об руку со страхом. Она знаменует конец и таит в себе неизвестность. Для людей она может означать перерождение, либо переход в иной мир согласно их религиозным убеждениям, некоторые полагают, что смерть – это конец всему. Когда настанет твой черед узнать разгадку и холодные объятия сомкнуться вокруг тебя безжизненной клеткой, страх неизбежно придет к тебе. Он может быть мучительным и долгим, словно морозная полярная ночь, а может оказаться короткой вспышкой, запечатленной в стекленеющем взгляде.
Когда Мадара отнял мою жизнь, на мгновение я ощутил страх перед тем, что безвозвратно исчезну и не смогу до конца довести свою месть. Потом я угодил в Лес грешников, где в изумрудном огне ненависти сгорают черные души, расплачиваясь за грехи. А сейчас я сижу в нижнем ряду Колизея, наблюдая кровавые игрища вместе с самой красивой женщиной Ада. Как все-таки непредсказуема жизнь после смерти...
Амфитеатр представлял собой эллипс, середину которого занимала арена, опоясываемая концентрическими кольцами мест для зрителей. Конструкция обладала огромными размерами, стадион мог вместить в себя около 70 тысяч зрителей. Мы с Любовью занимали подий, отделенный от арены высоким парапетом и огражденный невидимым экраном в целях обеспечения безопасности от нападения животных, выпущенных на арену. В воздухе над Колизеем замерцали зеленые символы, означающие запуск голографических проекторов, воспроизводящих действие, происходящее на арене в более крупном масштабе для всеобщего обозрения, а также создающих оптические эффекты для большего антуража.
Грянула оглушительная музыка, песок на арене взволновался словно море, будто нечто ползало под ним. Публика завизжала от восторга и разразилась бурными аплодисментами. Снопы золотисто-оранжевых искр рисовали в воздухе замысловатую паутину узоров. Затем раздался взрыв, поднявший столп песка посреди арены. Когда горчичная стена осела, перед зрителями предстали три парящих кита грязно-бурого цвета, их тела покрывала крупная роговая чешуя, маленькие круглые глаза монстров тлели алым пламенем. На спине чудовищ стояли наездники, казалось, будто их отлили из бронзы. Отблески от сверкающих в воздухе узоров скользили по накаченным мускулам созданий с металлической кожей. Скульптор, создавший этих тройняшек, в совершенстве передал анатомию идеального человеческого тела, но, когда дело дошло до лиц, он явно схалтурил. У наездников не было ни ртов, ни носов, вместо ушей в лысых черепах бронзовокожих демонов имелись дырки, раскосые багрово-черные глаза безразлично взирали на беснующуюся толпу, требующую крови и зрелищ. Если присмотреться, то на телах наездников можно было разглядеть странные метки, напоминающие закрытые бутоны цветов: самый большой располагался на животе, мелкие – обрамляли позвоночник, а на шее виднелись жабры.
- ОБВОРОЖИТЕЛЬНЫЕ ЛЕДИ И ДОСТОПОЧТИМЫЕ ДЖЕНТЕЛЬМЕНЫ!!! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА КРОВАВЫЕ ИГРЫ!!! – голос комментатора громом прокатился по амфитеатру, вызвав волну одобряющих криков и аплодисментов. – СЕГОДНЯ ВАШЕМУ ВНИМАНИЮ МЫ ПРЕДСТАВЛЯЕМ БЕССПОРНЫХ ФАВОРИТОВ АРЕНЫ – ПОВЕЛИТЕЛЕЙ ПЕСКОВ И УКРОТИТЕЛЕЙ ПЕСЧАННЫХ КИТОВ, БРАТЬЕВ САНДЕРО!!!
У меня заложило уши от ора, поднявшегося вокруг. Я лениво потянулся и взял со стола кубок с вином. Полумаска, которую меня попросила надеть Любовь, ужасно раздражала. Чертовка уже неделю обучала меня технике иллюзий, превратившей меня в кучу расслоившейся плоти во время нашей первой встречи. А сегодня кудрявая бестия не с того ни с сего пригласила меня в Колизей, она явно задумала какую-то пакость. Проклятая женщина так и не предоставила мне никакой полезной информации о темной материи и наследнике бездны, что выводило меня из себя.
- Это будет интересный бой, Саске. Не будь букой, - упрекнула демонесса. В ответ я фыркнул и устремил скучающий взор на арену, подавляя зевок.
- ПРОТИВНИКОМ ВАШИХ ЛЮБИМЦЕВ СТАНЕТ СТАЯ ВОЛКОВ, ПОЙМАННАЯ СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ НАШЕГО ШОУ В МИРЕ ЖИВЫХ!!! ЛЕСНЫЕ ХИЩНИКИ ВЫСТУПАЮТ ПОД ПРЕДВОДИТЕЛЬСТВОМ ПРИНЦА РАССЫ ОБОРОТНЕЙ РАЙМОНДА СКАРЛЕТТ!!!
- Хищники против пришельцев, прекрасно, - устало прокомментировал я, уставившись на арену, где в песчаном вихре появилась большая стальная клетка с посеребренными прутьями. Пленники выглядели, как обычные люди, только глаза обладали цветом расплавленного золота. – Доставили из мира живых, значит?
- Да. Среди людей живет много низших демонов, вроде вампиров, оборотней, суккубов, сиринов и других, - ответила Любовь, демонесса покинула трон и присоединилась ко мне на диване.
- У волков нет ни шанса, - отстраненно заметил я, наслаждаясь манящим ароматом силы, окутывающим блондинку. Все же контролировать инстинкты рядом с такой женщиной весьма нелегко.
- Почему ты так уверен? У них численное преимущество. Тридцать штук сильнейших оборотней против троих стражей Кровавой пустыни, тебе не кажется, что у них есть надежда? – сладко прошелестела она, прильнув ко мне.
- Не смеши! Эту свору порежут, как бездомных собак, а их останки осядут в брюхе песчаных китов. Хотя мне любопытно увидеть способности троицы пришельцев.
- Тогда наслаждайся шоу, юноша.
Клетка открылась с громким лязгом, выпуская смертников на свободу. Стая сгрудилась за спиной красноволосого юноши лет 20 на вид. Парень выделялся среди оборотней невысоким ростом и хрупким для воина телосложением. Такого легко можно спутать с девушкой, если бы не пылающий твердый взгляд вожака. Юноша оскалился и зарычал, глядя на стражей Кровавой пустыни. Оборотни замерли в ожидании атаки противников, взирающих на них как на кучку жалких букашек. Я сел на диване, подавшись немного вперед, зрелище действительно обещало быть интересным.
- Оборотни владеют телепатией? – спросил я, напряженно наблюдая за волками, стремясь прочитать по их лицам дальнейшее действие.
- Хм. Да. Как думаешь, что планирует принц Скарлетт? – завораживающее журчание ее голоса действовало, как крепкое саке, затуманивая разум. Я поднялся и подошел к парапету, возводя вокруг сознания крепость, хотя это не спасет от хитрой иллюзорной мышки Любви, способной проникнуть, куда угодно.
- Я изучал информацию о низших, читал кое-что об оборотнях. Вожаки стаи обладают способностью подчинять своей воле животных. Скорее всего, волчонок попытается захватить одного из китов. Для этого им необходимо сбить всадника и умудриться отвлечь двух других. Меня волнует другое, близнецы могут слышать мысли волков?
Киты спикировали вниз. Один из них раскрыл пасть, внутренняя полость была покрыта концентрическими кольцами зубов, превращающих рот монстра в яму истыканную белыми кольями.
- Что тебе известно о песчаных воинах, кроме того, что они – стражи Кровавой пустыни?
Тонкий язык вылетел из шипастой пасти, подобно хлысту, и схватил одного из волков, отправляя его в негостеприимные объятия клыков. Другие киты сделали тоже самое, съедая одного оборотня за другим.
- Ничего. Информацию о стражах девяти кругов Ада не так просто достать.
Один из волков схватил кита за язык и рванул монстра вниз, другой оборотень отскочил от стены и сбил наездника на землю, вцепившись в горло, остальные волки набросились на бронзовокожего как на кусок мяса, пытаясь прокусить броню. До меня долетел хруст парапета, в который я вцепился, напряженно наблюдая за схваткой.
Песчаный кит грохнулся на землю, подняв клубы пыли. Часть оборотней пытались удержать чудовище, вцепившись в его хвост и плавники, остальные отвлекали оставшихся наездников. Тем временем красноволосый парень встал напротив поверженного кита, вглядываясь в бешенные алые глаза трепыхающегося монстра. Кит замер, а затем покорно закрыл глаза. Волчья стая издала победоносный вой. Некоторые оборотни забрались на спину зверя вместе со своим принцем. Затем вновь раздался грохот, второй кит тоже был повержен, а всадника уже разрывали на земле. Из толпы волков вышел коренастый оборотень, он превратился в человека и встал напротив песчаного кита. Его тело покрывало множество шрамов, седые волосы развивал ветер. Мужчина устремил тяжелый золотой взгляд на сраженного оппонента, подавляя его волю. Оставшиеся волки взгромоздились на спину кита и взмыли ввысь с победным воем. Казалось, теперь ситуация безпроигрышная, но меня не покидало чувство, что что-то не так. И тут меня будто окатило холодной волной.
- Иллюзия! Там был один песчаный воин! – потрясенно проговорил я.
Оборотни направили китов на оставшегося всадника и ринулись в атаку. Бронзовокожий дернул поводья, и кит бросился камнем вниз, исчезнув в песчаных волнах арены, словно в глубине океана.
- Верно. Ты был прав, когда сказал, что у волков нет ни шанса против стражей, хотя точнее будет сказать стража, - шелковый голос ласкал слух, заключая в невидимые объятия.
Киты, на которых летели волки, обратились в песок, и оборотни рухнули на землю. На мгновение воцарилась звенящая тишина, а потом из песка вырвалось множество бронзовых плетей, поднимая тучи пыли, они словно змеи обвивались вокруг оборотней, утаскивая их под землю.
- Значит, он просто играл с ними, - прошипел я, высматривая выживших среди горчичного тумана.
Кроваво красный блик привлек мое внимание. Значит, в живых остался только один. Принц Скарлетт озирался по сторонам, словно загнанный в ловушку зверь. Его одежда была порвана, волосы больше не стягивал высокий длинный хвост, взгляд юноши переполняла скорбь по убитым товарищам, ненависть к демонам, убивающим на потеху зрителям, и, наконец, горечь поражения и досада на собственное бессилие. Он оказался слишком слаб, чтобы защитить свою стаю.
Из песка вырвались щупальца, вцепившееся в оборотня, они подняли его над землей, распиная в воздухе. Публика взорвалась смехом, криками и аплодисментами, скандируя снова и снова «Убей, убей, убей!».
- Тебя это злит? – усмехнулась местная королева.
- Нет. Мне все равно, - пустым голосом ответил я, хотя внутри бурлила ярость.
Да! Меня это злило! Мне хотелось спалить этот гнилой мирок дотла, а в особенности бездушную любительницу игр разума! Я вернулся на диван и схватил кубок, сделав большой глоток. Вкус оказался другим, солоновато-металлическим, словно там была кровь, а не вино. Я закашлялся и отшвырнул золотую чашу, впившись в Любовь раздраженным взглядом.
- Ты, наконец, смог почувствовать истинный вкус этого прекрасного напитка? – осведомилась она, звонко смеясь. – В течение последней недели ты вкушал плоть и кровь низших демонов и грешников, замаскированную под человеческую пищу, к которой ты привык. Поздравляю, ты поймал одну из моих иллюзорных мышек, проникших в крепость твоего подсознания.
Тошнота подступила к горлу, а когда я посмотрел на стол, меня едва не вывернуло наизнанку. Я резко встал, отойдя прочь от стола. Вместо гроздей спелого крупного винограда и сочных гранатов, серебряную вазу для фруктов наполняли глазные яблоки и свежие сырые сердца. Среди ярко-зеленых листьев салата и алых помидоров на овальном блюде лежали разделанные человеческие ребра, в обрамлении аккуратно нарезанных ломтиков мозга.
Я оцепенел, меня корежило от одной мысли, что я целую неделю питался чем-то подобным!
- Ты хотел больше узнать о силе наследника бездны, - меланхолично произнесла демонесса. – Инквизиторы употребляют в пищу не только души жертвы, но и их плоть и кровь. Ты еще слишком человечен, чтобы принять подобное. Однако твой организм прекрасно адаптировался к новой диете, что является невозможным для демонов и грешников. Мы не можем есть плоть себе подобных.
- ИТАК!!! ДАМЫ И ГОСПОДА!!! БОЙ ОКОНЧЕН!!! – голос комментатора вывел меня из ступора, заставив вновь посмотреть на арену. – ПОБЕДИТЕЛЬ – НАШ НЕПРЕВЗОЙДЕННЫЙ ПОВЕЛИТЕЛЬ МИРАЖЕЙ, НИЗШИЙ ПЕСЧАНЫЙ ДЕМОН САНДЕРО!!!
Песчаные волны расступились, являя публике ее героя. Длинные щупальца извивались вокруг бронзовокожего война, мясистые плети росли из меток на спине. Бутон на животе раскрылся жуткой пастью, от которой тянулись четыре жгута, обвившиеся вокруг рук и ног красноволосого оборотня.
- УВАЖАЕМАЯ ПУБЛИКА! У НАС ОСТАЛСЯ ОДИН ВЫЖИВШИЙ! ПУСТЬ НАША НЕСРАВНЕННАЯ КРОВАВАЯ КОРОЛЕВА РЕШИТ СУДЬБУ ПРИНЦА ОБОРОТНЕЙ!!!
- Смерть! Смерть! – вопила толпа.
Любовь не спеша поднялась с дивана, а затем ее окружил алый вихрь, и она появилась на спине кита рядом с победителем. В Колизее воцарилась мертвая тишина.
- Я рада, что присутствующие получили удовольствие от нашего представления, - проворковала она, околдовывая публику своим чарующим голосом. – Слабые не имеют право на существование в нашем мире. Их ждет либо смерть, либо они становятся трофеем победителя. Мой милый Сандеро, желаешь ли ты сделать этого своенравного юношу своей игрушкой?
Я стиснул кулаки, вслушиваясь в мурлычущий голос Кровавой Любви. Бронзовокожий согласно кивнул и устремил плотоядный взгляд на оборотня. Одно дело смерть проигравшего в бою, и совсем другое унижение воина, сражавшегося с честью. Волк жаждал смерти, чтобы избежать позора, я ощущал его горькое бессильное желание прекратить весь этот кошмар и воссоединиться с близкими в ином мире, его жгучую ненависть и жажду мести за разрушенную жизнь.
- Однако, - гипнотический тон вновь ласкал слух. – Принц Скарлет храбро сражался. Уважаемая публика, возможно среди Вас найдется тот, кто захочет сразиться за честь принца Раймонда?
Толпа загудела, а потом в воздухе зазвенели насмешливые крики.
- Сандеро! Сделай из него послушного щеночка!
- Таким красавицам самое место в гареме!
- Трофей! Трофей! Трофей!
Смех и обидные возгласы превращали чернь в стадо безмозглого скота, который я с радостью отправил бы на бойню. И тут я ощутил ее взгляд. Она все подстроила, чтобы я сразился с иллюзионистом?!
«Именно так, Саске. Ты ведь не допустишь, чтобы этот мальчик стал шлюхой. Уверяю тебя, Сандеро сломает его в первую же ночь, и превратит в ручную болонку, которая будет беспрекословно подчиняться ему. Песчаные воины весьма искусные любовники», - голос чертовки журчал у меня в голове, заставляя скрежетать зубами от раздражения.
«Меня это не касается. Он потерпел поражение. Если ты ждешь от меня благородных поступков, то я тебя разочарую. Ведь слабые не имеют право на существование в нашем мире», - мысленно ответил я, подходя к парапету.
«Жестоко», - насмешливый голос играл на нервах, словно на струнах арфы. – «Ты любопытное и противоречивое создание, Учиха Саске, слишком гордое для Леса Грешников, тебя стоило отправить в девятый круг, скованный ледяным отчаянием. В изумрудном пламени седьмого круга горят тщеславные души, но их главный грех – это гнев. Ледники обреченных – самое подходящее место для гордецов вроде тебя. Если победишь Сандеро, я предоставлю тебе всю информацию о темной материи и наследнике, которой я располагаю. Но во время поединка ты не можешь использовать пламя бездны. Если ты нарушишь данное правило, то вновь превратишься в гору бесформенных потрохов. Согласен?»
«Хм. Этот приз куда привлекательней, чем униженный и сломленный оборотень. Я сыграю с тобой», - усмехнулся я. В конце концов, мне не помешает испытать новые способности на достойном сопернике.
- Дамы и господа, похоже, у нас есть отчаянный герой, готовый бросить вызов непобедимому песчаному иллюзионисту Сандеро, - провозгласила Любовь. Защитный экран над подием деактивировался, и я перемахнул через парапет, приземлившись на арену под возбужденный гомон взволнованной публики. – Мой милый Сандеро, твоим противником станет Призрак. Не сдерживайся и не недооценивай этого юношу, - с этими словами кровавая дева исчезла, заняв место в зрительном зале. Оборотня приковали к стене под подием, и на арене остались только бронзовокожий демон и я.
Раймонд Скарлетт POV
Я думал, что самым страшным событием в моей жизни стало вторжение захватчиков в Вульферию, когда они опустошили мой город не щадя никого. Они убивали, грабили, насиловали, а сильнейшие оборотни нашей стаи вынуждены были беспомощно наблюдать за этим, раздирая руки в кровь о посеребренные прутья клетки, куда нас швырнули, будто бродячих псов. Сегодня я лишился последнего, что было дорого мне - потерял товарищей и отца. И теперь вешу над ареной в плену скользких щупалец монстра, убившего моих близких, крики толпы сливаются в неясный шум. Как же я ненавижу всех вас!!! Будьте вы прокляты, порождения ада!!! Отец, мать, моя любимая Мелиса, брат простите, что не смог защитить вас. Но скоро мы воссоединимся в Вечности. Теперь мне остается лишь умереть. Простите мне мою слабость и позорное поражение, мои друзья. Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, скоро все закончится, меня разорвут на части на потеху своре бешеных собак, вопящих вокруг.
- Я рада, что присутствующие получили удовольствие от нашего представления, - ангельский голос на миг избавил меня от страхов и тревог. – Слабые не имеют право на существование в нашем мире. Их ждет либо смерть, либо они становятся трофеем победителя. Мой милый Сандеро, желаешь ли ты сделать этого своенравного юношу своей игрушкой?
Я в ужасе распахнул глаза, уставившись на обладательницу волшебного голоса. Нет. Нет! И тут я поймал голодный взор песчаного воина, его изворотливые щупальца стали медленно исследовать мое тело, а затем одна из плетей скользнула к паху, я попытался дернуться, но не смог толком пошевелиться. Но самым противным было то, что предательское тело откликалась на ласки бронзовокожего чудовища. Я закусил губу, сдерживая стон и сгорая от стыда. Нет! Нет!!!
- Однако, - голос белокурой ведьмы вспыхнул в сознании крохотной искоркой надежды. – Принц Скарлет храбро сражался. Уважаемая публика, возможно среди Вас найдется тот, кто захочет сразиться за честь принца Раймонда?
Щупальца замерли, а я стал оглядываться по сторонам. Кто-нибудь остановите это! Но вокруг звучали только едкие насмешки, в глазах этих шакалов я был обычной игрушкой, развлечением, трофеем, вещью. Ненавижу! Я зажмурился и опустил голову. Как же хочется исчезнуть! Какой позор! Я просто жалкий трус, недостойный титула принца!
- Дамы и господа, похоже, у нас есть отчаянный герой, готовый бросить вызов непобедимому песчаному иллюзионисту Сандеро, - услышав эти слова, я не поверил своим ушам, пока на арене не появился юный брюнет в черной полумаске, одетый в черные рубашку и брюки. От него пахло свежей кровью, юношу окутывала холодная непроницаемая аура. – Мой милый Сандеро, твоим противником станет Призрак. Не сдерживайся и не недооценивай этого юношу.
Песок взвился стеной вокруг, переместив меня на небольшое возвышение над ареной, посеребренные кандалы, которыми меня приковали к стене, жгли запястья. Я уставился на таинственного юношу, заступившегося за меня. Почему он решил рискнуть жизнью ради спасения незнакомца?
- Он увидел в тебе воина, - журчание обманчиво нежного голоса доставляло наслаждение, как холодные морские волны в знойный день. Рядом со мной в багровом вихре явилась кровавая королева. – Этот юноша, действительно желает помочь тебе, но гордость не позволит ему признать это.
Я уставился на арену. Призрак и песчаный воин замерли друг против друга. Кит распахнул громадную пасть, из которой вылетели несколько белых кольев, нацеленных на брюнета.
- Он пробил его насквозь! – невольно воскликнул я, глядя на истыканную шипами землю позади Призрака.
- Хм. Саске увернулся от всех зубов и занял прежнюю позицию, - усмехнулась блондинка.
- Саске?
- Настоящее имя Призрака.
Бронзовокожий воин соединил руки перед собой, словно собирался молиться, его глаза полыхнули красным, а потом раздались оглушительные хлопки и вверх устремились мощные струи песка, словно песчаные гейзеры. Арену заволокло клубами пыли, поглотившими участников кровавой забавы. Песок опускался на землю, позволяя увидеть три громадных силуэта в воздухе. Теперь я мог разглядеть брюнета, окруженного тремя песчаными китами. Парень спокойно стоял, засунув руки в карманы, его губы вытянулись хищную ухмылку, проникнутую предвкушением охоты. Меня поразила неистовая жажда крови, исходящая от Призрака.
- Сейчас начнется поединок на грани реальности и иллюзии, - очарование покинуло голос женщины в маске, он стал отчужденным и пустым. – Почему ты так желаешь слиться с Тьмой, Саске?
Языки вылетели из пастей китов, воткнувшись в землю рядом с брюнетом, который вновь увернулся от атаки. Затем парень схватился за жало одного из китов, и оторвался от земли. Призрак отпустил язык раньше, чем тот вернулся в пасть монстра, и запрыгнул на спину кита, сбивая всадника. Саске всадил белый кол между жабр бронзовокожего, раздирая его горло. Зверь заметался по арене, пытаясь сбросить чужака, прикончившего его наездника.
- Кто он? – тихо спросил я, не сводя глаз с темной фигуры на спине беснующегося песчаного кита. Зверь налетел на своего собрата, киты сцепились в воздухе, а потом рухнули на землю, поднимая клубы пыли. Второго всадника придавило грузными тушами песчаных хищников.
- Грешник, обладающий силой, которой он не должен владеть, - отстраненно отвечала блондинка.
Киты, распластавшиеся на арене, обратились в песок. Призрак поднял с земли белоснежные колья, сжимая их в руках, словно кинжалы. Мясистые плети вылезли из бутонов, раскрывшихся вдоль позвоночника демона, лепестки отвратительного цветка распахнулись на животе бронзового монстра, выпуская на волю четыре гибких щупальца, извивающихся в воздухе. Жажда крови охватила обоих воинов, застывших перед очередной атакой.
- Его человечность постепенно угасает, - отметил я, наблюдая за темноволосым юношей.
- Именно поэтому мне нужен ты, - демонесса повернулась ко мне. – Я хочу обмануть судьбу, мой юный принц. Создать для этого мальчика реальную иллюзию и защитить мир, а также его самого от ужасного будущего. Ты последний кусочек мозаики, который поможет мне заглушить голос Тьмы в душе этого грешника.
Бронзовые змеи врезались в землю, стремясь поймать ловкого брюнета. Парень предугадывал движения противника, используя его плети, чтобы подобраться к нему. Последний рывок, он зацепился за извивающийся жгут и прыгнул на поднятый хвост кита, скользя прямо к песчаному воину, уклоняясь и отбивая его щупальца. Все решает очередной удар между жабр, в самое слабое место бронзовокожего демона. Кит, лишившийся всадника, начал метаться над ареной, издавая протяжный крик. Саске спрыгнул вниз, носком ботинка он поддел валявшийся на земле клык и подбросил его в воздух, ловко поймав рукой. Кит несся прямо на него, разинув зубастую пасть, брюнет развернулся и со всей силы запустил кол прямо в глотку чудовища. Зверь затормозил, издав вопль, режущий слух, а затем рухнул на землю, забившись в судорогах, и, наконец, затих.
Неужели все кончено? Победа? Я ощутил облегчение и непонятную радость. Толпа аплодировала, крича имя нового героя. Саске направился к нам с довольной ухмылкой на губах.
- Хм. Дурачок. Мои советы ему, как об стенку горох, - наигранно причитала светловолосая демонесса, затем она усмехнулась и покачала головой.
В это мгновение из песка вылетели бронзовые плети, пронзая тело брюнета насквозь. Кровь брызнула на песок, она стекала по щупальцам, рисуя алые кляксы на песке. Напротив израненного Призрака вздулся песчаный холм, когда песок осыпался, то на арене появился кит, монстр раскрыл пасть, ожидая угощение.
- Нет, - прошептал я. – Нет! Сделайте что-нибудь! Вы ведь не хотите его гибели?! – воскликнул я, глядя на кровавую деву.
- Игра есть игра, мой милый принц. Сожалею, похоже, я переоценила своего ученика. Какая неприятность, - удрученно оправдывалась белокурая ведьма, хотя фальшь пронизывала ее сладкий голос насквозь.
Несправедливо!!! Почему все так неправильно?! Почему все так отвратительно и гадко?! Я упал на колени, разбивая кулаки о мраморную плиту, на которой мы стояли. Сначала я должен был наблюдать, как насилуют мою мать, младшего брата и возлюбленную, как разоряют наш родной город. Потом я потерял отца и друзей, а теперь я стал свидетелем смерти единственного человека вступившегося за меня. Почему?!
Я вновь посмотрел на арену. Песок расступился, и толпа радостно загудела, увидев своего героя. Бронзовокожий демон поднял окровавленное тело Призрака, демонстрируя его зрителям, а затем швырнул парня в пасть кита под шквал криков и аплодисментов. Рот монстра захлопнулся с глухим хлопком, и мне показалось, что меня придавило скалой. Как же хочется, чтобы все это оказалось просто кошмарным сном!
- Сандеро, ты был великолепен! – проворковала белокурая бестия. – Твой приз ждет тебя. Можешь поиграть с ним прямо на арене, если хочешь.
Я с ненавистью уставился на песчаного демона, который медленно двигался к нам. Я поднялся на ноги, крепко сжимая кулаки, попытка принять истинный облик не увенчалась успехом, что-то сдерживало превращение. Проклятье! Я не хочу этого!!! Ненавижу!!!
Я зарычал, когда лупоглазая бронзовая тварь подошла к нам. Его щупальца медленно двигались ко мне, однако плети так и не достигли цели. На идеально гладкой поверхности щупалец вздулись пузыри, словно они горели изнутри. Резкий крик песчаного кита, рассек тишину отточенным клинком, зверь пылал в ярко-зеленом огне, как и его хозяин.
- Кого ты называла, дурачком, стерва? – ледяной надменный голос прозвучал откуда-то сверху. Я запрокинул голову наверх, попав в плен обсидиановых глаз. Брюнет хмыкнул и уставился на демонессу. – Я позаимствовал твой кубок. Вкус крови кажется мне слишком экстравагантным.
- Когда ты успел? – удивленно спросила она. Брюнет хмыкнул, пригубив вина.
- Внедрение иллюзии или создание моей копии? – лениво осведомился он, опираясь на парапет.
- И то, и другое.
- Первое, когда ты так, пафосно объявила мой выход, и наш пришелец принялся меня рассматривать, а второе, когда он устроил песчаную бурю. Я иду медитировать, не забудь о нашем уговоре, Любовь, - с этими словами брюнет растворился воздухе.
Тем временем толпа жужжала, словно пчелы в улье, не понимая, что происходит на арене и кто победил. Останки кита догорали в изумрудном огне. Женщина в маске звонко щелкнула пальцами, обращая пылающего кита и всадника в пыль. Шум стих, а над Колизеем возникла проекция, Кровавой Любви.
- Поединок был захватывающим, друзья мои. Надеюсь, вы согласны со мной, - промурлыкала белокурая ведьма. Ответом ей стали одобряющие крики и бурные аплодисменты, а затем толпа начала скандировать имя нового фаворита, повторяя снова и снова: «Призрак! Призрак! Призрак!». Алая королева подняла руку вверх, успокаивая возбужденную публику. – Я рада, что игра доставила вам наслаждение, друзья мои. Таинственный фантом, развлекавший нас сегодня, рассеялся звездной пылью, как только ночь вступила в свои права. Цикл его жизни также скоротечен, как вспышка падающей звезды. Призрак покинул нас, растворившись в вечности, - печально рассказывала она. Однако ее бред восприняли вполне серьезно, зрители встали со своих мест, чествуя лживую королеву. Она усмехнулась и повернулась ко мне, – Забавное зрелище, не правда ли?
- Отвратительное! – процедил я, исподлобья уставившись на блондинку.
- Каждому свое, мой юный принц. Идем нам нужно подготовить тебя к встрече с твоим спасителем.
Саске POV
После веселья в Колизее и медитации вместо сна, я получил заветные файлы с интересующей меня информацией. Весь день изучал полученные данные, и теперь у меня жутко болела голова. Завтра домой! Хоть поем, как человек, а то неизвестно, что мне тут подсунут по приказу ее маньячного величества. Стерва! Ведьма! Чертова психопатка! С Верой гораздо лучше, она милая понимающая, хотя мы общались всего лишь пару месяцев, после нашего возвращения из Алого Храма. С ней я просто отдыхал душой, а вот с Любовью все наоборот.
Стук в дверь отвлек меня от размышлений и вызвал новую волну раздражения. Все! Пора домой! Лучше занудство Даниэля, чем... чем... Я даже слов не могу подобрать, чтобы описать свои противоречивые отношения с Кровавой королевой. Стук повторился.
- Достали. Кого еще черти принесли, - пробурчал я, а потом раздраженно рявкнул: - Войдите.
- Г- господин Саске, - слуга замялся, бросая на меня пугливые взгляды.
- Да, - процедил я.
- Г-госпожа п-п-передает В-вам награду за победу в Кровавых играх, - промямлил трясущийся тритон, рассматривая узоры на ковре.
- Мне не нужно от нее никаких подарков, - холодно отрезал я. – Свободен.
- Г-госпожа с-сказала, если Вы откажитесь, то В-ваш п-подарок отдадут песчаным демонам.
- Да хоть ангелам. Пошел вон!
Тритон пулей вылетел за дверь, а я вернулся к работе. Из проштудированного материала можно было сделать общий вывод, который я и так знал: активирующим фактором темной материи является...
Тук-тук
- Блять! Вы надо мной издеваетесь, - прошипел я, вставая из-за стола. Я резко открыл дверь, собираясь оторвать голову пустоголовому созданию, потревожившему меня. Мимические мышцы, скривившие мое лицо на манер маньяка-убийцы, расслабились, уступая место легкому недоумению.
- Доброй ночи, - приветствовал твердый голос несостоявшейся жертвы.
- Доброй, - медленно проговорил я, осматривая гостя с головы до ног, пытаясь определить, не является ли он очередной галлюцинацией.
- Могу ли я войти? – деловито осведомилось очередное испытание моих нервов от ее гребанного величества.
Я отодвинулся, приглашая жестом гостя внутрь. В коридоре я увидел трясущегося тритона, который поклонился и поспешил смыться, я захлопнул дверь, поворачиваясь к своему подарку.
- Сын Люциана Скарлетт, Короля оборотней Вульферии, Принц Раймонд Скарлетт, - представился он с легким поклоном.
- Саске Учиха.
Повисла неловкая тишина, в течение которой я озадаченно рассматривал бывшую венценосную особу. Скарлетт чувствовал себя очень неловко, и я его не виню, учитывая то, что на него напялили.
- Почему на тебе женское кимоно? – я решил озвучить мучавший меня вопрос. Парень вспыхнул в тон алых волос, уложенных у него на голове в замысловатую конструкцию с кучей заколок и шпилек. Сейчас волчонок был похож на гейшу, если бы я его раньше не видел, то подумал бы, что передо мной женщина. Юноша опустил голову и что-то пробубнил себе под нос. – Ты что-то сказал?
- Женщина в маске, - сквозь зубы процедил гейш. Кстати лицо ему тоже размалевали. Как он им пальцы не пооткусал? – Она сказала, что я должен вас отблагодарить... - сдавленно проговорил он, вцепившись пальцами в шелковую ткань. – Давай покончим с этим! Начинай! Тебе ведь тоже мое тело нужно?! Хотел меня выиграть, чтобы поиметь?! Если бы на моих силах не было печати, я бы тебе горло перегрыз!!! – прокричал он, с вызовом уставившись на меня.
Все! Это уже не в какие ворота не лезет! Чертовка сейчас, наверное, со смеху помирает. Когда-нибудь я точно прикончу эту суку, она же стерва межгалактического масштаба. Уже ради этого стоит стать наследником бездны! Я тяжело вздохнул и уставился на жертву сексуальных домогательств.
- Дверь справа от тебя, пройдешь прямо до конца коридора, направо – ванная, налево – гардеробная. Чтобы я захотел тебя поиметь, ты должен быть для начала женщиной, а не трансвеститом, - безразлично разъяснил я и направился к столу.
Гейша быстро удалилась в указанном направлении, не проронив ни звука. Затем я услышал треск разрываемой ткани вперемешку с проклятиями в адрес «адских тварей» и «высокомерных ублюдков», потом зашумела вода, быстро наполняющая небольшой бассейн. Оборотень отмокал часа три-четыре, пока я работал, может, он утопился? Только трупа мне сегодня не хватало. С тяжелым вздохом я направился в ванную, смотреть, чем занимается Му-му.
Что и требовалось доказать! Волчара решил последовать примеру «Титаника» и пойти ко дну только в бассейне. Чертова псина, не могла выбрать другого места для самоубийства? На полу валялись куски разорванной в клочья одежды, браслеты, заколки, серьги, кольца. Ему надо было прыгать в воду одетым, утонул бы без особых усилий. Я прыгнул в бассейн и вытащил бездыханное тело на сушу. Зная регенеративные способности демонов, можно с уверенностью сказать, что эта сволочь скоро очнется. Я встал на колени рядом оборотнем и несколько раз надавил на грудь. Парень распахнул глаза и закашлялся, пытаясь избавиться от воды в легких. Я поднялся и стянул с себя мокрую футболку, бросив на малахитовый пол, затем скинул промокшие ботинки, рука остановилась на пряжке ремня. Нужно будет принять душ.
- Зачем?! Зачем ты спас меня?! – сдавленно проговорил несостоявшийся самоубийца, впившись в меня яростным взором. Как же меня раздражает этот мученик.
- Встань, - холодно приказал я. Парень медленно поднялся, продолжая испепелять меня взглядом. – У тебя есть все причины желать смерти, ведь ты потерял все, кроме жизни.
- Моя честь запятнана навсегда! Ты живешь в роскоши, прислужник белокурой ведьмы! Не жди от меня благодарности за спасение!!! Я тебя ненавижу и проклинаю!!! – кричал Скарлетт.
Если бы я встретил это рыжее недоразумение до знакомства с кровавой королевой, парень бы долго мучился, а сейчас... В золотых глазах оборотня плескалась безысходность и отчаяние, а смерть казалась ему единственным выходом. Зачем Любовь подсунула мне волчонка? Чего она ждет от меня?
- Хочешь умереть? Тебе стоило просто попросить меня, - равнодушно предложил я, наблюдая за тем, как побледнел оборотень. Его разрывали сомнения, установки, привитые с детства, тянули в одну сторону, мысли в другую, а чувства и страхи в третью. Парень не доверял никому, ненавидел свою беспомощность и бесправие, ведь сейчас он – мой трофей. – Ты уже умирал?
- Нет, - медленно ответил юноша.
- А как же ты попал сюда?
- Нас провели через портал, через него могут проходить только с разрешения высшего чистокровного демона, состоящего в Совете.
- А у оборотней, какая кара предусмотрена за попытку самоубийства в загробном мире?
- Нас ждет Вечность, где мы воссоединяемся с предками. У нас нет Ада или Рая.
- Любопытно. Завидую. Ладно, мы отвлеклись от темы. Ты все еще хочешь расстаться с жизнью?
- Да, - проговорил он, после некоторой паузы. – Но сначала ответь, почему ты спас меня?
- Совершил ошибку. Дважды, - едко усмехнулся я.
Шум морских волн и песня легкого бриза переплетались в манящем шепоте Тьмы, заполнившим мой мир. Сила просыпалась внутри, а черный огонь уже клубился в глазах.
Сердце в груди волка забилось, словно пойманная птица. Испуганные золотые глаза потрясенно взирали на меня. В больших зеркалах я поймал свое отражение. Зрелище было не из приятных. Пол лица выжгло до костей пламя бездны, паутина трещин, разрываемых энергией, растеклась по шее и груди. Я повернулся к добыче. Ужас, который испытывал оборотень, пробуждал во мне хищника. Однако сейчас я полностью контролировал жажду. Я подошел к красноволосому юноше, оборотень зарычал и попытался ударить меня, но я с легкостью поймал его кулак, а затем схватил за горло и прижал к стене. Волк кричал проклятья и пытался вырваться.
- Почему ты сопротивляешься? Разве ты не хотел умереть? – осведомился я, медленно пропуская другую руку сквозь грудную клетку юноши. Он замер, устремив на меня выпученные от ужаса золотые глаза. – Чувствуешь холод и ощущение бесконечного падения в черную пропасть? Это переход, таящий в себе разгадку о том, что ждет тебя с другой стороны.
Я вытащил руку из груди волка, потерявшего сознание, и посадил его на полу, прислонив к стене. Надеюсь, шоковая терапия повлияет на мировоззрение идиота. Интересно, он попробует перегрызть мне горло, когда придет в себя? Ведь печать чертовки с его сил я снял. Ладно, будем решать проблемы поступления, а сейчас в душ.
***
- Пришел в себя? – осведомился я, завязывая галстук. Окинув критическим взглядом черный деловой костюм в комплекте с фиолетовой рубашкой, я повернулся к бледному, как смерть, оборотню, лежавшему на полу. Бедняга смотрел на меня, как на воплощение его самого худшего кошмара. Впрочем, я его не виню.
- Я мертв? – прохрипел он, прижав руку к груди.
- Нет. Я снял печать с твоих сил, поэтому можешь попытаться перегрызть мне горло, - предложил я. – Встать сможешь?
- Да, - выдавил рыжий, опираясь о стену и с опаской поглядывая на меня.
- Подбери себе что-нибудь в гардеробной. Я буду ждать в гостиной, и советую поторопиться, если не хочешь, чтобы я действительно исполнил твое желание и прикончил тебя, - предупредил я и покинул ванную.
Через пять минут оборотень вошел в гостиную. На нем были черные брюки, белоснежная рубашка на выпуск, поверх нее красовался черный расстегнутый жилет. Скарлетт закатал рукава по локоть и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Видимо, он не привык к такой форме одежды.
- Да. Это определенно лучше женских шмоток, - оценил я, рассматривая свой приз.
- Я не по своей воле выглядел вчера столь непристойным образом, - сквозь зубы оправдывался злотоглазый. – Также я приношу извинения за недостойное поведение по отношению к вам, Лорд Саске. Я готов понести наказание за оскорбление вашей особы, - ледяным тоном отчеканил бывший принц.
- Ты все еще хочешь умереть? – складывая файлы в кейс, поинтересовался я, не глядя на оборотня.
- Нет, - тихо проговорил он. Надменный тон улетучился из голоса сына короля волков. - Теперь я понял, что мой поступок был проявлением малодушия и трусости, а самое главное своими действиями я предал память Предков и близких мне людей, что отдали жизни, сражаясь за меня. Я осознал это благодаря страху перед смертью и жажде выжить, что вы пробудили во мне.
- Рад за тебя. Нам пора к порталу, - выслушав высокопарную исповедь, заявил я.
- Подождите! – окликнул он меня у двери.
- Что еще?
- Я клянусь памятью Предков, что верну вам долг за спасение моей жизни и чести!
- Договорились. Идем уже.
Скарлетт шел рядом со мной, он с открытым ртом смотрел по сторонам, восхищаясь красотой дворца Кровавой Любви. И этот парень старше меня? Хотя, если его доставили из Мира живых...
- Сколько тебе лет? – спросил я, пока мы шли по волшебному саду, где нас приветствовали сирины манящими улыбками. Парень оторвал взгляд от полуженщины-полуптицы, строящей ему глазки, и уставился на меня. Хорошо, что девчонки не решили спеть нам песенку, тогда у принца бы башню снесло.
- Сто пятьдесят четыре. А что? – удивленно спросил он.
- Ничего.
- Тогда, почему вы спросили? – раздраженно допытывался он, подойдя ко мне вплотную, заглядывая в лицо. Терпеть не могу, когда кто-то вторгается в мое личное пространство.
- Заткнись и отойди, - прошипел я, отчего рыжий резко отстранился, сжимая кулаки.
- Я тебе не собака, чтобы мне отдавали приказы, грешник! – прорычал он, сверля меня убийственным взглядом.
- Думаю, нам стоит сразу обсудить наши роли, волк, - стальным голосом проговорил я. – Я – хозяин, ты – слуга, третьего не дано. Не устраивает? Песчаные воины с радостью возьмут тебя к себе, или, может, ты предпочитаешь утопиться, повесится, перерезать себе горло? Вперед! У меня не так много времени, чтобы тратить его на принца без королевства. Очнись! Ты в Аду! Единственное, что ты можешь здесь это приспосабливаться и выживать.
- Мальчики, не ссорьтесь, - промурлыкал знакомый завораживающий голос, а его обладательница обняла меня. – Я скучала, Саске. Неужели обида оказалась сильнее животных инстинктов и страстного желания?
- Нет, дорогая. Я был занят. Кстати, забери свой чудесный подарок, пока я не поглотил его душу, - прошипел я в ответ.
- Саске, перестань. Я ведь все делала в образовательных целях, не стоит делать трагедию из-за пустяков.
- Я неделю сидел на диете доктора Лектора. Знаешь, я не привык питаться себе подобными!
- Значит, поглощение душ ты считаешь нормальным, однако плоть и кровь себе подобных вызывает у тебя отвращение?
- Увидимся, - процедил я и продолжил путь.
- Подожди!!! – отчаянный оклик волка заставил меня остановиться. Я бросил на парня безразличный взгляд. У бедняги шел неравный бой со своей гордостью. Черт. Как я его понимаю. – Ты прав, - обреченно начал он. – Саске Учиха, я, Раймонд Скарлетт, приношу тебе клятву верности. Клянусь именем Предков служить тебе верой и правдой.
Оборотень преклонил колено, склонившись предо мной в почтительной позе. Блин. Ну почему демоны так любят заключать договоры и давать проблематичные клятвы?
- Саске, ты ведь не бросишь его? – заботливым голосом осведомилась кудрявая бестия.
- Достали. Как вы меня все достали! – устало пробормотал я, потирая переносицу. Подраться с Даниэлем, чтобы выпустить пар, потом поесть нормальную пищу, и самое главное, повесить в комнате портрет Любви и метать в него ножи. Неужели я соскучился по дому, и с каких пор особняк Даниэля стал моим домом? Как там Надежда и... Почему я хочу увидеть эту тихоню Веру? Наверное, просто захотелось контраста: с одной стороны пылкая и страстная Любовь, с другой мягкая и терпеливая Вера. Бред! Чем я себе голову забиваю? Возвращаемся на бренный Тартар. – Поднимайся, Скарлетт. И на будущее. Думай, кому присягаешь в верности. Я – грешник, а не демон, и не на много отличаюсь от тебя. Мы оба пленники, не имеющие здесь прав. Твоя клятва не принесет тебе никакой выгоды.
- Ты – истинный воин! Большего мне не надо! – твердо заявил рыжий. Интересно во что все это выльется? Хотя какая разница, я скоро буду дома, а остальное не важно.
***
Горячая ванна то, что нужно после сумасшедшего дня и не менее безумной недели. Я нежился в ароматных водах, ощущая себя на седьмом небе. Затем я уловил приближение знакомой ауры. Она двигалась бесшумно, словно кошка, ее нежный ненавязчивый аромат ласкал обоняние. Я открыл глаза и увидел стройную девушку в шелковом нежно-голубом платье чуть выше колена. Ткань струилась, подчеркивая каждый изгиб совершенного тела, соблазняя и будоража воображение. Длинные белоснежные волосы стекали легкими волнами по плечам, в которых мерцали вплетенные синие цветы. Вера была красивой женщиной, она манила, но держала на расстоянии. Хотя, если на чистоту, это я не хотел подпускать ее близко, потому что после общения с ней мне становилось легче, она вызывала привыкание, как наркотик. А я не хочу ни от кого зависеть. Рядом с Верой я чувствовал, что у меня крадут душу, и я получаю от этого удовольствие.
- Как прошла поездка? – спросила она с теплой открытой улыбкой. Лжешь или нет, маска или искренний интерес? Я смотрел на нее, не находя ответа, и это раздражало.
- Продуктивно, - бесцветно отозвался я.
- Ты провел неделю с самой прекрасной женщиной Ада, - задумчиво промолвила она, присев на край бассейна. Демонесса опустила ноги в воду и подняла на меня испытующий взор. Сейчас я бы все отдал за телепатические способности Любви и Михаэля, чтобы узнать, о чем она думает. С чертовкой было проще. Бурная страсть и безумные ночи, полные животного наслаждения, никаких обязательств, никаких чувств, только инстинкты и желания, коктейль ненависти и необузданного влечения. А Вера? Сейчас она заставляет испытывать вину и неуверенность, одновременно с идиотской радостью, что я снова увиделся с ней, хотя между нами ничего нет. Ненавижу это непонятное ощущение!
- Ты хочешь знать спал ли я с ней? – впустив как можно больше яда, с усмешкой спросил я, ощущая во рту мерзкий привкус чувства вины. Она грустно улыбнулась и начала изучать рисунок дракона на дне бассейна. Мне захотелось сделать ей больно, отмстить за мое мерзкое состояние, ведь все было хорошо, пока она не заявилась.
- Ты волен поступать так, как пожелаешь, и быть с тем, с кем хочешь. Я – никто тебе, ни мне судить тебя, - она говорила спокойно и уверенно, будто терпеливо объясняла отстающему школьнику нерешенную им задачу. Расстояние, разделявшее нас, я пересек в мгновение ока. Вера удивленно вскрикнула, когда я потянул ее на себя, заставляя упасть в бассейн. Я крепко держал ее за плечи, погружаясь в омут ее ошеломленных синих глаз.
- Что за игру ты ведешь? Что тебе нужно от меня? – прошипел я. Слабость для меня сейчас непозволительная роскошь. Сейчас, когда я так близок к источнику новой силы, сулящей мне свободу, я не собираюсь идти на поводу у бесполезных чувств. Руки соскользнули с ее плеч, и я окунулся под воду. Откуда взялись сомнения, и когда они успели поселиться в моем сознании. Может быть, снова фокусы Любви? Может мне просто убить Веру, или приказать Даниэлю отослать ее куда-нибудь, или вернуться самому в Алый Храм?
Я вынырнул и сделал глубокий вдох, открываю глаза, а она все еще стоит передо мной, гипнотизируя проницательным синим взором.
- Уходи, - устало выдавил я и поплыл к противоположному бортику.
- Хочешь сбежать, Саске? На тебя это не похоже, - в ее спокойном голосе скользит осуждение и вызов. Я остановился и в упор уставился на нее.
- Уверена, что не хочешь, чтобы я сбежал?
- Мне самой надоело убегать от своих чувств к тебе. После того разговора в беседке, я почувствовала притяжение к тебе. Это было, как мимолетная вспышка, я просто поняла, что могу доверять тебе, что ты защитишь меня. А когда ты снял печать, все стало на места, Тьма вновь прикоснулась к моей душе, протягивая незримую нить от моего сердца к твоему. Ты спас меня из Алого Храма, ты принял меня такой какая я есть, несмотря на... на то, кем я была для Даниэля. Даже после того, что я рассказала тебе о моей жизни с Даниэлем, о событиях в подземельях Алого Храма, я не увидела и не почувствовала в тебе отвращения. Саске, рядом с тобой я чувствую себя королевой Тартара, а не никчемной полукровкой, в которой все видят грязную шлюху.
Она двинулась ко мне, и я не стал останавливать, ведь сейчас я получаю желаемое. Прикосновение ее нежных губ было неуверенным, словно она боялась, что я оттолкну. Легкий поцелуй, словно трепет крыльев бабочки, быстро перерос в страстный и глубокий. Мои пальцы зарылись в белоснежные кудри. Она запустила одну руку мне в волосы, другая блуждала по спине, оставляя неглубокие царапины. Я зарычал в ответ, прикусывая нежную кожу на шее. Стройные ноги девушки обвились вокруг меня, я подхватил ее и телепортировался к себе в комнату. Мокрые белые волосы разметались по подушке, выделяясь на черных простынях, ее глаза тлели в темноте завораживающим сиянием, из приоткрытых полных губ вырывалось глубокое возбужденное дыхание. Прозрачные капельки брильянтами скользили по мокрой коже, подсвеченные небесными переливами, проникшими в комнату через открытое окно и теперь отбрасывающие прозрачные пурпурные тона на любовников, застывших в темноте. Промокшее платье, облепляющее ее тело, вызывало острое желание порвать его к чертям собачим.
- Саске, перестань дразнить меня, - процедила она, вцепившись в простыни, и испепеляя жарким взглядом. В тихом омуте черти водятся. Все-таки они с Любовью похожи. Вера резко села, вовлекая меня жадный страстный поцелуй. Затем она чуть отстранилась и проговорила волшебным сладким, как мед голосом, опаляя мои губы горячим дыханием. – Только я! Думай только обо мне! Ни о ком кроме меня! Люби только меня одну! Я могу стать твоим миром, грешник!
Затем я ощутил резкий всплеск силы, выбивший последние мысли из головы, осталось только ощущение безграничного наслаждения, затмившее все вокруг.
Я лежал на кровати, уставившись в потолок, Вера спала рядом, положив голову мне на плечо. Я осторожно провел по тонким изящным пальцам ее руки, покоящейся у меня на груди. Что произошло сегодня ночью? Что она сделала? Мы не просто занимались любовью, я упустил нечто важное. Теперь ощущение необъяснимой связи с ней стало более острым. Я аккуратно повернулся на бок, чтобы не разбудить Веру, и посмотрел на ее безмятежное лицо, легкую улыбку, скользнувшую по губам, когда я бережно провел по шелковым белоснежным волосам. Моя. Только моя, убью любого, кто попробует забрать. Почему я не хочу ее отпускать?
- Доброе утро, - с нежной открытой улыбкой проговорила она, околдовывая таинственным индиговым взглядом. Я накрыл ее губы своими, желая проверить, не является ли она иллюзией.
- Доброе, - отстраняясь, прошептал я, чувствуя, как внутри разливается теплота, а душа рвется в небо.
***
Время летело без оглядки. С отъезда Михаэля прошло уже полтора года, вселенские проблемы оказались значительно сложнее, чем он предполагал. А я радовался, что получил отсрочку от встречи с повелителем Снегограда. Моя жизнь сильно изменилась. Можно ли обрести счастье в Аду? Здравомыслящий человек назвал бы меня сумасшедшим, если бы услышал мой вопрос. Наверное, я действительно спятил, если считаю своей семьей занудного чопорного Даниэля, повернутого на генетике. Еще не будем забывать вспыльчивого оборотня Рэя с его обостренным чувством справедливости. Но особое положение в моей жизни занимают Надежда и Вера. Я очень горжусь своей синеволосой ученицей, сирин не перестает меня удивлять, она схватывает все налету. Если бы у меня была дочь, я бы хотел, чтобы она была такой, как моя непоседливая ученица. И, наконец, Вера. Именно она изменила мою жизнь. Раньше я жил только ради себя, ради мести и ненависти, но сейчас мне хотелось приложить мыслимые и немыслимые усилия, чтобы сохранить мой маленький Рай. Теперь я понимаю вас, брат и Наруто. Вы сражались, защищая за близких сердцу людей, без которых жизнь теряла смысл, а мир обращался в тлен.
- Занимаешься самоедством? – ехидный голос Скарлетта прогремел над самым ухом.
- Я медитирую, дебильный принц, - не открывая глаз, пробормотал я.
- О прошу прощения, ваше сволочное высочество, - язвил рыжий волчара. – А если серьезно. Саске, ты в последнее время на своей волне пребываешь. С Верой поссорился?
- Нет. Она не причем. Дело во мне.
- А по подробнее?
- Отвали. И убери свою веснушчатую рожу от моего лица, - прошипел я, продолжая неподвижно сидеть с закрытыми глазами.
- Нет! Ну что за скотина?! К нему с душой, а он...
- Принцы не должны выражаться подобным образом.
- Ты на меня плохо влияешь! Не отстану, пока не объяснишь, что с тобой происходит! Все волнуются, но не хотят показаться назойливыми. Я жду!!! – Раймонд шлепнулся на пол напротив меня, пытаясь просверлить взглядом дыру в моем черепе. Я тяжело вздохнул и соизволил посмотреть на внешний раздражитель. Мы молча пялились друг на друга. И, наконец...
- НУ ВСЕ!!! Пойдем выйдем!!! – заорал Скарлетт, вскочив на ноги.
- Зачем? – невозмутимо поинтересовался я, отлично зная, что довожу оборотня до белого коленья.
- Я собираюсь набить твою кирпичную высокомерную морду! – взревел парень.
- Хн. Зачем?
- Ты издеваешься?!!
- Зачем? – еле сдерживая смех спросил я, а затем молниеносным движением увернулся от огромного волка, покрытого кроваво-красным мехом. Звериная сущность Скарлетта зарычала медленно двигаясь ко мне. Затем оборотень остановился и сел на задние лапы, неодобрительно покачав головой, а потом почесал ухом, как самый обычный пес. – Блохи замучили?
- Дурак! – хрипло пробасил Рэй. Я подошел к нему и почесал за ухом, зверь зажмурился от удовольствия, позволяя себя гладить.
- Я стал слабым, и ненавижу это, - пустым голосом проговорил я. – У меня плохо получается контролировать темную материю, раньше было легче. Если так пойдет дальше, я не смогу вас защитить.
Волк поднял на меня хитрый насмешливый золотой взгляд, а затем лизнул мне щеку.
- Совсем охренел?! – рявкнул я, отшатнувшись от рыжего и старательно вытирая лицо. Но оборотень подошел ко мне и ткнул носом в грудь, молча заявляя, что его необходимо погладить. Наглая мохнатая венценосная особа легонько прикусила мне ладонь, выражая свое недовольство. Желания спорить не было, поэтому я решил капитулировать и сел на пол. Зверюга положила свою огромную башку мне на колени, а я машинально начал водить рукой по грубой красной шерсти. – Я не хочу терять все это, - задумчиво проговорил я, а в мыслях вспыхнула теплая улыбка и завораживающий сапфировый взор. Вера стала значить для меня слишком много, да и остальные тоже, но светловолосая демонесса была особенной, необходимой, как воздух. Она была единственным демоном, которому удалось поймать мою душу, и ее старший брат вряд ли обрадуется такому повороту событий. Выслушает ли он меня, если я попытаюсь ему все объяснить? Он мой друг, он сможет понять и помочь мне. Или же... - Скарлетт, у тебя была пара в Мире живых?
Волк посмотрел на меня печальными глазами и кивнул.
- Мелиса... Ее больше нет. Я не смог ее защитить, - его скрипучий голос пропитывала горечь потери и бесконечная тоска по возлюбленной. – Стоит мне закрыть глаза, и я вижу ее в зеленом бархатном платье, бегущую по ромашковому полю ко мне. Ее злотые глаза сияют счастьем и любовью, ветер развивает огненно-рыжие волосы, а ее смех звучит, словно музыка в ушах. А потом приходит осознание того, что это сон, тогда я готов выть от отчаяния, потому что никогда не увижу ее вновь, не смогу уловить ее волшебный аромат, обнять, поцеловать... - волк замолчал, закрыв глаза. – Нет ничего больнее потери суженной. Ты боишься потерять Веру?
- Не знаю. Наверное. Но умом я понимаю, что разрыв отношений с ней и со всеми вами, позволит нам все избежать кучи проблем.
- Ты не из тех, кто убегает, Саске. Если ты любишь, нужно бороться за свои чувства, а не обесценивать их с помощью беспощадных холодных доводов разума.
- Рэй, только в сказках можно позволять эмоциям брать верх, и потом жить долго и счастливо. Справедливость, истинную дружбу и любовь можно найти только там. На самом деле все намного проще и уродливее, нет никаких высоких чувств и порывов, есть сильные и слабые, короли и рабы. И основной принцип: выживает сильнейший.
- Это не так! – рявкнул волк, поднявшись на ноги. – Я ведь твой друг, не слуга, а друг, также как и Даниэль! Если бы в тебе не было чувства справедливости, ты бы не стал спасать меня. Прекрати лгать себе и утверждать, что любви нет места в твоем сердце! Ты бы видел себя со стороны, когда находишься рядом с Верой и Надеждой! Ты не замечаешь, насколько ты нежен и добр по отношению к ним, как ярко проявляется твое желание защитить их. Тебе больше не нужна темная материя, Саске! Ты просто хочешь быть рядом со своей семьей, с нами!!! Признай это!!!
Раймонд развернулся и пошел прочь. Его слова поставили все на места. Я действительно больше не желал силы бездны. Виски пронзила адская ни с чем несравнимая боль, а мир потонул в кромешной тьме.
Когда я открыл глаза, то увидел небо, пылающее алым огнем. Я находился на небольшом круглом островке, омываемом мрачным багровым морем, простирающимся до кромки горящего небесного купола. Босые ноги утопали в черной, как уголь траве, по которой скользнул едва ощутимый ветерок, послышался шелест листьев. Я обернулся и увидел раскидистое дерево, возвышающееся в центре таинственного острова. Сакура с ярко-алыми цветами, опадавшими на черную траву маленькими капельками крови. Окружающий меня мир пугал и восхищал одновременно.
- Значит, ты больше не желаешь обрести силу? – скрипучий надорванный голос пронзил мертвую тишину. Резкий порыв ветра осыпал меня снегопадом алых лепестков. Послышался звон цепей, они взметнулись от основания ствола дерева и вонзились в пылающее небо. Я направился к кровавой сакуре. Сладкий аромат цветов смешивался с отвратительным запахом разложившейся плоти. К стволу дерева был прикован живой мертвец, его полусгнившее тело опутывало множество цепей. Он разразился булькающим хохотом, от которого у него лопалась кожа на щеках, обнажая кости, глаз, вывалившийся из глазницы, болтался, словно маятник в такт его движениям, волосы редкими клоками покрывали череп, обтянутый серо-синей кожей, покрытой трупными пятнами.
- Кто ты? – тихо спросил я, пытаясь дышать как можно реже из-за резкого запаха, источаемого мертвецом.
- А ты присмотрись хорошенько? – он снова засмеялся, стуча костлявым кулаком по земле.
Я подошел к нему и опустился рядом. Мое внимание привлекла энергия, излучаемая цепями. Я коснулся золотой привязи, напоминающих переплетение чешуек.
- Михаэль, - прошептал я. Затем пальцы переместились на серебристую цепь, похожую на угловатый греческий орнамент, – Даниэль, – следующей стала изящная цепь из красного металла, представляющая собой переплетение цветов, – Любовь, – потом шла простая медная цепь. – Рэй, – констатировал я, переходя к гибкому металлическому поясу, переливающемуся сине-зеленым светом, – Надежда, – теперь я дотронулся до прозрачной хрупкой на вид жемчужной нитки, змеей опутывающей тело трупа, - Вера, - голос дрогнул, а в горле пересохло. Концы необычных кандалов уходили в пылающее небо, образовывая паутину над деревом. Я перевел взгляд на кусок ржавой оборванной цепи, торчащей из груди мертвеца, там, где должно находиться сердце. Неосознанно я потянулся к грязным звеньям, как живой труп перехватил мою руку, и мы уставились друг на друга, если конечно можно смотреть в пустые глазницы. – Ты это я?
- Неприятное зрелище, да? Ты в обители своей души.
- А ты воплощение... моей души?
- Нет. Багровое небо является твоей душой. Я – твоя ненависть, Саске. Твоя истинная сущность, источник твоего могущества, от которого ты хочешь отказаться в угоду глупых иллюзорных чувств. Ты стал игрушкой демонов, забыв о том, что ты – мститель. Они манипулируют тобой, потому что боятся твоей силы! Они отравили тебя иллюзиями о счастливой жизни, чтобы держать в узде.
Я открыл рот, чтобы начать протестовать, но живой труп схватил меня за грудки и притянул к себе. Отвратительная вонь ударила в нос, глаза заслезились, к горлу подступила тошнота.
- Не нужно ничего говорить, ты здесь, чтобы слушать, - проскрежетал почивший собеседник. – Сейчас ты мне не веришь, но скоро демоны, запутавшиеся в паутине собственных интриг и игр, сами разрушат свои хитроумные планы, а ты увидишь их истинное лицо. Поймешь, что любовь и дружба – пустые слова, а ненависть и жажда мести – все, что тебе нужно. Ты вернешься сюда, Саске, и разорвешь мои цепи, чтобы мы вновь сражались вместе! Ведь тебе не хватает ненависти!
Мертвец снова разразился безумным хохотом. Его охватило зеленое пламя, перекинувшееся на меня, все вокруг пылало в красно-зеленом огне. Я снова тонул в море боли и отчаяния без надежды на спасение.
Веки, казались свинцовыми, все внутри пылало. Почему сны неизбежно возвращают меня в Лес грешников? Я открыл глаза, тело не слушалось и мешком лежало на кровати, я даже руку поднять не мог. Что все это значит? Эти печати внутри меня? Проклятье! Я снова закрыл глаза. Собраться с мыслями и разобраться во всем. Ладно, успокоимся, хуже уже все равно не будет.
- Как ты себя чувствуешь, Саске? – внезапный впрыск адреналина в кровь сбросил с меня оцепенение, и я резко сел, несмотря на ноющую боль во всем теле. Обладатель глубокого обманчиво ласкового голоса, сидевший рядом с моей кроватью, дружелюбно улыбнулся и взял меня за руку, одарив заботливым обеспокоенным взглядом, на дне которого зарождалась буря.
- Михаэль, - осипшим голосом установил я.
Общее POV
В комнате повисла гнетущая тишина. Неожиданный приезд Михаэля застал Саске врасплох. Однако брюнет решил разом покончить с вопросами, мучившими его в последнее время.
- Нам нужно кое-что обсудить, - без обиняков проговорил Учиха.
- О чем ты хочешь поговорить, Саске? – спокойно спросил блондин, отпуская руку грешника.
- Я хочу принять твое предложение и стать низшим демоном, - осторожно проговорил брюнет, пытаясь держать себя в руках.
- И в чем причина столь резкой перемены? Или мне лучше спросить в ком? – ярко-голубое пламя скользнуло по синей радужке и вновь погасло. Холод пронизывал вежливый тон Михаэля, скрывая его истинные чувства.
- Я знаю, кто я и кто ты. Я благодарен тебе за все, что ты дал мне. И я знаю, что не имею права просить тебя, о чем либо, - Учиха замолчал и отвел взгляд, уставившись на свои руки. Он мог потерять все здесь и сейчас.
- Саске, - понимающим тоном отозвался блондин, заставляя проклятого вновь посмотреть на него. – Ты можешь сказать все, что тебя тревожит. Разве друзья не должны доверять друг другу?
- Прости, - прошептал юноша.
- Искренние извинения от тебя не часто услышишь, - усмехнулся повелитель седьмого круга. – Рассказывай, как дела, чем занимался, пока меня не было? – тепло улыбаясь, спрашивал он.
- Ты ведь видел мои мысли? – осведомился Саске, глядя демону прямо в глаза. Улыбка сползла с прекрасного лица, уступая место бесстрастной маске.
- Я боюсь, что мне не понравиться то, что я увижу, - признался блондин, его синий задумчивый взгляд устремился в окно. – Я не собираюсь облегчать тебе задачу, Саске. Мне нужно, чтобы ты сам озвучил свои мысли.
- Я хочу заключить союз с Верой, - на одном дыхании произнес грешник. Лицо демона ничего не выражало, внешне он совершенно спокойно воспринял полученную информацию.
- И когда твои чувства к ней стали более осмысленными? – небрежно спросил Михаэль.
- Я не знаю, не задумывался об этом, - медленно ответил Учиха.
- После вашей первой ночи? – уточнил блондин.
- Меня тянуло к ней после нашей встречи на балу, а после того, что между нами произошло, я понял, что действительно хочу быть с ней.
- Саске, ты готов отказаться от самого себя ради женщины? Забыть земное прошлое, вычеркнуть навсегда из своей жизни мать, Итачи и Наруто?
- Прошлое остается прошлым. Я счастлив, Михаэль. Здесь, в этом небольшом особняке. Мне нравиться общаться с Даниэлем, узнавать больше про этот мир. Я получаю удовольствие от глупых перебранок с въедливым оборотнем. Я люблю слушать волшебные песни Надежды, ее чистый звонкий смех, обучать ее боевым искусствам. Я горжусь ею, как отец гордился бы дочерью. И, как бы это дико не звучало, я люблю Веру, она стала моим миром. С ней легко, она всегда готова выслушать и понять, я доверяю ей. Она заботлива, красива, умна и хороша в постели. Вера – та женщина, которую я бы хотел познакомить со своей матерью и сделать своей женой, - слова Саске лились безудержным потоком, и теперь парень жалел, что правдиво выразил свои чувства. Его правда никому не нужна. Своим признанием он лишь подставил близких под удар.
- Ясно, - протянул блондин. – Тут ничего не поделаешь. А что насчет ее чувств по отношению к тебе? Вера – демон, Саске. Столь сильные чувства, подобные твоим, мы испытываем только по отношению к паре, а Вера была запечатлена с Даниэлем. Пары создаются один раз, следовательно, связь ваших душ не возможна по законам Тьмы.
- Это не так!!! – протестовал брюнет. – Я знаю ее! Все это настоящее!!! Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с ней! – вскочив с кровати, яростно доказывал он.
- Во время секса демон способен многократно усилить чувства партнера, доводя легкий интерес до одержимости.
- Я верю ей. Она никогда бы не предала меня! – не желая ничего слушать, кричал брюнет. – Ты ведь тоже не предашь меня, Михаэль? – неожиданно тихо спросил юноша. – Мне не на кого здесь рассчитывать, прошу помоги мне.
- Хорошо.
Саске резко поднял голову, устремив изумленный взгляд на демона. Грешник не ожидал, что его собеседник так просто согласиться. Парень ждал подвоха и предложения какой-нибудь сделки, но Михаэль молча пересек комнату и уставился в окно, а затем повернулся и по-доброму улыбнулся ему.
- Саске, ты мне очень дорог. Ты давно перестал быть для меня экспериментальным образцом, грешником или безликой собственностью. Я уважаю твой выбор и твое решение. Чтобы ты не выбрал, я никогда не откажусь от тебя. Я помогу тебе обрести того, кто действительно достоин тебя, - блондин подошел к Учихе и протянул ему руку, завораживая ангельской улыбкой. – Из тебя получиться превосходный демон. Ты и твоя пара обретете вечное счастье.
Саске просиял улыбкой и крепко пожал протянутую ладонь.
- Спасибо! Ты даже не представляешь, как много это для меня значит, - радостно проговорил брюнет. Сейчас Саске напоминал ребенка, получившего желанный подарок. Его открытая искренняя улыбка доставляла Михаэлю неземное наслаждение и адские муки одновременно. Юноша поверил демону и не стал прислушиваться к голосу разума, ослепленный радостью мнимой победы, Саске не заметил истинных чувств блондина, и не услышал скрытый смысл его слов. Грешник просто не хотел принимать жестокой правды.
- И какой подарок ты собираешься преподнести даме сердца? – осведомился блондин с притворным интересом.
- Подарок? Ты прав. Мне нужны кольца?
- Не обязательно. Печать союза заменит любые обручальные кольца. Это должно быть нечто особенное, то к чему тебя приведет твоя интуиция.
- Снова говоришь загадками, - недовольно пробурчал Учиха, а затем звонко щелкнул пальцами и с усмешкой посмотрел на демона. – Знаю! Хрустальную лилию!
- Сияние ледяной тьмы? – процедил Михаэль, ему пришлось отвернуться от юноши, чтобы скрыть лазуритовый взгляд, пылающий яростью. – Ты собираешься отправиться в зеркальные пещеры? Дорога туда и обратно займет четыре дня по нейтральной территории, населенной дикими зверями. Глупо так рисковать, чтобы потешить самолюбие какой-то полукровки!
- Моя интуиция дала мне такой совет. И у «полукровки» есть имя, Михаэль, - холодно отчеканил брюнет.
- Да, конечно. Просто, я беспокоюсь за тебя. Твой подарок достоин королевы, - тихо согласился повелитель Снегограда. – Хрустальная лилия, сияющая во мраке, символизирует чистую нерушимую связь. Бессмертный цветок с хрустальным бутоном, переливающимся всеми цветами радуги, дарили только правящей элите Тартара.
- Хм. Тогда решено. Увидимся через четыре дня, - бодро сообщил грешник, отсалютовав блондину.
- Ты еще не до конца поправился, - возмутился демон.
- Твой приезд подействовал на меня, как инъекция адреналина в сердце. Похоже, я зря беспокоился, - рассуждал брюнет, копаясь в шкафу. – Я думал, что ты устроишь мне персональный апокалипсис за мои подвиги.
- Мило. Я думал, мы доверяем друг другу? – с горькой усмешкой произнес синеглазый лорд.
- Теперь да. Я полностью доверяю тебе, - заявил Саске, повернувшись к демону с теплой улыбкой.
***
Четыре дня пролетели незаметно. Бело-черный айроцикл летел сквозь метель, разрывая ночную мглу ярким светом фар и разрядами серебристых молний, потрескивающих на турбинах. Учиха заехал в подземный гараж Даниэля и слез с железного коня, отряхивая снег с головы и пушистого воротника кожаной куртки. Парень снял пилотные очки, которые теперь болтались у него на шее. Брюнету внезапно вспомнился Наруто, лисенок носил подобные очки, пока не получил бандану Конохи. Саске нахмурился, глядя на свое отражение в стекле одной из машин, стоявших в гараже. Ему не хотелось терять свои воспоминания, они были его сокровищем, единственным, что по-настоящему принадлежало ему в этом проклятом мире. Молодой человек встряхнул головой, отгоняя мрачные мысли.
Взяв футляр со свадебным подарком, Учиха направился прямиком к виновнице его временного помешательства. Парень удивлялся себе, он никогда не представлял, что будет совершать подобные глупости ради женщины. Но юноша желал поразить свою возлюбленную, ведь Вера действительно была его королевой.
Брюнет бесшумно вошел в утопающую во мраке спальню. На широкой кровати под тонкой шелковой простыней спала прекрасная женщина с белоснежными волосами, рассыпавшимися серебристым морем на подушке. Шелк с нежностью обнимал обнаженное желанное тело, подчеркивая каждый изгиб, словно расплавленное серебро, растекшееся по коже демонессы.
Пушистые белые ресницы дрогнули, и грешник оказался в плену светящегося томного взгляда. На ее губах расцвела нежная ласковая улыбка, а затем она протянула брюнету руку, завлекая его в сладкие объятия.
- Ты вернулся, - прошуршала блондинка, обнимая его. – Я скучала.
- Взаимно, - произнес проклятый, наслаждаясь свежим легким ароматом ее кожи и волос. Саске разомкнул объятия и положил к себе на колени деревянный футляр, послышался звонкий щелчок открываемого замка, брюнет приоткрыл крышку, и его сосредоточенное лицо озарило радужное свечение, исходящее из коробки.
- Саске? – недоуменный голос привлек внимание парня. Он устремил на Веру серьезный пронизывающий взор. Стоило ли делать столь радикальный шаг и лишаться свободы, отдавая ее этой женщине? Раньше все казалось таким четким, а сейчас, когда он смотрит в прекрасные сапфировые глаза, мерцающие неоновыми искрами, у него возникли сомнения. Что если она лжет и использует? Насмешливый злобный голосок решил проснуться в самый неподходящий момент, когда он уже принял решение. Отступить или завершить начатое? – Саске, все хорошо? Ты пугаешь меня, - голос Веры прервал внутреннее противоборство юноши. Она смотрела на него с такой нежностью и любовью, что Учиха обозлился на себя за глупые сомнения.
- У меня для тебя подарок, - глухим голосом промолвил он, доставая из футляра чудесный сверкающий цветок. Вера ахнула, прижав руки к груди и переводя восхищенный взгляд с хрустальной лили на брюнета. Изящный хрупкий бутон переливался всеми цветами радуги, его сладковатый аромат медленно растекался в воздухе, а тишину, воцарившуюся в комнате, нарушал волшебный перезвон невидимых колокольчиков. – Я хочу заключить с тобой нерушимый союз.
Брюнет протянул демонессе цветок, ожидая ответа. Женщина бережно взяла лилию, ее пальцы аккуратно скользнули по светящемуся стеблю, провели по сверкающим лепесткам, а затем она положила сиянье ледяной тьмы на подушку.
- Да. Я заключу с тобой союз, Учиха Саске. Пусть Тьма соединит нас навечно, - в голосе блондинки звучало ликование и радость, она подалась вперед, вовлекая грешника в страстный исступленный поцелуй. Пальцы Учихи зарылись в белоснежные кудри, притягивая женщину ближе и углубляя жадный поцелуй. В комнате стало нестерпимо жарко, а одежда казалась слишком тесной. Грешник сорвал куртку, отбросив в сторону, туда же полетели очки. Руки демонессы задирали черный тонкий свитер, который парень стянул через голову, оставшись в черной борцовке. Он снова привлек возлюбленную к себе, чтобы забыться в страстной поцелуе. Внезапно Саске почувствовал нечто странное, присутствие тонких едва ощутимых визуальных чар. Брюнет резко отстранился, сверля ледяным взглядом удивленную блондинку, парень оттолкнул ее и встал с кровати.
- Если это была шутка, то у меня даже слов, чтобы описать насколько она неудачная, - прошипел грешник. Его глаза заволокла темнота, а кожа на лице начала трескаться. Демонесса грациозно поднялась с кровати, по ее губам скользнула змеиная улыбка, а глаза сверкали удовлетворением хищника, загнавшего добычу в угол. Ярко-голубое пламя охватило точеную фигуру «Веры», а когда оно рассеялось, то перед Учихой предстал повелитель Леса Грешников.
- Саске, я же просил не совершать глупостей в мое отсутствие. Мне придется преподать тебе жестокий урок, наивное дитя, - проворковал демон.
Тело брюнета пронзила невыносимая боль, будто в него разом вонзилась тысяча ледяных игл. Он даже не смог закричать, потому что горло сдавил спазм, холод жег глаза, и каждый вздох замораживал тело изнутри.
- Удивлен? Таков воздух Тартара на самом деле. Без моей защиты, - произнес мужчина, нависая над застывшим на полу парнем. Саске попытался вызвать пламя бездны, как его окатила новая волна боли, а на его теле появилась вязь загадочных символов. – Это сдерживающие печати, которые мы используем для усмирения Инквизиторов. Ты не сможешь воспользоваться темной материей, пока на тебе заклятье.
- Где Вера?! Что ты с ней сделал?! – выдавил юноша дрожащим от холода голосом. Михаэль больно вздернул грешника за волосы, заставляя Саске посмотреть на него. Гротескные черты, проступающие сквозь безупречную ангельскую маску, исказили прекрасное лицо до неузнаваемости. Демон отшвырнул парня в сторону и растворился в синем пламени, охватившем всю комнату. Послышался треск ломающихся стен и мебели. Комната начала рушиться пол провалился вниз, а потолок разлетелся грудой камней. Огонь продолжал бушевать вокруг брюнета, пока взору Учихи не предстало пурпурное небо, метель стихла, он оказался на улице рядом с развороченным крылом поместья, где обычно размещали гостей. Парень попытался встать, как его ладони обожгла леденящая боль, Саске отдернул руки от заснеженной поверхности, резко сев, его бил озноб, мысли путались от нестерпимого холода. Юноша оторвал взгляд от разодранных в кровь ладоней и увидел дракона, испепеляющего его яростным взглядом. Сейчас проклятый смотрел в горящие глаза повелителя Снегограда, представшего перед ним в истинном облике.
- Везет мне на рептилий, - невесело пошутил Учиха, глядя на покрытого блестящей синей чешуей змеевидного дракона. Хотя его опекун в звериной ипостаси был гораздо привлекательней Орочимару.
- Рад, что тебе весело, грешник, - в громовом голосе чудовища переплеталось эхо металлических голосов. – Ты забыл свое место, Учиха Саске, забыл о том, куда попал. Тартар - не мир живых, а ты - не демон, а обычный жалкий грешник, существо, не имеющее никаких прав. Но я прощу тебя, - смиловался дракон и снова принял человеческий облик. Михаэль подошел к брюнету, которого сотрясала крупная дрожь, и поднял его с земли, перенося в свой дворец.
Боль и холод отступили, позволяя Саске связно мыслить. Кто-то аккуратно прикоснулся к его губам, будто боялся спугнуть, начиная легкий нежный поцелуй. Мозг Учихи замолотил, словно колеса разгоняющегося поезда. Парень оттолкнул нависшего над ним мужчину, яростно вытирая губы.
- Черт тебя подери, Михаэль! НЕТ! – прорычал грешник, отодвигаясь от светловолосого лорда. – Мне нужна Вера, - отдышавшись, постановил юноша.
- А ты ей нужен? – расслабленно спросил блондин, накручивая на палец белоснежную прядь. Михаэль выглядел очень довольным. – Хотя речь не только о никчемной полукровке, а также о твоих новоявленных друзьях: оборотне, Даниэле и синеволосой соплячке, с которой ты носишься, как с писаной торбой. Ты не думал, что все они тебя использовали, каждый по-своему?
- Мы все используем друг друга в большей или меньшей степень, - заметил брюнет. Он поднялся с кровати, желая находится подальше от хозяина седьмого круга. Саске посмотрел на запястья и обнаружил метки сдерживающего заклятия, в данный момент он был совершенно бессилен. Страх мелкими шажками подкрадывался к нему, напоминая о себе презрительным злобным смехом, леденящим кровь.
- Знаешь, в чем разница между человеком и демоном, Саске? – насмешливо поинтересовался Михаэль, не сводя с парня хитрого взгляда. – Мы точно знаем, чего хотим и получаем это любой ценой, либо уничтожаем, чтобы не досталось другим. А вы, люди, слишком нерешительны, часто пасуете перед трудностями и находите тысячи причин, чтобы отказаться от того, чего желаете всей душой.
- Я знаю, чего я хочу! – решительно заявил брюнет. – И я не собираюсь отступать.
- Это все пустые слова, Саске, неподкрепленные силой. Мы оба знаем, что тебе нечем крыть. Да и глупо рисковать, ради тех, для кого ты просто средство достижения цели.
- Ложь!
- Мне жаль тебя, мое глупое упрямое дитя. Но мне придется причинить тебе боль, чтобы ты уяснил, насколько жестоки и вероломны окружающие. Я хочу, чтобы ты понял, что твоя так называемая семья всего лишь иллюзия, а ты – обманутый ребенок, которого окружали предатели, смеющиеся за твоей спиной.
Михаэль в мгновенье ока оказался напротив Учихи, ткнув его пальцем в лоб, как делал это Итачи.
- Начнем с легкого аперитива, Саске, - призрачный голос скрылся за водоворотом воспоминаний, затянувшим брюнета.
Юноша оказался в огромном светлом кабинете. Из окна открывался прекрасный вид на центральную площадь Кристалиса. Дверь скрипнула, и в комнату вошли двое мужчин, в которых Учиха сразу узнал Даниэля и Михаэля.
- До меня дошли слухи, что Саске побывал в Алом Храме, - в спокойном вежливом тоне мужчины, который сел за большой письменный стол, сквозила неприкрытая угроза. Он расслабленно откинулся в кресле, не сводя острого синего взора со своего гостя.
- Я здесь чтобы предупредить тебя, Михаэль, - отчеканил демон. Лицо Даниэля не выражало никаких эмоций, словно безупречная восковая маска. Его оппонента явно удивило столь отстраненное поведение. Блондин вопросительно приподнял бровь, рассматривая застывшего перед ним мужчину. Хозяин Леса грешников облокотился на стол, поставив руки домиком и положив на них подбородок.
- Ты выглядишь весьма самоуверенно для цепного пса, - ехидная улыбка скользнула по тонким губам, не достигнув тяжелого изучающего взгляда. – Ты изменился, Даниэль.
- Я не из тех, кто ведет пустые разговоры, Михаэль. Учиха Саске снял с меня печать уз. Теперь тебе придется считаться со мной, - надменно заявил блондин, поправляя очки.
- Это угроза? – с хищной улыбкой проворковал светловолосый лорд, развалившись в кресле.
- Предупреждение, Михаэль. Саске больше не доверяет тебе, как раньше, он видел мои воспоминания. Твой нимб покрылся ржавчиной, мой старый друг, - с холодной усмешкой известил ученый.
- Не забывайся! – прорычал демон, сверкая пылающим взглядом. Звенящую тишину нарушил треск раздавленных подлокотников, которые слишком сильно сжал хозяин кабинета.
- Меня и Саске сковывает клятва нерушимого союза, - с триумфом произнес Даниэль.
- Ты врешь! Он никогда не сделал бы подобного! – неистовствовал дракон, вскочив на ноги.
- Он принял мою клятву вечного слуги, ты в свое время сделал то же самое. Когда-то ты жестоко обманул меня, любимый, - издевательски проговорил блондин, одаривая оппонента мстительным взглядом. – Теперь настало время платить по счетам. Я приложу все свои силы, чтобы мальчишка заставил тебя страдать также сильно, как в свое время ты заставил меня. Надо мной больше нет твоей власти, Михаэль. Твои печати больше не сковывают мою силу. А мой новый хозяин слишком благороден и наивен, чтобы подозревать меня. Ведь демоны – искусные манипуляторы, приказы людей можно повернуть как угодно, ведь они не сильны в точных формулировках в отличие от нас. Он красивый мальчик, Михаэль, меня частенько посещают мысли овладеть им.
Холод начал растекаться по комнате серебристой дымкой, а белое сияние обволакивало тело Михаэля, обуреваемого яростью. Фиолетовое свечение охватило мрачного, но абсолютно спокойного Даниэля. На миг ученый исчез из виду, появившись напротив давнего врага, его сверкающий клинок пронзил живот Михаэля, подавляя его силу.
- Рана не смертельна, - произнес ученый, резко выдернув меч из тела жертвы. Поверженный демон упал на пол, зажимая кровоточащую рану. – В плане магии и физической силы я всегда превосходил тебя, но ты одолел меня хитростью. Теперь, когда я обрел свободу, я могу вернуть все, что ты отнял у меня. Но моя цель – твое отчаяние, Михаэль. Если ты не хочешь, чтобы тебя сбросили со сверкающего Олимпа, ты будешь вести себя тихо. Забудь о Саске, теперь он мой проект, и я не желаю, чтобы какая-то никчемная тщеславная ящерица-переросток мешала моим исследованиям.
- Ты заплатишь! Я никогда не прощу твоей дерзости!
- В нашем мире правит сила, Михаэль. И в данный момент она на моей стороне. Сегодня у меня поединок с тем, мусором, которому ты отдал Кровавую пустыню. Я верну себе былое величие, мой старый друг, а тебя ждут мучения, подобные тем, что терпят узники Инквизиторов. У меня появилось превосходное орудие пыток, по имени Учиха Саске. Знаешь, после того, как я завершу свои исследования и наиграюсь с ним, я убью его у тебя на глазах. Хороший план, не правда ли?
Воспоминание рассыпалось снежным вихрем, оставляя горький привкус предательства и разочарования, ведь воспоминания никогда не лгут. Саске открыл глаза, проникая в следующий эпизод, который добавит очередную трещину в его сладкой иллюзии.
- Что тебе нужно от меня, высший? - раздраженный грубый голос принадлежал вспыльчивому оборотню, стоящему напротив Михаэля рядом с замерзшим фонтаном в парке на территории поместья Даниэля.
- Хотел поближе познакомиться с одним из друзей Саске, - приветливо отвечал блондин, улыбаясь напряженному волку.
- Зачем? – нахмурившись, буркнул рыжий, окинув демона недоверчивым взглядом. Ответом ему была загадочная улыбка, усыпляющая бдительность Раймонда. Обольщение удавалось Михаэлю лучше всего. Игра с чужими сердцами забавляла и приносила удовлетворение прекрасному лорду. Его рука с нежностью скользнула по щеке Скарлетта, тонувшего в синеве сапфировых глаз, подавляющих волю и вызывающих желание отдать душу ради благосклонности коварного демона.
- Мелиса, - прошелестел блондин. Рэй вздрогнул, будто его ударило током, парень отшатнулся, устремив грозный взгляд на улыбающегося аристократа. – Твоя любимая. Сердце и душа скорбят об утрате, разрываясь на части. Ты бы хотел вернуть свою прежнюю жизнь, Раймонд Скарлетт?
- Это не возможно, - в обреченном голосе волка проскользнула легкая неуверенность, горящая искрой надежды.
- Нет ничего невозможного, - успокаивающе говорил блондин, протягивая руку оборотню, тот неуверенно вложил свою ладонь в его, подходя ближе к фонтану. Повелитель Леса грешников звонко щелкнул пальцами, оживляя замерзшие струи воды, льющиеся из кувшина в руках русалки. Статуя открыла глаза и одарила гостей чарующей улыбкой.
- Что желает увидеть, мой прекрасный Господин, - ее завораживающий голос журчал игривым весенним ручейком, прогоняющим зиму и зазывающим весну, а томный серо-голубой взгляд устремился к Михаэлю.
- Правду, плененная морская дева, - прозвучал ответ. – Покажи родных и близких этого юноши, здравствующих в ином мире.
- Как Вам будет угодно, Повелитель.
Вода, льющаяся из кувшина, засияла крохотными искрами, превращая наполняющийся фонтан в окно, ведущее в космическую бесконечность. Далекие звезды и планеты проносились перед глазами зрителей, устремляясь вглубь неведомой галактики. Картинка замерла перед сине-зеленым шариком, братом-близнецом нашей Земли. Взгляд устремился сквозь облака и полетел камнем вниз, будто орел, заметивший добычу. И перед Рэем предстали близкие сердцу люди.
- Иллюзия? – дрожащим голосом спросил юноша, упав на колени и вцепившись в бортик фонтана.
- Нет, юный оборотень, другое измерение. Их принц бесследно пропал во время Большой охоты, но они не теряют надежды на его возвращение. Однако их упования напрасны, потому что юноша был убит и съеден демоном, сбежавшим из нашего мира, - рассказывала русалка. Затем она дотронулась до водной поверхности, вызывая круги, сменившие картину и явившие взору рыжеволосую девушку в зеленом платье. Она сидела на поваленном дереве посреди ромашкового поля и плела венок. В золотых глазах затаилась грусть, а по щеке скользнула слеза, когда она оторвалась от своего занятия и посмотрела на алый закат.
- Рэй, любимый, возвращайся скорее. Я не могу больше так. Ты нужен мне, - прошептала она, венок выскользнул из ее рук, а слезы потекли по щекам.
- Мелиса! – крикнул Скарлетт, подавшись вперед, но тяжелая рука удержала его прежде, чем он прыгнул в волшебные воды. Юноша устремил негодующий взор на высшего сдерживающего его, желая разорвать мужчину в клочья. Однако гипнотический взгляд Михаэля удерживал его на месте.
- Хочешь быть с ней откажись от Саске, - бесстрастно проговорил блондин.
- Он – мой друг. Пошел к черту, ублюдок. Твои фокусы больше не сработают, - прорычал оборотень, отшатнувшись от аристократа.
- Не могу поверить! Саске научился окружать других своей защитой. Впечатляет, - усмехнулся демон. – Хотя против меня она почти бесполезна.
- Я не предам Саске!
- Благородно, принц без королевства, - оценил блондин. Раймонд бросил последний взгляд на девушку, отражающуюся в водяном зеркале, и прошел мимо могущественного демона, желая оказаться подальше от соблазна, но наигранно скорбный тон остановил его. – Ее сердце разбито, а воля к жизни потеряна. Родные решили выдать ее замуж за другого. Она попытается сбежать из-под венца, но ее поймают. Разгневанный жених изнасилует ее, а потом отдаст для плотским утех своим подчиненным. Не выдержав позора, она покончит с собой.
Рэй замер, а затем повернулся к манипулятору. Он разрывался между другом и возлюбленной, ведь в Саске он видел брата, но воссоединение с Мелисой... Брюнет поймет его, и не будет держать зла, если Скарлетт захочет уйти? Ведь Учиха всегда был одиночкой, к тому же у него есть Вера, а у Рэя никого.
- Как я могу верить тебе, высший?
- Я предлагаю тебе выбор, Раймонд. И я не лгу. Я даю тебе возможность вырваться из Ада.
- Если я соглашусь, что будет с Саске?
- Твое согласие на сделку со мной аннулирует клятву верности, данную тобой перед лицом Тьмы. Обычно от этого умирают, но я достаточно силен, чтобы обратить обет, засвидетельствованный Мраком, поскольку он был дан низшему существу, грешнику. Однако это приведет к тому, что ты дашь мне возможность наложить заклятье подавляющее силу Саске.
- Я не... - Скарлетт замялся, сжимая кулаки. – Я не могу. Я не должен... Я...
Оборотень поднял затравленный взгляд на хитрого собеседника, наслаждающегося бурей противоречий, кипящей внутри волка.
- Все очень просто, юный принц. Прислушайся к себе, и ответь на вопрос: чего ты желаешь больше всего на свете? И сомнения исчезнут, как снег, тающий под лучами весеннего солнца.
- Мелиса... Я хочу быть с ней, - тихо произнес он, повесив голову.
- Цена тебя устраивает? Тот, кто не раз уберег тебя от смерти и стал твоим другом, ты готов отказаться от него ради воссоединения с возлюбленной? Готов обратить данный тобой обет в ложь, дающую мне власть над Учиха Саске? – голос Михаэля звенел торжеством, а в глазах появился безумный триумфальный блеск.
- Да. Именем Тьмы я отказываюсь от данной клятвы, под защитой повелителя седьмого круга Ада, Михаэля. Да простят мне предательство мои Предки и мой друг.
Саске вынырнул из воспоминаний, ощущая, как внутри него расползается зияющая пустота, славно черная дыра, разинувшая свою прожорливую пасть. Его спокойный мирок рассыпался на глазах. Обжигающие мысли о предательстве Веры и Надежды прожигали все аргументы в их защиту. Грешник не хотел знать правды, потому что она беспощадно раздавит его счастливую иллюзию.
- Что ж, давай сразу перейдем к главному блюду в сегодняшнем меню, - брюнет вздрогнул от звука глубокого бархатистого голоса. Но не успел он собраться с мыслями, как пронизывающий холод вонзил в него ледяные когти, а метки на запястьях засветились красным. Проклятый рухнул на бок, устремив ненавидящий взгляд на того, кого считал близким другом. Затем Учиха ощутил знакомый свежий аромат жимолости и сирени змеящийся в ночной темноте.
- Вера, - с трудом вымолвил грешник, глядя на вошедшую женщину со смесью изумления, облегчения и тревоги. Кружевной пеньюар окутывал изящную фигуру тончайшей паутинкой искусных узоров из переплетенных сказочных цветов, рукава расширялись невесомыми крыльями, спускающимся от локтя до кончиков пальцев, белоснежные кудри струились по плечам, словно дорогое манто. Казалось, прекрасная дева была соткана из тонких лучиков лунного света. Все ее существо излучало внутреннее сияние, сейчас Вера была прекрасна как никогда. Демонессу переполняла сила, она излучала сияние зимнего утра с его потрескивающим морозом и искрящимся снегом. Эйфория отступила, и Саске осознал, что сила его возлюбленной многократно возросла, а в Тартаре у всего была своя цена, в особенности у магии. Подозрения злым роем жужжали над ухом, нашептывая оправдания вперемешку с обвинениями.
- Почему ты не смотришь мне в глаза, Вера? – несмотря на дрожь, сотрясающую его тело, проклятый задал вопрос твердым голосом. Женщина, завладевшая его сердцем, устремила на него прекрасный, но холодный и отстраненный взгляд, будто Учиха – пустое место, или, скорее всего, низшее существо, как утверждали демоны. Безразличие и надменность, отражавшиеся на лице Веры, говорили лучше всяких слов, теперь перед ним стояла знатная леди, которая ни за что не снизойдет до такого, как он.
- У всех есть своя цена, Саске, - решил напомнить о себе преподаватель жестокой правды. Михаэль подошел к Вере, его рука с нежностью провела по ее щеке, задевая белоснежные шелковые локоны, она скользнула вниз по шее и груди, замерев там, где возникла преграда виде тонких кружев. Небрежным движением он распахнул пеньюар и сбросил его с демонессы. Они оба были обнажены и сияли во мраке своим совершенством. Брат и сестра, разделяющие ложе, они упоенно ласкали друг друга, будто забыли о присутствии свидетеля их любовных игр. Их смех и стоны, крики и случайно брошенные фразы звенели в воздухе, раскаленном от наслаждения и магии. Но для брюнета, который лежал на полу, мир провалился в вакуум: пропали звуки, запахи, а на глаза опустилась тьма. Саске оказался в объятиях пустоты и безысходности, его охватило ощущение полной апатии, пока его персональную мертвую тишину не нарушило завораживающее пение синеволосой девочки, а ее улыбка не озарила его душу лучиком надежды. Его сирин! Что с ней стало? Жива ли его Надежда?
- Надежда умирает последней. Так говорят люди? – злой смех Михаэля рассыпался острыми осколками, пронзая тишину. Брюнет устремил кипящий гневом взор на улыбающегося мужчину, лежащего на кровати. Вера положила ему голову на грудь, рисуя неведомые узоры у дракона на груди.
Страх сдавил сердце беспощадными тисками. Страх перед потерей близкого человека вопил внутри Саске, как безумная баньши, раздирая его изнутри, страх рвался наружу, будто желал искромсать легкие и горло словами «пожалуйста, нет!». В Лесу грешников и в Тартаре он хорошо познакомился с физической болью, но сейчас на части рвали на части не его тело, а душу.
Михаэль наслаждался чувствами, выворачивающими Саске на изнанку, он ловил каждую мысль, эмоцию и чистый горько-сладкий страх своей жертвы. Он с упоением наблюдал, как трепещет и рвется алое пламя души его грешника. Блондин погладил по голове женщину, прильнувшую к нему, и посмотрел ей в глаза, отдавая немой приказ. Теперь на лице повелителя Снегограда отражалось предвкушение финального аккорда трагедии. Вера с кошачьей грацией соскользнула с кровати и взяла с комода большой сосуд, закрытый матерчатым чехлом. Она взяла его, а затем летящей походкой подошла к Учихе, поставив перед ним таинственный подарок, на лице демонессы появилась жестокая змеиная ухмылка, а потом она снова юркнула в объятья господина, вовлекая его в жаркий поцелуй.
- Прежде, чем я вручу тебе подарок, Саске,хочу сообщить тебе нечто интересное, - предупредил блондин, облизав припухшие после поцелуев губы. – Вера зачаровала тебя, чтобы ты влюбился в нее. Она сделала это, чтобы отомстить мне за свое унижение, и вынудить меня дать ей силу и покровительство. Я дал ей желаемое, и нужда в сексе с низшим существом отпала. Жестоко, не правда ли? – он вновь улыбнулся ядовитой улыбкой полной превосходства. – Входящие, оставьте упованья. Надежде нет места в Аду, мое наивное дитя.
Колпак на сосуде вспыхнул голубым пламенем, обнажив цилиндрический сосуд. В толще кобальтовых волос, словно среди мерно колышущихся морских водорослей в формалиновом растворе, виднелась отрезанная голова. Открытые бирюзовые глаза утратили свой блеск и казались тусклыми стекляшками, сияющая кожа потускнела, неся на себя отпечаток смерти, лицо, некогда отражающее калейдоскоп эмоций, застыло невыразительной маской. Его Надежда умерла.
Внутри Саске, что-то лопнуло, разорвалось на мелкие кусочки. Хотелось кричать и плакать, но голос оставил его, а слезы замерзли. Боль сменила всепоглощающая пустота, а потом пришел черед жгучей, как серная кислота, ненависти. И из груди грешника вылетел вопль, в котором не было ни капли человеческого, или, напротив, с криком отчаяния юношу покинули последние крупицы человечности, разбивая вдребезги веру, надежду и любовь в его измученном сердце.
- Давно не виделись, Саске.
Брюнет открыл глаза. Он парил в кромешной тьме, его окружала пустота. Из мрака сплелся силуэт и перед Учихой предстал его собеседник. Черное кимоно, протекоры на руках и ногах, взъерошенные обсидиановые волосы терялись в темном пространстве. Рука лениво покоилась на узкой рукояти Кусанаги, на тонких губах играла холодная ухмылка, прекрасно дополняемая высокомерным взглядом угольно-черных глаз. Перед ним стоял убийца Удзумаки Наруто, человек, уничтоживший Коноху и ее жителей, мститель по имени Учиха Саске. Нет. Воплощение ненависти, которое обрело свободу.
- Что происходит? – сумбур, царящий в голове грешника, не позволил найти другого вопроса. Все происходящее представлялось парню жутким кошмаром, и он искренне надеялся на счастливое пробуждение, пытался убедить себя в том, что все происходящее – обычный дурной сон.
- Брось. Ты не спал уже не одно десятилетие, - усмехнулся двойник. – Видения и иллюзии – это одно, а вот сон тебе не доступен. Если ты, конечно, не хочешь гореть в зеленом пламени гнева.
- Ты мне не ответил.
- Ты и сам все знаешь. Они использовали тебя и предали, Саске! Прими правду, и давай покараем их! За нашу гордость! За нашу боль! За нашу Надежду! Заставим их кровь стыть в жилах! Пусть они молят нас о пощаде! Станем их страхом, Саске! Давай сражаться вместе, как раньше, против всех! Испепеляя всех! Круша все на своем пути!
- Да...
И этого короткого слова было достаточно, чтобы все погрузилось во тьму, а душа юноши успокоилась, но, то было затишье перед бурей. Сквозь покров мрака и тишины до Саске долетели далекие голоса.
- Зачем его сюда привезли?
- Приказ Повелителя Михаэля. Он здесь уже неделю. Лорд Михаэль ждет, когда существо очнется.
- И зачем этот мусор привезли в Кристалис, да еще в эту тюрьму? У нас содержат только особо опасных преступников. А этот хиляк – обычный грешник. Почему на нем печати для сдерживания Инквизитора?
- Хватит. Не нам обсуждать решения Лордов!
- Мы также чистокровны, как и повелитель Леса грешников. Давай поиграем с ним! – послышался скрежет в замке и снятие блокирующих чар.
- Ты спятил! – воскликнул один из стражников.
- Ой, брось! Мы десятилетиями торочим на дрейфующем невидимом острове без баб, чтобы охранять невменяемых уголовников, к которым даже к камере боишься подойти, а этот – грешник, слабак, к тому же у него мордашка смазливая.
- Идиот! Он – собственность Лорда Михаэля.
- Ладно. Но ведь никто не узнает?
- Все верно. Никто не узнает, - голос, шелестом опавших листьев, звучал в холодном тюремном коридоре. Пленник, прикованный тяжелыми цепями к стене, поднял на них черные, как вулканическое стекло глаза. Стражники застыли, а на лице брюнета расползлась странная улыбка. – Откройте дверь и снимите с нас кандалы. Мы освободим вас.
Глаза демонов опустели и они подчинились. Тишину нарушал только скрежет ключа в замке, а затем произнесение заклинаний, наконец, открылась дверь, и стражники начали работать с кандалами. Когда прекратилась возня, стало тихо, а потом пронзительный крик рассек тишину разящим клинком.
Другие стражники материализовались рядом с камерой и активировали барьеры. Двое блондинов отделились от подоспевшей группы, и с осторожностью подошли к месту содержания преступника и заглянули внутрь.
- Да укроет нас Тьма, - прозвучал потрясенный голос одного из стражей.
Другие тоже подошли. Белые стены, пол и потолок небольшого пустого помещения были сплошь покрыты кровью.
- Вы тоже желаете освобождения? – вопрос прозвучал за спинами стражей, они обернулись, наблюдая с завороженным ужасом за фигурой, сплетающейся и языков черного пламени.
Крики и мольбы о пощаде метались в стенах тюрьмы, дрейфующей над Кристалисом, кровь ручейками струилась по гладкому полу, алые брызги оборванными крыльями стрекоз расписали белоснежные стены, багровые капли капали смертоносным дождем с потолка. Сегодня в тюрьме шел пир ненависти и отчаяния грешника, лишившегося рассудка.
***
Впервые за много тысячелетий столицу Тартара охватила паника, поскольку заключенные и стражи самой безопасной тюрьмы превратились в кровавое месиво. Элитные войска под руководством Дориана, хозяина девятого круга, Ледников обреченных, где томились ослепленные гордыней и предатели, обманувшие доверившихся, занимались расследованием и поиском виновника. Некоторые из членов Совета Тьмы прибыли в город, чтобы оказать поддержку: повелители второго, шестого и седьмого кругов. Жителям столицы советовали соблюдать осторожность, потому что на свободе мог оказаться Инквизитор.
Пурпурное небо смотрело в окно шикарной квартиры, расположенной в квартале, где обитала правящая элита Тартара. Свет наполнял роскошно обставленную спальню, но несмотря на богатую обстановку и дорогие вещи, украшающие комнату, здесь не ощущалось уюта. Все было красивой искусственной картинкой, символизирующей благополучие и достаток, однако в ней не было теплоты и душевности. Молодая женщина, сидевшая за изящным туалетным столиком, заставленным множеством модных в кругу светских демонесс зелий, задумчиво расчесывала волосы. Ее взгляд был пустым и далеким, она настолько потерялась в своих мыслях, что не заметила, как выключился свет, а в доме стало неестественно тихо, даже запах крови, отравляющий воздух, не смог привлечь ее внимания.
- О чем задумалась, Вера? – расческа выпала из рук и с глухим стуком ударилась о пол, а синие глаза впились в отражение темноволосого юноши, улыбающегося ей. Органы чувств блондинки с жадностью прикоснулись к окружающему миру, заставляя ее почувствовать запах крови и страха. Расческа скользнула по волнистым волосам, заставляя женщину вздрогнуть от неожиданного прикосновения. Вера хотела что-то сказать ночному гостю, однако леденящий кровь страх провел бритвой по ее горлу, отнимая голос. – Ты сияешь даже сейчас. Ты очень красива, грациозна и идеальна, но ты привлекла меня другим. Помнишь, как ты попросила меня забрать твою душу? – он оторвался от белой шелковой массы, положив расческу на столик. Брюнет наклонился к демонессе, вдыхая аромат ее волос. Черные глаза Саске смотрели на нее через зеркало, в них не было жажды крови или упоения ее страхом, в их темноте плескалась боль предательства и немой вопрос «почему?», а еще разочарование. – Твои глаза, полные решимости и готовности идти до конца – вот, что стало искрой, заразившей мой разум мыслями о тебе. Тогда я не знал твоих мотивов, теперь знаю. Ты хотела мести, а я был подходящим оружием. Я надеялся увидеть тот взгляд перед тем, как меня уничтожат, или отдадут Инквизиторам, или вернут во внешний Ад. Я хотел вновь встретить первую женщину, которую я желал защищать, ради которой я готов был отказаться от самого себя, которой я неосознанно отдал душу. Но ты лишь ее тень, очередная марионетка Михаэля, он превосходный кукловод.
Синий ошеломленный взор впился в отражение безмятежного спокойного лица. Сожаления нахлынули на женщину, словно цунами, неся за собой осознание непоправимой ошибки. Извинения никогда не вернут того, что она разрушила собственными руками во имя выгоды и незначительной мести. Вера сама стала оружием в руках Михаэля, только он не представлял, что удар будет настолько сильным. Слезы покатились по щекам, и она упала на колени, цепляясь за белую тюремную одежду.
- Саске, прости! Я... Я люблю тебя! Будь он проклят! Будь проклят Михаэль! Пожалуйста... - простонала она сквозь рыдания. Тень скользнула по лицу грешника, он отцепил от себя ее руки и направился к двери. Вера бросилась вслед за ним, обхватив юношу за талию, она прижалась лбом к его спине. – Не оставляй меня, Саске! Я пойду за тобой, будь то пытки Инквизиторов, или нижний Ад, только прими меня вновь. Я дам любую клятву, только не уходи!
- Почему ты убила Надежду? – бесцветный голос Саске подействовал на демонессу, как удар хлыста. Она резко отстранилась, будто прикосновение к Учихе причиняло ей боль. Грешник повернулся к ней, читая на ее лице неприкрытую обиду и гнев.
- Она стала платой, за мой договор с Михаэлем! Он приказал мне принести ее голову, если я желаю войти в высшее общество Тартара! – она вытянулась в струнку, надменно вздернув подбородок, мня себя благородной чистокровной леди.
- Ты лжешь, - в пустом голосе не было ни осуждения, ни угрозы, ни насмешки, а только констатация факта. Парень слишком устал «чувствовать», чтобы реагировать на театр, разыгрываемый в его честь. Юноша не спорил, возможно, вина и желание получить его прощение были искренними, но простить Веру он не мог.
- Правду хочешь, Саске?! – прошипела она, будто дикая кошка, готовая выцарапать глаза. Короткая фраза источала глубокую обиду и затаенную злость. Вера снова заплакала, спрятав лицо в руках. – Ты прав, если думаешь, что Михаэль не отдал мне прямого приказа убить твою любимицу. Но мы оба знаем, что он знал, кого я выберу. Она была моей соперницей, Саске! Мне приходилось делить тебя с ней!
- Надежда была ребенком! Я никогда не обращался с ней так, как с тобой, - в безразличный голос прокралось негодование.
- И все-таки ты слишком человечен. Она играла роль твоей дочурки, потому что на большее рассчитывать не могла из-за твоей правильности. Поверь, она бы с радостью позволила тебе себя трахнуть! – от выброса силы ревнивой демонессы стекла в доме разлетелись мерцающими осколками в темноте. Она кричала и обвиняла брюнета в изменах, колотила по его груди, совсем не замечая, как силы оставляют ее. Блондинка осела на пол, тяжело дыша, она сорвала голос из-за своих негодующих воплей. Грешник бережно взял ее на руки и подошел к кровати, аккуратно положив на белоснежные простыни.
- В Аду нет места вере, надежде и любви. Когда я решил быть с тобой, у меня не было других женщин, только ты. В Надежде я всегда видел дочь, я виноват в том, что не увидел ее истинных чувств, но в отличие от тебя она не накладывала на меня чар, не спала у меня на глазах с моим лучшим другом, не продавала меня за положение в обществе. Хотя каждому свое. Ты свой выбор сделала.
- Саске, я... Прости, я не хотела говорить этого! – оправдывалась Вера, вцепившись в руку парня.
- Ты сказала все, что я должен был услышать. Иллюзия была прекрасной, она подарила мне счастье, но потом разлетелась на куски, располосовав мне душу. Прощай Вера, - прошептал брюнет, растворяясь в объятиях тьмы.
Снег кружил в воздухе, искрясь в предрассветных серебристых лучах. Хрупкие мерцающие звездочки приземлились на темно-синий плащ, наброшенный на плечи повелителя девятого круга. Длинные белые волосы были собраны в высокий хвост, густая ровная челка доходила до серебристых бровей, между которыми пролегла морщина, свидетельствующая о недовольстве Дориана. Его глаза цвета грозового неба метали молнии, а тонкие губы сложились в кривой оскал. Некоторые демоны полагали, что по темпераменту генерал, командующий Темной армией Тартара, больше подходил для управления кругом для гневных, хотя гордыни и высокомерия Дориану хватало с лихвой. А раздражен он был по вине трех своих коллег по Совету.
- Нам не зачем принимать такие меры для поимки одного грешника, - убеждал Михаэль, стараясь из последних сил сохранить вежливую маску перед упрямым собеседником.
- Я глава этого города, Михаэль. И по статусу ты ниже меня. Я позволил вам троим участвовать, чтобы соблюсти протокол взаимного сотрудничества, утвержденный Советом Тьмы. Вы здесь формально, а решать, как поступить с тварью, напавшей на жителей Кристалиса, буду я, - отчеканил мужчина.
- Это был вызов, лорд Дориан? – прошипел Михаэль, едва сдерживаясь, чтобы не принять истинный облик.
- Нам всем лучше успокоится, - примирительно сообщила Любовь, осторожно дотронувшись до спорщиков.
- Кровавая, на меня не действуют твои чары, а вот руку я тебе всегда могу отрубить, - процедил Дориан, не сводя мрачного взгляда с повелителя седьмого круга.
- Потаскуха, убери от меня свои грязные руки, если не хочешь, чтобы я заморозил кровь в твоих жилах, - прорычал губернатор Снегограда на миротворца.
- Твой отряд наложил сдерживающие заклятия вокруг дома и оцепил периметр в радиусе двух километров. Ему не уйти, - в разговор вклинился флегматичный баритон Даниэля, подоспевшего прежде, чем начнется битва трех разгневанных драконов. – Лорд, Дориан, что вы планируете сделать с испытуемым №721-а?
- Как вы думаете, Лорд Даниэль, какой оптимальный приговор для убийцы 254 высших чистокровных демонов? – ехидно произнес глава адского войска.
- Смерть на месте, - отстранено ответил ученый, поправляя очки на носу.
- Рад, что мы понимаем друг друга, - с издевкой произнес каратель гордецов, а потом повернулся к предполагаемому дуэлянту. – Вы хотите драться со мной, лорд Михаэль, повелитель Леса грешников и губернатор Снегограда? – осведомился блондин, склонив голову на бок, словно ворон, решающий какой глаз у трупа выклевать первым. Хозяин Ледников откровенно презирал повелителя Леса грешников и никогда не упускал возможности продемонстрировать Михаэлю своего превосходства.
Но их светскую беседу прервало сильное колебание силы и активация сдерживающих заклинаний, вспыхнувших алым сиянием на припорошенной снегом брусчатке. Из дома вышел темноволосый юноша, казалось, что на него не действовало давление магии. Дориан вынул меч с черным лезвием, который носил имя Инферно и мог отнимать жизни порождений Тьмы. Достаточно царапины, чтобы Инферно отравил душу и тело, обращая их в тлен.
- Стой, Дориан, - твердый голос Михаэля, лишенный фальшивых вежливых интонаций, удивил главу войск и заставил остановиться и бросить надменный взгляд на хозяина Леса грешников. – Он нужен мне живым. Проси любую цену.
- В этом нет необходимости, лорд Дориан, повелитель Ледников отчаяния и губернатор Кристалиса, - официальное обращение, прозвучавшее из уст грешника, удивило мужчину еще больше.
- Кто дал тебе право произносить мое имя, существо? - грозным голосом спросил демон, сосредоточив свою тяжелую ауру на брюнете, находящемуся внутри магического барьера. И снова проклятый привел его в изумление, никак не реагируя на давление. Парень растворился в черном пламени, заставив всех обнажить оружие. Дориан поднял меч, ища взглядом угрозу, воин резко развернулся, пронзив облако черной энергии, появившееся за его спиной. Пламя обретало плоть, пока не стало человеком. Инферно пронзил плечо грешника, который здоровой рукой оперся о лезвие, давая черному клинку насладиться еще большей кровью.
- Нет! – крик Михаэля пронзил тишину, демон бросился к Саске, а вслед за ним Даниэль и Любовь, но темное пламя окружило Дориана и Учиху, отрезая путь к ним. Воины генерала собирались броситься в огонь, чтобы защитить своего лорда, но он знаком остановил их.
- Все свободны. Деактивируйте заклятья. Угроза устранена. Живо исполняйте приказ, - распорядился демон с глазами цвета бури. Воины разошлись и на площади остались только четыре демона и проклятый. – Говори, - обратился он к грешнику.
- Я, Учиха Саске, грешник, терпящий кару в зеленом пламени гнева, отказываюсь от покровительства повелителей второго и седьмого кругов, освобождаю от клятвы службы хозяина шестого круга. Именем Тьмы я разрываю все связи с Любовью, Даниэлем и Михаэлем. А также признаю себя виновным в массовом убийстве в дрейфующей тюрьме и в убийстве семерых высших в этом доме.
- Ты что натворил?! – заорал Михаэль, пытающийся проникнуть внутрь барьера.
- Ты только, что подписал себе смертный договор, существо. Желаешь легкой смерти? – осведомился ухмыляющийся повелитель Ледников отчаяния, проворачивая лезвие в ране брюнета. - Те демоны, гнившие в тюрьме стали безумными под пытками Инквизиторов, таким образом, ты помог избавиться мне от мусора, тратившего бюджетные деньги. Жалко стражу, но они сами виноваты, что не смогли справиться с одним грешником. Я бы их сам казнил за их бесполезность. Слуги из этого дома тоже мне без надобности. Следовательно, я могу тебя оправдать. Может, передумаешь и поползешь на коленях к своему защитничку Михаэлю, а я пропущу твои слова мимо ушей. Хотя ты все равно скоро умрешь, яд Инферно сожрет тебя без остатка.
Рука Саске крепко сжала черное лезвие, остановив забаву демона. Дориан оторвал взгляд от кровоточащей раны в плече и посмотрел обагренную кровью руку, вцепившуюся в ядовитый клинок мертвой хваткой. Штормовой взгляд синих небес канул в ледяную черную бездну, открывшуюся в глазах проклятого. Теперь Дориан понимал, почему у охраны не было ни шанса, против создания, стоявшего перед ним.
- Я скорее умру, чем буду стоять на коленях перед кем-то из вас, но перед смертью я заберу как можно больше высокомерных лицемерных ублюдков, как вы! – брюнет рванул лезвие на себя, сокращая дистанцию между собой и генералом, клинок вошел глубже, раздирая рану. Парень тяжело дышал, яд давал о себе знать слабостью, распространяющейся по всему телу, но Учиха продолжал упрямо стоять на ногах. А потом чернота растеклась в его глазах огнем бездны. – Мы убьем вас всех. Мы уничтожим все, пока не утолим голод ненависти, терзающий нас. Мы принесем разрушение.
Послышался треск, и Инферно разлетелся на куски, заставив Дориана отступить назад. Рана на плече юноши затянулась, черный огонь продолжал танцевать на его коже, словно бабочки с прозрачными шифоновыми крылышками. Если меч-убийца порождений Тьмы не смог нанести мальчишке смертельной раны, то убить его не так просто. Повелитель Ледников видел в проклятом очень серьезную угрозу, которую необходимо устранить ради благополучия Тартара. Однако терять продемонстрированную силу, когда темные создания вырождаются, было бы не разумно.
- Ты отдаешь себя на мой суд, Учиха Саске, грешник, терпящий кару в зеленом пламени гнева, или продолжим войну? – осведомился Дориан, демонстрируя своими словами, тот факт, что видит в грешнике равного по статусу. Глава темных войск редко выказывал уважение к кому-либо, он всегда ставил себя выше других, но сейчас, признавая низшее, с точки зрения демонов, существо, хозяин девятого круга был честен.
Пламя успокоилось и больше не покрывало тело грешника, однако его обсидиановый взгляд не потерял своей глубины и твердости.
- Да, я, жду вашего решения, лорд Дориан, повелитель Ледников отчаяния и губернатор Кристалиса, - бесцветно заявил брюнет. Дориан шагнул к нему, в глазах демона танцевала гроза, и молнии искрились вокруг зрачка, этот пронизывающий взгляд врезался в сознание Учихи беспощадным буром, перелопачивающим все его воспоминания, мысли и чувства. Когда блондин закончил сканирование грешник едва не упал на землю, но сильная рука удержала его за плечо, позволив удержаться на ногах. Саске устремил недоуменный взгляд на генерала, но лицо последнего не дало ему никаких ответов.
- Впусти Кровавую внутрь барьера, - распорядился он.
- Я протестую! – закричал Михаэль, преграждая Любви путь. – Дориан!
- У тебя нет прав, после того, что ты сделал, - холодно обрубил хозяин Кристалиса. Любовь прошла сквозь барьер, остановившись напротив брюнета, маска надежно скрывала ее смертельно прекрасное лицо. – Я выношу приговор тебе грешник за свершенные преступления и нарушение покоя в моем городе. Ты возвращаешься в Лес грешников. Твоя память будет скорректирована. Любовь достанет из твоей памяти все воспоминания, связанные с темной материей и заменит их новыми. Твоя сила будет полностью запечатана и вернется только в случае возвращения памяти.
- То есть, мне полностью сотрут память и отнимут силу?
- Мы всегда можем решить дело поединком. Для меня будет честью сразиться с тобой, Учиха Саске.
- Благодарю, лорд Дориан.
- Можно просто «Дориан», - усмехнулся демон. – Что скажешь, Саске?
- Я принимаю твой приговор, Дориан, если мне не сотрут память полностью, пусть огонь бездны в моей памяти, заменят на пламя гнева. Я хочу сохранить воспоминания обо всем, что я здесь пережил.
- Зачем сохранять такие мерзкие воспоминания, давай хотя бы концовку сотрем? После такого предательства, я бы убил их всех! – раздраженно сообщил генерал.
- Опыт. Мы должны принимать и хорошее и плохое, чтобы учиться на ошибках и двигаться вперед, радуясь своим победам.
- Тогда до встречи, Учиха Саске. Надеюсь, испытать тебя в бою, - хлопнув по плечу, проговорил демон. Он кивнул Любви, пропуская ее вперед.
- Нельзя играть с судьбой, - прошептала она, снимая маску, ее жемчужные глаза светились чувством вины и скорби. – Я рада, что ты не сломался. Если бы я не вмешалась в твою судьбу, все могло быть иначе. Если бы я была на ее месте, ничего бы такого не случилось. Но я побоялась потерять свободу, и испытать то, что когда-то разорвало мне сердце. Если бы...
- Хватит винить себя, Красная Королева, ты должна владеть сердцами всех мужчин и быть объектом их грез. Я слишком большой собственник для тебя, и потом, я еще не перевернул Тартар, чтобы завладеть сердцем Королевы.
- Оно твое, Темный принц, но зачем тебе половинка мертвого сердца демона, когда Луна и Солнце предложат тебе свою любовь, и лучи звезд потянуться к тебе, чтобы добиться твоей благосклонности, Кровавое небо. Скоро у тебя появится много поклонников, Темная принцесса.
У Саске дернулась бровь. Любовь всегда находила способ его подколоть.
- Давай уже заканчивай, старая шаманка! Меня печка ждет, - буркнул брюнет, вызвав смех Дориана. Только вот Саске смешно не было, он посмотрел демонов по ту сторону барьера, их лица были бесстрастны, но в синих глазах промелькнула короткая вспышка вины, казавшаяся игрой серебристых лучей, скользящих по обманчиво прекрасным созданиям.
- Саске, - позвала Любовь, дотронувшись до щеки юноши. – Прощай.
Их губы слились в страстном поцелуе, заставляя красное и черное пламя танцевать и переплетаться вокруг них. Контрастное огненное танго разгоралось свободным неудержимым огнем, заслонившим реальность, в которую вернулся Учиха Итачи. Брюнету казалось, что он вынырнул на поверхность после долгого пребывания под водой. Капитан АНБУ стоял на коленях, тяжело дыша, сердце бешено билось в груди, грозя разорваться от безудержного потока крови, стремящегося в него.
Итачи поднял голову и посмотрел на женщину, заставившую его брата страдать. Тело все еще не слушалось молодого шиноби. Он понимал, что вступление в бой против столь сильного противника в его состоянии равносильно самоубийству. Однако это не значило, что он позволит этой женщине приблизиться к Саске, или лучше сказать к Сакуре. Теперь мозаика сложилась в четкую картину: поведение девочки, ее способности, таинственный Учиха, напавший на клан, Михаэль – все это, получило достойное объяснение. Продемонстрированные воспоминания дали полный ответ на то, кем является Харуно Сакура на самом деле. Но как защитить девочку от Михаэля и Веры?
- Ответа на этот вопрос ты уже не найдешь, Учиха Итачи, - прошипела она, медленно двигаясь к брюнету. Ее руку охватило голубое пламя, а сапфировые глаза обещали смерть.